В колонках играет - Песня о дружбе. Три мушкетера
Лето в Нормандии в этом году выдалось на удивление жаркое.
На холме в окружении вековых лесов возвышался красивый замок. Судя по его состоянию, он принадлежал очень богатой и знатной особе… Сам дом в идеальном состоянии, вокруг ухоженный сад, аккуратные дорожки, уютные беседки…
В одной из них в плетеном кресле сидела женщина… На вид ей было лет 40-45. Красивые карие глаза, обрамленные длинными ресницами, фарфоровая кожа, пышные немного волнистые светло-русые волосы, аккуратный точеный носик, идеальной формы губы, достойные поцелуев, как минимум, принцев и королей…
Женщина была красива, очень красива… В ней без труда можно было угадать ее принадлежность к самой вершине французской знати. Воистину королевская осанка и гордая посадка головы лишь подтверждали это.
Она о чем-то думала, вглядываясь в горизонт… Белые ухоженные руки машинально теребили тесьму на платье из бардового сатина самого высокого качества.
В этот момент на дорожке, ведущей из дома к беседке, показался слуга. Он торопливо шел, судя по всему спеша сообщить своей хозяйке важные новости.
- Ваша светлость…
Женщина обернулась на голос, стараясь сохранять хладнокровие, но дрожащие пальцы рук выдавали ее волнение.
- Да, Жак – глубокий красивый голос старательно пытался не дрожать.
- Ваша светлость… - слуга подбежал к хозяйке – месье Этьен вернулся из Парижа…
Женщина стремительно поднялась в кресле.
- Так почему он еще не здесь? – голос женщины задрожал, выдавая ее волнение.
- Его дорожный костюм в ужасном состоянии, не подобает в таком виде появляться перед вами, мадам… Он переодевается.
- К черту его внешний вид! – темперамент женщины выдавал в ней человека знающего себе цену, а потому имеющего право на некоторые отступления от правил и этикета.
В этот момент на дорожке показался тот, о ком, судя по всему, и говорили хозяйка со слугой.
На вид мужчина был примерно одного возраста с хозяйкой замка. Его выправка и умение держать себя выдавали в нем бывшего военного. Бывшего, потому что, во-первых, он был одет в светское платье, а во-вторых, его аккуратная, но немного вольного стиля бородка говорила о том, что он уже несколько лет не придерживается правил, требующих от офицера определенного внешнего вида.
- Ваша светлость… - мужчина подошел к женщине и почтительно поцеловал протянутую руку.
- Жак, вы может идти.
Слуга поклонился и пошел обратно к дому.
Женщина снова села в кресло, мужчина расположился в кресле рядом.
- Говорите же, Этьен, не томите меня… - женщина взволнованно смотрела на собеседника.
Мужчина вздохнул и… улыбнулся…
- Я нашел его… - выдохнул он…
Женщина вздрогнула и… заплакала…
- Анабель… - мужчина взял ее руки в свои и поцеловал… - Анабель, дорогая… Ну, успокойтесь…
- Этьен… Господи, Этьен, если бы вы знали… - женщина пыталась успокоиться, но у нее ничего не получалось… - Все эти годы… все эти последние 25 лет я каждый день думала о нем… Я до сих пор не могу себе простить, что отдала его…
- У вас не было выбора, Анабель… - серьезно сказал мужчина, продолжая ласково сжимать ее руки в своих. – Вы не могли тогда поступить иначе. Если бы вы открыли правду, ему было бы только хуже… Вам ли мне говорить, как наше общество относится к незаконнорожденным… Да, он был дитя любви, я знаю… Я знаю, что вы очень любили его и его отца… Но у вас не было другого выхода…
- Этьен… Все это верно, только вот сердце матери говорит совсем другое…
- И потом, вы ведь отдали его на воспитание женщине, которой доверяли и которую хорошо знали. Вы следили за ним, за его жизнью, хоть и не могли видеть его…
- Да, Этьен… Только вот я не знала, что человек, за которого она потом вышла замуж, не любил ее сына… - помолчав мгновение, она с необычайной нежность в голосе добавила. – МОЕГО СЫНА… И вот я узнаю, что два года назад она умерла, а ее муж, ненавидящий пасынка, лишил его какой-либо материальной поддержки и фактически выгнал из дома… Он был вынужден уехать, и я потеряла его!
- Анабель… Успокойтесь… Откуда вы могли знать, что как раз в те две недели, что вы будете отсутствовать во Франции, произойдут все эти события? Вы не могли это предвидеть…
- Ах, дорогой Этьен… Можете ли вы представить, ЧТО я почувствовала, вернувшись и узнав, что та женщина умерла, а мой сын пропал бесследно!?
- Но мы же нашли его, Анабель… Я нашел его…
- Вы уверены, что это он?
- Почти… Все указывает на это. Последним доказательством было бы найти у него… - и мужчина замолк, а его глаза замерли на медальоне, все это время лежавшем на маленьком столике, стоявшем возле кресел.
Анабель де Брасье, герцогиня Орлеанская, а это была именно она – представительница одного из самых знатных и богатых родов Франции – протянула руку и взяла медальон… Небольшой кулон из золота, инкрустированный тремя алмазами, открывался, как книжка, и внутри на одной его стороне была выгравирована корона, а на другой по-французски – avec toi pour toujours (с тобой навсегда)…
- Точно такой же медальон – это единственное, что было вместе с ним, когда я отдавала его… Надеюсь, он все еще с ним… - герцогиня сжала в руках медальон…
- Анабель… Это слишком заметная и ценная вещь. Думаю, вряд ли он расстался с ней, даже не зная, что означает этот медальон… - Этьен уверенно кивнул.
Женщина встала и сделала несколько шагов вперед. Мужчина тоже поднялся и молча ждал ее дальнейших распоряжений.
- Я немедленно отдам приказ готовить карету. Завтра же утром мы выезжаем в Париж.
-Вы уже решили, что будете делать?
- Нет, дорогой Этьен… В Париже на месте решу… Главное – увидеть его, убедиться, что это он… Мое сердце мне подскажет… и медальон…
И герцогиня Орлеанская быстро пошла в направлении дома. Ее пышное платье шуршало по траве, руки решительно сжимали медальон…
Этьен шел сзади нее на почтительном расстоянии. Он был другом Анабель уже почти пятнадцать лет и знал ее грустную историю, знал теперь уже единственный из живых… Отец ее сына, простой офицер, которого юная герцогиня Орлеанская полюбила и родила от него чудесного мальчика, погиб, даже не узнав о том, что у него родился сын. Ходили слухи, что к его смерти приложили руку могущественные родственники юной Анабель, но доказательств тому не было…
И, видя, как она стремительно идет вперед, видя ее решимость, он понял – сейчас, когда, возможно, ее сын найден, никто и ничто не остановит мать, волею судьбы разлученную с ее ребенком много лет назад…

***************************************************************************
Когда Атос вошел в таверну, никого из друзей там еще не было. Он сел за их любимый столик у камина – особенно его любил Портос за то, что можно было совсем близко наблюдать, как жарится поросенок на вертеле – и решил пока выпить немного вина.
Когда он делал первый глоток, в дверях показались Портос и дАртаньян, что-то бурно обсуждавшие.
- А я вам говорю, что надо было мне идти к де Тревилю! – горячо доказывал гасконцу Портос.
- Дорогой мой друг, тогда вы бы ни одного пистоля не донесли бы до места назначения. – парировал дАртаньян.
- О чем спор, господа? – не отрываясь от вина, поинтересовался Атос. – И почему вы без Арамиса?
- День добрый, дружище. – пробасил Портос и уселся за стол на свое любимое место поближе к вертелу. – Мы уже собирались выходить, как сообщили, что выдают жалование. Двумя голосами против одного – Портос сверкнул взглядом в сторону дАртаньяна, из чего не составляло труда догадаться, чей голос был в меньшинстве – решили, что Арамис получит за всех и принесет сюда. Так что он пошел к казначею, а мы к вам…
- А чем вас, дорогой Портос, не устраивает Арамис в качестве получателя жалования? – прежним спокойным тоном уточил Атос.
- Я, видите ли, «не донес бы ни пистоля до места» - передразнил дАртаньяна Портос. – А Арамис? Вот встретит какую-нибудь красотку по дороге и все… выпадет из реальности недели на две – ищи-свищи его по всему Парижу вместе с нашим жалованием…
-Не волнуйтесь, Портос… - улыбнулся Атос. – Я вам гарантирую, что никакая красотка не помешает Арамису дойти до нас.
Улыбка Атоса объяснялась тем, что он-то в отличие от своих друзей прекрасно знал – Арамис все еще безумно влюблен в Мари де Шеврез. И к немалому удивлению самого Атоса у них, кажется, все было просто замечательно… Арамис постоянно пропадал в доме Мари, умудряясь при этом сохранять их отношения в тайне.
В свете уже давно ходил слух, что Мари де Шеврез влюбилась в кого-то таинственного, да так, что разогнала всех остальных своих бывших воздыхателей и любовников… Верная одному мужчине Мари де Шеврез – это было что-то новое для двора и отличный повод посплетничать. Но влюбленная Мари не обращала внимания на все слухи и домыслы…
От этих мыслей Атоса отвлек появившийся, наконец, Арамис. И хотя он нигде не задержался и принес жалование в полном объеме, Портос еще долго ворчал и успокоился, лишь когда ему принесли жареного поросенка.
- Что ж, друзья мои… Поели, теперь можно и поспать… - довольно крякнул Портос, объедая последнюю косточку.
- Очень правильная мысль, учитывая, что нам сегодня заступать в ночной караул. – кивнул дАртаньян.
Расплатившись, друзья вышли на улицу. До Ратуши решили дойти вместе, а там дороги уже расходились.
- Ну, что ж… Встретимся вечером в штабе полка. – дАртаньян уже хотел было свернуть на свою улицу, но его аккуратным незаметным движением остановил Атос.
- Друзья мои… - тихо сказа он. – Не хочу вас пугать, но вон та черно-синяя карета появилась у «Жареного кабанчика» вместе с Арамисом, и сейчас следовала за нами всю дорогу… Портос, не дергайтесь, вы привлекаете внимание. – одернул он Портоса, который уже начал было озираться по сторонам.
- Арамис… Куда вы в очередной раз вляпались? – поинтересовался у него дАртаньян. – Вы нас хоть в известность ставьте, чтобы мы заранее знали, откуда неприятностей ждать.
- Да никуда я не вляпывался… - задумчиво произнес Арамис, самым большим приключением которого за последние два месяца была попытка влезть на балкон Мари по дереву, чтобы сделать ей сюрприз. Попытка закончилась падением – Арамис не рассчитал возможности одной из веток – а сюрпризом стало умение Мари лечить ушибы… Арамис улыбнулся, вспомнив ночь, которая последовала за тем падением.
- Нет, вы посмотрите на него… Он еще и улыбается! – шутливо возмутился дАртаньян. – А мы потом его вытаскивай из разных передряг.
Арамис хотел было что-то возразить, но всех остановил Атос:
- Тихо все… Значит так, вы, дАртаньян, и вы, Портос, идете к себе домой, как мы и собирались сделать. Вы, Арамис, идете к себе… Я тоже сначала поверну на улицу Феру, но через пару кварталов сверну на параллельную улицу и у магазина галантерейщика Ремье догоню вас сзади. Если карета все еще будет следовать за вами, значит… Значит, вы и есть цель людей в это карете. Останется выяснить – зачем вы им…
- Атос… а вы не боитесь, что пока вы будете туда-сюда сворачивать, люди в карете затащат туда нашего Арамиса и все… - присвистнул Портос.
- Портос, не свистите, денег не будет… - машинально поправил его дАртаньян. Он только что наклонился вбок, вроде как поправить шпагу, и заметил карету, о которой говорил Атос. Окна были плотно зашторены черной тканью, и дАртаньяну это не понравилось…
- Портос, обижаете…Я так легко никому не дамся… - Арамис хотел тоже посмотреть на загадочную карету, но в отличие от друзей он стоял самым неудобным в этом случае способом – спиной к карете.
- Не обижайтесь, друг мой… Я же по-дружески…
- Господа, прекращаем спор. – остановил всех Атос. – Чем дольше мы тут препираемся, тем больше подозрений вызываем. Делаем, как я сказал…

А в то же самое время из кареты, которая так насторожила Атоса, за ними наблюдали двое мужчин. Первый из них был на вид такого же возраста, как и мушкетеры, второй старше. Судя по одежде старший был знатен и богат, молодой был одет в светское платье более простого кроя. Он вполне мог быть секретарем или камердинером старшего.
- Вы уверены, что это он? – спросил молодой.
- Да, Оливье. – старший был хмур и задумчив. – Конечно, для полной уверенности хорошо было бы увидеть медальон… Но я помню того офицера, в которого влюбилась моя ненаглядная сестричка – с нехорошей ноткой в голосе сказал он. – Сын вырос копией своего отца…
- Почему он вас так беспокоит?
- Все было хорошо, пока он жил сам по себе, а мы сами по себе… Но Анабель взбрело в голову разыскать своего сына, а это чревато… Если она вздумает признать его в свете, то…
- Кажется, я понимаю… То тогда он становится ее главным наследником, отодвигая вас, ее брата…
- А наследство немаленькое… Несколько замков во Франции и Испании, десятки тысяч ливров ежегодного дохода. Я уж не говорю о том, какие возможности откроет перед этим мальчишкой титул герцога Орлеанского… Отдать все это незаконнорожденному, которого моя сестричка по глупости нагуляла? Я буду не я, если не сделаю все возможное, чтобы не дать им встретиться…
- Есть один хороший способ решить эту проблему раз и навсегда… - самым невинным тоном произнес молодой, глянув на сидящего рядом, которым был не кто иной, как брат Анабель Франсуа, герцог Орлеанский.
- Это крайний способ, Оливье… - усмехнулся герцог, без труда поняв намек, и мгновенно став серьезным, не оставляющим сомнений в его намерениях тоном, добавил – И я это сделаю, если другого выхода не останется… На месте Анабель, если она не хочет найти труп своего сына, я бы остановился…
- Вряд ли ваша сестра остановится…
- А поэтому нам нельзя спускать глаз с этого мальчишки. Этьен покинул Париж неделю назад, а значит, не сегодня-завтра здесь появится Анабель…
В это время мушкетеры стали расходиться.
- Поедем за ним, ваша светлость?
- Нет, Оливье… Я знаю, где он живет. Тем более они нас заметили, не надо так светиться… Мы навестим его квартиру сегодня ночью.
- Ночью? – удивленно поднял брови молодой.
- Да. Он как раз со своими друзьями заступает в ночной караул, так что мы сможем спокойно обыскать его квартиру.
- Вы хотите найти медальон?
- Да. И если нам повезет… я уничтожу его…
И герцог Орлеанский дал знак кучеру двигаться.

Атос, как и было оговорено, через два квартала развернулся и нагнал Арамиса. Кареты за ним не было, но каким-то внутренним чутьем Атос понял, что расслаблять нельзя. Он не мог объяснить, почему, но ему очень не нравилась эта карета… Распрощавшись у дома Арамиса, друзья расстались до вечера.
Вечером, покидая квартиру, Арамис тоже больше не встретил карету ни у своего дома, ни на всем пути в полк.
Дежурство прошло без приключений, если не считать Портоса, захрапевшего на своем посту как раз в тот момент, когда де Тревиль обходил караул с проверкой. Капитан ничего не сказал, но посмотрел на мушкетера таким взглядом, что Портос сравнялся по цвету с помидором и все оставшееся дежурство стоял как штык, ни разу не закрыв глаза.
Утром Атос, которого все это время не покидало нехорошее предчувствие, пошел провожать Арамиса домой под предлогом взять у него почитать какую-нибудь книгу.
- Атос… - друзья поднимались по лестнице в квартиру Арамиса. – Почему вы так мрачны со вчерашнего дня? Неужели та карета до сих пор не дает вам покоя?
- Я не могу объяснить, друг мой… - Атос шел следом за Арамисом. – Но мне не понравилась эта карета… Можете считать меня параноиком, но…
Атос замолчал, потому что буквально впечатался в спину друга, который, открыв дверь, замер на пороге как истукан…
- Что слу… - Атос не договорил, так как взглянул в комнату через плечо Арамиса и замер…
В комнате все было перевернуто вверх дном… Шкафы открыты, ящики лежали на полу с выпотрошенным содержимым, книги сброшены с полок и раскиданы по всей комнате, кровать распотрошена до основания.
Несколько секунд друзья стояли в полном оцепенении, смотря на весь этот разгром…
- Вы знаете, Атос… - наконец, смог говорить Арамис… - Я не считаю вас параноиком…
- А я лишний раз убеждаюсь, что мои предчувствия меня снова не обманули… Что-то мне подсказывает, что между вчерашней каретой и этим разгромом есть связь. Вы хоть примерно можете предположить – в чем дело?
- Нет… - Арамис покачал головой. Было видно, что он озабочен не меньше Атоса. Если вчера он немного снисходительно отнесся к подозрительности своего друга, то сейчас, наблюдая перевернутую вверх дном комнату, понял, что Атос был прав… Что-то здесь не так…
- Судя по всему искали что-то конкретное, потому что ваше жалование лежит нетронутое. – Атос указал на лежащие на столе пистоли. – Это не обычное ограбление… У вас есть какие-то ценности, необычные вещи?
- Нет… Хотя… - Арамис залез во внутренний карман камзола и вытащил небольшой медальон. – Это единственное, что у меня есть драгоценного…
- Что это? – Атос взял медальон из рук друга.
- Я не знаю… Но сколько себя помню, этот медальон всегда был при мне. Матушка… - Арамис замер на мгновение… - умирая, она сказала, чтобы я берег его, не расставался с ним никогда ни при каких обстоятельствах… Она больше не успела мне ничего сказать… Но я всегда чувствовал, что этот медальон… необычный какой-то… Понимаете меня? Поэтому я никогда с ним не расстаюсь. Он всегда при мне.
- Вполне возможно, что искали именно его… - Атос внимательно рассматривал медальон. С разрешения Арамиса он аккуратно открыл его и увидел выгравированную корону и надпись «с тобой навсегда»… - Друг мой… Поверьте мне, эта вещь непростая… И дело даже не в том, что медальон сделан из золота и инкрустирован великолепными алмазами… Этот медальон скрывает какую-то тайну… Такие вещи простым смертным не принадлежат…
- Но моя матушка не была знатной особой… - Арамис становился все более задумчивым. – Откуда у нее мог появиться этот медальон?
- Я не знаю, друг мой… Но что-то мне подсказывает, что все только начинается… Вам надо быть осторожнее. Не нравится мне все это… - Атос вернул медальон Арамису, который тут же спрятал его обратно во внутренний карман камзола. – А мы будем рядом с вами…
И друзья покинули квартиру Арамиса, решив, что сегодня ему лучше не оставаться там одному. Они пошли к Атосу, чтобы выспаться, а потом уже решать, что делать дальше… Прежде чем лечь спать, они со слугой хозяина послали Портосу и дАртаньяну записки, в которых им было сказано прийти в таверну «Жареный кабанчик» вечером, потому как есть важная информация, требующая серьезного обсуждения.

Вечером в таверне друзья появились практически одновременно.
- Что случилось, Атос? – дАртаньян был задумчив. Записка Атоса, которую ему вручил Бонасье, не понравилась гасконцу. Если Атос созывает «совет», значит, случилось что-то серьезное… А это, как правило, означало в самом ближайшем будущем далеко не увеселительную прогулку…
- Да, Атос. В чем дело? – подхватил его Портос, располагаясь на своем любимом месте.
Переглянувшись с Арамисом и получив молчаливое согласие последнего, Атос рассказал друзьям про увиденное ими в квартире Арамиса.
- Что за черт… - только и смог вымолвить Портос.
ДАртаньян был молчалив и мрачен…
- Все это очень непонятно и загадочно… Но я уверен, что это только начало. – Атос задумчиво крутил в руках кружку с вином.
- Все-таки, Арамис… вы куда-то опять влипли… - констатировал дАртаньян. – Даже если и против своей воли.
- Я понятия не имею, что все это может значить… - Арамис задумчиво откинулся на спинку стула.
- Ничего хорошего… - буркнул Портос. – Все-таки надо было выяснить, кто был в той карете… Атос, вы считаете, что это как-то связано?
- Да. Это не может быть совпадением. Все очень туманно и неопределенно, но одно я могу вам сказать совершенно конкретно…
Друзья уставились на Атоса.
- Арамису сейчас ни в коем случае нельзя оставаться одному… - сказал Атос тоном, который у него проскальзывал только когда он был всерьез чем-то обеспокоен.
- Арамис, может, вам сменить квартиру? – подал идею Портос.
- Это бесполезно. – отрицательно покачал головой Атос. – Если люди в карете охотятся за Арамисом и это они были в его квартире, то им не составит труда найти его и на новой квартире.
- Может, ему тогда на время «лечь на дно», что называется… - высказал свою идею дАртаньян.
- Нет! – решительно отозвался Арамис. - Я не собираюсь прятаться и скрываться… Я что – трус последний, чтобы бегать при малейшей опасности?
- Опасность может быть гораздо серьезнее, чем мы ее себе представляем… - покачал головой Атос.
Какое-то время друзья сидели, задумчиво изучая стол… Портос даже не отреагировал на ножку кабанчика, которую поставила перед ним хозяйка таверны.
- И что же нам делать? – прервал молчание дАртаньян. – Не дежурить же нам по очереди у Арамиса?
- Значит так… - Атос решительно хлопнул ладонью по столу. – На первое время решим так – Арамис будет ночевать по очереди у каждого из нас, или кто-то из нас, как и предложил дАртаньян, будет ночевать у него. И не спорьте, друг мой. – остановил он порывавшегося возразить Арамиса. – Геройствовать надо там, где это разумно. Бессмысленное геройство никому не нужно.
- И долго это будет продолжаться? – подал голос Портос, наконец, заметив стоящего перед его носом кабанчика.
- Я думаю, недолго… Если я не ошибаюсь, то очень скоро последует продолжение этой истории… Те, кто обыскивал квартиру Арамиса, не нашли то, что искали, а значит… они скоро снова проявятся… И нам надо быть готовыми к этому в любой момент.
- Атос, вот что-что, а пугать у вас всегда очень хорошо получается… - мрачно пошутил дАртаньян.
Арамис поднялся из-за стола:
- Я возвращаюсь на квартиру… - сказал он решительно. – Я не собираюсь прятаться. Атос, я понимаю ваше беспокойство, но извините… Судя по всему, это касается моего прошлого, а значит, я сам должен разобраться с этим.
- Это глупо, друг мой… - Атос внешне был спокоен, но по напрягшимся скулам друзья поняли, что внутри он сильно встревожен. – Вы дороги мне. Я всегда относился к вам, как к младшему брату, и я не хочу, чтобы с вами что-либо случилось…
- Атос прав… - буркнул Портос. – Давайте вы будете геройствовать на поле боя, если случится война, а сейчас… благоразумие еще никогда никому не мешало. А если кто-то посмеет назвать вас трусом, то будет иметь дело со мной… - и Портос сжал руки в кулаки.
- Действительно, Арамис… - поддержал друзей дАртаньян. – Не зря же наш девиз «один за всех и все за одного»… Когда я или Портос, или Атос попадем в трудную ситуацию, вы нам поможете. Сейчас трудности у вас – так позвольте нам, вашим друзьям, помочь вам… Не обижайте на своим отказом…
Они поднялись и подошли к Арамису. Какое-то время он молчал, а потом обвел друзей глазами и с улыбкой сказал:
- Один за всех…
- И все за одного… - хором добавили Атос, Портос и дАртаньян.
************************************************************************
В тот самый момент, когда друзья обсуждали в «Жареном кабанчике» последние произошедшие события, в Париж въезжала карета, в которой сидели Анабель и Этьен.
- Ваш дом готов в любой момент принять вас, Анабель… По удивительному совпадению интересующий нас молодой человек живет всего в двух кварталах... – Этьен посмотрел на Анабель. Та выглядела усталой после долгой дороги, но ни на что не жаловалась.
Желание скорее попасть в Париж было так велико, что она отказывалась от долгих остановок, предпочитая даже спать в карете. И лишь однажды Этьену удалось уговорить ее остановиться на ночь на постоялом дворе.
- Подумать только, Этьен… Где-то в этом городе живет мой мальчик… - Анабель задумчиво смотрела в окно.
- Вообще-то он уже вполне взрослый мужчина – улыбнулся Этьен.
- Для меня он всегда будет мальчиком… Моим мальчиком… Я надеюсь, когда он узнает правду, он сможет меня простить…
- Анабель, дорогая… Если ваш сын унаследовал вашу мудрость и ум, он поймет, что вы сами в какой-то мере жертва…
В этот момент Анабель как-то странно напряглась, что не ускользнуло от Этьена.
- В чем дело, дорогая?
- Мне показалось… - Анабель еще больше отогнула край занавески на окне и внимательно осмотрелась. – Нет, видимо показалось…
- О чем вы?
- Мне показалось, что я увидела Оливье, секретаря Франсуа.
- Вашего брата? – не смог скрыть удивления Этьен. – Вы думаете, он тоже в Париже?
- Я не видела его несколько месяцев. Но три недели назад он вдруг появился в моем замке в Нормандии и как-то подозрительно был вежлив и внимателен… Интересовался моими планами…
- Он знает вашу тайну?
- Он знает лишь то, что у меня родился сын. Я постаралась спрятать мальчика так, чтобы мои родственники не смогли его найти и как-то ему навредить… Но… - Анабель задумалась… - Что касается Франсуа, я ни в чем не уверена. Он больше всех тогда был настроен против меня, даже предлагал, чтобы я убила ребенка…
Этьен нахмурился.
- Дай Бог, чтобы вы ошиблись, дорогая Анабель… Но если это не так – а мы должны допускать все варианты – то напрашивается лишь один вывод о его внезапном появлении в Париже…
- Вы думаете, он знает, что я ищу сына? – Анабель не на шутку встревожилась, потому что слишком хорошо знала своего брата. – Тогда мы должны найти его раньше Франсуа, иначе…
-Я думаю, ваш сын в состоянии себя защитить, но вы правы, лучше не рисковать…
Анабель задумчиво смотрела в окно… Где-то совсем рядом ее сын и, возможно, ее брат… Она всерьез опасалась их встречи, потому что не сомневалась – Франсуа ни перед чем не остановится, чтобы не позволить правде открыться…
Она подала знак кучеру остановиться. Этьен удивленно поднял на нее глаза.
- Мы уже почти приехали. – объяснила свои действия герцогиня Орлеанская. - И я хочу немного пройтись пешком. Мне надо подумать…
- Вы уверены, Анабель?
- Да… На улице прекрасный теплый вечер… До моего дома не больше двадцати минут спокойным шагом… Вы поезжайте, Этьен, а я скоро буду… Мне надо побыть одной…
Этьен почтительно кивнул и, выйдя из кареты, подал руку Анабель, помогая ей выйти.
- Хорошо, я поеду и проверю, все ли готово к вашему приезду. – он открыл дверцу кареты и, прежде чем сесть, еще раз повернулся к Анабель – Будьте осторожны…
Она улыбнулась ему и кивнула в ответ. Карета медленно поехала вперед.
Анабель шла по улице и думала… Она благодарила Бога, что у нее есть такой друг, как Этьен. Они познакомились, когда на ее карету в лесу напали бандиты, а Этьен - тогда еще офицер мушкетерской роты – по счастливой случайности проезжал мимо, направляясь в отпуск в родное имение. С тех пор их связывала удивительная и нежная дружба. Он был единственным человеком, которому она доверяла. Многие не верили, что они всего лишь друзья, но Анабель было наплевать на сплетни и пересуды… Она знала себе цену и всегда жила так, как считала правильным. Лишь однажды в жизни она поступила против веления сердца – когда рассталась со своим сыном - и это мучило и преследовало ее все эти годы…
Каким он стал? Как его зовут? И сможет ли он простить ее…?
Задумавшись, Анабель не заметила выбоину на тротуаре… Лодыжку пронзила острая боль. Она вскрикнула и поняла, что сейчас упадет, как вдруг…
Чьи-то сильные руки подхватили ее.
- Вы в порядке, мадам?
Анабель обернулась на голос и… обмерла…
- Мадам, вы в порядке? – повторил… Арамис…
А это был именно он. После некоторых препирательств он все же смог избавиться от опеки друзей. Ему надо было навестить Мари, а этот визит не предполагал лишних свидетелей.
Он как раз шел по улице к Мари, размышляя о последних событиях, которые и ему уже начинали все меньше нравиться, как увидел, что впереди идущая богато одетая дама не заметила выбоину в тротуаре и попала в нее каблучком своей туфли. В последний момент он успел подхватить ее, не дав упасть.
Анабель же смотрела на него и не могла проронить ни слова. Ей показалось, что она вернулась на двадцать пять лет назад и перед ней стоит… Шарль… Ее Шарль… которого она любила до такой степени, что пошла против воли своей семьи, против отца, грозившего лишить ее наследства и выгнать из дома, против всех… лишь бы быть с ним… Именно от него она родила сына…
"Этого не может быть… " – билась в голове мысль, пока она смотрела на юношу.
- Мадам… - наконец, услышала она словно сквозь пелену его голос… - Вы в порядке?
- Да, спасибо… - она попробовала встать на ногу, но вновь пронзившая лодыжку боль заставила ее снова вскрикнуть.
- Скорее всего, у вас вывих или растяжение… - юноша продолжал крепко, но аккуратно держать ее. – Я провожу вас домой. Но сначала надо найти карету.
- Я живу совсем близко. – Анабель указала рукой на свой дом, который уже был виден за поворотом. – Думаю, карета не понадобится.
- Этот дом… Это дом… - Арамис прекрасно знал тот дом. Он принадлежал роду Орлеанских.
- Это мой дом, юноша… А я - Анабель де Брасье, Герцогиня Орлеанская – она улыбнулась ему.
"Везет же мне на знатных дам…" – подумал про себя Арамис.
- В таком случае обопритесь о мою руку и старайтесь не наступать на поврежденную ногу.
- Вы врач? – улыбнулась Анабель.
- Нет, мадам. Я офицер. Поэтому некоторые медицинские моменты мне знакомы…
- Как вас зовут? – сердце Анабель бешено стучало от одной только мысли, что рядом с ней тот, кого она искала…
- Рене… - ответил юноша.
"Рене… Вот, значит, как она тебя назвала…"
Они как раз подошли к дому Анабель, когда из главного входа ее вышел встретить Этьен. Он уже хотел было спросить, почему она так задержалась, но увидел Арамиса и… замер.
- Вот мы и пришли, мадам… - Арамис помог ей сесть в кресло в саду. – Извините, но мне надо идти. Я спешу…
- Рене… - остановила она его.
Арамис обернулся… Этьен напрягся…
- Рене… Вы очень помогли мне и я… я хотела бы вас отблагодарить. Нам нужно еще раз встретиться… Приходите завтра… часов в двенадцать… Сможете?
- Да, герцогиня… - он поклонился ей.
- Тогда я жду вас завтра…
Он еще раз поклонился ей и вышел.
Анабель, до сих пор державшая себя в руках, без сил откинулась в кресле. Этьен в доли секунды добежал до нее.
- Анабель… - потрясенно начал он.
- Этьен… Вы верите в провидение Господне? – она дрожала. Все только что произошедшее казалось ей немыслимым… - Я встретила его совершенно случайно. Я подвернула ногу, а он шел за мной и помог мне… Мой сын! Разве то, что именно он оказался рядом в этот момент… разве это не провидение Господне?
- Но… вы ничего не сказали ему… - понял Этьен.
- Нет… не смогла… Но теперь я сделаю все возможное, чтобы он чаще бывал в моем доме… и однажды… Однажды я откроюсь ему…


- Черт!!! Дьявол!!!!! – и вот уже третий стакан, пролетев над головой Оливье, разбился на мелкие кусочки о стену.
Если герцог Орлеанский начинал ругаться, как сапожник, это означало, что он не просто зол, а взбешен. Это Оливье за пять лет службы у него уже усвоил.
- Ты уверен? – лицо герцога было перекошено от злости…
- Да, ваша светлость… Я видел их. Все произошло по чистой случайности. Я шел за ним, когда сначала увидел карету вашей сестры. Потом она вышла и пошла пешком, он шел сзади нее. Когда она подвернула ногу… он оказался ближе всех и помог ей.
- Черт!!! – стаканы закончились и в сторону Оливье полетела наполовину еще полная бутылка анжуйского.
Оливье по привычке пригнулся. По стене потекла река из анжуйского.
Тяжело дыша, герцог подошел к окну и стал молча смотреть в него. Оливье терпеливо ждал. Он и сам был настолько поражен удивительным стечением обстоятельств, которое свело на улице Парижа Анабель де Брасье, герцогиню Орлеанскую, с ее сыном… что в оцепенении просто наблюдал со стороны, как тот помог ей дойти до дома…
- Она его узнала? – раздался мрачный голос Франсуа.
- Она… да. Думаю, что да… - Оливье вспоминал все, что старательно фиксировал его мозг в тот момент. – У нее было такое лицо, словно она увидела… призрак… А вы сами говорили, что сын вырос копией своего отца.
- Но судя по твоему рассказу… она ему ничего еще пока не сказала… - Франсуа начал немного успокаиваться… Не все еще потеряно… Если мальчишка ничего еще не знает… значит, время есть. Просто его стало меньше…
- Нет, я в этом уверен. Иначе бы он не вышел из ее дома меньше чем через минуту, да и вел бы себя иначе…
Герцог Орлеанский кивнул…
- Ладно… Первый раунд Анабель у нас выиграла… не без помощи провидения… Но первый раунд – это еще не вся битва.
Он прошел по комнате взад-вперед несколько раз, потом замер у стола…
Оливье чувствовал, что в эти секунды герцог вынашивает новый план… Обстоятельства изменились и требовали других действий…
- Скорее всего, она позвала его к себе еще раз… Вряд ли она упустила возможность ввести его в свой дом… - рассуждал герцог Орлеанский. – Думаю… ему назначено на завтра… У нас есть вечер, чтобы что-то попытаться сделать…
Оливье кивнул. Разумно…
Герцог повернулся к своему секретарю:
– Что ты там говорил про хороший способ избавиться от него раз и навсегда?
Взгляды хозяина и секретаря встретились и говорили об одном и том же…
- Вы уверены, ваша светлость?
- Я не могу рисковать… Придется действовать кардинально. Подослать к нему бандитов?
- Он прекрасно фехтует, ваша светлость. Про него и его друзей ходят легенды, что они умудрялись расправляться с силами гвардейцев кардинала, в несколько раз превосходящими их по численности…
- Они всегда едят в одном и том же трактире… Подсыпать яд?
- Рискуем ошибиться… Да и у нас нет там своего человека, чтобы подсыпать конкретно в его стакан.
- Он простой смертный! Что-то должно быть… что можно быстро организовать…
Оливье посмотрел на герцога и заметил характерную полуулыбку на его лице… Тот что-то придумал…
- Где он сейчас?
- Я проводил его до дома некой герцогини де Шеврез. Постоял какое-то время, но он так и не вышел…
- Хорошо… Мы знаем, где он живет… Приготовь карету. Мы выезжаем.
- Вы что-то придумали, ваша светлость?
Герцог злорадно ухмыльнулся…
- Что-то давно в Париже не давали фейерверков… Скучно стало… Ты не находишь, Оливье? - и он посмотрел на секретаря взглядом, по которому тот понял задумку своего хозяина и содрогнулся от промелькнувшей в мозгу мысли…


Уже стемнело, когда Арамис возвращался от Мари…
Даже обнимая и целуя любимую женщину, он не мог отвлечься от беспокойных мыслей, и Мари это заметила. Она пыталась выяснить, что произошло, но Арамис решил не втягивать ее в непонятную пока еще историю, которая неизвестно к чему приведет. И где лаской, где поцелуем… он смог отвлечь Мари, и та довольно быстро забылась в его объятиях…
Конечно, можно было бы остаться у нее на ночь. Но утром нужно было заступать на дежурство, а потому следовало выспаться. Да и стоило Арамису покинуть дом Мари, как мысли о разгроме в квартире и о таинственной карете снова вернулись…
Именно об этом он продолжал думать, подходя к своему дому. Он огляделся… Было тихо. Ни души… Благопорядочные парижане уже спали по своим домам.
Едва он зашел в дом, как из переулка медленно выехала… черно-синяя карета. Из нее неслышно выскользнула тень и быстро подошла к стене под окном квартиры Арамиса.
Сам мушкетер уже медленно поднимался по лестнице на свой второй этаж, представляя, что снова сейчас увидит тот вчерашний разгром.
- Сколько можно вас ждать… - пробурчал очень знакомый голос где-то рядом.
Голос был знаком, но находящийся в напряжении последние двое суток Арамис невольно вздрогнул и схватился за эфес шпаги.
- Эээ… А ну-ка уберите руку оттуда… - голос стал еще ближе, и уже привыкшие к полумраку глаза Арамиса разглядели на верхней ступеньке лестницы колоритную фигуру.
- Портос??? Что вы здесь делаете?
- Вообще-то вас жду… - пробурчал Портос. – Уже часа два, не меньше… И между прочим… начал волноваться… - Портос всегда очень трогательно выражал свою заботу, когда пытался проявить вдруг наполнявшие его нежные чувства…
Арамис улыбнулся.
- Кстати… Я очень проголодался… - теребил перевязь Портос. - У вас есть что поесть?
- Дорогой мой друг… Еще сутки назад я знал – где и что у меня лежит. Сейчас же… - Арамис уже собирался подойти к двери, чтобы открыть ее, как вдруг…
Внутри комнаты раздался звук разбиваемого стекла и…
Портос успел сориентироваться и оттолкнуть Арамиса в небольшое углубление в стене коридора прежде, чем внутри комнаты что-то вспыхнуло, треснуло и взрывной волной дверь вышибло в коридор. Следом вырвался огромный шар пламени…
- Вниз!!! Быстро вниз!!!! – скомандовал Портос, и друзья, не говоря больше не слова, бросились вниз по лестнице.
Когда они выскочили на улицу, из окна квартиры Арамиса вырывались языки пламени. В соседних домах на шум начали просыпаться люди. Кто-то закричал – "ПОЖАР!!!".
В этот момент Портос повернулся к Арамису, чтобы проверить, как тот, и увидел в переулке… ту самую черно-синюю карету… Кучер дернул поводья, и карета стала набирать ход, двигаясь прямо на них.
- Вот черт!!! – Портос выхватил пистолет и стал целиться. Но расстояние между ним и каретой слишком стремительно сокращалось, и Арамис в последний момент фактически вытащил друга из-под колес.
Портос выстрелил вслед карете, но промахнулся…
- Черт! Черт!! Черт!!! – Портос от злости и досады бросил пистолет на мостовую. – Почему я не взял сегодня лошадь! Мы могли бы их догнать!
- Они еще вернутся… - Арамис был мрачен… но старался не поддаваться панике, понимая, что эмоции сейчас смерти подобны.
Друзья еще какое-то время смотрели на догорающую квартиру, которую совместными усилиями тушили проснувшийся от шума хозяин дома и его соседи…
- Портос…. Спасибо вам… - Арамис только сейчас понял, что не окажись Портоса на лестнице и не задержись он из-за этого… не стоял бы он сейчас на улице, а горел бы заживо…
- Да ладно вам… - Портос думал о том же самом, в очередной раз восхваляя подозрительность Атоса, который и настоял, чтобы Портос пошел к Арамису и проверил, все ли в порядке…

А в это время в несущийся на полной скорости карете герцог Орлеанский со злостью сжимал кулаки:
-Черт! Опять не повезло! Но ничего… я доберусь до тебя, племянничек! Будь ты проклят!

Когда в дверь посреди ночи постучали, Атос не спал… Открыв, он увидел бледного Арамиса и взбешенного Портоса и сразу понял – что-то случилось…
- Час назад нашего друга Арамиса пытались убить! – только и сказал Портос, садясь за стол и со злостью швыряя пистолет.
Атос вздрогнул и посмотрел на Арамиса.
- Если бы не Портос… от меня бы сейчас одни угольки остались… - только и смог вымолвить тот. Он все еще был в шоке…
- То есть? - Атос переводил взгляд с одного на другого.
- Его квартиру подожгли. Что-то бросили через окно. – Портос бы мрачен и зол.
- Войди я туда секундой раньше и… - Арамис прислонился к стене и закрыл глаза.
- Все это очень мне не нравится, господа… - Атос сел напротив Портоса.
- Мне тоже… - буркнул тот. – Потом на улице мы видели ту самую проклятую карету. Я уверен, что это люди в ней пытались убить Арамиса!
- Портос пытался выстрелить, остановить карету, но все произошло слишком быстро…
- Да, черт возьми, я промахнулся!
- Друг мой, успокойтесь… - Атос понял, что прогулка перестает быть томной…
- Как я могу быть спокоен в такой ситуации?!
- Люди в карете действую продуманно и хладнокровно. Если мы не хотим проиграть им, мы должны вести себя так же… Как бы трудно это не было…
Атос откинулся на стуле и закрыл глаза. Он всегда так делал, когда думал о чем-то очень важном. Портос и Арамис переглянулись, но тревожить своего старшего друга не стали…
Наконец, Атос открыл глаза.
- Портос, вы сейчас пойдете к дАртаньяну и все ему расскажете. Арамис остается у меня. Завтра, точнее уже сегодня… утром встречаемся в штабе полка и решим, как действовать дальше.
Портос не стал спорить, решив, что Атос лучше знает, что делать… Он встал и молча покинул квартиру Атоса.
- Друг мой… - попытался улыбнуться Арамис. – У вас есть время передумать… Соседство со мной сейчас опасно для жизни…
- Арамис… Замолчите, пока не наговорили глупостей… - Атос подошел к нему и положил руку на плечо. – Вы останетесь здесь. И после сегодняшнего происшествия вы ни на секунду не останетесь один.
- Атос… Я благодарен вам за помощь, но… бывают ситуации, когда свидетели рядом не нужны…
- Вы о Мари? – понял Атос.
- И не только. Вы не можете быть со мной двадцать четыре часа в сутки… Атос… Я понимаю всю серьезность ситуации. Эти люди… в карете… Да, они хотят меня убить. Не знаю – за что… Если бы знал – многое стало бы понятнее. Но я в состоянии постоять за себя…
- В честном бою – да. Но эти люди… действуют не по чести… Они подло нападают на вас из-за угла… Поэтому прошу вас… на время забудьте о своей гордости и позвольте нам помочь вам… - Атос ободряюще сжал плечо Арамиса. – А что касается Мари… Раз уж вы не хотите посвящать в ваши сердечные дела Портоса с дАртаньяном, то до дома Мари вас буду провожать я. И не спорьте! - остановил он порывавшегося возразить Арамиса.
Атос уступил другу кровать, сославшись на бессонницу. Несмотря на пережитый шок, Арамис уснул практически сразу, как только опустил голову на подушку. Атос сидел за столом, смотрел на спящего друга и каким-то внутренним чутьем понимал – самое главное еще впереди…


На следующее утро поговорить не удалось, так как, придя в полк, Атос и Арамис узнали, что Портос и дАртаньян, которые пришли чуть раньше, были тут же посланы де Тревилем с поручением в Лувр. Капитан так же сообщил им, что сегодня они могут быть свободны, так как на завтра назначены тренировочные учения по стрельбе в одном из заброшенных замков в окрестностях Парижа. Сбор назначен на 8 утра возле самого места учений. Кроме того, де Тревиль, уже знавший от Портоса и дАртаньяна о ночном пожаре, пообещал Арамису, что к завтрашнему утру для него будет готово два комплекта новой мушкетерской формы.
Друзья оставили записку, в которой сообщали Портосу и дАртаньяну, что будут ждать их в "Жареном кабанчике" в семь вечера.
- Что будете делать с внезапно образовавшимся выходным, друг мой? – спросил Атос Арамиса, когда они спокойным шагом выезжали со двора штаба.
- У меня на двенадцать назначена встреча. – ответил Арамис и, наткнувшись на вопросительный взгляд Атоса, пояснил. – Вчера днем я помог одной даме, которая оказалась герцогиней Орлеанской. И она пригласила меня сегодня в знак благодарности в свой дом.
- Воистину, друг мой… вы обладаете удивительным талантом знакомиться случайно со знатными дамами… - улыбнулся Атос.
- Все произошло совершенно случайно, уверяю вас, Атос…
- Друг мой, я ни в чем вас не упрекаю… В таком случае я провожу вас сейчас до дома герцогини и покину на пару часов. Мне надо навестить портного – заказать еще пару рубашек. Кстати, вам бы тоже не помешало навестить портного, учитывая, что весь ваш нынешний гардероб ограничивается тем, что сейчас на вас… А на вашу фигуру не подойдет одежда ни одного из нас.
- Вы правы, Атос… К тому же я теперь… бездомный… - улыбнулся Арамис, но в его улыбке Атос заметил промелькнувшую грусть.
- Не волнуйтесь… Пока мы разбираемся с людьми в карете, вам в любом случае нельзя оставаться одному. Так что будете ночевать по очереди у кого-нибудь из нас.
В этот момент они подъехали к дому герцогини Орлеанской.
- Ну что ж… Пока здесь мы с вами попрощаемся. – Арамис взглянул на дом, из главного входа которого уже выходил слуга, чтобы открыть ему ворота. – Встретимся часа через два у вашего портного. Я, пожалуй, тоже закажу пару рубашек…
- Договорились. – кивнул Атос и, дождавшись пока Арамис скроется внутри двора, повернул лошадь в сторону магазина месье Орнеста, портного.

Анабель стояла у окна и видела, как Арамис въехал во двор. Сердце ее учащенно забилось… Этьен, стоявший рядом, обнял ее за плечи.
- Анабель, дорогая…
- Этьен, я так волнуюсь… Как начать? Как ему сказать?
- У вас все получится… Вам сердце матери подскажет. – и он ободряюще ей улыбнулся.
В этот момент за дверью послышались шаги, и в открытую слугой дверь вошел Арамис.
Он подошел к герцогине и, опустившись на одно колено, поцеловал ей руку.
- Ваша светлость… Я вижу, вам уже лучше. Я очень рад…
- Добрый день, юный мой друг… - Анабель улыбнулась. Она смотрела на него и не могла насмотреться… Какой же он… красивый, статный, сильный… Эти глаза, этот взгляд, в котором обаяние соседствовало с силой и мужественностью… Ее сын… - Прошу вас. – она показала рукой на диван.
Арамис сел, Анабель и Этьен расположились в креслах напротив.
- Познакомьтесь, это мой очень хороший друг, Этьен де ЛаМор – представила она Этьена.
- Очень приятно, месье. Вы вчера очень вовремя оказались рядом с Анабель и помогли ей. – Этьен протяну Арамису руку.
- Я думаю, так поступил бы любой мужчина на моем месте. – Арамис ответил на рукопожатие Этьена.
- Рене… Кажется, так вас зовут? – Анабель сжимала в руках медальон, не зная, как перейти к главному…
- Да… Рене дЭрбле… Но в мушкетерском полку у меня другое имя. Для всех я – Арамис. Мое настоящее имя знают только мои друзья.
"Твое настоящее имя не знаешь пока даже ты…" – подумал, глядя на него, Этьен.
- Рене… - Анабель хотела уже просто напрямую показать ему медальон и спросить, нет ли у него такого же, как вдруг…
Дверь стремительно отворилась и в залу вошел…
- Анабель! Сестричка! – Франсуа, герцог Орлеанский, с улыбкой подошел к сестре и обнял ее, параллельно глазами оценивая обстановку.
"Нет, она ему еще ничего не сказала… Вон как опешила, увидев меня. Видимо, я вовремя появился… Или не вовремя… смотря для кого… " – усмехнулся он про себя.
После вчерашнего неудавшегося покушения на Арамиса он понял, что теперь ему надо всегда быть рядом с Анабель, когда та будет встречаться с сыном. Пока он будет рядом, она не решится ему что-либо сказать… А там… Ночью герцога осенила еще одна мысль. И сейчас, пока он улыбался своей сестре и Этьену с Арамисом, в душе желая тут же на месте придушить последнего, его новый план уже осуществлялся…
- Франсуа? – наконец, обрела дар речи Анабель. – Что ты здесь делаешь?
- Я уже месяц в Париже. Были кое-какие дела… встречи… Вчера я узнал, что ты тоже приехала. Я не мог не навестить свою любимую сестру… - улыбался он ей.
"Как же… любимую…" – мрачно подумал про себя Этьен. Ему очень не понравилось столь внезапное появление Франсуа. – "Ты не ее, ты деньги ее любишь… Неспроста ты тут появился… Неспроста…"
Он поднял глаза на Анабель, и та прекрасно поняла мысли своего друга. Появление брата тоже не понравилось ей. Она сжала в руках медальон и незаметным движением спрятала его в потайной карман платья.
- А с вами я, кажется, незнаком, молодой человек… - повернулся он к Арамису, вставшему при появлении брата герцогини.
- Этот юноша вчера помог мне, когда я на улице подвернула ногу. – поспешила вмешаться Анабель.
- Бог мой! Ты подвернула ногу? – Франсуа очень натурально изобразил удивление и испуг. – Надеюсь, ничего серьезного?
- Все в порядке, Франсуа. Сегодня мне уже намного лучше. Я пригласила юношу в свой дом, чтобы поблагодарить за оказанную помощь…
- Совершенно согласен с тобой, сестричка… Каждый должен получать по заслугам своим…
"Хм… Когда же ты, змея, получишь по своим заслугам…" – подумал Этьен, пытаясь по поведению Франсуа определить, что тому известно.
Далее беседа протекала на отвлеченные темы, но при этом все участники, кроме Арамиса, весь разговор пытались понять степень осведомленности остальных и просчитать дальнейшие действия противника.
- Прошу прощения, мадам… - спустя почти два часа поднялся Арамис… - Я благодарен вам за столь теплый прием, но мне пора идти… Завтра наш полк отправляется на учения, нужно отдохнуть и подготовиться…
- Понимаю вас… - Анабель встала и подошла к нему. – Надеюсь, я вас еще увижу?
- Непременно, герцогиня. Обещаю вам… - он поцеловал протянутую руку.
- Учения? Как интересно… Как-то давно я говорил Людовику, что надо бы ввести такую практику, чтобы офицеры не теряли навыков в мирное время… - заинтересованно вставил Франсуа, и словно между прочим куда-то в сторону произнес – Только вот не представляю… где в Париже можно проводить такие учения…
- Для учений был выбран один заброшенный полуразрушенный замок в южных окрестностях Парижа – если бы Арамис знал, кому он сейчас это говорит, он бы сто раз подумал… но он не знал… А вот герцог Орлеанский, получив столь бесценную информацию от того, кого собирался это самой информацией уничтожить, злобно усмехался внутри себя…
- Прекрасная идея! - наигранно восхитился он. – Ну что ж… юноша, удачи вам!
- Благодарю вас, ваша светлость. – и Арамис направился к двери.
- Погодите, молодой человек. – герцог тоже поднялся с кресла. – Я, пожалуй, тоже пойду… А вы по дороге мне расскажете об этих учениях… Это очень интересно…
- Да, конечно… - кивнул Арамис.
Анабель испуганно посмотрела на Этьена. Тот еле заметно кивнул ей, понимая ее страх от столь близкого соседства ее сына и ее брата.
- До встречи, сестричка… - герцог поцеловал руку Анабель, отметив про себя ее холодность и еле заметную дрожь.
Когда за ним и Арамисом закрылась дверь, Анабель едва не рухнула в кресло, но Этьен успел ее поймать и аккуратно усадить.
- Он неспроста здесь появился, Этьен. Он все знает о Рене! – она взволнованно теребила кружева на платье. Страх за сына заполнил все ее сердце…
- Я тоже так думаю… Я хотел проводить Рене до выхода и по дороге сказать, чтобы он пришел еще раз… Но Франсуа все рассчитал вперед меня… - Этьен понимал, что ситуация становится все более опасной и непредсказуемой…

В это же самое время Арамис и герцог Орлеанский вышли из ворот дома Анабель.
- Все, что вы мне рассказали, очень интересно… Я рад, что Людовик так заботится о боевом духе своего войска. Удачи вам, юноша… - улыбнулся герцог.
- Благодарю вас, ваша светлость. – Арамис поклонился герцогу, вскочил в седло и направился в сторону лавки портного, где договорился встретиться с Атосом.
"Удачи… щенок… " – подумал герцог, глядя вслед удаляющемуся Арамису… - "И мне удачи… ты сам мне назвал место своей смерти…"
Повернув за угол, он остановился возле одного из домов, и из переулка тут же медленно выехала черно-синяя карета.
Дверь открыли изнутри и герцог Орлеанский сел в карету.
Напротив него сидел Оливье и… молодой мужчина в одежде простолюдина.
- Ты хорошо его рассмотрел? – холодно спросил герцог у последнего.
- Да, ваша светлость… - кивнул тот.
- Завтра он будет участвовать в учениях своего мушкетерского полка в полуразрушенном замке в южных окрестностях Парижа. – герцог закрыл глаза и жестко диктовал указания. – Делай, что угодно… но он должен остаться там навсегда…
Герцог открыл глаза и посмотрел на наемника взглядом, от которого у того пробежали мурашки по спине.
- Мне неважно, что это будет… Шальная пуля… или он, нечаянно оступившись, упадет с высоты… - герцог сверлил глазами наемника. – Главное, чтобы завтра он был мертв!
- Я понял вас, ваша светлость… - пробормотал наемник…
Герцог еле заметно кивнул, и Оливье положил на колени наемника небольшой увесистый мешочек.
- Здесь тысяча пистолей… - герцог вновь внимательно посмотрел на простолюдина. – Получишь еще… пять тысяч, когда сделаешь дело.
Наемник вздрогнул. Никогда ему еще не платили столько за заказ. Видимо, этот мушкетер сильно мешает влиятельному господину, нанявшему его. Очень сильно… Если тот готов платить такие деньги за его устранение…
- А теперь проваливай. И запомни… Он должен завтра умереть! – герцог Орлеанский сжал кулаки.
Наемник кивнул и неслышно выскользнул из кареты.
Этот господин пугал даже его, видавшего многих и много разных заказов выполнившего.
А в карете Оливье терпеливо ждал, когда его хозяин заговорит и даст дальнейшие распоряжения.
- Ты уверен в этом человеке? – наконец, заговорил герцог.
- Да, ваша светлость. Ему не знакомы сострадание и жалость. Он один из самых лучших мастеров своего дела… - ухмыльнулся Оливье.
- Отлично… Надеюсь, завтра мы покончим, наконец, с этим мальчишкой…
И герцог дал знак кучеру двигаться.


Остаток дня прошел спокойно. Вечером в таверне друзья решили просто быть настороже и постараться не оставлять Арамиса одного. На этот раз свой ночлег ему предложил Портос.
Утром они встретились у дома Атоса, и все вместе отправились на место учений.
В положенный час возле полуразрушенного замка в окрестностях Парижа собралась вся рота де Тревиля. Были отданы распоряжения и определена дислокация всех групп. Арамису и дАртаньяну достались два окна на самом верху одной из башен, Портос и Атос расположились в этой же части замка в галерее, соединяющей две башни.
- Дружище, вы так и не знаете, почему за вами могут охотиться те люди в карете? – спросил дАртаньян, в прицел рассматривая передвижения "противника", которого изображали такие же мушкетеры.
- Нет, дорогой дАртаньян… - покачал головой Арамис. – Ума не приложу…
Он почти не спал ночью… И не только потому, что под храп Портоса мог спать только сам Портос, а потому что сон не шел… В голове роем витали мысли, но никакого намека на причину такой непонятной ему ненависти не было… Что и кому он мог сделать, чтобы его пытались уничтожить таким жутким способом, организовав пожар? Ведь кроме него в огне могли погибнуть и другие, невинные люди! Но видимо, это людей в карете заботило мало, им было главное уничтожить его, Арамиса, и неважно как и какой ценой… От этих мыслей ему становилось жутко… Он не считал себя трусом, но как обороняться против врага, который тебе неизвестен, и когда ты не понимаешь причину всех событий… этого он не знал…
Прицелившись, он произвел удачный "выстрел", и на плаще условного противника тут же отпечатался след от краски. "Враг" был убит наповал…
- Прекрасный выстрел, Арамис! – восхищенно отреагировал дАртаньян.
- Благодарю вас, друг мой… - не остался в долгу Арамис.
В этот момент за спиной послышался шум и, обернувшись на звук, друзья увидели мушкетера, который торопливо поднимался к ним.
- Вы господа Арамис и дАртаньян? – спросил он, едва поднявшись на площадку.
- Да. А что случилось? – дАртаньян положил мушкет и подошел к мушкетеру.
- Ваш друг, господин Атос…
- Что с Атосом??? – хором произнесли Арамис и дАртаньян.
- Он повредил ногу. Во время неудачного выстрела отскочил кусок стены и упал ему на ногу. Рана неглубокая, но, кажется, достаточно серьезная! Господин Портос побежал за помощью, а господин Атос попросил позвать вас, господин дАртаньян. Он сказал, у вас есть какая-то чудодейственная мазь…
- Да, верно… - дАртаньян вспомнил случай, когда во время их знакомства эта мазь уже помогла Атосу, тогда раненому в плечо.
- Надо поспешить… - мушкетер дышал часто и взволнованно. – Чем раньше применить мазь, тем будет лучше.
- Да, но… - и дАртаньян оглянулся на Арамиса. Оставить друга одного?
Тот понял взгляд гасконца.
- Не волнуйтесь, дорогой друг… - с улыбкой сказал он. – Ну, что здесь со мной может случиться? Вокруг только мушкетеры нашего полка и неприступные стены замка. И никаких карет поблизости…
Видя, что дАртаньян все еще колеблется, он добавил:
- И потом, вы обернетесь достаточно быстро. Не волнуйтесь. Лучше поспешите к Атосу.
Наконец, дАртаньян решился.
- Хорошо! Но пообещайте мне, что вы ни на шаг отсюда не сдвинетесь!
- Обещаю, друг мой… К тому же я не могу нарушить приказ капитана и покинуть доверенную нам позицию. Я буду держать оборону, пока вы будете отсутствовать.
И дАртаньян с мушкетером, который и принес известие о ранении Атоса, покинули башню.
Арамис остался один. На всякий случай оглядевшись и не заметив ничего подозрительного – вокруг было тихо и ни одной живой души – он вернулся на позицию и поймал в прицел очередного "противника"…
Он уже был готов произвести выстрел, как на него упала тень, мешающая точно поразить мишень. Арамис повернулся, чтобы узнать, в чем дело и…
Последнее, что он увидел, был приклад мушкета, опускающийся на его голову. И наступила темнота…

ДАртаньян расстался с мушкетером, который прибегал за помощью и теперь возвращался на свою позицию, едва они спустились вниз из башни. Дорогу дальше он знал. Он спешил… И потому что хотел скорее помочь Атосу, и потому что не хотел надолго отставлять Арамиса одного.
- Атос! Я пришел, как вы и просили! – закричал он, вбегая в галерею, где располагалась позиция Портоса и Атоса.
- ДАртаньян? – Атос удивленно повернулся к нему и тут гасконец увидел, что…
- Вы… не ранены…? – ошеломленно спросил он.
- А вы хотите, чтобы Атос был ранен? – послышался за спиной знакомый бас.
ДАртаньян обернулся и увидел Портоса, который был тут же и никуда не уходил.
- Друг мой… - Атос напрягся, видя, как стремительно меняется в лице дАртаньян. – Что с вами?
- Идиот… Какой же я идиот… - гасконец прислонился к стене и застонал, закрыв лицо руками.
- Да что с вами? И где Арамис? – Портос сел рядом с дАртаньяном, Атос так же быстро подбежал к нему.
Тот поднял на друзей глаза:
- К нам только что прибежал мушкетер, который сказал, что от неудачного выстрела вам на ногу, Атос, упал кусок стены и вы ранены. И что вы просите меня принести вам мою чудодейственную мазь. Я долго не решался, но Арамис сказал, чтобы я… что он… что ничего с ним не…
Атос и Портос не дали ему договорить, в один голос произнеся:
- Вы хотите сказать, что Арамис остался в башне ОДИН?????!!!
Ответ был не нужен, он явственно читался на лице дАртаньяна.
- Какой же я идиот…
- Успокойтесь, друг мой… Вы не могли знать… - Атос стремительно встал. – Все разговоры потом. Надо поспешить!
И они бегом направились в сторону башни. И каждый из них молился сейчас об одном – "только бы успеть… только бы успеть…"
Конечно, они поняли, что это ловушка… что дАртаньяна просто выманили из башни, чтобы Арамис остался один…

А сообщивший о "ранении" Атоса мушкетер, который при ближайшем рассмотрении оказался тем самым наемником, нанятым герцогом Орлеанским, медленно подошел к лежащему Арамису.
Он наклонился к нему – тот был жив, но без сознания. На голове был виден кровоподтек от удара прикладом.
Оглядевшись, он решал, что делать дальше…
И тут, взглянув в окно, он понял…
" Мне неважно, что это будет… Шальная пуля… или он, нечаянно оступившись, упадет с высоты…" – вспомнил он слова важного господина из кареты…
Упадет с высоты… Ну, конечно…
Подойдя к Арамису со стороны головы, он за руки подтащил его к самому краю площадки и перекинул через окно…
Ну, вот… еще одно движение и…

Оставалось просто отпустить его, и дело будет сделано… Он уже радостно слышал звон пяти тысяч пистолей в своем кармане, как вдруг…
Что-то холодное коснулось его виска, а рядом раздался зловещий шепот:
- Только попробуй разжать руки, гаденыш… Полетишь следом…
Наемник медленно скосил глаза и увидел стоящего рядом с ним великана, приложившего к его виску пистолет.
- А сейчас ты медленно… слышишь… медленно втащишь его обратно…
Несостоявшийся убийца быстро закивал головой. Великан убрал пистолет, и наемник втащил все еще находящегося без сознания Арамиса назад. Едва угроза падения миновала, как Атос с дАртаньяном, до тех пор стоявшие в дверном проеме, стремительно бросились к другу.
Портос же не удержался и со всей силы так вмазал наемнику по лицу, что тот отлетел к противоположной стене. Портос пошел к нему, полный решимости размазать его по этой стене, как его остановил Атос:
- Портос, не надо! Он нам еще пригодится! – властно сказал он.
- Атос! Он же только что… Еще секунда и… - великан не находил слов.
- Я понимаю вас, Портос. Поверьте, я чувствую тоже самое… Но он нужен нам живым… Он знает тех, кто охотится на Арамиса… У нас есть шанс узнать что-то конкретное про убийц…
Портос молча смотрел на Атоса. Он понимал, что тот прав. Но в нем все еще клокотала ярость, которая заполнила всю его душу, когда едва поднявшись на площадку, он увидел, как его друга, находящегося без сознания, а потому беспомощного и не способного защищаться, вот-вот сбросят с огромной высоты…
Он со злостью сжал кулаки и ударил по стене так, что он нее отлетели несколько увесистых обломков.
- Портос, охраняйте его. – Атос мягко коснулся руки великана и вернулся к дАртаньяну, который пытался привести в чувство Арамиса.
- У него рана на голове. – сказал гасконец, пытаясь водой из фляги вернуть друга в сознание. – Не получается…
Атос прикоснулся рукой к шее Арамиса:
- Он жив… Возможно, сотрясение мозга. – Чем ты его ударил? – холодно спросил он, повернувшись к наемнику.
- Прикладом… мушкета… - пролепетал тот и сжался под взглядом великана, вновь сжавшего кулаки так, что захрустели кости.
- Мразь… - прошипел Портос…
Атос молча пошарил в небольшой сумочке, которую всегда носил на поясе и достал какой-то мешочек. Он открыл его и медленно поднес к носу Арамиса.
Когда тот вдруг резко закашлялся, друзья вздохнули с облегчением…
- Что это, Атос? – кивнул на мешочек дАртаньян.
- Некое подобие нюхательной смеси, только гораздо более сильное. Способно вывести из самого глубокого обморока. Как вы, друг мой? – спросил он, склонившись к Арамису.
- Голова… болит… - прошептал тот…
- Лежите спокойно…
- Что случилось?
- То же самое, что и позапрошлой ночью… Вас снова пытались убить… - Атос был краток и мрачен. – Мы подоспели вовремя…
Арамис молча посмотрел на него, на дАртаньяна и попытался подняться, чтобы увидеть того, кто скрывался у противоположной стены за фигурой Портоса, но резко закружилась голова, и он рухнул обратно на руки дАртаньяна.
- Я же попросил вас лежать спокойно… - Атос намочил платок в воде и положил его на голову Арамису. – Портос, тащите этого змееныша сюда…
ДАртаньян поднял глаза на Атоса. Если тот начинал выражаться подобными словами, это означало, что только его воспитание и огромная выдержка не позволяют ему собственноручно придушить наемника.
Портос, не особо церемонясь, взял наемника за шкирку и швырнул к окну, в которое тот несколько минут назад пытался сбросить Арамиса.
Тот сидел, вжавшись в стену, когда Атос подошел к нему и, опустившись на корточки, медленно и с расстановкой спросил:
- Кто… нанял… тебя… убить… нашего… друга?
- Я… я не знаю их. – пролепетал тот.
- Портос… - Атос глазами указал на оконный проем.
Молча кивнув, Портос взял наемника за шкирку и на вытянутой руке вывесил из окна.
- НЕТ!!! ПРОШУ ВАС!!! НЕ НАДО!!!! Я… Я ВСЕ СКАЖУ!!!!! – заорал тот, в ужасе глядя вниз, где человеческие фигурки напоминали точки.
- Портос… - так же спокойно сказал Атос.
Портос вернул наемника внутрь башни и плюхнул перед Атосом, особо не заботясь о мягкости падения.
- Итак… Говори все, что знаешь. И советую говорить истинную правду, как на исповеди… Иначе я не смогу больше помешать моему другу - кивнул он на Портоса – совершить возмездие.
- Хорошо, хорошо… Я все скажу… - наемник сжался под взглядом Атоса и спиной чувствуя нарастающую злость великана.
- Ну…
- Их двое… У них черно-синяя карета… - при этих словах друзья переглянулись. – Один из них господин, другой секретарь. Господин, судя по всему очень богат и знатен. Он очень ненавидит вашего… друга… Он мне заплатил тысячу пистолей и пообещал еще пять тысяч, когда я выполню заказ.
Услышав про цену, друзья непроизвольно присвистнули…
- Дальше. – жесткость во взгляде Атоса действовала на наемника ничуть не хуже взгляда господина из кареты.
- Я не знаю их имен… Клянусь Богом, не знаю!!! – закричал он, когда Портос хотел снова схватить его за шкирку. Атос жестом остановил друга. – Секретарь указал мне на вашего друга, когда вы вместе с ним выходили вчера утром из дома на улице Феру. Это все, что я знаю. Клянусь вам!!!!!
Атос поднялся и подошел к дАртаньяну. Арамис был в сознании, но не мог поднять головы. Каждая новая попытка вызвала головокружение, и он снова падал…
- Кажется, он не врет… Видимо, это и правда все, что он знает… - Атос сел рядом. –Этого мало, но это уже кое-что…
- Атос, теперь-то я могу вышвырнуть его отсюда? – спросил Портос.
Друзья обернулись на голос, даже Арамис попытался повернуть голову, и увидели Портоса, стоявшего у оконного проема и державшего в руках наемника, который бился в истерике и от страха только мычал, не в силах сказать ни слова.
Атос поднялся и подошел к ним.
- У вас есть пять часов, чтобы исчезнуть из Парижа… навсегда… Если я или мои друзья когда-нибудь еще вас где-нибудь увидим…
- Я понял, понял… - закивал тот головой.
Атос кивнул Портосу, и тот нехотя отпустил наемника.
Никогда раньше друзья не видели, чтобы ТАК быстро бегали…
Атос и Портос вернулись к дАртаньяну и Арамису.
- Итак… Что мы имеем… – Атос задумчиво потер виски. – Их двое, один из них господин, и, судя по всему, именно он желает вашей смерти, друг мой. – Атос взглянул на Арамиса. –И очень желает… Чем-то вы ему очень мешаете, что он вас пытается стереть с лица земли, не брезгуя ничем…
- Мы не слишком много узнали, Атос… - мрачно буркнул Портос.
- Мне надо подумать… Что-то крутится в голове, не могу пока понять – что… Словно какой-то кусочек мозаики совсем рядом, но постоянно ускользает… Вот что. Сейчас мы пойдем вниз – надо сказать капитану про Арамиса. Врать не будем, просто скажем, что обнаружили его без сознания с раненой головой… Видимо, в разрушенном замке орудует грабитель, который надеялся чем-нибудь поживиться… - Атос наткнулся на сомневающиеся взгляды Портоса и дАртаньяна. – Друзья мои… Арамису нужен врач. Мы скажем де Тревилю правду… но не всю…
И они помогли Арамису спуститься вниз. Тот уже немного пришел в себя, но де Тревиль, узнав о произошедшем, все равно направил его к врачу в лазарет. Врач определил сотрясение мозга и прописал покой в течение не менее трех суток.
Атос забрал друга к себе, клятвенно пообещав врачу, что трое суток тот не поднимет и головы с подушки.

***********************************************************************

- Никому ничего нельзя поручить! – рвал и метал герцог Орлеанский, узнав, что и вторая попытка избавиться от Арамиса закончилась неудачей.
- Этот мальчишка… словно заговоренный… - недоумевал Оливье.
- Он обычный смертный! – сверкнул глазами герцог. – Ну, что ж… придется все сделать самому…
Оливье посмотрел на герцога. Если тот решил сам взяться за дело, расправа будет жестокой, долгой и мучительной для жертвы…
- Где он сейчас? – спокойно и холодно спросил тот.
- В доме своего друга Атоса. С ним постоянно кто-то есть. Они ни на секунду не оставляют его одного.
- Ничего… Главное уметь ждать и знать слабые стороны противника… Ты говорил, что он бывал