И угораздило ж родиться здесь цветком,
на житной полосе, среди колосьев.
Я был другим. Еще я был ростком,
я знал, что их сожнут, меня же – скосят.

Цветы в хлебах, как сорная трава,
их место на лугу, а не в амбаре.
Толпа-молва, она всегда права:
сначала хлеб, затем – цветок в нектаре.