Фрэнк Синатра с детства верил в свою счастливую звезду и буквально бредил славой. Его уверенности в себе можно было только позавидовать:  даже свои недостатки он умел превращать в достоинства. Так,  шрам на лице,  оставшийся после наложения акушерских щипцов при родах,  он называл скромно:  «поцелуй Бога». Будучи невысокого роста (всего-то 160 см),  этот выходец из семьи итальянских эмигрантов был невероятно обаятелен. Голубые глаза,  обворожительная улыбка и вкрадчивый чарующий голос уже в подростковом возрасте открывали перед «малышом Фрэнки»  любые двери.

«Frank Sinatra»

 здесь

>>>>>>>>

В ЧАС, КОГДА РАЗБИТЫ КОРАБЛИ...
 

На излете нашего романа, В час, когда разбиты корабли, Мое сердце, как это ни странно, Не скорбит, не плачет, не болит. Не был ты ни бережным, ни нежным, Не ценил меня и не берёг, Я жила лишь призрачной надеждой - Думала, ты сможешь. Ты - не смог. Я не передумаю, поверь мне, Я терпела, сколько было сил... Ты любил, но только лишь на четверть, Даже вполовину не любил. Ничего исправить ты не в силах, Не держи меня, тебя молю. Я любила, видит Бог, любила, Но сегодня больше не люблю. Ревность я твою не понимаю И в последний раз тебе скажу: Я, когда люблю, не изменяю, Если разлюбила - ухожу. В жизни путь мы выбираем сами, Я по всем счетам сама плачу. Если хочешь, можем быть друзьями... Только я, пожалуй, не хочу.

width="550" height="6"> Ты — женщина, ты — книга между книг, Ты — свернутый, запечатленный свиток; В его строках и дум и слов избыток, В его листах безумен каждый миг. Ты — женщина. ты — ведьмовской напиток! Он жжет огнем, едва в уста проник; Но пьющий пламя подавляет крик И славословит бешено средь пыток. Ты — женщина, и этим ты права. От века убрана короной звездной, Ты — в наших безднах образ божества! Мы для тебя влечем ярем железный, Тебе мы служим, тверди гор дробя, И молимся — от века — на тебя! (В. Брюсов)

http://blogs.mail.ru/mail/irina810/28554056C101D793.html?page=#comment_166ECF981966AB7B

Она — самая известная оперная певица прошлого столетия.

При жизни эту актрису любили, обожествляли, ненавидели, почитали и презирали, но ее профессиональное мастерство никогда никого не оставляло равнодушным. Яркостью пения и игры она произвела революцию на оперной сцене, преобразив в серьезную драму то, что обычно понималось как скучная оперная рутина.Ее жизнь напоминала древнегреческую трагедию, в которой она попеременно исполняла партии Героя, Божества, Любовницы и Жертвы. Она не оставила после себя ни наследников, ни даже могилы – ее прах был развеян над Эгейским морем. Но мир навсегда запомнил неповторимый голос удивительной Марии Каллас.