Я ни за красных, ни за белых.
Я так...в веселенький горошек.
От отношений оголтелых
Бегу домой, пугая кошек.

Я ни за лысых, ни за рыжих.
Люблю надежных, умных, добрых.
Противно быть в руках бесстыжих
Ужом прикинувшейся коброй.

Я ни за гомо, - ни за прочих,
Любовь не делится по цвету.
На стыках фраз ломая почерк,
Ищу проклятые ответы.

Меня тошнит от феминизма,
Я полный ноль в командных играх,
Во мне гримасой атавизма –
Любовь к орлам, лемурам, тиграм.

Еще мне нравятся верблюды –
Снобистским прикусом эстетства...
Куда Вы, Доктор?
Я откуда?
Как все – из солнечного детства!

Лукьянова Наталья

Всё куда-то я бегу, -
На душе темно и тошно,
У кого-то я в долгу,
У кого - не помню точно.

Всё труднее я дышу,
Но дышу - не умираю,
Всё к кому-то я спешу,
А к кому и сам не знаю.

Ничего, что я один,
Ничего, что я напился,
Где-то я необходим,
Только адрес позабылся.

Ничего, что, я сопя,
Мчусь по замкнутому кругу, -
Я придумал для себя,
Что спешу к больному другу.

Опрокинуться в стогу,
Увидать Кассиопею, -
Вероятно, не смогу,
Вероятно, не успею...

Л. Филатов

Если сменить парикмахера,
стиль в одежде,
тон в разговоре,
если сменить издателя,
злую подругу,
пол в коридоре,
если сменить профессию,
имя, фамилию,
тему диплома,
если сменить провайдера,
коврик для мыши,
коврик для дома,
если сменить садовника,
кухню, пластинку,
зубную пасту,
если сменить чиновника,
рубль на доллар,
«Волгу» на «Мазду»,
если сменить художника,
шило на мыло,
хлеб на масло,
если сменить учителя,
гнев на милость –
то все прекрасно.

Екатерина Файн

В самый лишний день в году
(Никому-то он не нужен),
Говорили ерунду:
Я - про жизнь,
а ты - про ужин.
Ночь сидели со свечой,
До утра играли в карты,
Дело кончилось ничьей,
Коньяком и первым мартом.
А наутро разошлись,
Несговорчивые души.
Я вздохнула: "Что за жизнь?"
Ты ответил: "Что за ужин?"

Елена Бушуева

Вот стою ввечерУ над обрывом -
Дух над бездной.
Бьют, как молотом вЕтра порывы...
Мне полезно.

На разлом - одинокий паломник
(сушь ли, слякоть),
Прихожу помечтать... и припомнить...
И поплакать.

Будут с облаком, легким и резвым,
Таять грёзы,
И по прошлому, с ливнем небесным,
Капать слёзы.

Что упало, и что улетело...
Это ж малость.
Важно (как бы завыть не хотела),
Что осталось...



Александра Огневая

Нет сквозняков...
Заклеено окно.

Оперлись руки. Приподнялись плечи.
Прохожие спешат.
Конечно, вечер.
Хотя не вечер, но уже темно.

Как хорошо, что высоко есть Бог.

Жизнь перестанет и придет другая.
Все движется, не покладая ног.
И катится...

колес не покладая...

Евгений Ройзман

Она стояла у окна
И вдумчиво курила
О том, что тёплая весна
Ещё не наступила,

О том, что он не позвонил,
Что на деревьях иней,
О том, что он не прочертил
В судьбе надёжных линий,

о том, что завтра он придёт,
Её обнимет нежно...
И всё же он - опять не тот,
А пустота безбрежна...

Дийна

Всё очень просто, всё предельно просто -
Довериться любви и красоте
И с нежной феей маленького роста,
Обнявшись, изваляться в чистоте

Сугробов и заливистого смеха...
Лесов сибирских тронуть тишину
Осколками блуждающего эха,
Вдохнуть покой и полюбить Луну...

Сцепиться лыжами с горой, с адреналином,
В морозный воздух врезаться лицом,
Чтоб разомлеть потом перед камином
И стать себе началом и концом...

Пустить по кругу добрую гитару,
Извлечь тепла душевного экстракт
Из недр уставших под мотивчик старый...
Жизнь хороша, ребята. Это факт.

Дийна

Притомило. Ломится тоска
В горько приопущенные веки...
То ли Бог играет в дурака,
То ли задолбали человеки.

Притомило. Вечно что-то рву...
Видно, не по мне костюмчик скроен...
То ли я неправильно живу,
То ли мир неправильно устроен.

Притомило! Да пошло всё на...
Пусто измочаленное тело...
То ли Бог сегодня с бодуна,
То ли просто всё осточертело.

Притомило. Корчится закат.
Нынче ночь предельно непорочна.
Баста, карапузики. Антракт.
Спать... А солнце будет. Точно-точно!

Дийна

А эти смешные, да и что с дураков возьмешь
Им и ветер не ветер и дождь им, прикинь, не дождь
Так и ходят вдвоем. За руки и вперед
Даже время как-то иначе сквозь них течет

через двести, а может, триста прекрасных лет
все умрут, а эти наворотят котлет
завернут в платок, свет и газ уберут в сарай
и пойдут потихоньку, держась друг за друга, в рай

Джу

Давненько, давненько… Ну как ты?
- Да так…
А ты?
- Помаленьку… Дышу в полумрак…
- А помнишь?
- А помнишь?
- Я помню…
- И я…
-… Как утренним поездом крыша моя…
-… На заднем сиденье чужого авто…
-… Ладонь на щеке…И там-там под пальто…
-… Дрожащие пальцы в горячей руке…
-… Повесился разум на красном шнурке…
- Ты был сумасшедшим…
- Ты ведьмой была…
- Ты белый весь…
- Да… Это пепел… Зола…
- Скучала?..
- Скучала…
- Я тоже скучал…
- Пустое… Рассыпался старый причал…
- Не будем…
- Не будем…
- Пора мне…
- И мне…
- А может?..
- Не надо. Приветы жене.

Дийна

Когда-то девчонкой тоненькой,
Загнав любопытство в пальцы,
За ради эмоций новеньких
С балкона метала яйца.

А после смотрела в щёлочку,
Как шмякался перед носом
Красивого дяди с иголочки
Ответ на мои вопросы…

Теперь с высоты одиночества
С балкона швыряю в небо
Рифмованные многоточества –
Любви моей рваную небыль…

Молчит Бесконечность, сытая
По горло моими воплями.
Заткнуться б, да недобитая
Тоска шевелит оглоблями.

Дийна

Как я тут без тебя? Да как - прекрасно.
Я больше не скучаю, жизнь кипит,
Бинт заменила ленточкой атласной –
Вполне прилично. И ещё блестит.

И главное - никто уже не спросит:
"Как чувствуешь себя? Ну, что, болит?"
Похоже, у меня на ряд вопросов
Давно уже хронический оттит.

Вокруг вполне приемлемые лица,
Всё зашибись, почти как никогда…
Ты ведь звонишь ещё раз убедиться,
Что я тебя всё также? Вобщем, да.

Дийна

ну что, подруга, киснешь? поболтаем?
эй-эй, дружок, не вздумай зареветь!
хотя, реви. не можешь? мда... печально...
но не смертельно. ладно, говори.
опять не можешь? блин, всё так серьёзно?
наоборот? ни якоря, ни дна,
ни времени, ни мыслей, ни эмоций,
ни вдохновения, ни боли, ни любви...
всё знаю. предлагаю просто выпить.
давай за... (чёрт, да хрен бы его знал)
давай без "за". и лучше просто водки.
дзынь! зеркало разгрохала... ой, бляяя...

Дийна

жёлтое солнце
из бахромы ресниц.
белые крылья
чьей-то слепой мечты.
здравствуй, ромашка.
сколько влюблённых лиц,
пальцев дрожащих
перевидала ты…
сколько в тебя стекало
горячих слёз,
круг лепестков
надеждой сводя к нулю…
любит – не любит?
глупый какой вопрос.
не о чем спрашивать,
если сама люблю.

под ноги лето стелет зелёный луг…
я не гадаю. мне это ни к чему.
так-то, ромашка. слушай, зови подруг.
поле таких, как ты, подарю ему.

Дийна

а у него ресницы – крылья кудрявых ангелов.
светлые и пушистые. взмах – и открыт портал
в чистые земли будд, в тайны песочной мандалы,
что ни один паломник так и не разгадал.

а у него ладони – мягкие лапы нежности.
рваться из них бессмысленно. брось. хоть себе не лги.
сдайся. шептать под гнётом ласковой неизбежности
поздно губами грешными «Господи, помоги»…

Дийна

а здорово после пира
любви, в пустоте окна
повиснув, горланить миру
в две глотки: "привет, веснаааа!!!"
да?

Дийна

а вы – те, которые так спешите его клеймить –
вы когда-нибудь пробовали вот так?
с таким кромешным восторгом в пике входить
и, как анашу, сумасшедшие губы – до дна, в затяг?
вы когда-нибудь знали, как больно быть
вот таким – не ведающим середины и меры?
вы когда-нибудь пробовали так любить -
за порогом рассудка, морали и даже веры?
за порогом любых – даже самых правильных - правил?
не смейте, люди. не смейте его осуждать,
если даже я – та, которую он любил и оставил –
не смею ни осудить его, ни позвать.

Дийна

а наутро он сварит ей кофе и сахар отмерит.
и ещё раз - последний - губами коснётся волос.
нет, она не задаст, как-то быстро прощаясь у двери,
этот женский, наивный и очень нелепый вопрос.

её запахи сгинут в утробе стиральной машины,
и помада с бокала исчезнет к приезду жены.
только как оттереть её шёпот "любимый, любимый"
с дребезжащего сердца в разломе глухой тишины?

Дийна

ты мой ненаглядный… какая дурацкая фраза!
да только иначе никак мне не втиснуть в слова
тягучее, сладкое, пьяное облако газа,
в дурмане которого гибнет моя голова.

ты мой ненаглядный… ресницы, морщинки, улыбка.
и шрамик под бровью. и серый в горошек зрачок.
я всё это жадно вбираю в себя, словно рыбка,
беспечная рыбка, влюблённая в острый крючок.

ты мой ненаглядный… а я разбазаривать рада
и скармливать птицам последние крохи ума,
когда ненасытно лицо твоё трогаю взглядом.
ох, мамочки, мамочки, мамочки, мамочки, ма…

Дийна (Анна Гречко)