“…В нашем сознании как-то незаметно смешались, слились воедино два понятия – “быть в одиночестве” и “страдать от него”. А ведь одно из другого совершенно не вытекает. Жалуясь на одиночество, мы чаще всего хотим сказать, крикнуть кому-то: “Я покинут, брошен!” И мы стремимся друг к другу, чтобы унять это чувство покинутости, заполнить пустоту. Бежим к другим, но на самом деле – от самих себя. И в результате попадаем в ту духовную тесноту, зависимость, которая потом переходит во вражду и ненависть…

Да, это трудно - быть одному, наедине только с самим собой и при этом чувствовать себя наполненным, цельным, счастливым. Но в жизни каждого человека бывают годы одиночества, иногда даже долгие годы. Как через них пройти?

Если сильно желать только личного счастья, оно будет убегать, как солнечный зайчик. Стоит желать другого – собственной восполненности. Нужно пытаться наполнить свою жизнь не только через других, но и через все прекрасное – природу, музыку, искусство. А в людей – научиться всматриваться, пропускать их через свою душу. Вслед за этой внутренней полнотой и придет настоящая встреча: ведь, чтобы сблизиться по-настоящему, нужно иметь нечто, чем можно поделиться.”

(с) Г.Померанц



Когда-то, примерно пол жизни назад, было в моей жизни такое же крикливое вынужденное одиночество. Попытки бегства от себя, на удивление как-то очень скоро, сколь бы болезненным одиночество ни было, затихли, пустота сменилась самодостаточностью и наполненностью. Когда же вновь рядом “появились люди”, я уже не испытывала особой нужды в них - достаточно было лишь “фоновой картинки” вокруг. Потеряв других, я нашла себя, да настолько вошла во вкус “новой жизни”, что “прошлый людоедский” аппетит пропал, почти совсем, за исключением некоторых гурманских замашек.