Прадо в Эрмитаже. Часть первая: Парад королей и шутов
Всю весну Эрмитаж принимает у себя гостей из далекой Испании: в Николаевском зале Зимнего дворца разместилась грандиознейшая выставка «Прадо в Эрмитаже». Коллекция картин, переехавшая на время в Петербург, включает в себя 66 шедевров старых мастеров. Особое место на выставке занимают портреты испанских королей, что вполне объяснимо: именно монархи были в Испании самыми крупными коллекционерами живописи, а их вкусы и пристрастия непосредственно отразились на формировании коллекции Прадо. Не растекаясь долго мыслями по древу, сразу перейдем к детальному осмотру каждого из представленных здесь портретов, снабдив его соответствующими комментариями. Испанские короли и их приближенные станут героями первой части нашего повествования.
Испанский король Карлос I Габсбург (он же Карл V в соответствии с германским порядком престолонаследия, 1500—1558 гг.) – знаковая фигура общеевропейского масштаба. При нём Испания превратилась в мировую империю, а владения императора включали в себя Нидерланды, Южную Италию, Сицилию, Сардинию, германские земли и колонии в Америке. В то же время этот неординарный человек был тонким ценителем живописи: запретив распродавать картины из королевского собрания, он заложил основу коллекции будущего музея Прадо. Судьба у Карла V необыкновенная. До пяти лет он не мог ходить, а его бледное лицо с сильно выступающей нижней челюстью было неподвижно. Однако когда в шестнадцать лет он в силу династических обстоятельств стал королем Испании, а в девятнадцать — императором «Священной Римской империи», новоиспеченный правитель показал себя с совершенно неожиданной стороны. Дальнейшую жизнь Карл провел в непрекращающихся войнах во имя своей «христианской империи», но в пятьдесят пять лет после нескольких военных поражений он решает навсегда отказаться от имперских амбиций. Карл отрекается от власти, передает императорскую корону брату, испанскую — своему сыну Филиппу, а сам удаляется в монастырь, где и проводит в одиночестве последние три года жизни. Король отличался отменным художественным вкусом, а его любимым живописцем был Тициан, кисти которого и принадлежит представленный на выставке портрет. Весьма нехарактерным решением для королевского изображения является практически полное отсутствие регалий и дорогих украшений за исключением скромного Ордена Золотого Руна на шее Карла. Таким образом, не отвлекаясь на лишнюю роскошь и ненужный блеск, мы можем сосредоточить все свое внимание на личности изображенного и его великолепном костюме. Изысканное одеяние «хубон», исполненное в ткани на плотной подкладке, по своей форме напоминает рыцарские доспехи. Не может не зацепить взгляд интимная часть брюк Карла – это «брагетт», деликатное наследство эпохи средневековья, которое представляло собой специальный откидной клапан, очень удобный и функциональный в связи с модой на тяжелые доспехи. Шелковые чулки плотно облегают ноги и закрывают нижний край узких штанов «кальсес», вдоль и поперек расшитых золотой нитью; таким же образом отделаны рукава. Воротник и подкладка его верхней парчовой одежды, называемой по-испански «ропон», отделаны мехом, а пышные рукава расшиты золотыми узорами. На ногах у Карла шелковые туфли без задников, а на голове плоский бархатный берет с пучком страусовых перьев. Таков Карл в тридцать три года, ещё полный решимости, романтических мыслей и грандиозных планов. Тем не менее, этот портрет дает повод некоторым исследователям говорить о том, что уже тогда Тициан смог уловить и мастерски передать грядущий надлом в душе короля. Кажется, что лицо его замкнуто, и он полностью погружен в свои мысли, как будто не замечая присутствие своего преданного пса по имени Сампере…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ
babs71
Пост "Фотозагадка: скульптуры-гибриды" стал одним из самых комментируемых у меня постов за последние месяцы. Сейчас под ним находится 173 комментария с попытками разгадать, что же обозначают загадочные скульптуры. 
Надо сказать, первая часть загадки не вызвала затруднений: все читатели сразу догадались, что представленные работы связаны с музыкой, а Очиро даже уверенно заявила, что скульптуры посвящены композитору Андрею Петрову. И это в самом деле так. Все эти работы находятся в уникальном музыкальном сквере имени композитора Андрея Петрова на Каменноостровском проспекте Петроградской стороны.
В начале XVIII столетия при введении в русском военном флоте гребных судов — галер и скампавей (полугалер) — появились матросы-гребцы. Поселили их на Петербургском острове в Гребецкой слободе. На плане Петербурга 1735 года значилось пять Гребецких улиц. Гребецкая слобода соседствовала с Зелейной (район Большой Зелениной улицы) и Татарской (в конце Ждановки жили калмыки, служившие при Петре как нерегулярная конница). 
