Она была красива,
И я был не урод,
Она меня любила,
А я наоборот.
Вот годы пролетели,
И жизнь дала урок.
Она меня забыла,
А я наоборот.

M a

Не знали покоя ни дядька Ротшильд,
ни Вечный Жид,
Казалось бы, кто я? Меня и в Истории нет пока!
А та, которая рядом она-то к двери бежит,
Как верный пёс, родное почуявший, до звонка?

Не ведали Рая ни Крупская Наденька, ни Арманд,
Монро ли счастливица, господи, пронеси?
А та, которая рядом читает ли по губам,
Когда ты приходишь с работы почти без сил?

Она меня будет казнить, как предгорье сель:
Утопит в грязи, изваляет, начнёт стыдить...
Она, которая делит с тобой постель...

А хочешь, я стану тоже её любить?


Надя Деглин​​

В теплые руки доверчиво ткнулся нос. Он здесь впервые... А может быть это - дом?
Кормят неплохо (поведал соседский пес). Все здесь такие - бродяги одни кругом. Тесные клетки - да все ж не чета мостам, темным подъездам, где каждый прохожий - враг. Бегал всю жизнь и, наверно, уже устал вечно бояться. И лучше, наверно, так...

- Вот незадача - опять двадцать пять собак. Что с ними делать? Иваныч сказал - в расход...
- Он же - начальство, ему и виднее - как. Что за гримаса? Привык бы за третий год...

Глядя на это, сжимая весь мир в кулак, старец поклялся, погладив собачью тень:
- Те, кто сейчас убивают моих собак, в следущей жизни
не смогут
иметь
детей.

Анна Кулик

Какой там, к богу, Тенерифе,
Какие солнечные дали?
Мой теплоход несёт на рифы,
но я его не покидаю.

Гуляет ветер по каюте.
Идём к коралловому мысу.
Давно спаслись на шлюпках люди.
Давным-давно сбежали крысы.

Но я «азартный Парамоша»,
и не могу оставить судно,
и верю: что-нибудь поможет,
хотя поверить в это трудно.

Не слышу я тревожных сводок.
Всем телом висну на штурвале.
...Держись, держись, мой теплоходик.
Не из такого выплывали!

Ника Невыразимова

Он не читал моих стихов,
Он не считал моих грехов,
Он лишних слов не говорил,
А просто - молча рядом был…
Он рядом был в грозу и в снег,
И плач он слышал мой, и смех,
Сдувал со лба кошмарный сон,
Рассветом красил небосклон…
Стучался каплями в окно,
Включал мне старое кино,
И, слыша мой печальный вздох,
Котом мурлыкал возле ног…
Ни крыльев не жалел, ни сил –
Он просто - молча рядом был…

Он просто - молча... рядом... Здесь!

Наталья Фокс

Он холодный, он такой холодный -
На его ресницах снег не тает.
У природы нет плохой погоды,
Но его природа непростая.

То ли я ему совсем чужая,
То ли отключили батареи -
Я с ним постоянно простужаюсь
И потом недели две болею.

Людям очень нужно с кем-то греться…
Все уже себе понаходили.
Только у него другое сердце -
Маленькое сердце-холодильник.

Холодильник - славное местечко,
Чтоб хранить любовь, надежду, веру,
Но, когда его подносишь к печке,
Сильно уменьшается в размерах.

Я и он по-разному ранимы.
Близость не подходит для далёких -
И когда он всё-таки обнимет,
Я умру от воспаленья легких.

Сола Монова

Заходишь в солёное море по грудь,
И чувствуешь, сколько царапин на теле.
А если бы душу в него окунуть?
Мы погибли от боли, на самом-то деле...

Когда я отпою и отыграю,
Где кончу я, на чём — не угадать?
Но лишь одно наверное я знаю:
Мне будет не хотеться умирать.
Посажен на литую цепь почёта,
И звенья славы мне не по зубам.
Эй! Кто стучит в дубовые ворота
Костяшками по кованым скобам?
Ответа нет, но там стоят, я знаю,
Кому не так страшны цепные псы.
Но вот над изгородью замечаю
Знакомый серп отточенной косы.
Я перетру серебряный ошейник
И золотую цепь перегрызу,
Перемахну забор, ворвусь в репейник,
Порву бока
и выбегу в грозу.

В.Высоцкий

Где-то есть на белом свете
Солнце, воздух и вода,
Я гуляю в Интернете

Как всегда…

Кто-то ходит на пирушки,
На свиданья, по делам,
Где же вы, мои подружки?

Все online!

Вот и Галя, вот и Таня,
Соня, Лиза, все-все-все.
Ни работы, ни свиданий -
Только Сеть.

Сола Монова

Бог почёсывает бороду, хандрит,
доедает слоёный пирог,
щурится и говорит:
"Я ухожу, я устал.
Что-то меня этот мир поддостал.
Отпускаю вам всем прегрешения,
подпишу все на свете прошения -
и можете быть свободны,
начиная с сегодня.
Делайте, что хотите:
рожайте, котят топите,
рычите, скулите, рвите -
зубами, ногтями, хоть ножницами,
муштруйте своих наложниц,
сходите с ума и за хлебушком,
воруйте вишни у дедушки
с берданкой вместо верного танка,
взрывайте и убивайте,
только меня не трогайте.
умываю руки и ноги,
я сокращаюсь в не-боги.
Хочу в отпуск, хочу к морю,
хочу к маме.
Играйтесь-ка дальше сами.
Сволочи вы, а не люди.

Кто ж так живёт, в самом деле,
под благодатными небесами?
А когда помрёте, сюда попадёте,
не обессудьте - меня нет."

Ставит табличку:
"Ушёл на вечный обед".

Елизавета Кирзий

Мы не святы, к чему лукавить,
Будто годы грехи сотрут –
Зацепилась за веточку память
И качается на ветру.
В теплый день сотрясает дрожью,
Беспокойство в ночи сулит…
Я не стану лечить ее ложью –
Пусть болит.

Л. Руденко

Все приходят, все уходят –
Из одних дверей в другие,
Из бесплотности в бесплотность,
Проявив на время суть,
Оставляя некий образ,
Оставляя ностальгию,
Успевая по дороге
Лишь слегка другим кивнуть.

Мол, привет, одновременщик,
Правда, славная погодка?
Загораем или мерзнем,
Только всё-таки живём…
Жаль, что слишком тороплива
Наша общая походка,
А замедлить не умеем –
На ходу свой хлеб жуём.

Прожевать не успеваем,
Проглотить порою – тоже,
И всё ближе надпись «Выход»,
И всё дальше надпись «Вход»,
Задержаться невозможно,
Но кивнуть мы всё же можем
Тем, кто рядом – не навстречу –
Тоже к выходу идёт...

Екатерина Щетинина

Мой влюбленный, чувственный мужчина
Просто так не может оробеть.
Раз не пишет - значит есть причина,
Значит гибнет в классовой борьбе.

Значит бури, смерчи и цунами,
И другой природный форс-мажор
Пролегли жестоко между нами.
Я молюсь! Всё будет хорошо!

Интернет беспроводной и вольный
Обошел мужчину стороной -
Верю, как обидно и как больно
Знать, что он не свяжется со мной.

Я справляюсь. Я молюсь ночами:
"Отче наш, еси на небеси,
Береги его, ведь он же - чайник,
Хоть за "Мак" сади, хоть за "ПиСи",

Научи, пускай поднатореет -
Разблокируй взломанный профайл,
Замени бедняге батарею,
Выведи к источнику вай-фай,

Логику и действенный анализ
В голову любимую вложи.
А еще вложи оригинальность,

Чтобы врал хотя бы как мужик!

Сола Монова

Рыдает глупая красавица -
И грудь, и скандинавский блонд.
Всё не на тех она бросается -
То неврастеник, то трепло.

Рыдает страшненькая умница -
И эрудит, и полиглот.
Жених на сайте нарисуется,
Увидит... бац... и отлегло.

Рыдает просто безупречная -
И ум, и красота, и стиль.
Из кавалеров выбрать нечего -
Никто не может дорасти.

У каждой безусловно стоящей
Промок платочек носовой,
Лишь тупорылое чудовище
Довольно жизнью и собой!

Сола Монова

Не воспитайте мальчика козлом,
Зацикленным на сексе и продажах.
Пусть даже Вы - и женщина с веслом,
Но всё-таки Вы - женщина, мамаша.

Ведь каждого злодея-мудака,
Идущего вприпрыжку с сеновала,
Старушка-мать качала на руках
И в розовую жопку целовала.

И говорила:" Деточка, ты знай,
Все женщины хитры и меркантильны.
Они колдуют, чтоб пришла весна,
И заставляют, чтоб за них платили.

Тебе я настираю труселей,
Борща насыплю в банку от горошка.
Ты - самый лучший мальчик на земле.
Твой папочка - гондон, а ты - хороший."

И деточка, впитавший с молоком,
Концепцию обиженной мамаши,
Растет самовлюбленным мудаком,
Зацикленным на сексе и продажах.

Сола Монова

Если коротко и о личном - что за дело, кем я жива?
Все в порядке, живу отлично, иногда выдаю слова
Порционно, по ложке к чаю, лучше с медом - они горчат.
Я еще иногда скучаю, но уже не зовут врача,
Не сдают меня с рук на руки и не шепчутся "се ля ви".
До безумия близоруки мы бываем, бродя в любви.
Но за эти смешные шрамы - благодарность, а не хула.
И за сбои кардиограммы, и за все, что сполна взяла
От безумия и полета до падения с высоты.

Доктор, я ведь влюблюсь в кого-то?
Доктор, может быть, это.. ты?

Анна Кулик

Мягкие женщины, чем-нибудь недовольные,
с возрастом превращаются в сносных воинов,
крепнут, мужают и могут уже, наверно,
резать спокойно головы олофернам
и убивать опасных наивных биллов…
Вышло иначе – женщина полюбила.

Ей говорили: «Глупая, это бремя.
Ты не девчонка, что ты? Нашла же время…
Лучше бы ты прирезала Олоферна
или открыла лавку, а лучше – ферму,
стала бы там выращивать крокодилов…»
«Время нашла»? Да нет же. Не находила.

Это, напротив, время нашло обоих,
бросило в дом с цветочками на обоях,
им фонарём махало, в глаза светило,
жизнь наполняя новой звенящей силой,
словно большую, прежде пустую чашу.
Двое встречались редко. Но стали чаще.

Время крутило стрелки, оно спешило.
Время за них, не воинов, всё решило –
так и сказало, весело, с полпинка:
«Будьте друг с другом. Я не ушло пока».

Ника Невыразимова

У подруги муж шикарный:
В выходные снова в Ниццу.
У меня обыкновенный:
Испечет в субботу пиццу.
Ей машину, шубу, жемчуг.
Мне цветы – букет сирени,
Как обычно мы поедем к его маме в воскресенье.
У подруги муж красивый:
Маникюр, костюм, прическа.
У меня обыкновенный:
Максимум это расческа!
В воскресенье мы на даче:
Загораю, он копает.
Принесет малины чашку: я поем и отдыхаю…
Волосы поправит нежно, поцелует сладко в губки,
У подруги тоже нежный с секретаршей в мини-юбке

Как-то раз смотрю - на завалинке
Дядьки в длинных одеждах беленьких:

- Как твоя-то?
- Вчера по маленькой -
и опять до утра гудели, блин!
- Бедный, глаз не сомкнул, наверное?
- Уж куда там! На шпильках пьяная!
По шоссе! А погода скверная!
Нарывается, окаянная.

- И с моею - судьба не лучшая...
Вечно - этими самолётами...
Каждый раз разгоняю тучи я,
за штурвалом сижу с пилотами!
В разных странах чужих намаялся -
там москиты, и звери жуткие…
Мужика ей искать отчаялся –
одинокая баба – шутка ли?

- А моя, - говорит молоденький,
поправляя крыло пушистое -
уж пошла, не дождавшись годика!
Сатанёнок! Такая быстрая!
И теперь все коленки в ссадинах –
я один – мне везде не справиться…
Мать оставила бабке, гадина,
бабке – скоро уж Боссу кланяться.

- А с моей – так и вовсе мультики -
тут купила права и «бумера»!
И как только она за руль теперь,
мне уже не до чувства юмора.
То столбы, то деревья встречные
убираю с пути красавицы…
Пешеходы – ослы беспечные…
В общем, всё это мне не нравится...

- Да они у нас бесшабашные!
Слабый пол – и всё фиолетово!
- Нам хранить, а не править башни им -
Мужики у них есть для этого.
Всё, закончился «Час сохранности»,
По местам, жизнь готовит сложности,
форс-мажоры, засады, странности…
Посидим ещё по возможности.

Поднялись они, лентой белою
пошагали, качая крыльями.
Я стояла остолбенелая
на крыльце…
И вдруг от бессилья ли,
или просто ступенька скользкая,
оступилась, упала: "Боже мой!
неуклюжею буду сколько я?!
Хорошо, тут соломка брошена..."

Наталья Григорьева

Молчим ,и каждый о своем,
И тишину заполнить нечем.
Как одиночество вдвоем
Сутулит спины нам и плечи.
Намучившись,намаявшись с тоской
Я говорю с тоской глубокой
Остаться снова бы одной
Чтоб перестать быть одинокой.

Юлия Друнина