Не могу не перепостить. Не могу найти слов. Очень страшно.

Переписка:
"Письмо дочери":
"Папа, у меня к тебе дело. Прикрепляю фотографию - сначала посмотри, потом дальше читай. Только прежде чем смотреть, на всякий случай вдохни поглубже (я серьезно)

Посмотрел? Тебе может мама говорила, что я волонтерю слегка. Хожу ухаживать за отказниками в городскую детскую №1. На фотке - мальчик, поступивший из павловского детского дома. У нас таких целая палата, все оттуда. Они лежачие инвалиды (ДЦП) и их там складывают по 30 человек в группе и кормят, видимо, через день в лучшем случае. Что не кормят - знаем со слов врачей в больнице, но официально никто ничего не скажет. Сейчас мы ищем независимого врача, который дал бы анонимную - хотя бы- экспертную оценку, что это. Потому как позиция дд - это мышечная дистрофия, обусловленная тяжестью основного заболевания - но невооруженным взглядом видно, что это туфта: мы их кормим и они мгновенно отъедаются - а деп. здравоохранения, куда люди писали про это - отписывается, что вы, мол, никто - не опекуны, не родители, не соцработники, и как дд говорит, так и есть. Там все повязаны. На такого ребенка дд получает 25000 в месяц - если его не кормить и одевать только в памперсы, которые благотворительные фонды привозят, то тыщи 24 можно сэкономить. А если он попадает в больницу (а такие дети раз-два в месяц туда попадают стабильно) больница получает на него уже 50000 в месяц. Улавливаешь? Они живут в нечеловеческих условиях, а умереть им не дают, потому что каждый месяц их жизни - это деньги. Усыновить таких детей невозможно в принципе (а желающие есть - я лично встречалась) опека отказывает под любым бредовым предлогом. Это бизнес. Мы сейчас ищем выход на все возможные информационые каналы, чтобы общественный резонанс создать. Можешь что-нибудь (кого-нибудь) посоветовать?
Маша.
От меня.
События в настоящий момент в Санкт-Петербурге развиваются так, что требуется помощь общественности для того, что бы заставить администрацию провести независимую экспертизу ситуации, сложившейся в этом учреждении.
Спасибо."

Нельзя, чтобы такая ситуация продолжалась!

Ссылка под источником блоггера ведет на snob.ru, где в свою очередь текст:

"По просьбе автора письма, я убираю текст, поскольку, по мнению тех, кто ведет реальную работу в СПб, все внимание общественности надо концентрировать на адресе «Делового Петербурга» - http://www.dp.ru/a/2011/01/17/Podobnoe_do_jetogo_ja_vide "

P.S. Текст письма у Делового Петербурга немного другой, но видимо проблема та же самая.

"Подобное до этого я видела только в фильмах про войну, когда показывали узников концлагерей"

В редакцию dp.ru поступило письмо, данные из которого идут вразрез с положительными возгласами о содержании детей в детских домах.
Общество, Здоровье и здравоохранение, Благотворительность, Объекты, Санкт-Петербург, СПб

Получив письмо Марии, редакция сознательно решила сделать исключение из своих "деловых" правил. Мы считаем, что проверкой таких фактов должны заняться уполномоченные органы.

"Здравствуйте. Обращаюсь к вам за помощью, но не для себя, а для тех, кто сам за себя попросить не в состоянии.

В течении нескольких месяцев со своим ребёнком я нахожусь на лечении и консультативном наблюдении в детской городской больнице. По необходимости тесно соприкоснувшись с больничной жизнью, я открыла для себя проблему детей-отказников, которые приезжают из детских домов в больницу. Общая заброшенность, запущенность таких детей произвели на меня  удручающее впечатление, но подленный ужас вызвало состояние, в котором находятся дети "тяжелые"-парализованные, не говорящие, питающиеся через зонды.

Дети страшно измождены. Даже истощены-многие представляют из себя просто скелетики, обтянутые кожей,-слишком маленькие для своего физического возраста. Стараясь по возможности навещать их и приносить им подгузники и др. гигиенические принадлежности, которых часто не хватает, я обратила внимание, что, получая лишь самую простую больничную пищу: жиденькие супы, картофельное пюре и кашу на воде-дети умудряются ощутимо, то есть видимо для глаз, прибавлять в весе.

Также я узнала, что все дети, поразившие меня своим ужасающим состоянием, поступали в больницу из одного и того же места.* Тогда у меня зародились подозрения, в реальность которых страшно было поверить,-неужели детей, беспомощных больных сирот, всецело зависящих от тех, кого приставило к ним государство, могут банально не кормить?! Дома, набрав в Интернете(название детского дома редакция решила раскрыть уполномоченным органам), я обнаружила, что это учреждение регулярно оказывается в центре скандалов и совсем недавно дети написали коллективное письмо, в котором жаловались президенту, что их плохо и мало кормят.

Мои худшие подозрения подтверждались.

Последней каплей для меня стало знакомство с мальчиком Ильёй 10 лет (на фото). Когда я впервые увидела его, мне стало плохо-нечто подобное я видела только в фильмах про войну, когда показывали узников концлагерей. Когда Илья поступил в больницу, он был так слаб, что не мог есть самостоятельно (в носу стоял зонд для кормления) и с трудом дышал. Но затем его состояние улучшилось, зонд вынули и он ел с ложки-я видела, как он ел-жадно заглатывая то ограниченное количество еды, которое разрешали ему дать из-за его дистрофии.

Редакция dp.ru не рекомендует просматривать фотографии чувствительным лицам и в присутствии детей

Фотогалерея:

И… поправлялся! Как ни цинично это звучит, но на фотографии Илья уже немного поправился по сравнению с тем, как он выглядел, когда поступил в больницу. Теперь его выписали и я очень волнуюсь, что скоро он опять окажется на грани жизни и смерти. Я надеюсь, моему письму будет придана огласка. Я также надеюсь, что другие люди, кто мог наблюдать это, не останутся равнодушны и также будут обращаться в различные инстанции.

Мария."

*Редакция dp.ru готова переслать полное письмо и контакты Марии всем органам, занимающимся защитой детей, и правоохранительным органам.

Я спросила того парня, что прислал мне этот материал, верит ли он сам в это? И он рассказал мне свою историю.

Совсем молодым, служа в армии, он встречался с девушкой, которая родила от него ребёнка, но ничего ему не сказала. Как он говорит: « Это была мимолётная связь, без продолжения, да и длилась то она, совсем не долго». Но, тем не менее, он ей сообщил все свои координаты, возможно, это сейчас в нём говорит обида на неё, а тогда он надеялся на продолжение, но девушка бесследно пропала. Его разыскала женщина, которой его бывшая пассия оставила ребёнка и его координаты. У этой женщины отобрали ребёнка, когда она была вынуждена обратиться в детскую больницу. Ни каких документов на опеку или усыновление законная мать ей не оформила, оставила лишь свидетельство о рождении и адрес отца. Женщина решила, что он должен знать, что у него есть сын, а уж как он поступит, это его дело. И хотя новоявленному папаше в то время было только 21 год, а его сыну 1 год и 8 месяцев, он поехал в Дом малютки забирать своё дитя. Если бы не его папа юрист, то вряд ли бы кто отдал чужому дяде ребёнка. Но его отец боролся за внука, и мальчонку они всё-таки забрали, а уже по месту жительства оформили усыновление. Так вот этот парень рассказал, что когда они забирали мальчика из Дома малютки, то всю лестничную площадку заполонили ревущие дети, которые просили и их забрать отсюда. А уже в поезде, развернув продукты и посадив сына поесть, он расплакался, когда увидел, с какой жадностью его ребёнок ухватил кусок хлеба, как он стремительно запихивал его, как-будто боялся, что этот кусок сейчас отнимут. Ещё долго ребёнок делал всякие запасы, пряча, то хлеб, то колбасу, то пряники, под кровать или за стенку. Сейчас мальчику 14 лет, он даже не знает, что был брошен матерью, что находился больше года в доме малютки, пока отец и дед отвоёвывали его.

Мальчику сказали, что мама умерла при родах. Сейчас у него есть мачеха, которая старше его всего на 12 лет, и есть два младших брата, которые родились уже в этом браке отца.

Я спросила своего знакомого, а не жалеет ли он, что по молодости пустился забирать ребёнка. А может это и не его ребёнок вовсе? Ответ мне пролил бальзам на душу, он сказал: «Как я могу жалеть об этом? Да я его вырвал из такого ада, в котором он находился! Да, даже если не мой, какая разница? Только он мой, я знаю, я чувствую, я его очень-очень люблю!»