Все последующие дни Арамис был непривычно мрачен. Задумчивость, конечно, была свойственна ему, но такое длительное молчание было чересчур даже для него. Первое время Портос и дАртаньян пытались как-то разговорить его, но вскоре бросили это бессмысленное занятие.
Тогда Портос обратился к Атосу с вопросом, что случилось с их другом, и услышал от него максимально развернутый ответ, который в принципе можно было услышать от Атоса – «Все нормально…». Хмыкнув, Портос понял, что ничего не нормально, но подробностей добыть из Атоса не смог. Тот молчал, словно немой.
Атос ловил на себе периодические взгляды Арамиса, и глазами давал ему понять, что их ночной разговор в его квартире будет их тайной до тех пор, пока Арамис сам не решит кого-либо еще посвятить в это… Но Арамис не спешил это делать, а Атос уважал решение своего друга и не поддавался ни на какие уговоры и просьбы Портоса и дАртаньяна.
Прошло несколько дней. Каждый день Атос и Арамис ждали каких-либо действий со стороны Мари, но та… словно сквозь землю провалилась. Она по-прежнему была в Париже, в этом друзья не сомневались. Потому что в противном случае тут же стало бы известно об отъезде одной из самых светских дам.
На четвертый день во время обеда в «Жареном кабанчике» до их ушей долетели обрывки разговора, из которого следовало, что не далее, как вчера, один из бывших любовников герцогини де Шеврез граф Лабутьен, которого в доме Мари всегда принимали с распростертыми объятиями, был изгнан чуть ли не с криком… Подобное поведение герцогини удивляло светских сплетников, но оно не удивило Атоса с Арамисом. Переглянувшись, они поняли причину такого поведения Мари…
- Арамис… Не кажется ли вам, что ваш недавний отказ герцогине является причиной так взбудораживавшего свет ее поведения? – немного оторвавшись от идущих сзади Портоса и дАртаньяна, тихо спросил друга Атос.
- Атос… - задумчиво покачал головой Арамис… - Меня больше беспокоит ее молчание. Я был уверен, что на следующее же утро она использует все свои связи и возможности, чтобы отомстить мне за отказ…
- Значит, что-то остановило ее… Либо она думает, как бы побольнее вам отомстить, друг мой…
- Либо? – Арамис настороженно посмотрел на друга.
- Либо… железная Мари де Шеврез попалась в собственные сети…
Арамис не успел уточнить, что имел в виду его друг, так как их нагнали Портос с дАртаньяном. Вернуться позднее к этому разговору он так же не смог, так как, не успели они вернуться в расположение полка, как поступил приказ господина де Тревиля о выдвижении полка к Лувру.
Их королевские величества собрались прогуляться в Венсенском лесу, и мушкетеры должны были охранять их и их свиту.

Пропустить эту прогулку Мари де Шеврез не могла, да попросту не имела права. А потому ей пришлось прервать свое вынужденное уединение. Она все так же мило улыбалась и принимала комплименты, но от зоркого взгляда Анны Австрийской не ускользнула грусть в глазах подруги. Покинув своего венценосного супруга, который как раз начал что-то обсуждать с кардиналом – а Ришелье Анна не выносила еще больше, чем собственного мужа – она подошла к Мари. Свита королевы почтительно держалась на расстоянии.
- Дорогая моя… - начала Анна, подойдя к Мари как можно ближе, чтобы их разговор не стал достоянием чужих ушей, и взяв ее под локоть. – Вы огорчили меня, за все эти дни более не навестив… Я хотела узнать у вас кое-какие подробности относительно письма губернатора Лотаргинии…
- Простите, Ваше Величество… Я себя неважно чувствовала… - Мари кусала губы, что она всегда делала в моменты наивысшего напряжения, и это так же не ускользнуло от Анны.
- Вам нездоровилось?
- Да, Ваше Величество… Видимо, сказалось переутомление от долгой дороги…
- А может, это не переутомление, дорогая моя Мари? – лукаво улыбнувшись, посмотрела на нее Анна. – Может, это другая болезнь?
- Не понимаю вас, Ваше Величество… О какой болезни вы говорите?
- Имя этой болезни – Любовь - дорогая моя Мари… - улыбнулась Анна Австрийская.
Мари посмотрела на нее испуганным и растерянным взглядом, что еще больше убедило королеву в правильности ее догадки.
- Анна… - герцогиня де Шеврез смутилась, что с ней случалось крайне редко.
Но в этот раз она не смогла скрыть нахлынувшего смущения, потому что ее венценосная подруга произнесла вслух то, о чем сама Мари не раз думала все эти дни, вспоминая Арамиса, тот вечер, его губы и его глаза, вспоминая его стремительный уход и ее, Мари, опустошенность…
Что он сделал с ней, этот мальчишка, что она не могла и не хотела больше никого видеть, она думала о нем днем, он снился ей по ночам… В ней даже не было ярости или желания отомстить ему, поставить его на место, наказать… Любой другой уже поплатился бы за то, что посмел отказать ей, Мари де Шеврез! Но Арамис… Рене… Причинить ему боль у Мари не поднималась рука…
И сейчас, испуганно глядя на Анну, она поняла… что ее подруга не так далека от истины… Господи… Неужели с ней случилось то, от чего она убегала все эти годы, что, она была уверена, никогда с ней не случится, потому что кто-кто, а Мари де Шеврез умела контролировать свои чувства и эмоции. И вот, она… расставлявшая сети мужчинам, заманивавшая в них тех, кто ей приглянулся и кого она желала видеть в своей постели, она сама попалась в собственные сети…
Она влюбилась…
И в кого!? Графы, бароны и маркизы не смогли растопить ее сердце, но это удалось какому-то мальчишке, простому мушкетеру…
- Ах, Анна… - Мари покачала головой…
- Значит, я права? Мари, ты влюбилась в того юношу?
Но Мари не ответила, а ее взгляд застыл на чем-то… Анна Австрийская проследила за взглядом подруги и… улыбнулась, увидев, что Мари смотрит на… того самого мушкетера, который тогда проводил ее в покои Анны, а на следующее утро привез письмо от губернатора Лотаргинии, переданное ей Мари. Тот вместе с другими мушкетерами стоял в отдалении и не замечал взгляда Мари де Шеврез. Но выглядел таким же озабоченным и потерянным, как и Мари…
- Он из полка де Тревиля. Ты уже наверняка достаточно выяснила о нем… - Анна и Мари сели на лавочку в тени вековых дубов. Свита осталась стоять на почтительном отдалении.
- Да… Его зовут Арамис… Это такое мушкетерское прозвище… - добавила она, увидев удивленный взгляд королевы. – Его настоящее имя Рене… - добавила она с такой нежность в голосе, которую Анна Австрийская никогда раньше у нее не слышала.
- Но что произошло? Почему ты так грустна? Не хочешь ли ты сказать, что этот мальчик посмел сделать то, что не позволял себе ни один мужчина до него в отношении тебя? – уловив отчаянный взгляд подруги, Анна поняла, что угадала. – Он… отказал… тебе…?
- Да… И я не понимаю – почему? Я видела его глаза, я чувствовала его реакцию на мои поцелуи и прикосновения… Я не понимаю, почему он все-таки ушел…
- Мари… А ты не допускаешь мысль, что он, возможно, просто не хочет быть очередной твоей победой… Что он хочет… большего?
Мари посмотрела на улыбающуюся Анну Австрийскую… Такая мысль не приходила ей в голову…
- Но что же делать? – Анна никогда не видела свою деятельную подругу такой растерянной.
- Думаю… вам надо поговорить… - лукаво улыбнулась Анна и глазами показала Мари, что видела, на кого та смотрела не далее как минуту назад.
И Ее Величество, подозвав слугу, что-то тихо сказала ему на ухо, указывая в сторону Арамиса. Слуга кивнул, вскочил на лошадь и галопом направился в указанном направлении.
- Ваше Величество, что… - но Мари не успела договорить, как Анна мягко, но решительно остановила ее, сжав ей руку.
- Мари… - достаточно громко обратилась она к подруге специально, чтобы это услышала свита. – Вы очень бледны сегодня. Видимо, недавняя долгая дорога и правда утомила вас. Поезжайте-ка домой и отдохните… Я надеюсь увидеть вас на следующей неделе на балу в Ратуше. – она лукаво улыбнулась Мари.
Та, хоть еще не совсем понимала замысла своей венценосной подруги, быстро сориентировалась и подыграла ей:
- Да, Ваше Величество… Дорога и правда утомила меня… Благодарю Вас за заботу и, пожалуй, я и правда поеду домой.
- Скоро потемнеет, а вы прибыли не в карете сегодня. И поэтому, чтобы мне было спокойнее за вашу безопасность, я попросила господина де Тревиля предоставить одного из своих мушкетеров для вашей охраны. – глаза Анны, улыбаясь, вновь стрельнули в сторону Мари.
Та, наконец, поняла замысел Анны и благодарно улыбнулась в ответ:
- О, вы так добры, Ваше Величество… - и она поклонилась королеве.
- Ваш сопровождающий будет ждать вас у восточных ворот. – и Анна Австрийская поднялась с лавочки. Мари последовала за ней.
- Благодарю вас, Ваше Величество… - склонилась в поклоне герцогиня де Шеврез.
Подруги обменялись лукавыми взглядами, и Мари медленно направилась в сторону восточных ворот. По пути ей нужно было решить, как вести разговор с Рене и что ему сказать…