Как это звучит с претензией. Мне нравится Театр. Но больше нравится небольшой рассказ Дождь. В писателях начала 20 века есть что-то от импрессионистов. Они как бы раздевают человека. И вот он этот человечек уже стоит голенький со своими страхами, болезнями, комплексами. И когда понимаешь, это становится страшно. Ну в принципе почему писатели именно начала, еще раньше тоже были низвергатели. Я помню, когда в школе все под партой читали Мопассана. О, это считалось верхом эротизма. Ты читал, ты читал, шептали в классе. Я поддалась общему чувству и тоже прочла. Боже, как мне стало жутко. Никакого эротизма, и замирающего восторга (Анжелика, и та эротичнее). Нет, тут была Жизнь. Название себя оправдывало. Когда, я прочла Мопассана, у меня была первая в жизни депрессия. А Моэм, он меня с этой жизнью как-то наоборот, примерил что ли. Потом был Ремарк – это страсть. Взять, вгрызться с книгу, мучится с героями, вместе умирать. И все-таки мои рассуждения очень претенциозны. Совсем в духе начала 20 века. А это сейчас не модно. Вот импрессионисты модно, а я, кажется, говорила, что писатели и художники кажутся мне одним целым.