Теперь будет приведен отрывок из "Хроники Акаши", относящийся к очень отдаленным временам человеческого развития. Это время предшествует тому, которое было описано в предыдущих главах. Здесь речь идет о третьей коренной человеческой расе, о которой в теософских книгах говорится, что она населяла лемурийский материк. Этот материк - по утверждению этих книг - был расположен на Юге Азии, но простирался приблизительно от Цейлона до Мадагаскара. К нему принадлежала также нынешняя южная Азия и часть Африки. Хотя к разбору "Хроники Акаши" была приложена вся возможная тщательность, однако необходимо подчеркнуть, что эти сообщения нигде не должны притязать на какое-либо догматическое значение. Если нелегко уже самое чтение о вещах и событиях, столь далеких от современной эпохи, то перевод на современный язык всего виданного и разнообразного сопряжен с почти непреодолимыми препятствиями. Указания времен событий будут даны впоследствии. Они будут лучше поняты после описания всей лемурийской эпохи, а также еще и эпохи нашей - (пятой) коренной расы вплоть до наших дней. Сообщаемые здесь вещи бывают неожиданными, хотя это слово не вполне точно даже и для оккультиста, когда он читает о них в первый раз. Поэтому только после самой тщательной проверки может он сообщать о них. Четвертой (атлантической) коренной расе предшествовала так называемая лемурийская. В период ее развития с Землею и с человеком совершились события величайшей важности. Но здесь надо будет сначала сказать кое-что о характере этой коренной расы по истечении этих событий, и только после этого приступить к их изложению. В общем у всей этой расы еще не была развита память. Правда, люди могли составлять себе представление о вещах и событиях, но эти представления не сохранялись в воспоминаниях. Поэтому у них еще не было речи в собственном смысле этого слова. То, что они могли производить в этом возрасте, были скорее природные звуки, выражавшие их ощущения, удовольствие, радость, боль и т.д., но не обозначавшие внешних предметов. Но представлениям их была присуща совершенно иная сила, нежели представлениям позднейших людей. С помощью этой силы они действовали на окружающую их среду. Другие люди, животные, растения и даже безжизненные предметы могли испытывать это действие и подвергаться влиянию простых представлений. Так лемуриец мог общаться с окружающими его людьми, не испытывая потребности в речи. Это общение состояло в своего рода "чтении мыслей". Силу своих представлений лемуриец черпал непосредственно из окружающих его вещей. Она притекала к нему из силы роста растений и из жизненной силы животных. Так понимал он растения и животных в их внутренней жизни. Таким же образом понимал он и физические, и химические силы безжизненных вещей. Когда он что-нибудь строил, ему не нужно было вычислять сопротивление древесного ствола или вес строительного камня: он видел по древесному стволу, сколько тот мог выдержать, и по строительному камню - где будет уместна или неуместна его тяжесть. Так строил лемуриец: без инженерного искусства, основываясь на своей способности представления, действовавшей с уверенностью инстинкта. При этом ему было в высокой степени подвластно его собственное тело. Он мог, когда ему это было нужно, одним только напряжением воли сделать стальной свою руку. Он мог, например, поднимать огромные тяжести, благодаря только развитию воли. Если впоследствии к услугам атланта было его господство над жизненной силой, то к услугам лемурийца было его умение управлять волей. Во всех областях нашей человеческой деятельности лемуриец был - пусть это выражение не будет понятно превратно - прирожденным магом. Главное внимание было обращено у лемурийцев на развитие воли и силы представления. На это было всецело направлено воспитание детей. Мальчики сильнейшим образом закалялись. Их приучали преодолевать опасности, переносить боль и совершать смелые поступки. Кто не умел переносить мучений и преодолевать опасности, тот не считался полезным сочленом человечества. Ему предоставлялось погибать от сопровождавших воспитание опасностей и трудов. Запечатленное в "Хронике Акаши" относительно воспитания детей превосходит все, что могла бы нарисовать себе самая смелая фантазия современного человека. Перенесение жары вплоть до опаляющего зноя, прокалывание тела острыми предметами были самыми обыкновенными приемами. Девочек воспитывали иначе. Правда, закаляли и их, но все остальное было обращено на развитие могущественной фантазии. Так, например, их заставляли выносить бурю, чтобы они спонтанно испытали ее грозную красоту; девочки должны были присутствовать на состязаниях мужчин, без страха и лишь проникнутые чувством той крепости и силы, которую они видели перед собой. Благодаря этому у девочек развивались задатки к мечтательности и фантазированию; но это-то и ставилось особенно высоко. А так как памяти еще не существовало, то эти задатки не могли и выродиться. Все эти представления, порожденные грезами или фантазией, длились лишь, пока был налицо соответственный внешний повод. Таким образом, основание этих представлений было во внешних вещах. Это была, так сказать, фантастика и мечтательность самой природы, погруженная в женскую душу. У лемурийцев не существовало жилищ в нашем смысле, разве только в их последнюю эпоху. Они селились там, где сама природа к тому давала повод. Так, например, пещеры, которыми они пользовались, они переделывали и снабжали приспособлениями лишь поскольку это им было необходимо. Впоследствии они начали строить себе такие пещеры из земли; и тогда они проявили в этих постройках большую ловкость. Не следует, однако, думать, что у них не возводилось также и искусственных построек. Только последние не служили им жилищами. В первое время они возникали из потребности придавать природным вещам созданную человеком форму. Холмам придавалась такая форма, которая могла бы доставить радость и удовольствие человеку. Для этой же цели, а также и для служения некоторым потребностям, складывались камни. Такого рода стенами окружали места, где приучали детей к выносливости. Но все величественнее и совершеннее становились к концу этой эпохи здания, предназначенные для служения "божественной мудрости и божественному искусству". Эти учреждения во всех отношениях отличались от тех, которые служили более позднему человечеству храмами, ибо они были в то же время и учебными заведениями, и местами, посвященными науке. Здесь посвящались в науку о мировых законах и в управление этими законами те, которые были найдены пригодными к тому. Если лемуриец был прирожденным магом, то здесь эти задатки развивались до степени искусства и знания. Сюда могли быть допущены только те, которые путем всяческого закаливания развили в себе в высшей степени способность преодоления. Для всех же остальных происходившее в этих учреждениях являлось глубочайшей тайной. Здесь знакомились с силами природы в непосредственном созерцании их и учились владеть ими. Но учение было поставлено так, что силы природы обращались у человека в силы волевые. Он мог, таким образом, сам совершать то, что производила природа. То, что позднейшее человечество стало выполнять при помощи размышления и соображения, носило в то время характер инстинктивной деятельности. Но слово "инстинкт" не следует брать здесь в том же смысле, в каком привыкли применять его к миру животных. Ибо все свершения лемурийского человека стояли неизмеримо выше всего, что может произвести мир животных при помощи инстинкта. Они стояли даже гораздо выше того, что приобрело с тех пор человечество в области искусств и наук, благодаря памяти, рассудку и фантазии. Если бы мы захотели найти для этих учреждений название, которое облегчило бы понимание их, то мы могли бы их назвать "Высшими школами волевых сил и мощи ясновидящего представления". Из них выхолили люди, которые во всех отношениях становились властителями других. Трудно теперь дать в словах верное представление обо всех этих обстоятельствах, так как все изменилось с тех пор на Земле. И сама природа, и вся человеческая жизнь были иными; поэтому и человеческий труд, и отношения между людьми были совершенно отличны от современных. Воздух был еще гораздо плотнее, нежели впоследствии, в атлантические времена, а вода гораздо более жидкой. И то, что образует ныне нашу твердую земную кору, не было еще таким затвердевшим, как позднее. Мир животный доразвился только до мира амфибий, птиц и низших млекопитающих; мир растений - до растений, похожих на наши пальмы и подобные им деревья. Но все формы были иные, чем ныне. То, что ныне встречается лишь в небольшом размере, было тогда развито гигантски. Наши маленькие папоротники были тогда деревьями и создавали могучие леса. Современных высших млекопитающих не существовало. Зато большая часть человечества стояла на такой низкой ступени развития, что должна безусловно быть отнесена к животным. Вообще описанное здесь относится лишь к небольшой части людей. Остальная же часть людей жила жизнью животных. Эти людиживотные даже по своему внешнему строю и образу жизни были совершенно отличны от той небольшой группы. Они не особенно отличались от низших млекопитающих, которые в некотором отношении походили на них и по виду. Необходимо сказать еще несколько слов о значении упомянутых храмов. То, чем они занимались, не было собственно религией. Это было "божественной мудростью и искусством". То, что человеку давалось здесь воспринималось им непосредственно, как дар духовных мировых сил. Становясь же причастным этому дару, он уже смотрел на себя, как на "служителя" этих мировых сил. Он чувствовал себя "священным" перед лицом всего недуховного. Если говорить о религии на этой ступени развития человечества, то ее можно было бы назвать "религией воли". Религиозное настроение и благоговение выражалось, в том, что человек охранял, как строгую "божественную" тайну, дарованные ему силы, и вел такую жизнь, которой освящал свою власть. Велики были страх и почитание, оказываемые лицам, наделенным такими силами. И это не было как-нибудь обусловлено законами или тому подобным, но лишь непосредственной властью, от них исходящей. Само собою понятно, что непосвященные находились под магическим влиянием посвященных. И само собою понятно также, что последние считали себя лицами освященными. Ибо в своих храмах они в полном созерцании становились причастными действенным силам природы. Их взор проникал в творческую мастерскую природы. Они переживали сношения с существами, созидающими мир. Эти сношения можно назвать общением с богами. И то, что впоследствии развилось, как "посвящение", как "мистерия", произошло из этого первоначального общения людей с богами. В последующие времена это общение должно было сложиться иначе, потому что человеческое представление, человеческий дух приняли иные формы. Особенно важно одно явление, обусловленное в дальнейшем ходе лемурийского развития вышеописанным образом жизни, который вели женщины. Они выработали таким путем особые человеческие силы. Их сила воображения, находившаяся в союзе с природой, стала основой для высшего развития жизни представлений. Они вдумчиво принимали в себя силы природы и давали им действовать в своей душе. Так образовались зачатки памяти. А вместе с памятью появилась в мире и способность образования первых простейших нравственных понятий. Развитие воли у мужской половины первоначально не знало ничего подобного. Мужчина инстинктивно следовал либо побуждениям природы, либо влияниям, исходящим от посвященных. Из женской сущности возникли первые представления о "добре и зле". Из того, что произвело особое впечатление на жизнь представлений, люди начали одно любить, а к другому чувствовать отвращение. Если власть, которою обладала мужская часть населения, была наиболее направлена на внешнее действие волевых сил и на управление силами природы, то наряду с нею в женской возникло иное действие через душу, через внутренние личные силы человека. Только тот может верно понять развитие человечества, кто примет во внимание, что первые шаги в жизни представлений были сделаны женщинами. От них произошло развитие привычек, связанных с вдумчивой жизнью представлений и с выработкой памяти, образовавших зачатки правовой жизни и своего рода нравов. Если мужчина созерцал силы природы и владел ими, то женщина стала их первой истолковательницей. То, что здесь возникло, было новым, особым родом жизни при помощи размышления. В нем было нечто гораздо более личное, нежели в жизни мужчин. Надо еще представить себе, что этот род душевной жизни женщин был также и некоторого рода ясновидением, хотя и отличным от волевой магии мужчин. Женщина была в душе своей открыта духовным силам иного рода, а именно таким, которые больше обращались к элементу чувства души, нежели к духовному; мужчина же был подвластен тем, которые обращались к духовному. Итак, от мужчин исходило действие, которое было более природно-божественным, а от женщин - более душевно-божественным. Развитие, пройденное женщиной во время лемурийского периода, было причиною того, что ей суждено было при появлении на земле следующей коренной расы, атлантической, сыграть значительную роль. Это появление произошло под влиянием высоко развитых существ, которые были знакомы с законами образования рас и были в состоянии направить наличные силы человеческой природы на такие пути, чтобы могла возникнуть новая раса. Об этих существах будет еще сказано особо. Пока достаточно упомянуть, что им была присуща сверхчеловеческая мудрость и сила. Они выделили из лемурийского человечества небольшую группу людей, которым назначили стать родоначальниками грядущей атлантической расы. Место, где они это совершили, было расположено в жарком поясе. Мужчины этой кучки людей развивались под их руководством в труде над овладением силами природы. Они были сильны и умели извлекать из земли самые разнообразные сокровища. Они умели обрабатывать поля и пользоваться плодами их для своей жизни. Строгое воспитание, которому они были подвергнуты, создало из них крепкие, волевые натуры. Но душа и ум были у них развиты слабо. Зато последние были раскрыты у женщин, которые обладали памятью и фантазией и всем, что с этим связано. Под влиянием означенных вождей эта кучка разделилась на маленькие группы. Организация и устройство этих групп были ими возложены на женщин. Благодаря своей памяти женщина приобрела способность извлекать пользу для будущего из единичных опытов и переживаний. Что оказалось целесообразным вчера, то применяла она и сегодня и понимала, что это будет полезным и завтра. Благодаря этому от нее исходило устройство совместной жизни. Под ее влиянием образовались понятия о "добре и зле". Путем своей мыслительной жизни она приобрела себе понимание природы. Из наблюдения природы выросли у нее представления, по которым она направляла деятельность людей. Вожди устроили так, что через душу женщины облагораживалась и очищалась волевая природа и избыточная сила мужчин. Конечно, мы должны мыслить себе все это в детских зачатках. Слова нашего языка тотчас же слишком легко вызывают представления, взятые из современной жизни. Только окольным путем, через проснувшуюся душевную жизнь женщины, начали вожди развивать и душевную жизнь мужчины. Поэтому влияние женщин в означенной колонии было очень велико. К ним должны были обращаться за советом, когда хотели истолковать знамения природы. Но весь род их душевной жизни был еще таков, что управлялся "тайными" душевными силами человека. Мы не совсем, но все же приблизительно верно определим положение вещей, если скажем, что эти женщины обладали сомнамбулическим зрением. В некотором высшем сновидческом состоянии раскрывались им тайны природы и притекали побуждения к деятельности. Все было для них одушевлено и открывалось им в душевных силах и явлениях. Они отдавались таинственной деятельности своих душевных сил. Побуждением к поступкам были для них "внутренние голоса", или же то, что им говорили растения, животные, камни, ветер и облака, шелест деревьев и т.д. Из такого душевного строя возникло то, что можно назвать человеческой религией. Душевное в природе и в жизни человека стало постепенно предметом почитания и поклонения. Некоторые женщины достигали душевного господства, ибо они умели черпать свои истолкования из того, что содержится в мире, из особенных таинственных глубин. Так могло произойти у таких женщин, что жившее в глубине их они стали переводить в своего рода природную речь. Ибо начало речи лежит в чемто, похожем не пение. Сила мысли превращалась в доступную слуху силу звука. Внутренний ритм природы зазвучал из уст "мудрых" женщин. Вокруг таких женщин собирались люди, и в их певучих речах ощущали выражение высших сил. Отсюда получило свое начало человеческое богослужение. Для того времени нe может быть и речи о "смысле" произнесенного. Ощущался звук, тон и ритм. При этом ничего не представляли себе больше, но только впитывали в душу силу услышанного. Все это событие совершалось под руководством высоких вождей. От них притекали к "мудрым" жрицам звуки и ритмы, но о том, как это происходило, не может быть сказано открыто. Так могли они действовать облагораживающим образом на души людей. Можно сказать, что только таким образом пробудилась вообще подлинная душевная жизнь. "Хроника Акаши" являет в этой области прекрасные сцены. Одна из них будет описана. Мы находимся в лесу у могучего дерева. Солнце только что взошло на востоке. Пальмовидное дерево, пространство вокруг которого очищено от других деревьев, бросает огромную тень. С лицом, обращенным на восток, в экстазе, на сиденье, устроенном из редких даров природы и растений, сидит жрица. Медленно, в ритмической последовательности, льются из уст ее странные, немногие звуки, которые постоянно повторяются. Вокруг сидят мужчины и женщины с погруженными в сновидение лицами, почерпая из слышанного внутреннюю жизнь. Можно увидеть и другие сцены. В другом месте, устроенном подобно этому, подобным же образом "поет" жрица, но в ее звуках есть что-то более сильное, более могущественное. А люди вокруг нее движутся в ритмических плясках. Ибо это был второй путь, каким "душа" вошла в человечество. Движениями собственных членов подражали люди таинственным ритмам, подслушанным у природы. Это приводило к чувству своего единства с природой и с вершащими в ней силами. Место на земле, где развивался этот росток грядущей человеческой расы, было особенно пригодно для этого. Это было место, где потрясаемая еще в то время бурями Земля уже успела достигнуть некоторого покоя. Ибо Лемурия потрясалась бурями. Тогда Земля еще не имела той плотности, какую она приобрела позднее. Тонкая земная кора всюду подтачивалась вулканическими силами, которые прерывались большими или меньшими потоками. Почти всюду были могучие вулканы, непрерывно развивавшие свою разрушительную деятельность. Люди привыкли во всех своих делах считаться с этой деятельностью огня. И они пользовались этим огнем для своих работ и устройств. Последние зачастую были таковы, что основою их служил природный огонь, как теперь при человеческой работе - искусственный огонь. Деятельностью этого вулканического огня и была вызвана гибель Лемурийской области. Та часть Лемурии, где должна была развиться основная раса атлантов, хотя и обладала жарким климатом, однако в целом не была подвержена деятельности вулканов. Более спокойно и мирно, нежели в остальных областях земли, могла здесь раскрываться человеческая природа. Люди отказались от более кочевого образа жизни прежних времен, и все многочисленнее становились оседлые поселения. Мы должны себе представить, что в то время человеческое тело было еще чем-то очень пластичным и гибким. Оно еще непрерывно изменялось по мере изменения внутренней жизни. Незадолго перед тем люди по внешнему сложению еще сильно отличались друг от друга. Внешнее влияние страны и климата было еще в то время решающим для сложения человека. Только в означенной колонии тело человека стало еще больше выражением его внутренней душевной жизни. К этой колонии принадлежала в то же время наиболее далеко ушедший в своем развитии и благородно сложенный по внешнему виду тип людей. Надо сказать, что тем, что они совершили, вожди создали собственно впервые настоящий человеческий образ. Это происходило, конечно, совсем медленно и постепенно. И притом так, что сначала развернулась в человеке душевная жизнь, а к ней приспособилось еще мягкое и гибкое тело. Таков закон развития человечества, что с каждым шагом вперед человек все менее может влиять преображающим образом на свое физическое тело. Это физическое тело человека приобрело довольно прочную форму собственно лишь с развитием силы рассудка и с находящимся в связи с ним отвердением камней, минералов и металлов земли. Ибо в лемурийскую и даже еще в атлантическую эпоху камни и металлы были значительно мягче, нежели впоследствии. (Этому не противоречит то обстоятельство, что и сейчас еще существуют потомки последних лемурийцев и атлантов, обладающие столь же прочными формами, как и образовавшиеся позднее человеческие расы. Они должны были приспосабливаться к изменившимся окружающим условиям на земле и таким образом застывали. Именно в этом и заключается причина их теперешнего упадка. Они не преобразовывались изнутри, но их мало развитая внутренняя жизнь была извне втиснута в застывшее тело и тем самым остановлена в развитии. И эта остановка есть поистине шаг назад, так как и внутренняя жизнь зачахла, не будучи в состоянии изжиться в отвердевшей внешней телесности). Еще большей изменчивости была подвержена животная жизнь. Впоследствии мы коснемся пород и происхождения животных, существовавших одновременно с человеком, а также возникновения новых животных форм уже после появления человека. Здесь же будет только замечено, что существовавшие тогда породы животных беспрерывно изменялись и возникали новые. Это отчасти было обусловлено изменением места пребывания и образа жизни. Животные обладали способностью чрезвычайно быстро приспособляться к новым условиям. Пластичное тело сравнительно быстро изменяло свои органы, так что в более или менее короткое время потомки какой-нибудь породы животных уже очень мало походили на своих предков. То же, и даже в еще большей мере, относится к растениям. Наибольшее влияние на преобразование людей и животных имел сам человек. Он либо инстинктивно переводил живых существ в такую обстановку, в которой они принимали определенные формы, либо достигал этого путем попыток подбора. Преображающее влияние человека на природу было тогда неизмеримо велико по сравнению с теперешними условиями. Это в особенности имело место в описанной колонии. Ибо там вожди, неосознанно для людей, руководили этим преобразованием. Эта способность была развита в такой мере, что, когда люди двинулись оттуда для основания различных атлантических рас, то они унесли с собой большие познания о том, как путем отбора выращивать животных и растения. Культурная работа в Атлантиде являлась тогда главным образом следствием этих принесенных с собою познаний. Но и здесь должен быть подчеркнут инстинктивный характер этих познаний. Так осталось это в существенном и у первых атлантических рас. Указанное господство женской души особенно сильно в конце лемурийского периода и продолжается вплоть до тех атлантических времен, когда подготовлялась, четвертая подраса. Но не следует представлять себе, что это было так у всего человечества. Это относится только к той части, населения земли, из которой впоследствии произошли собственно передовые расы. И это влияние, сильнее всего сказывалось в человеке на всем том, что есть в нем и у него "бессознательного". Образование некоторых постоянных жестов, известная тонкость чувственного созерцания, ощущения красоты, вообще добрая часть общей для всех людей жизни чувств и ощущений исходила первоначально от душевного влияния женщины. Не будет преувеличения, если мы сообщения "Хроники Акаши" изложим таким образом, что скажем: "Культурные нации обладают таким телесным сложением и выражением, равно как и некоторыми основами телесно-душевной жизни, какие были запечатлены им женщиной". В дальнейшем мы коснемся более древних времен развития человечества, когда население земли еще было однополым. Затем будет изложено возникновение деления людей на два пола.

Серия сообщений "Полезная информация":

Из рубрики найденного в космосе.

Часть 1 - Uma Mohan - Maha Ganapati Mool Mantra
Часть 2 - Урчание
...
Часть 7 - Продолжение или очередное начало
Часть 8 - Индульгирование
Часть 9 - ЛЕМУРИЙСКАЯ РАСА
Часть 10 - 9-й Аркан - Отшельник
Часть 11 - КОЖА
Часть 12 - что такое ЭГО