Вдогон его же статья о военной реформе
«Война — это ведь не просто кто кого перестреляет. Война — это кто кого передумает!»
Б.Васильев
(А зори здесь тихие)
ОЧЕВИДНОСТИ ДЛЯ ДИЛЕТАНТОВ
Уважаемые читатели!
Тем из вас, кто не имеет к армии никакого отношения - ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Военные профессионалы, а также полагающие себя таковыми и примкнувшие к ним – ДО СВИДАНИЯ!
Кадровые военнослужащие, военные пенсионеры, военные эксперты, журналисты, пишущие о проблемах армии, пожалуйста, - не обижайтесь!
Дело в том, что речь в статье пойдет о вещах, абсолютно ОЧЕВИДНЫХ для людей, которые имеют профессиональную военную подготовку. И, следовательно, – малоинтересных для военных и близких к ним категорий граждан.
Именно из-за своих профессиональных знаний кадровые военные (а также все те, кому небезразлична судьба армии России), просто не могут себе представить, насколько эти очевидные (для них) и, вроде бы, само собой разумеющиеся вещи НЕОЧЕВИДНЫ для обычных гражданских людей!
Поэтому извините! Статья не для вас.
Она для тех, кто:
добывает полезные ископаемые,
сеет хлеб,
варит сталь,
водит поезда и самолеты,
делает машины и игрушки,
пишет книги и песни,
учит и лечит людей,
рекламирует и продает товары и услуги…
…и в результате вынужден судить об армии только на основе газетных и телевизионных репортажей.
Словом, статья - для всех тех, кого обязаны защищать наши Вооруженные Силы.
Сразу оговорюсь, что для понимания проблем, которые затрагиваются в этой статье, потребуется некое напряжение мысли, чуть-чуть превышающее то, которое вы, уважаемые читатели, обычно затрачиваете на осмысление статей и передач по ТВ, посвященных проблемам Вооруженных Сил.
В свое оправдание могу сказать, что в тексте я старался избегать аббревиатур, малопонятных для неподготовленного читателя, а те специфические военные термины и понятия, (без которых при написании статьи никак нельзя было обойтись), попытался разъяснить на уровне, доступном для понимания человеком, не имеющим специального военного образования. Если название, или военный термин, упоминаемый в статье, имеет официальную аббревиатуру, то она приводится в тексте при первом упоминании предмета и дается в скобках. Например: Вооруженные Силы (ВС).
Итак, начнем доказывать очевидное.
«Управлять многими — то же, что управлять немногими. Дело в организации».
Сунь-Цзы
Очевидность первая:
« Дорого, но необходимо».
Возможно, что Вы, уважаемый читатель, знаете, что наша доблестная (без всяких кавычек) армия ныне состоит из шести главных составляющих, далеко не равных друг-другу ни по численности, ни по способности нанести урон потенциальному врагу. Сами военные называют эти компоненты «Видами Вооруженных Сил и Родами войск, не вошедшими в Виды».
Если Вы, уважаемый читатель, сможете с ходу, не заглядывая в продолжение этой статьи, назвать все шесть, - то у Вас прекрасная память! Но, на всякий случай, стоит освежить свои знания.
Итак, в состав Вооруженных Сил входят:
1. Сухопутные Войска (сокращенно – СВ).
2. Военно-Морской Флот (ВМФ).
3. Военно-Воздушные Силы (ВВС).
Последнюю аббревиатуру не стоит путать с известной британской телерадиокомпанией (British Broadcasting Corporation).
Кроме видов, в Вооруженные Силы Российской Федерации входят Роды войск, не входящие в виды ВС.
Это:
1. Ракетные Войска Стратегического Назначения (РВСН).
2. Воздушно-Десантные Войска (ВДВ).
3. Космические войска (КВ).
Следует сказать, что в состав ВС РФ входят еще органы центрального управления, Тыл Вооруженных Сил, железнодорожные войска и другие структуры и органы. Однако, непосредственно для боевых действий с противником предназначены только вышеперечисленные три вида Вооруженных Сил и три «отдельных» рода войск. Остальные элементы предназначены лишь для обеспечения боевых действий. (Каждый желающий узнать поподробнее о составе и задачах «воюющих» и «невоюющих» компонентов Вооруженных Сил может найти информацию о них в интернете и других доступных источниках).
Помимо «общеармейских» обеспечивающих структур, каждый Вид Вооруженных Сил и Род войск тоже имеет в своем составе кучу вспомогательных, (но необходимых), частей и органов, непосредственно не воюющих, а лишь обеспечивающих вооруженное противоборство с противником «чисто боевыми» соединениями и воинскими частями своего вида или рода войск.
Далее в статье основное внимание будет уделяться Сухопутным войскам. Почему?
Потому что Россия, – в первую очередь, величайшая (по территории) КОНТИНЕНТАЛЬНАЯ держава.
Полагаю, уважаемый читатель, что Вы понимаете, что армия - это инструмент политики, и инструмент во всех смыслах, достаточно дорогой. Танки, корабли и самолеты, отнюдь не дешевы, их нужно заправлять и ремонтировать, людей – кормить, одевать и лечить, ракетные шахты, радары и аэродромы – строить и обслуживать и т.д. Собственно, этим и занимаются обеспечивающие структуры (кстати, во всех армиях мира - весьма многочисленные). Причем «аппетиты» армии в случае «большой войны» требуют помимо, непосредственного ведения боевых действий, огромного напряжения всей экономики государства. «Все для фронта, все для победы!». Но тут, как говорится, «или мы - их, или они – нас». И в этом конкретном случае цель действительно оправдывает средства.
Но, дело в том, что армия и в мирное время поглощает немалую долю ресурсов страны. Конечно, размер расходов на оборону можно до некоторой степени сократить, оптимизировать, реструктуризировать и т.д., однако, полностью «свести на нет» не получается никак.
Иметь армию для любого государства – это, примерно, то же, как если бы Вы, уважаемый читатель, живя в городской квартире, вознамерились содержать где-нибудь за городом породистую скаковую лошадь, без возможности выставлять ее на бега. Престижно, конечно, однако очень дорого - расходов много, а доходов – никаких. Причем, помимо расходов непосредственно на содержание лошадки (аренда места в чьей-то конюшне, кормежка и ежедневная обслуга), рысак требует к себе лично Вашего внимания и заботы, а самое главное – времени. Выездка, тренировки, прогулки…, наконец - просто иногда за ушком почесать.
Армия, конечно же, не жеребец. Тем не менее, с точки зрения государства - армия – это, сложное, хлопотное и очень, очень дорогое хозяйство, в мирное время не приносящее, на первый взгляд, никаких доходов и дивидендов.
И всем этим большим и сложным хозяйством в нашей стране руководит непосредственно Министр обороны Анатолий Эдуардович Сердюков, а посредственно руководит (т.е посредством Министра обороны) – Верховный Главнокомандующий Вооруженными Силами страны, он же – «Главковерх», он же – Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев.
Им обоим, правда, помогают. И Глава Правительства, и начальник Генерального штаба, и Совет Безопасности, и Комитет Госдумы по обороне, и Общественная Палата при Президенте РФ, и еще куча всякого народу, которому по должности положено ВСЁ ЗНАТЬ про армейские проблемы. А также рулить военным строительством государства так, что бы наша армия была не хуже, чем у других-всяких-прочих государств. Отнюдь не из соображений престижа. А из элементарного чувства самосохранения.
Если у соседей армия будет лучше – то эти самые соседи при некоторых условиях могут прибегнуть к вооруженному способу разрешения противоречий с нами. Или к угрозе его применения. Что, кстати, чревато уже само по себе, а в крайне запущенных случаях – грозит утерей не только территориальной целостности, но и утрате экономической и политической независимости, или вообще, государственного суверенитета как такового. И не имеет значения тот факт, что, именно, в данный момент нападать на наше государство никто не намеревается. Ибо, как показывает исторический опыт, «в политике имеют значение не намерения, а возможности». А противоречия – они всегда есть. Или в нужный момент находятся. Даже между самыми «братскими» странами.
«Но Конституция РФ не обязывает лично меня ЗНАТЬ проблематику и, уж тем паче РУКОВОДИТЬ нашими Вооруженными Силами!» - скажет юридически подкованный читатель и будет абсолютно прав!
Да, уважаемый читатель, этого Конституция РФ нас с вами делать не обязывает. Однако, она обязывает всех нас ПЛАТИТЬ НАЛОГИ на содержание государственной машины, в том числе и ее военной составляющей. А граждан мужского пола, достигших соответствующего возраста, обязывает еще и отслужить некоторый срок в той самой государственной корпорации, которая именуется «Вооруженные Силы Российской Федерации». И я искренне надеюсь, что лично Вам, уважаемый читатель, небезразлично, куда уходят Ваши денежки и энная часть Вашей драгоценной жизни, или жизни Ваших детей, какую жизнь, кстати, армия и призвана защищать! Если сформулировать вопрос более точно, то насколько эффективны действия руководства государством и армией по управлению основной составляющей обороноспособности страны, предназначенной для исключения вооруженного вмешательства извне в дела нашей с Вами Родины?
«На Западе армии были слишком велики для здешних стран. На Востоке страны были слишком велики для армий».
Уинстон Черчилль
Очевидность вторая:
«Критерии оценки, или Человек с Копьем»
А как простому гражданину России определить, эффективно ли управление военной структурой государства? Чем руководствоваться при оценке действий команды т.н. «эффективных менеджеров» под руководством уважаемого Министра обороны? Мы же с вами, уважаемый читатель, «академиев не кончали»?
Не волнуйтесь, читатель!
Нынешний Министр обороны тоже не кончал ни одного военного ВУЗа. Тем не менее, он руководит вверенным ему ведомством с твердостью и упорством, кои подразумевают наличие очень конкретной и достаточно четко сформулированной цели. Разберемся.
Для начала нам необходимо уяснить для себя: для чего предназначены Вооруженные силы. А уяснив это, понять, - смогут ли они в нужный момент выполнить свое предназначение.
В Конституции РФ понятие «Вооруженные силы» отсутствует. Статьей 10 пунктом 2 Федерального Закона «Об обороне» предусмотрено следующее определение:
«Вооруженные Силы Российской Федерации предназначены для отражения агрессии, направленной против Российской Федерации, для вооруженной защиты целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации, а также для выполнения задач в соответствии с федеральными конституционными законами, федеральными законами и международными договорами Российской Федерации».
Если это определение «перетолмачить на язык родных осин», то мы увидим, что целей существования ВС РФ, общим числом - три:
1. Дать по зубам ЛЮБОМУ внешнему агрессору, при этом не допустить, чтобы коварный враг отнял у нас часть территории страны.
2. Выполнить внутри страны ЛЮБЫЕ задачи, которые «нарежут» армии Президент и Правительство (внеся соответствующий законопроект), а также уважаемые депутаты Госдумы (проголосовав за него «конституционным» большинством).
3. Воевать в мире везде, где укажут они же (подписав соответствующий международный договор и ратифицировав его соответственно).
Заметим, в скобках, что с точки зрения закона, целью деятельности Вооруженных Сил НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ПОЛУЧЕНИЕ ПРИБЫЛИ, о чем мы говорили выше.
Что касается второй и третьей цели существования армии, - то, не вдаваясь в политическую агитацию и пропаганду, пока оставим их на совести наших «слуг народа». Ибо все это – тема отдельной статьи.
А вот первую цель и критерии ее достижения попытаемся рассмотреть более подробно. И если с самой целью все, более, или менее, понятно, то о критериях стоит подумать. Поднапрячь, так-сказать, мозги.
Прежде всего, стоит разъяснить читателям значение слова «агрессия». Согласно международному праву, «агрессия – это любое незаконное с точки зрения Устава ООН применение силы одним государством против территориальной целостности или политической независимости другого государства или народа (нации)». [1]
Вывод из этого положения простой. Для того, что бы отразить «применение силы» агрессором в отношении нашей страны, необходимы не шаманские заклинания в Совете безопасности ООН и не призывы к мировому сообществу с требованием «обуздать агрессора», а соответствующее и адекватное нападению ВООРУЖЕНОЕ ДЕЙСТВИЕ.
Что касается «территориальной целостности».
Регион, на который претендует агрессор, не должен в итоге военного конфликта выйти из под юрисдикции России. На примере Югославии и некоторых других стран все знают, к чему приводит создание т.н. «зон безопасности» с вводом в эти «зоны» различного рода «миротворческих формирований». Надеюсь, что два этих положения понятны и возражений по ним не последует.
Идем дальше.
Для того, что бы предотвратить (а это, конечно, лучший способ), или отразить агрессию, необходима соответствующая вооруженная сила. Величина этой силы (военный потенциал государства) – и есть важнейший критерий возможности государства по отражению агрессии. Здесь следует пояснить, что «военный потенциал» - понятие чрезвычайно сложное и в современной войне зависит не только (и не столько) от количества танков, ракет, самолетов и кораблей, имеющихся в армиях противников. Зависит он от огромного количества различных факторов, которые непременно учитывают высоколобые штабные офицеры при планировании любых серьезных военных операций.
Тем не менее, у каждого из государств, участвующих в вооруженном противостоянии, есть несколько чрезвычайно важных характеристик, достоверно зная которые, можно с большой долей вероятности предсказать результат их вооруженного противоборства.
И важнейшим из этих факторов является, на мой взгляд, ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВОЛЯ к ведению вооруженной борьбы.
Уважаемый читатель. Если Вы считаете, что под политической волей автор подразумевает только желание глав конфликтующих государств и их генералитета столкнуть лбами свои армии на поле боя, то вынужден вас огорчить. Все обстоит с точностью «до наоборот». Дело в том, что, как бы парадоксально это не звучало, но нет на нашей планете более пацифистски настроенных людей, чем военные профессионалы в истинном значении этого определения. Ибо им, военным профессионалам, именно в силу полного и исчерпывающего знания ими реалий современных войн лучше других ясно, насколько тонка грань между вооруженным конфликтом двух государств и всеобщим уничтожением современной цивилизации вида гомо сапиенс.
Что касается лидеров государств, то горе той стране, к руководству которой пришел человек, действительно ЖЕЛАЮЩИЙ, что бы его государство принимало участие в любом, даже самом маленьком и вялотекущем вооруженном конфликте. Однако, справедливости ради, стоит отметить, что таковые личности на высших постах государственной власти все же периодически встречались в веке двадцатом. Встречаются, они, к сожалению, и в веке двадцать первом .
Так вот, на мой взгляд, политическая воля к вооруженной борьбе – это, с одной стороны, безусловная решимость руководства страны использовать ВСЕ РЕСУРСЫ государства, включая армию, народ и экономику страны для организации и решительного ведения боевых действий с целью полного и окончательного разгрома напавшего на страну вооруженного противника. С другой стороны – это мотивированная готовность личного состава вооруженных сил, а также подавляющего большинства граждан страны к вооруженной борьбе с агрессором и неизбежным при этом жертвам и лишениям.
Следующая характеристика, определяющая ход и исход любого вооруженного противоборства - это экономическая мощь государства. Она включает в себя такие показатели, как состояние промышленности и сельского хозяйства, степень их технологического развития, состояние коммуникаций, систем связи и передачи информации, обеспеченность природными ресурсами, наличие и качественный состав населения, степень освоенности территорий и многое-многое другое. Об этом факторе и его влиянии на военный потенциал государства, а также на ход и исход военного конфликта написаны горы книг. Повторяться не будем.
Третьим фактором, уже непосредственно влияющим на возможность страны одержать победу в вооруженном конфликте, является наличие у государства средств его ведения. Эти самые средства ведения военных действий, уважаемые читатели, и есть армия, а также структуры и ресурсы, предназначенные для ее непосредственного обеспечения.
Представьте себе человека, держащего в руке копье. Аллегория, конечно, примитивная, но наглядная. Страна, имеющая армию, напоминает копьеносца. Причем, голова человека – это его правительство, решающее, будет человек метать копье сейчас, или можно еще погодить. Тело человека – это экономика. От нее зависит насколько далеко и сильно человек может метнуть копье. Древко копья – оборонно-промышленный комплекс и системы непосредственного обеспечения армии, ну а стальной наконечник – собственно вооруженные силы. От качества копья (вес, материал наконечника и древка, степень обработки, способы заточки и закалки, острота и пр.) будет зависеть его поражающая способность.
В мирное время человек может постоянно держать копье в руке, отведя его назад для броска (тяжело, но некоторое время возможно). Или стоять, просто на него опираясь. Или на время разобрать копье, заменяя одну часть на другую – более совершенную. Он также может использовать копье в «гуманитарных целях» - например, для охоты, или может просто положить его на землю и взять в руки более мирное орудие труда. Может совсем выбросить, сломать, или сжечь. Обычно, для миролюбивых государств, все зависит от наличия и степени вооруженной угрозы извне. Разные страны в разные периоды своей истории поступали со своими «копьями» по-разному.
Нам же с вами предстоит оценить, как современное руководство страны и Вооруженных сил отнеслись к «копью», доставшемуся им в наследство от Советского Союза. Еще более интересный вопрос – как они собираются использовать это «копье» в будущем?
Пишет Влад Шурыгин ( shurigin)
@ 2010-07-12 20:38:00
Метки данной записи: Армия
Продолжение статьи Кондаурова о военной реформе
«Никогда не воюйте с русскими. На каждую вашу военную хитрость они ответят непредсказуемой глупостью.»
Отто фон Бисмарк
Очевидность третья:
«Против кого дружим?»
5 февраля 2010 года Президентом России была подписана новая Военная доктрина Российской Федерации [1], являющаяся основным документом, который должен определять взгляды политического руководства страны на то, к какой войне мы готовимся, а главное - с кем и как собираемся «бодаться». В связи с этим, в документе также должны излагаться пути военного строительства государства. В ходе прочтения документа у нормального военного человека, как правило, возникает легкое недоумение, постепенно переходящее в глубокое удивление, поскольку о вероятных противниках в Доктрине сказано очень расплывчато и осторожно. Надо полагать, что писали ее по принципу «как бы нам кого-нибудь не обидеть!».
В частности, в статье 8 документа основными угрозами национальной безопасности указаны:
« а) стремление наделить силовой потенциал Организации Североатлантического договора (НАТО) глобальными функциями, реализуемыми в нарушение норм международного права, приблизить военную инфраструктуру стран – членов НАТО к границам Российской Федерации, в том числе путем расширения блока; (Куда уж ближе? По западной границе бывшего СССР вступили уже все, кроме Финляндии. Интересно, а что будем делать, когда в НАТО вступят Украина, Молдова и Беларусь? Скажете, что такое невозможно? В современном мире, на мой взгляд невозможного осталось мало. ) [2]
б) попытки дестабилизировать обстановку в отдельных государствах и регионах и подорвать стратегическую стабильность; («Где, кто, когда? Адреса, пароли явки?» (С))
в) развертывание (наращивание) воинских контингентов иностранных государств (групп государств) на территориях сопредельных с Российской Федерацией и ее союзниками государств, а также в прилегающих акваториях; (Только кто же он, этот нехороший наращиватель?)
Полный текст здесь:
http://news.kremlin.ru/ref_notes/461.
Чтобы не утомлять читателей цитатами, скажу, что еще в восьми пунктах статьи продолжается перечисление реальных, но абсолютно безликих угроз нашей с вами безопасности. Однако, как вы сами, вероятно, уже догадались, - без международного терроризма, конечно же, не обошлось.
Кстати, насчет терроризма. На мой взгляд, все уверения наших и заокеанских политических лидеров в эффективности действий регулярной армии против этого вида угрозы национальной безопасности представляются…, как бы это помягче сказать? Сомнительными, что ли? Особенно в свете реальных, а не декларируемых, результатов этой борьбы.
Для сравнения. В свеженькой (тоже 2010 года!) Стратегии национальной безопасности США на 10 листах формата А4 слова «русский» и «Россия» встречаются 18 раз.
Текст документа на английском языке можно прочитать здесь:
http://www.whitehouse.gov/the-press-office/advanci...nts-national-security-strategy
Тем же из читателей, которые по-английски не читают и к сведениям, составляющим государственную тайну, никакого отношения не имеют, открою страшный «военный секрет». Он заключается в том, что командира любого уровня учат перед боем оценивать противника. Оценка эта заключается в последовательном уяснении следующих вещей: принадлежность, состав, численность, состояние, местоположение и наиболее вероятный характер действий врага. Говоря другими словами: кто перед нами, насколько он силен и что он собирается делать? Если командир перед боем не сделает этой важнейшей мыслительной работы, (не ответит на указанные вопросы), то все его последующие действия будут по результативности напоминать бой с тенью. Ракеты упадут в болото, артиллерия будет стрелять по пустым лесам, авиация сбросит бомбы на никем незанятые поля, танки растратят горючее впустую, а пехота, в итоге, окажется внезапно атакованной, причем с того направления, с какого врага никто не ожидал.
Так вот, после прочтения нашей Военной доктрины, лично у меня сложилось впечатление, что Российская Федерация собирается вести бой с тенью.
«Враг сам по себе не исчезнет».
Мао Цзэдун
Очевидность четвертая:
« Бог всегда на стороне больших батальонов»
Справедливости ради, стоит сказать, что одну наводку на некоего эвентуального противника Военная доктрина РФ все же нам дает.
НАТО! Страшилка для налогоплательщиков, или реальная угроза России?
Разберемся.
Всего в военной организации НАТО 28 государств. Общая численность вооруженных сил – около 4 000 000 военнослужащих. Вести боевые действия они предпочитают в коалиции. Но могут и по отдельности.
Весь безумный опыт человечества, накопленный во время войн и военных конфликтов, говорит нам о том, что наиболее опасным противником, как правило, является тот, который ближе.
Ну, кто там из стопроцентных европейцев бряцает оружием в непосредственной близости к нашим границам? Норвегия, Эстония, Латвия, Литва, Польша. Эти – граничат вплотную. Словакия, Венгрия, Румыния, Турция – через одно государство. Остальные – географически расположены немного дальше.
Еще один непреложный закон войны – в оценке противника в первую очередь принимай во внимание самого сильного. Ближе всех – Польша. Сильнее всех (в Европе, но не в НАТО) – Германия. Их и будем оценивать с точки зрения «наконечника копья».
Польша. Очень миролюбивое государство. Население - 38 116 000 человек (2008 год). Численность вооруженных сил – около 150 000 военнослужащих. В сухопутных войсках Войска Польского – четыре общевойсковые дивизии. В их составе всего 16 общевойсковых (танковых, механизированных и бронекавалерийских) бригад. Есть еще три бригады и три батальона территориальной обороны, две десантные бригады, две артиллерийские и две инженерные бригады. Есть еще несколько десятков отдельных полков, но не будем «мелочиться».
Читатель, возможно, усмехнется, прочитав слово «бронекавалерийские». Ничего смешного, уважаемый читатель! Польская армия, как, впрочем, и американская, имеет в своем составе бронекавалерийские части… в которых нет ни одной лошади!!!
Дело в том, что разведка в западной военной традиции – это не вид боевого обеспечения, как у нас. Это вид боя! Про разведку боем, надеюсь, слышали все? Так вот, эти самые бронекавалерийские части и предназначены для ведения разведки. Боем. В современных армиях они оснащены современной бронетехникой, боевыми вертолетами(!) и укомплектованы отборным личным составом. А по численности и боевой мощи бронекавалерийский полк США, например, сопоставим с американской механизированной бригадой. А название… просто исторически так сложилось. В ХIX веке разведку, как вид боевых действий, вела, в основном, кавалерия.
Между прочим, слово «танк» (the tank), в его первоначальном английском значении - это «бак, бочка». Смешное название, правда? Вот только форма, содержание, и особенно боевые возможности современного танка улыбок у его противников почему-то не вызывают.
Теперь о самом сильном в «европейской песочнице»
Германия. Имеет возможность участвовать в вооруженном конфликте с Россией? Во взаимодействии и через территорию союзной Польши - имеет. Пока – не хочет. Но может. Может! Еще как может!
Численность вооруженных сил Германии - около 325 000 военнослужащих, при численности населения страны - 82 002 356 (2009 год).
Сухопутные войска Германии также дивизионного состава, всего насчитывают восемнадцать боевых бригад. Из них - девять развернутых механизированных и три механизированные сокращенного состава, две воздушно-десантные, горнопехотная, воздушно-механизированная, артиллерийская, бригада противовоздушной обороны, а также немецкий компонент франко-германской бригады. Кроме того, в сухопутных войсках имеется командование сил специального назначения, бригада армейской авиации, бригада химической защиты и инженерная бригада, а также две бригады материального обеспечения. Личного состава – 189 тыс. человек (2009 год). С учетом доукомплектования развернутых бригад и отмобилизования бригад сокращенного состава может насчитывать до 250 тыс. человек.
На территории Германии дислоцируются соединения 5 армейского корпуса США ( танковая и механизированная дивизия), Командование СВ США в Европе и Командование ВВС США в Европе . Кроме этого, по планам единого командования НАТО на территории Германии формируются два американо-германских корпуса (по две дивизии в каждом), а на территории Польши – объединенный корпус из дивизий трех стран – Германии, Дании, Польши. Следует заметить, что ни США, ни Германия, ни Польша от ДИВИЗИОННОЙ СТРУКТУРЫ НЕ ОТКАЗАЛИСЬ и отказываться, судя по всему не намерены. Но об этом несколько позже.
Но, не будем пугать читателя совокупной «мощью НАТОвской военщины». Остановимся на национальных вооруженных силах Польши и Германии,
Подсчитаем общий итог за вооруженные силы и сухопутные войска всего лишь двух (из двадцати восьми!) стран:
Таблица 1.
Государство Численность ВС
(тыс. в/служащих) Количество «общевойсковых» бригад Количество «обеспечивающих» бригад Всего бригад
Польша 150 16 9 25
Германия 325 18 5 23
Итого 475 34 14 48
Всю таблицу учить наизусть не нужно.
Достаточно двух из нижней строки – «34» и «48». Запомни их, читатель. Пригодится!
________________________________________
[1]
http://news.kremlin.ru/ref_notes/461
[2] Курсив здесь и далее - мой (Дракон_первый)
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Пишет Влад Шурыгин ( shurigin)
@ 2010-07-12 20:44:00
Метки данной записи: Армия
Продолжение стаьи Кандаурова 3
« А не посчитать ли нам, уважаемые кроты?»
Мультфильм «Дюймовочка»
Очевидность пятая: «Лучше меньше, да лучше?»
Прежде, чем заняться подсчетом «сухого остатка» нашей армии, следует разъяснить читателю, что подразумевают военные профессионалы под понятиями «военный конфликт» и «война», а также какова связь между ними и способами применения войск в случае их возникновения.
Итак, война – это возникшее вследствие антагонистических [1] противоречий, противоборство, ведущееся с глобальными целями двумя и более государствами, во ВСЕХ СФЕРАХ жизнедеятельности (военной, экономической, социальной, информационной и др.), в котором ВЫЖИВАНИЕ противника не является граничным условием.
Основной признак войны, уважаемый читатель, – отнюдь, не только ведение военных действий с применением всех средств вооруженной борьбы. В первую очередь война - это величайшее НАПРЯЖЕНИЕ всех сил государства, достижение им максимума возможностей, использование всех ресурсов с целью достижения победы над врагом. Победа при этом достигается только совокупными усилиями всех составляющих военного потенциала. Лозунг: «Мы за ценой не постоим…» в этой ситуации максимально актуален, ибо единственной альтернативой является утрата суверенитета и территориальной целостности государства и нации.
Все вооруженные столкновения, которые по своему напряжению «не дотягивают» этой страшно высокой отметки – являются военными конфликтами.
Другими словами, - игра в случае войны ведется «по максимальным ставкам». Вопрос ставится так: быть, или не быть государству и народу, населяющему его территорию, в том самом, Гамлетовском понимании вопроса. Причем наличие чисто вооруженных столкновений в этом случае не является абсолютным условием. Пример? Холодная война.
Итак, повторяю. Максимальное напряжение. На кону – само существование государства в том виде, в каком оно вступает в войну. Если же вопрос при ведении вооруженного противоборства ставится хоть как то иначе – это вооруженный конфликт. Он может быть различной «интенсивности», продолжительности и масштабности. И дело здесь не в пространственно-временных характеристиках.
И война и конфликт могут быть вялотекущими и интенсивными, молниеносными и затяжными, вестись в крайне ограниченном районе, или охватывать территорию в половину Земного шара, вестись с применением ядерного оружия, или без такового. Сути это нисколько не меняет.
Существует много классификаций войн и вооруженных конфликтов, однако, мы должны четко уяснить себе главное: война и военный конфликт – это, отнюдь, не одно и то же. При этом следует сказать, что большинство войн органически «выросло» из незначительных, на первый взгляд, конфликтов.
Скажу больше. Иногда одна из двух противоборствующих сторон ведет войну, а другая – участвует в вооруженном конфликте. Как такое может быть? А все очень просто, читатель. Все зависит от ЦЕЛЕЙ и задействованных государственных ресурсов. Одна страна может биться с максимальным напряжением всех сил, «не на жизнь, а на смерть», а другая – всего лишь посылать в район конфликта ограниченные кем-то контингенты.
Теперь о роли регулярной армии в войне и в военном конфликте.
Классическая военная наука двадцатого века предполагала наличие у государства как бы двух армий. «Первая» (кадровая) армия, состоящая из частей «постоянной готовности» была предназначена для участия во всякого рода вооруженных конфликтах, протекающих без напряжения ВСЕХ сил и ресурсов государства. А также для отражения первоначальных ударов противника в случае начала войны. «Вторая армия» - мобилизационная, создающаяся из ресурсов, накопленных государством в предвоенный период. Она должна была развертываться на базе соединений и частей «сокращенного состава», пока кадровая армия, истекая кровью, удерживает приграничные районы и не пускает противника вглубь страны. Таков «сценарий» классической, «правильной» ВОЙНЫ.
Суть «первой» (кадровой) и «второй» (мобилизационной) армий в двадцать первом веке по существу не изменилась. Добавилась воздушно-космическая составляющая. Кадровая армия должна теперь (помимо удержания приграничных районов) прикрыть всю страну в целом и развертывание мобилизационной армии, в частности, от первых воздушно-космических ударов противника. В том числе, если эти удары будут нанесены ядерным оружием.
При этом, нашей Военной доктриной декларируется, что в случае серьезной угрозы национальной безопасности, Россия оставляет за собой право применить первой ядерное оружие. Так может, все остальные составляющие армии (кроме «ядерной дубины» и «ядерного щита») России не нужны?
К сожалению, это не так. Наличие ядерного оружия нисколько не снижает значение, например, Сухопутных войск при защите ими территориальной целостности страны. Ибо, никакие ракеты не гарантируют, что противник, получив ракетно-ядерную «оплеуху», не откажется от продолжения агрессии. Кроме того, ни ракеты, ни бомбы, ни космические войска, ни средства радиоэлектронного подавления не в силах выполнить основную цель существования Сухопутных войск – ОТСТОЯТЬ ТЕРРИТОРИЮ.
Землю свою.
В том самом, первоначальном смысле.
Еще одна аксиома, которую Вам, уважаемый читатель, следует принять без доказательств: пока на участок территории не ступил сапог, или ботинок обычного пехотинца, – эта земля ничья! Только ПРИСУТСТВИЕ на участке земли сухопутных войск, их основного компонента – пехоты, является, в случае войны, признаком ПРИНАДЛЕЖНОСТИ этой земли какому-либо государству. Ибо, территория – один из самых драгоценных ресурсов любого государства. Именно поэтому с такой скрупулезной точностью проводятся и охраняются границы всех без исключения УВАЖАЮЩИХ СЕБЯ государств. Именно поэтому несут ВОЕННУЮ службу в самых отдаленных точках нашей страны гарнизоны ее Сухопутных войск.
В отличие от войны, в конфликте любой интенсивности принимает участие лишь «первая», т.е. кадровая армия, которая должна иметь достаточно сил и средств, что бы не задействуя ресурсы, предназначенные государством для ведения «большой» войны, отразить поползновения противника, независимо от его целей и применяемых средств. При этом воинские части «второй», или мобилизационной» армии помогают «первой» восполняя ее потери, обеспечивая всем необходимым и до определенного уровня повышая свою способность к принятию в свой состав резервистов и техники из экономического комплекса страны на случай перерастания военного конфликта в «большую» войну. Сухопутные войска в ходе военного конфликта, как правило, выполняют ту же роль, что и в ходе войны – т.е. отстаивают ТЕРРИТОРИЮ.
В ходе преобразований, скоропостижно поразивших наши Вооруженные Силы в 2009-2010 годах, больше всех, однако, «досталось», именно, Сухопутным войскам. Общее количество соединений и воинских частей только за вторую половину 2009 года сократилось в восемнадцать(!) раз.
Полностью расформированы ВСЕ дивизии и полки, т.н. «постоянной готовности», которые содержались по штату военного времени. Также расформированы соединения (части) сокращенного состава и кадра, базы хранения вооружения и техники (то есть те структуры, которые для ведения боевых действий должны были получать пополнение из резервистов). Кроме них под сокращение попали военные академии и училища, военкоматы, склады и базы снабжения, органы государственной приемки на предприятиях, производящих военную продукцию, органы военных путей сообщения. Это еще не все. Были сокращены «излишние управленческие структуры». Ликвидирован ряд армейских и большинство дивизионных управлений.
Общая штатная численность Вооруженных Сил сократилась с 1 230 000 военнослужащих до одного миллиона «штыков». По некоторым данным, в 2010 году в ходе «второй волны» сокращений МО планирует довести общее количество штатных единиц в ВС РФ до 900 000 – 850 000 человек. Предполагается еще до конца 2010 года ликвидировать шесть управлений военных округов и взамен создать т.н. четыре «оперативно-стратегических командования» (ОСК).
Такой структурной перетряски армия не знала со времен послевоенных сокращений.
По заверениям Министра обороны РФ и начальника Генерального штаба избавление Сухопутных войск от «балласта» позволило существенно повысить их боевой потенциал и улучшить управляемость ими.
Правда огромная «утечек» из различных источников, а также волна публикаций в прессе и интернете с резкой критикой действий руководства МО по сокращению Вооруженных Сил дает ма-а-а-аленькие, но весомые основания для сомнений.
Что же осталось?
Попробуем понять, на что теперь способна наша армия, реструктуризированная господами Сердюковым и Макаровым. Для этого мне снова придется приоткрыть перед вами, уважаемые читатели, дымовую завесу «секретности», которую поставили уважаемые руководители МО между армией России и её народом.
Итак, знакомьтесь. Восточно-Европейский театр военных действий. Он же – Европейская часть Российской Федерации, Калининградская область, страны Балтии, Республика Беларусь, Украина, а также восточно-европейские страны.
Театр поделен на три стратегических направления (СН). Северо-западное, Западное и Юго-западное. Они же – Ленинградский, Московский и Северо-Кавказский военные округа (соответственно), а также часть территории Приволжско-Уральского военного округа.
С 1 декабря 2010 года всеми войсками на этой территории будут «рулить» командующие ОСК. Территориями бывшего Московского и Ленинградского округов - командующий ОСК «Запад». Территориями бывшего Северо-Кавказского округа и частью территории бывшего Приволжско-Уральского округа – Командующий ОСК «Юг».
«Фишка» проводимых преобразований в том, что командующему ОСК теперь будут подчинены ВСЕ части, которые базируются на территории ОСК. В том числе – авиация, флоты и всё остальное (исключая, возможно, соединения РВСН и КВ).
Сейчас, уважаемый читатель, я предлагаю Вам решить небольшую математическую задачу, которую решает каждый командир, принимая решение на бой. Называется она – «Расчёт соотношения сил и средств». Суть этой задачи очень проста: необходимо посчитать, сколько подразделений есть у нас, и сколькими располагает противник.
На территории ОСК «Запад» (Северо-западное и Западное стратегические направления) имеется следующие соединения и воинские части.
На Северо-западном СН: [2]
Мотострелковых бригад – 5 (из них постоянной готовности – 3, учебная мотострелковая бригада – 1, База хранения и ремонта (по войне – мотострелковая бригада) – 1).
Бригада специального назначения (разведывательная) - 1
Десантно-штурмовая дивизия (десантно-штурмовых полков- 2, вертолетов – нет)
Ракетная бригада - 1
Артиллерийская бригада -1
Зенитно-ракетная бригада - 1
Бригад связи – 2.
База хранения и ремонта (по войне – инженерно-саперная бригада) - 1
Дивизию ВДВ можно условно считать за две мотострелковые бригады.
В итоге:
Всего бригад – 14.
Из них «боевых» – 10.
Напомню, что из общего числа бригад к «Первой» (кадровой армии) в данном случае можно отнести лишь 9 бригад, из них «боевых» – 7.
На Западном стратегическом направлении (на территории бывшего Московского военного округа) войск несколько больше. Но не намного.
Мотострелковых бригад – 5 (из них баз хранения и ремонта – 2)
Танковых бригад – 2
Учебных танковых и мотострелковых полков (в составе учебного центра) – 4 (считаем за 3 бригады)
Всего мотострелковых и танковых бригад – 10 (из них «кадровых» - 5)
Бригада специального назначения (разведывательная) - 1
Воздушно-десантных дивизий (двухполкового состава) – 2 (условно считаем каждую дивизию за две мотострелковых бригады)
Ракетных бригад – 2,
Реактивная артиллерийская бригада – 1,
Артиллерийских бригад – 3 (из них база хранения и ремонта- 1)
Зенитных бригад -2 (не считая отдельных стационарных и мобильных полков ПВО Москвы)
Инженерных полков – 2 (оба – базы хранения, условно считаем как одну инженерную бригаду)
Бригада радиационной, химической и биологической защиты – 1
Бригад связи – 2
Бригада РЭБ – 1.
Всего – 26 бригад
Из них «боевых» - 20
Как и на территории Ленинградского военного округа из общего числа к бригадам постоянной готовности (кадровым) можно отнести 19 бригад. Из них «боевых» - 15.
Всего в подчинении будущего командующего ОСК «Запад» имеется 14+26=40 бригад. Из них «боевых»: 10+20=30
Постоянной готовности «кадровых»: 19+9=28. Из них «боевых»: 7+15=22
Надеюсь, что читатель не забыл, что всего лишь две страны из двадцати восьми, входящих в НАТО, имеют в совокупности (без учета дислоцированных на их территориях соединений и частей армии США) 48 бригад. Из них «боевых» – 34. С учетом того, что нападающий ВСЕГДА имеет преимущество по времени (на доукомплектование своих «мобилизационных» формирований), получаем:
Общее число бригад у них больше на 20 бригад.
Количество «боевых» - больше на 12 бригад.
В полтора раза.
________________________________________
[1] Антагонистические - противоречия, которые не могут быть разрешены путем переговоров, компромиссов, и взаимных уступок. В мировой истории разрешаются, как правило, путем применения вооруженного насилия.
[2]
http://www.ryadovoy.ru/forum/index.php/topic,507.0.html
Продолжение следует
Пишет Влад Шурыгин ( shurigin)
@ 2010-07-12 20:50:00
Метки данной записи: Армия
Продолжение статьи Кандаурова 4
«Если долго сидеть на берегу реки, то можно увидеть, как по ней проплывет труп твоего врага.»
Сунь-Цзы
Очевидность шестая: «Крадущийся тигр, затаившийся дракон?»
Уважаемый читатель, оставим на время старушку Европу и повернём свой взгляд на восток. На Дальний Восток. Посмотрим, как обстоят дела в интересующей нас сфере у нашего Великого соседа (с которым, кстати, у нас самая протяжённая граница). Я имею в виду Китайскую Народную Республику (КНР) и её Народную Освободительную Армию (НОАК)
Для начала необходимо сказать, что лет 10-15 назад это была хоть и огромная – более 6 миллионов человек, но вооружённая устаревшими системами вооружения, слабо оснащённая техникой, армия, обладавшая невысокими боевым потенциалом и входившая в число самых слабых армий….Так было.
Но в начале девяностых годов прошлого века в Китае были определены приоритетные направления военного строительства и разработана соответствующая военная доктрина. На основе выводов из этой работы была начата военная реформа, В ходе реформы армия сократилась до двух миллионов человек, но в то же время получила на вооружение новые, соответствующие требованиям времени вооружение и военную технику
Выдвинутая в 2001 году стратегия развития и модернизации НОАК и ВПК подразумевает, что к 2020 году НОАК должна стать сильнейшей армией в Азии, а в 2050 году — выйти на уровень сильнейших армий мира. Необходимо отметить, что Китай уверенно идёт к реализации поставленной задачи.
Давайте же посмотрим, что же представляют из себя Сухопутные войска НОАК сегодня.
«Общая численность личного сотава мирное время - 1 млн. 600 тыс. чел.
Они организованы в 7 военных округов и 21 оперативное соединение - т.н. армейские группы (фактически - общевойсковые армии). В составе этих групп имеются: 44 пехотных, мотопехотных и механизированных, 9 танковых и 6 артиллерийских дивизий, 12 танковых 13 пехотных и мотопехотных и 20 артиллерийских бригад, а также 7 вертолетных полков.
Воздушно-десантные войска имеют в своём составе 3 воздушно-десантные дивизии (вдд) сведенные в воздушно-десантный корпус.
Кроме того имеются отдельные, т.е. не входящие в армии войска: 5 пехотных дивизий, 1 танковая и 2 пехотные бригады, артиллерийская дивизия, 34 артиллерийские бригады, 4 зенитные артиллерийские бригады.
Местные (территориальные) войска состоят из 12 пехотных дивизий, 1 горно-пехотной и 4 пехотных бригад, 87 отдельных пехотных батальонов, 50 инженерных полков, 50 полков связи.
Резерв: 1,0 млн. чел., 50 дивизий (пехотных, артиллерийских, зенитных), 100 отдельных полков (пехотных и артиллерийских).
В ходе проводимой реформы переход от дивизий к бригадам происходит достаточно активно, хотя этот процесс нельзя абсолютизировать. В основном переформированию подвергаются морально устаревшие мотопехотные (бывшие пехотные) дивизии. Танковые и механизированные дивизии, представляющие собой основную ударную силу СВ, никто преобразовывать в бригады не собирается.
Сухопутные войска НОАК очень активно занимаются боевой учебой, причем некоторые ее аспекты не могут не настораживать.
Так, в сентябре 2006 года были проведены беспрецедентные по масштабам 10-дневные учения Шэньянского и Пекинского военных округов. В ходе учений части Шэньянского округа совершили бросок на расстояние 1000 км на территорию Пекинского округа, где провели учебное сражение с частями этого округа. Перегруппировка проводилась как своим ходом, так и по железной дороге. Целями учений стали отработка навыков маневрирования армейскими соединениями на большом удалении от мест базирования и повышение уровня управления тыловым обеспечением войск.
Подобный сценарий учений можно рассматривать только как подготовку к войне с Россией, причем отрабатывается наступление, а не оборона. Применительно к Тайваню (а также, например, к Юго-Восточной Азии или Корейскому полуострову) указанный сценарий не имеет смысла из-за несравненно меньшей глубины театра военных действий и других природно-климатических условий. Отрабатывались глубокие наступательные операции на суше, в горно-степной местности, их объектами для Китая могут быть лишь Россия и Казахстан. Рельеф той местности, где проходили учения, аналогичен забайкальскому, а 1000 км — это расстояние от российско-китайской границы по реке Аргунь до Байкала. Против Казахстана расположен Ланьчжоуский военный округ НОАК, он в указанных учениях участия не принимал. Учения проводили именно Шэньянский и Пекинский округа.» [1]
Рассмотрим Пекинский военный округ поближе.
В состав округа входят:
24 армейская группа (танковых дивизий – 1, мотопехотных дивизий - 2 мотопехотных бригад-1).
27 армейская группа (мотопехотных дивизий – 2, механизированных дивизий -1, танковых бригад - 1).
38 армейская группа (танковых дивизий – 1, механизированных дивизий -3).
63 армейская группа (мотопехотных дивизий – 2).
65 армейская группа (мотопехотных дивизий - 2 мотопехотных бригад-1).
артиллерийских дивизий окружного подчинения – 2.
Принимая во внимание одну дивизию за три бригады получаем [2]:
Мотопехотных (механизированных) бригад – 38
Танковых бригад – 7
Артиллерийских бригад – 2
Всего бригад – 47.
Из них «кадровых» - все.
Из них «боевых» - все.
Это только в одном (из семи) военных округов!
Чем же располагают Сухопутные войска ВС РФ на Дальнем востоке?
В состав Дальневосточного военного округа на всем его протяжении имеется:
Мотострелковых бригад – 9
Баз хранения и ремонта военной техники (мсбр) – 6
Пулеметно-артиллерийская дивизия – 1 (укрепленный район на Сахалине)
Воздушно-десантная бригада – 1
Учебный центр (двухполкового состава – считаем за две мотострелковые бригады)
Бригада специального назначения (разведывательная) – 1
Ракетных бригад – 2
Реактивных артиллерийских бригад – 1
Артиллерийских бригад – 2
Баз хранения и ремонта военной техники (абр) – 2
Зенитно-ракетных бригад -2
Инженерно-саперных полков – 2 (считаем за одну бригаду)
Итого (без учета пулеметно-артиллерийской дивизии):
Всего бригад – 29.
Из них боевых – 28
Проводить количественный анализ соотношения сил и средств на театре военных действий, так, как мы это делали в «Европе» - бессмысленно. Дальний восток – территория, по своим характеристикам резко отличающаяся от Европейских ТВД. Горы, тайга, крупные реки. Крайне слабо развитая дорожная сеть. Здесь военные действия ведутся не везде, а по направлениям, которые ДОСТУПНЫ для движения крупных войсковых формирований. Перекрыть такие направления и предназначены бригады, созданные «на костях» расформированных укрепленных районов, мотострелковых и танковых дивизий «старого» облика.
Представим себе, что наша мотострелковая бригада обороняет назначенную ей полосу обороны на одном из таких направлений. В соответствии с нашими тактическими нормативами, бригада может более-менее успешно обороняться на фронте до 20 километров. Но дело в том, что в соответствии с нормативами НОАК в полосе с таким фронтом будет наступать до трёх (!) механизированных дивизий. А это, уважаемый читатель – армия, значит и танковая дивизия, и артиллерийская бригада, и истребительно – противотанковый полк – все будут наступать там же. На этих двадцати километрах! Впрочем, танковую дивизию можно не учитывать: она пойдёт во втором эшелоне и должна вводится в бой через 10—15 километров после прохождения передовой, т.е. тогда, уважаемый читатель, когда от нашей бригады НИЧЕГО НЕ ОСТАНЕТСЯ. Но, даже сбросив со счетов танковую дивизию, мы получим вот такую картину (для большей наглядности я отразил полученные цифры в таблице):
Таблица 2
Силы и средства мсбр ВС РФ Армия НОАК Соотношение
Мотострелковые (механизированные) батальоны 3 30 1 : 10
Личный состав 5200 47 800 1 :9,2
Танки 41 282 1 : 6,8
БМП (БТР) 108 1046 1 : 9,6
Артиллерия
Полевая артиллерия 24 306 1 : 12,7
Реактивные системы залпового огня 12 36 1 : 3
Миномёты 27 324 1 : 12
Противотанковые средства
ПТУР 118 126 1 : 1,1
Противотанковая пушка 12 108 1 : 9
Безоткатное орудие - 243 Абсолютное
А если добавить сюда ещё 282 танка, 249 БТР и 198 орудий сброшенной со счетов танковой дивизии… Не правда ли, уважаемый читатель, не нужно быть военным профессионалом, чтобы представить себе результаты подобного боя.
Как говаривал товарищ Сухов: «Восток – дело тонкое». А где тонко, там и рвется.
________________________________________
[1]
http://www.ryadovoy.ru/forum/index.php?topic=368.0
[2] Численность и боевой состав дивизии трехполкового состава соответствует трем бригадам.
Окончание статьи Кандаурова
«Весьма трудно управлять, если делать это добросовестно»
Наполеон Бонапарт.
Очевидность седьмая: «Бригадный подряд»
Преобразования всегда осуществляются не от хорошей жизни. Но всегда с благими намерениями. Перевод Сухопутных войск ВС РФ на бригадный состав задумывался и производился с целью улучшить мобильность и управляемость этими самыми Сухопутными войсками.
Очевидно, читатель в курсе, что переход от дивизионной к бригадной структуре позволил (по уверениям его организаторов) повысить маневренность и боевой потенциал. За счет чего? За счет уменьшения общего количества звеньев управления. Генеральный штаб в лице своего начальника – генерала армии Макарова неоднократно заявлял, что от «четырехуровневой» системы мы, якобы перешли к «трехуровневой». Раньше Генеральный штаб управлял округами (фронтами), они в свою очередь – армиями, те – дивизиями, а дивизии – в свою очередь – полками.
Дивизии убрали. Полки, входящие в их состав, - тоже. Вместо них сформировали бригады. Армии преобразовали в «оперативные командования», округа – в командования «оперативно-стратегические». ОСК – ОК – бригада.
Все! Трехзвенная структура управления! Решения принимаются мгновенно, приказы проходят быстро, солдаты бегут в атаку, враг не успевает повернуться – а он уже разгромлен.
Не тут то было.
Позволю себе рассказать читателю то, что творцы военной реформы, носящие лампасы (и пиджачные пары от Кардена), очевидно, забыли за давностью лет. Минимальным армейским подразделением в Сухопутных войсках является не бригада, которой командует генерал-майор, или полковник, а мотострелковое отделение, которым командует сержант.
И вся вертикаль власти в войсках выглядит теперь так:
1. Генеральный штаб.
2. Оперативно-стратегические командования (бывшие округа (фронты)).
3. Оперативные командования (бывшие армии).
4. Бригады.
5. Батальоны.
6. Роты.
7. Взводы.
8. Отделения.
Общим числом – восемь (а не три!) уровней управления. И на каждом из них стоит командир-единоначальник, несущий ответственность за все-все-все, что происходит с его подчиненными.
Насколько значительным станет выигрыш во времени при ликвидации лишь одного уровня, если вся «вертикаль» прежде состояла не из четырех, а из ДЕВЯТИ уровней?
Есть такое понятие – «цикл боевого управления». Это – время реакции армейского «организма» на внешние раздражители. Предположим, что Вы и подчиненные Вам войска изготовились к обороне. Враг наносит главный удар на вашем фланге и почти прорвал вашу оборону. Ваши действия? Перебрасываете огневые средства и резервы на свой фланг, чтобы не допустить прорыва.
Как же это происходит с точки зрения управления?
Вы оцениваете обстановку и принимаете решение. Штаб оформляет ваше решение как документ - боевой приказ и отправляет его нижестоящему командиру. Тот, в свою очередь – уясняет задачу, оценивает обстановку, принимает решение и уже его штаб отправляет боевой приказ «вниз». Далее – по ступенькам.
Подготовка контрудара вашей военной машины займет какое-то время. Причем, львиная часть этого времени потратится на практические действия – заправка горючим, подвоз боеприпасов и продовольствия, оборудование маршрутов для движения войск и т.д.
Так вот, цикл боевого управления – это время от момента изменения обстановки (угроза прорыва) – до момента выполнения Вашими войсками задачи по ликвидации прорвавшегося противника. При этом доля организаторской работы в отдельно взятом звене управления по времени (но не по значению) - достаточно мала. Так, например, для подготовки и проведения армейского контрудара требуется около суток (весь цикл боевого управления армии). Управлению дивизии на принятие решения из этих суток отводилось всего два с половиной часа!
Итого, ликвидировав звено управления под названием «дивизия», в цикле боевого управления мы выиграли 2,5 часа.
А сколько проиграли?
Теорией управления давно установлено, что оптимальным количеством управленческих единиц (структурных подразделений), которыми может эффективно управлять ОДИН человек является три. С некоторыми издержками – пять.
Если число управленческих единиц превышает это количество – управление становится неэффективным. Приказы задерживаются и уже не соответствуют обстановке, сбор и обработка данных от большого количества источников занимает слишком много времени, управление приобретает «дискретный» характер. А это чревато. Утеря управления в бою – смерти подобно.
Поэтому большинство армий мира имеют в своей структуре координационное число «три». В дивизии – три однотипных бригады (полка). В бригаде – три батальона, в батальоне – три роты, и т.д.
Служивший в армии (испорченный знаниями) читатель возразит: «А как же подразделения обеспечения? Даже в мотострелковом батальоне, помимо рот, есть минометная батарея, а также отдельные взвода – связи, медицинский, обеспечения и т.д. Общее число подразделений уже превышает сакраментальные «три» и «пять»? И читатель будет абсолютно прав.
Но дело в том, что командир в бою управляет, в основном, БОЕВЫМИ подразделениями! На обеспечение боя – разведку, продовольствие, подвоз боеприпасов и горючего в ходе боя он не отвлекается – для этого существуют соответствующие заместители.
Теперь представим себе командующего оперативным командованием (армией), которому поручено оборонять полосу на западном стратегическом направлении шириной…, ну, скажем, 100 километров. Раньше в составе стандартной армии было три дивизии. Фронт обороны каждой из них мог составить 30-35 км. Поставив дивизии «плечом к плечу», командующий мог полностью «запереть» указанную полосу. Выделив из состава одной из дивизий какой-нибудь полк, командующий сможет также создать себе резерв.
Той дивизии, которая действует на главном направлении, он может несколько уменьшить полосу обороны, за счет увеличения ее у соседей. И за боевыми порядками этой дивизии как раз и разместит резерв, создав повышенную плотность сил и средств на данном направлении.
Это - основа военного искусства. Концентрация сил и средств. Или, говоря военным языком - «сосредоточение основных усилий».
Всего дивизий в армии – три. Резерв в составе полка - один. Общее число управленческих структур – четыре. Воевать можно.
А сколько потребуется бригад для обороны такой же ширины полосы обороны?
Мы с вами уже знаем, что бригада сможет вести оборонительный бой в полосе не шире чем 20 км. Почему?
Все просто, уважаемый читатель. Во всех армиях мира основной тактической единицей, способной решать на поле боя задачи всех видов, является батальон. Он может эффективно обороняться на фронте не более 5 километров. В мотострелковой бригаде «нового облика» всего четыре батальона. Три мотострелковых и танковый. В танковой бригаде – наоборот.
5 км умножить на 4 равно 20.
Вот откуда берется 20 километров.
В мотострелковой дивизии обычно было четыре полка. Три мотострелковых и танковый. В каждом, (как и в бригаде) - по четыре батальона. Итого – 12 батальонов. Но дивизия строила свою оборону, не просто вытянув батальоны в одну линию. И дивизия и полки в ее составе располагали свои батальоны в несколько эшелонов – для устойчивости. Наступающий противник, прорвав оборону на участке батальонов первого эшелона, натыкался на второй эшелон, вновь организовывал бой, терял время, и т.д. А обороняющаяся дивизия могла, тем временем, снять батальоны второго эшелона с участков, где противник успеха не имел, и контратаковать противника в месте наметившегося прорыва.
Общее число батальонов в армии, укомплектованной тремя дивизиями - 48. Из них мотострелковых – 30, танковых – 18.
В пяти мотострелковых бригадах всего 20 батальонов (из них – четыре – танковых). Эти пять бригад, в отличие от трех дивизий, смогут только ПРИКРЫТЬ стокилометровую полосу.
И то, лишь, вытянувшись «в нитку» вдоль всей линии фронта.
Создать резерв в этой ситуации – весьма проблематично. Снять любой батальон с передовой линии – это значит – создать в обороне пятикилометровую дыру. Значит, нам для создания резерва на случай прорыва необходима, как минимум, еще одна бригада. Это еще четыре батальона.
Подводим итоги.
Всего имели 48 батальонов в трех дивизиях. Сейчас – 24 батальона в шести бригадах. По боевому потенциалу – выводы сделайте сами.
И при всем при этом - шесть(!) управленческих структур. Повысится ли управляемость столь громоздким сооружением?
Полагаю, что вряд ли.
«Во главе реформ всегда стоит безумец.»
Теодор Рузвельт
Очевидность восьмая: «Инфантильный милитаризм»
В далеком детстве меня очень занимал вопрос: кто сильнее – кит или слон?
Позднее вопрос последовательно трансформировался, но суть его оставалась. Повзрослев, я понял, что сила – есть фактор, который действует лишь в определенных условиях. Кит «однозначно» победит слона в море, а слон сделает все что захочет с китом, оказавшимся на суше. Это условия пространственные. Однако, помимо пространственных условий существуют еще и временные.
В вооруженном противоборстве, которое проходит в единых для обеих сторон пространственных условиях, побеждает тот, чья армия (при прочих равных условиях) более отвечает требованиям времени.
И поэтому глупо накапливать в арсеналах кремневые ружья в эпоху межконтинентальных баллистических ракет.
Но разрушать систему обороны государства, руководствуясь только тезисом «нам сегодня никто конкретно не угрожает» - глупо вдвойне. И уж полным идиотизмом, на мой взгляд, выглядят призывы «привести расходы на оборону в соответствие с ЭКОНОМИЧЕСКИМИ возможностями государства». Это аналогично высказыванию: «приведем размеры территории страны в соответствие с сегодняшними возможностями ее освоения!».
Если потребности в расходах на оборону страны превышают ее экономические возможности, то надо не сокращать расходы на оборону, а увеличивать экономические возможности.
Иначе – «сократят» суверенитет и территорию государства. Причем, извне. Желающие найдутся!
Вернусь к аллегории, приведенной мною в первой «Очевидности». Юноша, получивший в наследство копье отца, не отпиливает древко и не меняет стальной наконечник на деревянный, только на том основании, что копье для него слишком тяжелое. Он накачивает мускулы.
Если мы хотим жить на земле, доставшейся нашим предкам потом и кровью – надо иметь в себе силы и волю эту землю при необходимости защищать.
Я намеренно не стал анализировать те аспекты деятельности руководящего состава Министерства обороны по переходу армии на новый облик, которые касаются денежного содержания военнослужащих и пенсионеров, подготовки и ротации кадров, оснащения армии современными вооружением, техникой и средствами управления. Оставил в стороне вопросы мобилизационного развертывания, всестороннего обеспечения войск и многие другие. Это всё – темы далеко не одной статьи.
В свое время для меня стало аксиомой что армия должна заниматься, по сути, всего двумя вещами. Или воевать, или готовиться к войне. В данной статье методом количественного анализа я всего лишь пытался определить – справится ли наша армия в том виде, в котором она находится сегодня, со своей главной задачей.
Отстоит ли? Удержит ли?
Сможет ли она защитить все то, что ЛИЧНО ДЛЯ МЕНЯ – отнюдь не пустой звук.
Пишет Влад Шурыгин ( shurigin)
@ 2010-07-12 20:33:00
