- Не бойся за него, мы с Крисом уже вправили ему мозги, - успокоила Аду Ребекка. - Волшебный пендель — лучшее средство от хандры.

Ада понимающе усмехнулась:

- Жаль, что я не видела. Как у вас обстановка вообще?

Не очень, поморщилась Ребекка, если сказать мягко. И в БСАА, и в ФБР, куда она недавно перевелась, и даже в Полицейском Департаменте идут жесткие кадровые перестановки, руководителей всех рангов достают бесконечными проверками, которые негативно отражаются на работе в целом.

- Похоже, для кого — то ищут тепленькие места, что у копов, что у нас в Бюро, поскольку рядовым сотрудникам всех силовых контор выдали анонимные листы с вопросами, призванными выявить тех, кто нарушает права простого работника, - Ребекка скривилась от отвращения.

Кое — кто, вроде её кузины Джулии Лестрандж, категорически отказался принимать участие в такой вот ловкой травле. Другие, напротив, не упустили шанса отомстить своему начальству.

- Так что головы уже везде летят, даже в Секретной Службе, как успел сказать Леон, двоих уволили, и одну из должностей временно занял известный тебе милсдарь Доменик, - Чемберс стукнула себя ладонью по лбу. - Тот самый, что от нас после женитьбы в Белый Дом свалил, к радости всех сотрудников.

И вышепоименованный моральный урод скоро станет, если ситуация не изменится к лучшему, непосредственным шефом Леона.

- Чего?! - уставилась на подругу азиатка. - ЧЕГО?! Ребекка, ты хочешь мне сказать, что этот кусок дерьма получит право указывать Леону?!

Да Леон говнюка по стенке размажет!

- Знаешь, Ада, - пряча улыбку, посоветовала Ребекка. - Лети — ка ты домой, кое — кому нужна твоя помощь.

До дома разъярённая новостями шпионка добралась только к десяти вечера, но Леона там не застала. Набрав номер Криса, спросила, где Кеннеди мог так задержаться. Тихо выдохнула, узнав, что сегодня у какого — то сенатора приём, и Леон там работает. Не один, правда, с Анжелой. Их в последнее время часто видят вместе.

- Ему всё чаще намекают, что пора бы остепениться, то есть взять хероиццкую мать Терезу в законные жёны, - не стал скрывать злого сарказма Рэдфилд.

Ада мрачно ухмыльнулась, и сказала, что в чём-чём, а в самозабвенном мазохизме Леона Скотта Кеннеди заподозрить трудно. И он охотнее работу сменит, и начнёт всё с нуля, нежели женится ради успешной карьеры.

- Как бы там ни было, Крис, я остаюсь, - завершила беседу Вонг. - Мне самой к вам прийти, или ты меня для выяснения личности задержишь? Давай не по телефону, позже расскажу, почему я от своих решила уйти, - Ада обернулась на звук отпираемой двери. - До завтра.

Спрятав смартфон в карман, шпионка, слыша, что к ней приближаются два голоса, быстро ушла на второй этаж пентхауса. Очень уж не хотелось сталкиваться с Анжелой, а Леона сопровождала именно она. Кстати, при полном параде.

- Ну, знаешь, Леон, не ожидала от тебя! - закричала Миллер на весь дом. - Ты же себе хуже делаешь! Трудно было придержать язык? Доменик же тебя уволит! Он тебя завтра же из офиса выгонит! Он сейчас твоё начальство!

Кеннеди, сняв галстук, холодно спросил, на каких это основаниях милсдарь проститутка мужеска полу собирается от него избавиться. Сейчас, хвала доброму Боженьке, новый Единый Трудовой Стандарт разрешает увольнять исключительно на основании шести статей. Всё, что за рамками — от лукавого, и по умолчанию незаконно. Так что пускай этот выродок своими угрозами подотрётся, Леону от них ни холодно, ни жарко. Кстати, не факт, что именно Доменик займёт руководящий пост, последнее слово тут за президентом, а Грэхему меньше всего хочется позорить Секретную Службу подобного сорта назначениями.

- И я, уж не злись на меня, в гробу видал начальничка из числа элитных проституток, пусть он и бывший федерал под прикрытием, - сделал контрольный выстрел Кеннеди. - Если его оставят на нынешней должности по окончании испытательного срока, я уйду.

Анжела взлетела под самый потолок, язвительно поинтересовавшись, где Леон будет работать, когда его «тихо попросят», или, Боже упаси, уволят, опираясь на одну из статей нового Единого Трудового Стандарта.

Леон презрительно фыркнул, что его уже успели «тихо попросить», причём сам милсдарь Доменик. За пару часов до сегодняшнего банкета. Вызвал к себе, положил перед ним чистый лист, ручку, и дал совет написать «по собственному».

- И что ты сказал? - испугалась Анжела.

А что Леон мог ответить? Только на хер мудака послать. На хер. Открытым текстом.

- Ты с ума сошёл?! - Миллер рухнула на диван. - Зачем ты усугубляешь конфликт, Леон, зачем?

Затем, чтобы этот тупой ушлёпок видел, куда он пришёл. И знал, что под его задницу тут прогибаться никто не будет.

Анжела, заломив руки, страдальчески вопросила, куда Кеннеди пойдёт в случае увольнения. Доменик же не даст ему устроиться на новую работу, как Леон не может понять? Он что, забыл, чем кончила Джулия? Всего один раз позволила себе отказать ему, и что? Вся её карьера супер — модели пошла под откос! «Вешалка» смогла получить только незавидную должность младшей ассистентки в Штаб Квартире ФБР. Вот и весь разговор! И Леона, если Кеннеди не смирит гордыню, ждёт такая же печальная участь.

- Ты что, правда думаешь, будто я во всём огромном городе работу не найду, Анжела? - выгнул брови Леон.

Не найдёт, Доменик уж постарается, агент Миллер в курсе, на какие подлости способен недавний спецагент ФБР. Он так испоганит Леону репутацию, что бывшего сотрудника Секретной Службы даже охранять супермаркет не возьмут. Джулии хоть в одном повезло — она баба, а бабу Доменик пожалел. И разрешил ей обзавестись пусть плохоньким, но всё же местом, давшим ей средства к существованию.

Леон, как и ожидала Ада, даже не подумал сдавать позиции, ледяным тоном попросив не забывать, чем чреваты поступки жиголо. За преследование, уж простите, предусмотрена уголовная ответственность, и агент Кеннеди устроит кое — кому веселую жизнь, если Доменик в его адрес одно дурное слово скажет.

- И ты мне на Джулию не кивай, к ней уже приползли с извинениями, и нижайшей просьбой вернуться на подиум, - обломал доводы подруги Леон.

Накануне, в самом конце рабочего дня, как ему уже успели поведать хихикающие приятели из Бюро, в Штаб Квартиру на полусогнутых, сжимая в зубах новый контракт, явился бледный от страха дизайнер, и битый час в ногах валялся, вымаливая у супер — модели прощение. Скулил, гадёныш, будто его бес попутал.

- И она согласилась? - Анжела явно отказывалась верить напарнику.

Да, но поставила ряд жёстких условий, на которые крашеный дурак без единого писка подписался.

- В противном случае ему пришлось бы платить миллионы долларов неустойки, моя дорогая, - хмыкнул, садясь в кресло, Леон.

Так что нечего тут пугать его милсдарем Домеником. Не так страшен жиголо, как его малюют.

- Прости, Леон, я должна ответить, - прервала его Анжела, вынимая из вечерней сумочки телефон. - Да, Доменик, он со мной сейчас. Что?! - охнула «мать Тереза», падая обратно на диван. - Не надо, Леон попросит прощения, он извинится… Дайте ему шанс, прошу вас!

Ну всё, красавчик, ты покойник, сказала себе Ада, узнав, что экс — федерал (коллеги, кстати, за своего этого урода не считали, и открыто презирали, в глаза называя блядью), сев на трон, первым делом уволил агента Кеннеди за несоответствие занимаемой должности. И хамское поведение. Так что завтра к десяти утра Леон может не приходить. Его просто не пустят в офис.

- Тебя уволили, Леон, - с надрывом повторила Анжела, вскакивая на ноги, и подбегая к нему. - Тебя уволили, слышишь ты меня?!

Причём по самому паршивому параграфу из всех возможных. Теперь, коль в документах будет написано «служебное несоответствие», новая работа мистеру Кеннеди не светит по умолчанию. В столице уж точно.

- Леон, я же просила тебя вести себя осмотрительно, я же просила тебя не нарываться лишний раз, а ты?! Ты?! - чуть не рыдала от горя Анжела.

А он взял, да и послал ко всем чертям того, с кем ссориться вообще не стоило.

- Думаешь, мне приятно каждый день улыбаться и ему, и той жирной корове, что привела его к нам?! - летала на помеле Анжела.

Да ей самой противно до тошноты, но она вынуждена ходить с приклеенной улыбкой, вынуждена кланяться и приседать, склонять голову и молчать, чтобы в нынешний опасный период не потерять с таким трудом заработанные позиции. Делать вид, будто ей нравится и Доменик, и его жена для того, чтобы просто выжить.

- Да меня саму всегда мутит от омерзения, но я научилась сдерживать себя, Леон! - кричала Миллер.

Он же повёл себя хуже бунтующего подростка, и чем он кончил? Да тем, что его с позором уволили!

- Хватит орать, у меня мигрень начинается, - оборвал Леон стенания верной подруги. - Для начала скажи, ты помнишь, в какой ситуации, и кто выносит вердикт «служебное несоответствие»? Процесс — то сложный.

И комиссия при проверке таких увольнений цепляется к каждой мелочи. Прецедентов масса, так что ни один вменяемый работодатель с этим параграфом уже старается лишний раз не связываться. Себе дороже. Доменик собственно аттестацию провёл? Нет. За три месяца, как требуют изменения в законодательстве, письменно предупредил? Нет. Он запротоколировал мероприятие? Нет. Данную аттестацию прошли все агенты Секретной Службы? Тоже нет.

- Так что не пой, красавица, при мне, ты песен Грузии печальных, - с ухмылкой процитировал поэта Леон. - И не пугай старого ежика голой жопой. Пардон, конечно, миледи, - низко поклонился.

Но для очистки совести позвонил Эшли, дабы сообщить ей пренеприятнейшее, как он выразился, известие.

Ада мысленно расхохоталась, представляя себе реакцию президентской дочки, до сих пор обожавшей Леона. И трёх минут не прошло, как агента Кеннеди вызвал уже глава страны.

- А вот так, Алан, не смогу завтра выйти, поскольку меня уволили, мне агент Миллер передала решение нового шефа, - отрапортовал Леон. - Да? - выгнул брови, аки Снейп. - А кто тогда? Ффуххх… - сел на подоконник. - А я начал беспокоиться. Значит, завтра к десяти? Хорошо, приду на час раньше. Кстати, Алан… - в голосе Леона зазвучало лукавство, - что, если меня всё-таки не пустят? Понял, спасибо, - с усмешкой нажал клавишу отбоя. - Ну вот, а ты за меня боялась, - повернулся к Анжеле.

Ада невольно выдохнула, когда Кеннеди, не пытаясь сдерживать злую радость, сказал напарнице, что Доменика — то из уютного креслица уже турнули, дав руководящий пост выходцу из ФБР. К вящему недовольству Анжелы, этим выходцем оказался племянник директора.

- В отличие от этого урода, Десмонд боевой офицер, - осадил приятельницу Леон.

И Десмонд своё место заслужил. Нет, влиятельный дядюшка тут лапу не прикладывал, «племянничек» ещё в Штаб Квартире ФБР доказал, что достоин своего нового статуса. В отличие от проститутки мужеска полу, которую президент решил сплавить в отдел статистики, где оная проститутка никому не сможет причинить вред.

- Ты лучше скажи мне, напарница, как моя диссертация попала в книгу, написанную Домеником, - тон Леона резко похолодел. - Вся.

- Что? - закашлялась Анжела. - О чём ты?

- А вот о чём, - Леон положил на стол новенький учебник, а рядом с ним кинул толстую папку. - Свой текст я показывал только тебе.

Твою - то мать… Ну, если этот поганый мудозвон…

- Анжела, ты слышишь меня? - Кеннеди тряхнул её за плечо. - Как, ответь мне, он получил всю мою диссертацию, если я её ему не давал? Даже не говорил, что пишу её. О ней знала только ты.

- Я дала… - Анжела трясущимися руками притянула к себе бумаги. - Я…

Доменик, тоже занимавшийся научной работой, как - то сказал ей, что теряется в догадках, с чего начать, и Миллер, искренне желая помочь, разрешила ему ознакомиться с материалами, написанными Леоном.

- Ты что, скопировала их себе, не спрашивая моего согласия? - возмутился Кеннеди.

Анжела мгновенно свалилась в отчаянные оправдания, пролепетав, что хотела произвести вычитку рукописи на предмет ошибок. Потому и сохранила весь текст злосчастной диссертации себе.

- Чем подставила меня по полной, моя дорогая, - грозно свёл брови к переносице Леон. - Ты хотя бы ради интереса способна думать головой?

Ну да, ну да, ему давно известно, что напарница хочет, как лучше. Плохо, что выходит у неё, как всегда. Через жопу, и Леон не будет извиняться за свой французский.

- Кстати, он, похоже, и твою монографию выдал здесь же за свою работу, - Леон ткнул пальцем в оглавление книги.

Анжела, листая страницы, всхлипывала и причитала, на все лады проклиная подлость Доменика.

- Я ничего не понимаю, Леон… - причитала Миллер, аккуратно вытирая слезы.

Бедный сослуживец её о помощи попросил, и что теперь? Как так вышло, что он их обоих обокрал? Как?!

- Молча, - пресёк стоны Леон. - Молча. И не нас двоих он так подставил, у Хелены с Ингрид он тоже все материалы спизд… - Кеннеди с трудом проглотил матерный синоним слова «воровство». - Пирс из-за него на степень магистра также претендовать не сможет. По уже названной причине.

С Анжелой, осознавшей, какую катастрофу она спровоцировала своей вечной добротой, случилась истерика, которую Леон, к удивлению и испугу Ады, остановил самым жестоким образом:

- Напарница, я не знаю, дрянь ты расчетливая, или дура набитая, но ни с той, ни с другой сохранять отношения я больше не намерен. Хватит с меня.

За что? За что он, Леон Скотт Кеннеди, хочет порвать все связи с той, кто ради него готова пожертвовать всем, даже собственной жизнью? Да за беспросветный идиотизм, вот за что. Достала она его своими глупостями.

- Общаться будем исключительно на работе, агент Миллер, - Леон поднял напарницу на ноги. - Я вас провожу. Сумку не забывайте, мэм.

Анжела, насколько было известно Аде, жила в доме напротив, но вернулся Леон почти через час, снял куртку и швырнул на диван, прошипев:

- Сучка… - рухнул вслед за кожанкой, прикрыв лицо левой рукой. - Сучка долбанная… Блядь...

- Намного хуже, Леон, - медленно спустилась с лестницы шпионка. - Хуже. Она не сука, она дура, причём клиническая. Извини, я всё слышала. Кстати, зря ты с ней так жёстко, её этот мерзавец тоже обокрал.

Леон ни словом не возразил, откинувшись на спинку дивана. Вид у него был измученный: под глазами залегли тёмные круги, щёки запали, а трёхдневная модная щетина подчёркивала болезненную бледность заметно похудевшего лица.

- Ада, я почти два года убил на диссертацию, а эта курица одной глупостью всё похерила, - зло скривился Кеннеди. - И ладно бы она меня решила подсидеть, не так обидно было бы…

Подлость, стремление поднасрать, подставить, сделать за его счёт рывок по карьерной лестнице он бы понял. Но ведь эта идиотка подгадила ему, щедро сея разумное, доброе и вечное. Бедняжечка Доменик не знал, с чего отталкиваться при написании книги, и няшечка Анжела, аки Чип и Дейл, примчалась на помощь, неся в клювике все нужные альфонсу данные.

- Дура… - повторил Леон, - непроходимая дура… Надо же было всё так испоганить…

Закрыл глаза, тяжело вздохнул.

- Идею отсудить свою диссертацию не рассматриваешь? - Ада села рядом, и осторожно погрузила пальцы ему в волосы.

На всю эту беготню нужно время и силы, которых у Леона уже нет. Да и вор попался умный, ловко подстраховался, сделав из агента Кеннеди… ассистента, помогавшего Доменику писать книгу.

- Что?! - оторопела Ада. - Но как?

Легко. Ублюдок внёс имя Леона в списочек на последней странице. Туда засунул Анжелу, Ингрид, Хелену и до кучи Ниванса.

- Вот сволочь… - тихо и зло прошипела шпионка. - Сволочь… Неужели на него действительно управы нет, Леон? Он же вор, он украл твою диссертацию!

Кеннеди хмыкнул: да, Доменик вор, но теперь хрен докажешь. Теоретически справедливость восстановить можно, однако на все мытарства уйдёт столько времени, что проще написать диссертацию по другой теме, а об «одолженной» просто забыть.

- Думаешь, я не ходил к юристам? - Леон уныло посмотрел на Аду. - Сразу пошёл, как этот учебник попался мне на глаза.

И юрист объяснил незадачливому диссертанту, что доказывать своё авторство ему придётся в Учёном Совете, Аттестационной Комиссии, Коллегии по Антиплагиату, Комитете по профессиональной этике, Министерстве образования, Центре последипломного обучения (даже не в одном), Редакционно — издательском ведомстве, и, страх сказать, главе США лично.

Так что в итоге Леон смачно плюнул и решил, как выражаются современные подростки, тупо забить, ибо времени на походы по всем конторам у него нет, и никогда не будет.

- Мразь… - покраснела от ярости Ада. - Знал ведь, гад, у кого работу красть.

Жертвами жиголо стали те, кто постоянно мотался по командировкам, а не сидел в тихом офисе. Кроме Анжелы. Она, повинуясь приказам начальства, никуда не ездила.

- Хочешь знать, как она проворонила свою монографию, хотя торчит сейчас в Белом Доме? - лениво приоткрыл глаза Леон. - Легко…

Показала Доменику, когда он пришёл к ней в гости за помощью, и оставила ноутбук на несколько минут без присмотра. Чем паскудник и воспользовался. Быстренько всё себе скопировал, а потом сидел с озабоченным видом, притворяясь внимательным слушателем.

- А если всем, чьи научные работы Доменик собрал в этой книге, объединить усилия и подать коллективный иск? - не хотела сдаваться Вонг.

Здесь тоже ждёт пролёт по полной, «спасибо» той самой маленькой хитрости, сделавшей из Леона, Хелены, Ингрид и Пирса полноправных ассистентов, либо помощников, работавших на этого урода. Плюс Анжела, у которой духу не хватит вместе с ними пойти против этой мрази.

- За отца с матерью боится, оттого и молчит в тряпочку… - обнимая шпионку, пояснил Кеннеди.

Папенька бывшей напарницы стоит во главе Гарварда, мамочка же является директором крупнейшего в стране реабилитационного центра, где проходят лечение люди, перенёсшие инсульт. Старшие Миллеры давно уже перешагнули шестидесятилетний рубеж, и обоим всё прозрачнее намекают, что пора бы им уже уйти на заслуженный отдых. Особенно матери, чей авторитарный стиль управления довёл престижную больницу до кадрового кризиса. Работать стало некому.

Положение мужа Анжелы ещё более шаткое, этому карьеристу вообще грозит трибунал, и бедолаге Ричмонду очень повезет, если его по окончании служебного расследования просто уволят за позорный провал миссии, смерть трёх гражданских и одного агента БСАА.

- Дело Бейкеров, - пояснил Леон. - Тех самых. О твоём с ними формальном родстве никто, кроме Криса, не знает. Он весь возможный компромат на тебя ликвидировал. Так, для очистки совести.

Джек, Лукас и Маргарет Бейкеры погибли, умер напарник Мии Уинтерс, сама Мия три года провела в плену, а сейчас находится на строгом карантине, ибо «вакцину» мамзель Зои клепала на коленке, а для Итана, также заражённого той пакостью, антидота и вовсе не нашлось. Так что как сладкая парочка, так и младшая дочка Бейкеров на пару с дядей Джо вынуждены соблюдать режим суровой изоляции.

- А вся ответственность лежит на Ричмонде, он решил начать собственную игру, навязав Мие и её напарнику роль супружеской пары, воспитывающей маленькую дочку, - в серых глазах Леона полыхнула злость.

Что и стало причиной провала миссии под кодовым названием «Эвелина». Муж Анжелы знал, что невинная с виду девочка одержима стремлением попасть хоть в какую — нибудь семью, и велел Мие сказать «ребеночку», что они трое будут папой, мамой и дочкой. Ради пущей, как выразился Ричмонд, достоверности. Сам же в последний момент слинял, прислав вместо себя одного из подчинённых.

- Чем авантюра кончилась, ты видела… - потянулся, вставая, Леон. - Он сейчас дома сидит, и от страха дрожит. И на жену надеется, что та спасёт.

Потому Анжела и вынуждена вести себя, как примерная школьница, чтобы лишний раз не злить своих покровителей. Ей самой всё её враньё и необходимость притворяться обрыдли уже до тошноты, но соскочить с крючка она не может. По причинам, озвученным выше.

- Как она — то попала в ловушку? - не могла взять в толк Вонг. - Анжела ведь перед сенатором Дейвисом когда — то не спасовала.

Этот продажный трусливый жирный таракан, чуть не обделавшийся от ужаса, когда Клэр открыто обвинила его в пособничестве терроризму — одно, а вот люди, оказавшие Анжеле помощь после атаки на аэропорт Гарвардвилля и офис компании «Уилл Фарма» - совсем иное. Они, в отличие от того же Рона Дейвиса, действовали строго в рамках закона.

- В рамках закона? - расфыркалась Ада. - То, что они делают с Анжелой, заставляя её прогибаться под их «просьбы», является шантажом.

Увы, формально в этой ситуации, как и в инциденте с украденной у Леона диссертацией, никаких нарушений нет. Анжелу вежливо просят, она, любезно улыбаясь, помогает людям. Все счастливы.

- И она боится не только за родителей, - Леон направился на кухню. - На её прежней работе, в Штаб Квартире ФБР, сотрудница погибла. Выбросилась из окна девятого этажа.

Всю вину за тот нелепый суицид повесили на Анжелу. По крайней мере, общественное мнение заклеймило бывшую напарницу Леона, повесив на неё ярлык убийцы. Мол, её преступное бездействие вместе с привычкой лезть туда, где должны работать профессионалы, и стало причиной трагедии. Хотя та умершая секретарша сама была непроходимой дурой, и сделала всё, чтобы на фоне острого психоза свести счёты со своей непутёвой жизнью.

- Завтра тебе всё расскажу… - Леон насыпал заварку в большой пузатый чайник. - Сейчас уже ни сил, ни настроения нет… Извини, - скорчил рожицу.

Пару часов спустя Кеннеди уже блаженно спал, обнимая Аду за талию, а шпионка, гладя его по начинавшим седеть волосам, обдумывала события уходящего дня, попутно строя пока ещё смутные планы мести. Идею пристрелить ворюгу Вонг отмела сразу, считая смерть слишком мягкой карой, душа шпионки требовала возмездия по полной программе, включавшей в себя позорный вылет из Белого Дома, и возврат к проституции.

- Ты у меня, сукин сын, жёлтый билет получишь… - прошептала Ада в темноту перед собой. - За Леона я тебя порву, мудила…

О том самоубийстве в Штаб Квартире ФБР она, кстати, уже слышала. От Мойры Бёртон. Дочка Барри рассекала по супермаркету в компании подружки, делясь с той печальными подробностями недавнего инцидента. Анжелу мисс Бёртон обзывала непроходимой дебилкой, и выражала горячее согласие с некой Татьяной Дёминой, считавшей поведение Херувимчика проявлением вопиющей безответственности, мракобесия и тупости. Тянула, тупая курица, тянула, молчала, молчала, покрывала идиотку с её уехавшей крышей, вместо того, чтобы сдать Дженни психиатрам, и чем всё кончилось? Приходом пушистого северного зверька, по милому выражению русского десантника Костика. Эта шизанутая идиотина во время накрывшего её приступа паники сиганула из окна девятого этажа, а им теперь разгребать оставленное ею говно. И виновата тут Херувимчик. Оно же мать Тереза, оно же мадам Достаевская, оно же…

Увы, и упс, в этот самый момент Мойре «повезло» нарваться, как поняла Ада, на человека, явно симпатизировавшего Анжеле. Высокий черноволосый смуглый мужчина лет сорока с виду ледяным тоном осадил болтушку, попросив не забывать, что участие мисс Бёртон в «разгребании говна» ограничилось выносом коробки, куда начальник отдела сложил вещи покойницы. Все остальные тяготы легли на Джулию («спасибо» родстенничкам усопшей, эти предпочли сдриснуть в другой штат, сославшись на слабое здоровье). Так что нечего тут претендовать на титул «Лучшая сотрудница года». А в конце своей гневной речи пригрозил беседой с папашей Бёртоном. Старик Барри, мол, вправит ей то, что она по ошибке считает мозгами.

Мойра презрительно фыркнула, что товарищ Крэнстон может хоть Вовке из Тридевятого Царства писать на деревню дедушке, ей однохренственно. Однако предпочла ретироваться, на прощание посоветовав Крэнстону эти же соображения высказать некоему Максу Калинину, который ещё за полгода до той трагедии говорил, что не жалеть, слушая нытьё на тему «Папа пьяный, папа пьяный», да подтирая дуре сопли, а лечить надо было, и в условиях специализированного стационара, где Дженни не причинит вреда ни себе, ни другим.

- Хотя ты такой крутой только против того, кто слабее, совсем как твой Ангелочек, - пнула собеседника Мойра, скрываясь за стеллажом. - С теми русскими десантниками — то ты не цапался. Ни ты, ни эта твоя мать Тереза…

Хорошо хоть, что подружка её утащила, шёпотом прося не усложнять себе жизнь. Боже упаси, если ОНО придёт назад. Всем тогда кирдык.

- Ладно… - зевнула шпионка, закрывая глаза. - Завтра разберусь.

Ха - ха, с пресловутым «завтра», которое так любила Скарлетт О Хара, обломилось: без четверти двенадцать Леона разбудил президент, и попросил немедленно ехать в офис.

- Двадцать минут, Алан, - скинул с себя одеяло Кеннеди. - У нас убийство в доме сенатора Элвиса Тарта. Он, две младшие дочери, и сын, - объяснил он Аде причину столь позднего вызова.

Трупы обнаружила старшая девочка. Она же сообщила, что убила всех, скорее всего, вторая папина жена.

- Я тебе всё расскажу, когда вернусь, - поцеловал её Леон.

- С тебя, кстати, уже не одна история причитается, - улыбнулась Ада. - К следующей ночи придёшь?

Кеннеди, направляясь в душ, пожал плечами:

- Вряд ли…

Как ему сказал президент, полицию ставить в известность не будут, об убийстве знают федералы и Секретная Служба, так что возни предстоит много.

Оставшись одна, Ада позвонила Джилл, чтобы узнать, как Доменику удалось «одолжить» у Ниванса его отчёт, позволяющий претендовать на звание магистра. Если с Пирсом подлец никогда не пересекался лично.

- Зато с Херувимчиком у него контакты были, и частые, - прошипела миссис Рэдфилд. - У Криса он тоже кое — что украл. Я всего три дня назад обнаружила, в шоке была… Убью гада, удавлю… На пару с Ангелочком. Это же с её подачи записи попали к нашему мудиле.

Идиотина, когда с неё потребовали ответа, призналась, что она, желая её мужу исключительно добра, взялась за правку целой серии статей, написанных Крисом в ходе рейдов и командировок. Будучи у Рэдфилдов в гостях, всё себе скопировала и унесла домой. Помочь хотела. Пирсу тоже, по доброте сердечной. Хотела, как лучше, дура…

- Крис уже знает? - сочувственно спросила шпионка.

К сожалению, да. Получил на днях щедрую премию, и пошёл уточнить, за что. Ясен пень, что о своём участии в научной деятельности милсдаря альфонса он понятия не имел.

- Ада, я его живьём закопаю… - ярилась Джилл. - Сукин сын…

Утешало её одно: больше этот урод ничего украсть не сможет, они все теперь учёные, и дважды на грабли не наступят. И Ангелочку дадут пинка под зад.

- Не знаю, Ада, мразь она или непрошибаемая идиотка, но я её на выстрел из РПГ больше к нам не подпущу, пусть хоть обрыдается, - чуть успокоилась Валентайн. - Даже по работе. Спихну её Джессике, пускай с ней Шерават ковыряется.

Достала как дебилизмом на пару с мазохистским синдромом, так и своей бесконечной добротой, про которую та же Дёмина говорила, что со святыми людьми вроде Херувимчика никакой враг не нужен.

- Кстати о Дёминой, - вскинулась Ада. - Я уже слышала это имя от Мойры пару дней назад. Кто это? И кто такие Макс и Костик?

Парочка чертей и бесовка с ними. Полицейские из России, командированные в ФБР делиться опытом. У них, в Альянсе, тоже успели… поработать. С Анжелой, пока она в Секретную Службу не слиняла. И если Макс Калинин, как старший по званию, ещё «фильтровал базар» после одной из миссий, то Костик, характеризуя тактику Херувимчика, матом не ругался, он матом разговаривал.

- Она что, как и в Гарвардвилле, перепутала голову с коленями, и провела переговоры с ходячим трупом? - развеселилась Вонг.

Если бы. Эта придурошная, рванув к ним на помощь, только чудом не утопила в каком — то лягушатнике БМП, которую Джулия месяца три тому презентовала Цепешу.

- Калинин — то заставил себя промолчать, Влад тоже каким — то чудом оставил свое мнение при себе, а вот у Костика чердак снесло, - Джилл начала смеяться, вспоминая тот скандальчик. - Высказал он ей свои… соображения на собрании. Про медведя, цирк и велосипед убило… - миссис Рэдфилд расхохоталась. - Доменика он тоже от всей души послал, дал совет засунуть в пасть анальную пробку, пока ему в задницу биту не вогнали. Приказал валить назад в Белый Дом, иначе Костик его туда поджопником отправит.

- Этот скот, надеюсь, у русских ничего не украл? - меньше всего Ада хотела, чтобы из-за подлости бывшего федерала пострадала репутация Криса.

Вот тут гадёныш обломался, ибо всю науку тащил на своём горбу их начальничек, и этот начальничек, генерал Муратов, ни Анжелу, ни милсдаря шлюшку к ноутбуку не подпускал, все флэшки носил с собой, и вежливо отказывался от любой помощи.

- Не доверял? - зауважала генерала Ада.

Не доверял, поскольку уже доводилось нарываться. Так что хрен тут милсдарю, а не чужие записи.

- Почему Анжела, кстати, ушла из ФБР? - задала главный вопрос Ада. - Ей же хотели руководящий пост дать. И кто такая Дженни? Леон успел сказать, что она покончила с собой, а в её смерти обвинили Миллер. Странно. У Анжелы не тот характер, чтобы кого — то доводить. Она идиотка, но не сволочь.

Вот из-за Дженни, и её проблем всё у Ангелочка слетело к чертям. Эта дурища в течение трёх последних лет ежедневно выносила Анжеле мозги бесконечными жалобами и стонами «папа пьяный, папа пьяный», а Миллер, вместо того, чтобы послать ноющую гадину ко всем демонам, бегала с ней, да сопли сучке вытирала, сутками слушая её нытьё. Помогала дуре, помогала, а кончила крахом карьеры в Бюро, и полной жопой на личном фронте. Муж не смог простить Анжеле манеру ставить чужую девку выше семьи, развёлся, отсудив детей, и уехал в Питтсбург, запретив бывшей супруге даже напоминать о себе.

- А самое обидное, Ада, что по вине таких сучек, как эта Дженни, людей, реально нуждающихся в помощи, окружающие тоже держат за наглых паразитов, - посетовала Джилл.

И хамят, грубо затыкая рот. Сегодня на её подругу Мадлен тихая с виду Джулия так наорала, что скандал дошёл до директора. Причём Тэлбот, сволочь старая, устроил потом выволочку именно бедной одинокой матери, весь грех которой состоял в желании получить немного сочувствия. Пришла утром расстроенная, и стала жаловаться Джулии на бывшего мужа. Мерзавец он, подлец, моральный урод, подаривший племяннице дорогой ноутбук, а родному сыну отказавший в покупке удобного кресла — коляски. Подонок, а не мужчина.

Джулия, и раньше — то не отличавшаяся терпимостью в отношении любителей сетовать на жестокую судьбу, тут вообще отпустила тормоза. Она заорала на Мадлен с такой силой, что слышно было во всех отделах. Кричала, что ей уже осточертела и одна идиотка со своим сыночком, и идиоткино поганое нытье, и все намёки на помощь, которую ей должны оказывать коллеги в ущерб себе и своим планам. Что хватит уже бесконечно ездить по ушам, что её, Джулию, достали. Достали выть, достали ныть, достали своим стоном на реках Вавилонских. Задрали чертовы мученицы, способные только плакаться, жалеть свои тупые жопы, да других в своих проблемах винить. Вот кто заставлял её кретина сыночка садиться за руль джипа, не имея прав и опыта вождения? Кто вынудил уродца выжрать целую бутылку водки, кто? Уж точно не она, не Джулия. С какой стати всё это словесное говно именно ей в уши льют? Почему конкретно к ней идут, требуя жалости? Какого хрена к ней лезут со всем этим дерьмом? И кстати о бывшем муже дражайшей коллеги: он не просто мудак, мерзавец, мразь и подлец, он тварь распоследняя, он самый натуральный Гитлер, сволочь и козёл. Козёл, зажавший бедной «дитачке» креслице, но взявший на себя выплату всех компенсаций семье девушки, погибшей по вине ужратого в жопу мелкого ушлёпка. Теперь этот мужчина будет остаток жизни отдавать две трети своего дохода матери и сестре безвременно усопшей скрипачки. В отличие от Мадлен.

Джулия упускала из виду одну мелочь: Дженни изводила своими стенаниями «папа пьяный, папа пьяный» всех вокруг постоянно, требовала ставить себя в центр внимания, а если получала отказ, впадала в агрессию. Мадлен же обращалась за поддержкой крайне редко, прекрасно понимая, что и она, и её больной сын обременительны, а юноша в постигшем его несчастье виноват сам. Сел за руль в нетрезвом состоянии, выехал на тротуар, и совершил убийство. Позже, сидя под домашним арестом, он пытался покончить с собой (предварительно выпив бутылку виски), но выжил, и превратился в озлобленного на весь свет инвалида — колясочника, не способного ни самостоятельно ходить вследствие тяжелой травмы шеи, ни элементарно себя обслуживать. Все тяготы лежали на несчастной матери, поскольку государство, учитывая обстоятельства дела, отказало юноше в праве на получение социальной поддержки. Был пьян — всего хорошего. Мизерную пенсию в размере минимального оклада дали Мадлен, коль теперь она мать инвалида. Ни на сиделку, ни на няню, ни на другие льготы её сын прав не имел.

- Вот так всегда, - от души пожалела несчастную мать Ада. - Закон подлости наше всё, Джилл.

Рыдающая дитачка папочки — алканавта становится предметом жалости, а женщину, которой не грех помочь, люди считают сукой, отказываясь понимать, что во взрослой жизни сосуществование с пьющими родителями говорит о мазохизме и взаимной зависимости от таких вот больных отношений. Дженни — то уже не ребенок, вполне способна пьяного папеньку в задницу послать. А вот у Мадлен ситуация иная. Тут выхода из кризиса нет. Разве что избавиться от больного сына, поместив его в муниципальный хоспис. На что ни одна вменяемая мать не пойдёт.

Хотя та манекенщица Джулия, у которой искала сочувствия Мадлен, вообще не умела сопереживать чужому горю. Пламенное «спасибо» той самой Дженни.

- Джулия эту дурищу знала с детства, - объяснила Джилл. - И та её так достала, что Лестрандж в шестнадцать лет сбежала к бабке со стороны отца, а позже и из Штатов уехала, делала карьеру и училась за границей, лишь бы по её ушам не ездили с «папа пьяный, папа пьяный».

Дочь благополучных родителей Джулия Лестрандж и несчастное дитя алкоголика Дженни Харт росли по соседству, так что вторая девочка часто искала утешения и убежища в доме первой. Джулия, ясен дементор, в гробу видала что «дитачку», что папеньку ейного, и открытым текстом просила не принуждать её к построению дружеских отношений с Дженни.

Увы, у матери Джулии на сей счёт было иное мнение, и женщина — врач годами властно навязывала дочери общение с «маленькой страдалицей». Собралась в гости к подруге? Иди вместе с Дженни, у неё папа пьяный. Хочешь поехать в Диснейлэнд? И Дженни с тобой, ей отдохнуть надо, она живёт с пьющим отцом. Тебя пригласили на праздник? Отлично, но пойдёшь ты не одна, Дженни тоже идёт, у неё папа пьяный. Да как ты смеешь отвечать бедной девочке отказом, когда Дженни просит твоё вечернее платье?! А ну сейчас же отдавай, ты это платье целых два раза надевала! И украшения неси, Дженни хочет! Что значит «перетопчется», да кто дал тебе право подвергать Дженни такому унижению?! У неё папа пьяный, папа у девочки пьяный, как ты не можешь понять, бесстыдница! Он гоняется за Дженни с бутылкой в одной руке, и ремнём в другой! Он бьёт свою дочку, мучает, отнимает всё, что ей добрые люди дадут! Дженни от него прячется, а он её всё равно находит, и подвергает побоям! У Дженни папа пьяный! Он пропивает все вещи девочки, а ты жадничаешь, делиться не хочешь! Тебе что, жалко? Так, ты куда это уходишь?! В кино? Никакого тебе кино! Дома сиди, сейчас Дженни придёт, у неё папа пьяный. И хватит уже кривиться! К тебе пришёл гость, к тебе пришла Дженни, изволь проявлять любезность!

- Хотела вырастить новую мать Терезу, - не удержалась от сарказма Джилл.

Мечтала, что дочь продолжит традиции семьи, пойдёт в медицину, и всю себя отдаст потом служению людям.

Ага, щас. Хрен там плавал. Вместо светозарной эльфийки с кодексом чести джедая добренькая мамочка вырастила натуральную стерву, живущую по принципам холодного эгоизма. Джулия могла выслушать чьи — то жалобы на жизнь. Один раз. И предложить свой вариант решения проблемы. Если человек её советам не следовал, а продолжал плакаться, она жёстко посылала. Её ещё в детстве достало чужое нытьё.

- И правильно делала, - одобрила политику модели Ада.

Ведь многим из тех, кто любит жаловаться и стонать, решения не нужны, им нужны свободные уши, что было куда сливать негатив.

А если брать дочку алкоголика, по — прежнему живущую с пьющим отцом, то тут выход один — пинок под зад, потому что взрослая женщина вполне способна проработать, а затем порвать токсичные отношения. И кстати: какая религия мешала мамочке Джулии сдать вечно пьяного папашу Дженни социальной опеке, либо позвонить в полицию, когда дочь алкоголика была ребенком, а позже отвести к психологу, чтобы тот помог ей избавиться от сформировавшейся в детстве зависимости? Хотя тут — то за ответом далеко ходить не надо, и так всё ясно. Быть в глазах окружающих святенькой, ни хрена толком не делая. Наверняка обеих дур, что старую, что мелкую, соседи канонизировали при жизни. И не отставали от добренькой мамули, претендуя на свою порцию «сладкого» в виде похвалы за заботу об алкоголике и его бедной дочушке. Джулию же, единственного в этом дурдоме нормального человека, держали за порождение дьявола, и всячески осуждали её поведение.

- В целом верно, её незадолго до побега к бабке однажды пастор публично пропесочил будущую модель на проповеди за душевную чёрствость, отказ помогать бедняжке Дженни и эгоизм, - засмеялась Джилл. - Но не всё так просто оказалось в Датском королевстве. Я тебе позже все подробности расскажу. Пока только намекну. Тебе Эмили Браунинг нравится?

Узнав, что да, Джилл посоветовала Аде посмотреть фильм «Незваные». И рекомендовала пару триллеров про психушки.

- Генерал Муратов, когда всё вскрылось после самоубийства Дженни, сказал, что настало время удивительных историй, и ещё посочувствовал Джулии, с детства вынужденной терпеть выкрутасы идиотки, - закруглила разговор Джилл.

А Макс добавил, что он и раньше — то не особо жалел таких вот «бедных дитачек», а теперь от него сочувствия и подавно хрен дождёшься. Дёмина, уезжая, попросила Херувимчика никому больше добра не причинять и перестать, в конце концов, наносить людям пользу. И сама Анжела, и те, кого она «спасает», целее будут. Когда же Татьяна прощалась с Джулией, сказала ей, что живительный посыл в задницу куда полезнее жалости, и правильно модель делает, отправляя к едрене фене любителей сетовать на судьбу. Костик придерживался аналогичной точки зрения. Из всех прибывших в ФБР русских он больше всех остальных был возмущён как выходками покойницы Дженни, так и беспросветным кретинизмом Анжелы, до конца покрывавшей дуру. Пусть и признавал, что двигалась «маменька Тереза» в верном направлении, уча Дженни не себя винить в беспробудном пьянстве отца, и не вытаскивать мудака из пропасти, а уйти, дабы «папа пьяный, папа пьяный» прекратил валить на неё ответственность за свой алкоголизм. Что не надо бояться осуждения. Да, оно будет, про Дженни скажут, что она плохая дочь, бросила отца. Тут стоит на время оглохнуть. Поцокает тупое бабье языками, поцокает, да и отстанет. Горькая ирония судьбы состояла в том, что Дженни были нужны не советы подруги или помощь профессионала, а возможность бесконечно жаловаться на свою тяжёлую участь. А работу с ней, и её бедами стоило поручить хорошему клиническому психологу (минимум ему), а не такой же, как сама Дженни, безголовой мазохистке.

Анжела, кстати, едва появившись в Штаб Квартире ФБР, начала вести себя, совсем как добрейшая мамочка Джулии в «лучшие» времена, то есть жёстко навязывала модели компанию дочки алкоголика, не спрашивая чужого согласия, и устраивая скандалы, когда Лестрандж отказывалась составлять Дженни компанию. Рэдфилдов вместе с Коэнами и парочкой других семей тоже достала до нервного тика, таская Дженни на все мероприятия. Несчастная мисс Харт злобно требовала внимания только к себе, любые разговоры начинала и заканчивала с жалоб, и каждого тыкала носом в свою страшную участь. Очень обижалась, если её стенания кто — то прерывал. Кончилось тем, что и Крис, и Джилл, и даже терпеливая Клэр перестали приглашать к себе Анжелу, ограничившись телефонными звонками. Не говоря уже о Шеве Аломар. Ибо задолбало слушать это перманентное «вам — то хорошо, а у Дженни папа пьяный». Когда же дамочки, явившись как — то раз в канун Рождества без приглашения, испортили праздник всей их семье, Крис выкинул шмотки обеих идиоток за дверь, а Дженни с Анжелой сказал, что у них минута, потом он сучек выпнет сам, и плевать на слабый пол. После того конфликта общались они исключительно в стенах офиса.

- Так что жду тебя, - промурлыкала миссис Рэдфилд. - Куда ты, кстати, устраиваться собираешься, к нам или в Бюро? Крис тут собрался уже по твою душу…

Ада остановила выбор на ФБР. Анжелы там теперь нет, а вот с БСАА Херувимчик пересекаться будет часто. И Аде с ней лишний раз встречаться не хочется.

Ложась спать, Вонг искренне пожалела о том, что не вернулась к Леону намного раньше, ещё в две тысячи тринадцатом, и столько интересного пропустила.

Кеннеди вызвал её в половине восьмого:

- Ада, можно попросить тебя о помощи?

- Да без проблем, мистер Кеннеди… - заулыбалась в трубку шпионка.

Леон хотел, чтобы она сегодня посетила одну из крупнейших городских библиотек, поприсутствовала там на лекции по древним артефактам, а позже сообщила, кто вёл занятие.

- Я бы и сам сходил, но меня в том заведении… знают, - замялся, подбирая формулировку, Леон. - В прошлый раз, когда мы туда ходили, товарищ Костик обломал одному очень уважаемому докладчику весь кайф, попросив не превращать лекцию в «Хрен — ТВ», а слушателей в пациентов дурдома.

Речь в докладе шла о чудесном спасении последнего русского царя и его семьи. Типа выжили, сбежали, да и жили себе счастливо за границей.

- Бред, - припечатала Вонг. - Доказательств обратного столько, что даже клинический дебил не станет утверждать, будто им удалось пережить ту бойню.

Ну а шеф Костика, генерал Муратов, он же Винни Пух, долго и неприлично громко ржал, а когда успокоился, дал историку, проводившему «учёбу», совет писать фэнтези, вместо того, чтобы так на публике позориться. Впрочем, если их милости угодно выставлять себя не самым, мягко говоря, умным человеком, пожалуйста. Только к нам в Россию подобные глупости возить не нужно. Наше время стоит слишком дорого, чтобы тратить его на подобную ерундистику.

- Винни Пух?! - поразилась Ада. - Милый, должны быть, начальник у русских.

- Не то слово, - охотно подтвердил Леон. - Муратов, кстати, погоняло своё терпеть не может. Вернусь, расскажу… - не упустил возможности заинтриговать. - Мы все ржали, хотя и не над чем, всё могло плохо кончиться.

В половине одиннадцатого экс — шпионка уже слушала пространный доклад о так называемых «неугодных» находках и открытиях, предварительно скинув Леону в смс — ке имя лектора. Вроде ничего криминального в том, что знаменитый профессор дал поручение своему ассистенту, а сам внезапно отбыл в командировку, не было, но, если учесть, почему агента Кеннеди минувшей ночью выдернули из дома, этот отъезд наводил на определённые мысли.

Выйдя после лекции на улицу, Ада неспешно направилась домой. Навстречу ей попалась Анжела. Миллер, само собой, узнала шпионку, однако притворилась, будто не узнает ту, кто сравнительно недавно сделал из неё посмешище, бросив вместо осколочной гранаты элитный парфюм. Ада же, поравнявшись с фанаткой дайвинга, лучезарно улыбнулась, и пожелала Анжеле всяческих успехов.

Окончание следует…