Он пах топлёным молоком,
Он был немногим мягче плюша,
Он, замирая, сказки слушал,
В ногах устроившись клубком.
А мы не верили в Богов,
Ну а уж в Ангелов тем паче,
Упрямо ставя на удачу
Монеты – козырь дураков.
И, что-то главное забыв,
Всё глубже втягивались в споры,
Что, мол, избавимся не скоро
От тривиальности судьбы.
А он над нашей суетой
Смеялся радостно и звонко
С неприхотливостью ребёнка
За дверью цирка Шапито.
Наш ум, конечно же, остёр,
Но невредимы оттого мы,
Что два крыла над нашим домом
До крови белый Ангел стёр.