Ах, возьми меня с собой
туда, где лето,
туда где тёмно-синий прибой
стонет в объятиях ветра.
Туда, где можно трахать кого попало,
курить траву и ничего не делать,
туда, где небо - огромное одеяло -
как будто разрисовано мелом.
Куда ментов вообще не пускают,
где солнце прыгает так высоко,
что даже глаз не хватает
увидеть, как оно далеко.
______________________
Или по финскому радио слушать музыку из страны, где
шлюха стоит всего лишь доллар, солнце всегда и везде.
не то, что здесь. Оно вроде и
притворяется солнцем, даже, блядь, светит сквозь облака,
только от этого света холодно. ни фига
не тепло, а блядь холодно, холодно, холодно, холодно, просто жуть -
спрятаться в тёплой кухне, курнуть
и по финскому радио слушать музыку реггей
пиздец, это всё невозможно
из-за того, что ты
опаздываешь. Неужели так сложно
вовремя быть на свидании?
рядом орут коты
от холода и любви - это для них оправдание.
я тоже хочу кричать,
только ментовский "уазик" на перекрёстке внушительно светит фарами
и заставляет молчать,
согласен, рифма кошмарная.
так ведь и я
не Крученых, и даже уже не Лёха
Никонов. Ни хуя.
Я замерзаю, мне плохо.
Не любишь морозы? Бля!
я ненавижу их больше.
_____________________
Ты плохая. Зима пройдёт.
Раздевалась в разрезе штор,
а потом - о, двухтысячный год
сдохни! - размазала рот
невозможной, чужой улыбкой,
слишком липкой
для этих губ.
время пиная,
как арестанта конвойный,
вечность вступала в права
и любая попытка возврата
была бесполезна;
на словах
пел запрет,
а рассвет
лез в окно
(это место я вычеркну)
только одно неизвестно:
как попала в подстрочник любовь.
__________________________
Я так люблю твой город, что боюсь
своих, как липкие конфеты,
облизанных и выброшенных чувств.
вчерашние газеты
врут... положишь руку - лампа, дверь,
очерченный неровно контур,
дрожащий в зеркале - теперь
порнографические фильмы уже не в моде -
на подходе
аукцион невинности,
когда презервативы продаются
быстрее, чем твоя любовь.
Глаза, накрашенные синей тушью
внимательно оценивают тень.
В соседних окнах жёлтый свет
и ничего такого нет,
обычный день,
придуманный за нас
двенадцать тысяч лет назад.
Парад разбитых слов
кончается, как номер телефона.
я повторяю:
Нет закона, который я не нарушал.
когда стихи всего лишь повод с тобою переспать;
читать стихи и трахаться - одно и тоже -
кровать, как чистый лист,
чернила - сперма.
Какие двери открывает простое допущение,
Весь мир сошёл с ума.
Сама
Хотела
____________________________
Потому что такая трава,
я играю в плохие слова
и оглядываюсь назад,
свою жизнь превращаю в ад.
в разноцветный чужой салют.
эти буквы всё время врут,
но холодный искусственный свет
переводит слова на нет,
Задыхаясь от счастья, вижу,
как становится небо ближе,
звёзды плавятся и текут
или падают, как салют...
________________________
Погода упрямая дура
выстудила совсем.
температура сердца
выше чем 37
осень течет слюной,
глаза выражают юг,
тёмно-зелёной волной
дёргается Петербург,
время стреляет в упор,
плюнь и ползи в зарю,
сердце играет хардкор
судорогой, не люблю
видеть такие дали.
разрывы косых дождей
горячую слякоть втоптали
в диаметры площадей.
плюётся дождём рассвет.
вертится, тащит, крутит
то чего больше нет,
не было и не будет.
________________________
Я вылез из ямы метро больной,
в передозе, совсем один,
словно утопленник, всплывающий весной
между расколотых льдин.
Уличный морг притворялся живым –
каждый шагал со своей особенностью,
но если посмотреть с большой высоты
все они двигались с одинаковой скоростью.
О, умение приспособиться!
Горе не сводит их с ума –
они идут с одинаковой скоростью
в такие же одинаковые дома.
21.45.02.07.06.
_______________________________
Умоляю,
не презирайте блядей!
Они олицетворение свободы,
пусть и в такой форме.
Но что нам форма?
Нам, выживших в девяностые,
олицетворяющих нулевые?
Они отдаются вам,
ничего не прося потом,
без желания ответа,
У вас такого нету.
Требуете от своих подруг или жён
верности,
выворачиваясь от ревности.
Каждый, мальчишкой, свой познаёт урок
между раздвинутых ног.
Теперь вы их оскорбляете
словом блядь,
так называйте так и меня.
Давай, не обидно! Я тоже не требую ответа.
Ведь нет никакой разницы
между блядью и поэтом.
23.25.01.07.
_______________________________________
Белого бейлиса сок
лейся в прозрачный стакан,
вертится около ног
искусственный балаган.
В жёлтый, в зелёный – режь
цвета на куски стихом,
танцпола блестящая плешь
крутится колесом –
они здесь толкаются пьют
чего-то всё время хотят
и если друг другу дают,
потом забирают назад.
Густой сигаретный дым
над ними, как Бог летает
и прячет лишь тех двоих,
что остальные толкают.
Они здесь танцуют,пьют,
ебут в туалетах девок
и там же нюхают порошок
со вторника на понедельник.
А утром, когда светлей,
прячут глаза в карманах друг друга
и на короткий срок случайных блядей
называют своими подругами.
02.22.21.12.06. –20.10.17.11.07.
___________________________________
Элегия
Кого ебёт чужое горе?
Больница, улица,кабак,
но только в чьём же разговоре
всплывёт всё было как?
Что через ругань и аресты,
сквозь беспредел
горели, пели анапесты,
и ямб горел.
Почти у самого у края…
зачем про остальное?
Я всё отлично понимаю –
кого ебёт чужое горе?
00.00.25.03.08.
___________________________
Ты повзрослеешь,это очевидно
и вовсе не обидно,
что сморщится прекрасный рот
и вылезет живот.
Сейчас ты молода –весь мир тебе,
но я пою хвалу судьбе,
что приготовила такое испытание –
стать взрослой,перестать шутить
и приступить к тому, что значит жить:
рожать детей и шить подушки –
и ты и все твои подружки
обречены судьбой старух
и вместо белых,тонких рук –
к морщинистым ладоням.
Так за искусство мстит природа!
и вот однажды в мартобре
две тысячи какого года?
на лавке старой во дворе,
встречая мне неведомое лето –
ты вспомнишь,вспомнишь обо мне.
Ты проклянёшь несчастного поэта.
13.25.09.11.06.
_________________________________
Это больно, как время года,
как беспечное время торча,
как альбомы, что вышли из моды,
как привычное многоточие…
Это видимо чей-то смех
обрывается в нас кулаками
и луна, одинаковая для всех
снова прячется за облаками,
фонари беспощадных звёзд
разрывают на части вату,
превращая пространство в гипноз
ошарашенного заката.
Лес вцепился в кровавый гранит
и говядину чернозёма,
а напротив него висит
созвездие из картона.
01.30.13.03.06.
_________________________
Видишь, память кидается в прошлое
недоверием вырванных фраз,
мы запомнили только хорошее,
но запомнит ли кто-нибудь нас?
из раздавленных светом подвалов,
чердаков и публичных домов…
а девчонка опять доставала
два билетика –страх и любовь.
Первый – это,конечно, удача
и сияние глаз в темноте,
а второй (разве может иначе?)
свобода в другой широте.
Так что хули искать виноватых?
И запомнит ли кто-нибудь нас.
Видишь, память бросается в прошлое
недоверием вырванных фраз.
20.30.17.04.08.
