Я просто не хотела, чтобы такое случилось. Это было самой страшной мукой в моей жизни, и я ужасно не хотела повторения. Зачем изводить себя? Так поступают только садисты. А я не садист. Нет, не подумайте. Я просто человек, не способный устраивать свою жизнь так, как ему хочется. Я плыву по течению. Почему? Потому что нет сил бороться с этим напором. Нет сил и нет желания. Я как-то пыталась бороться, менять что-то в себе, но это ничего не дало. Я даже не уверена, была ли вообще  от этого польза. Или, быть может, я все это время занималась самообманом? Кто знает. Хотя, факты это скорее подтверждают, чем опровергают. Как же поступить дальше? Бать может просто жить, не замечая этих несостыковок, сложностей, непонятностей… Или…   Как жить?..

     

 

- Я посторонний?

- А ты считаешь, что нет?

- А ты считаешь, что да?

- Дилемма.

- Возможно.

- Однозначно.

- И что делать?

- Бороться и искать…

- … найти и перепрятать!

- Ты будешь прятать выход из сложившейся ситуации?

- А ты любишь выдавать тайны всем подряд?

- Где ты видишь тайну?

- А где ее нет?

- Согласна.

- Естественно.

- Не поняла.

- Не удивительно.

- Договоришься!

- Стараюсь.

- Мало не покажется.

- Главное от переизбытка не захлебнуться.

- В твоем случае не поперхнуться, я жидкие яды не использую.

- Угрожаешь?

- Знакомлю со своей техникой мести.

- Будешь делать пакости?

- Убить сразу будет скучно.

- Согласен.

- Займешь мне комнату в гостинице.

- Никогда.

- Я на тебя надеюсь.

- Зря.

- На месте узнаем.

- Наивная.

- Реалистка.

- Неужели?

- Однозначно.

 

- Опять ты.

- Я тоже по тебе соскучилась. Вот, постель грею.

- Как тебя только впустили сюда?

- Я попросила. Я умею просить, когда нужно.

- Да? Покажешь?

- Не заслужил.

- Думаешь?

- Да.

- Если покажешь, не буду сгонять с кровати, просто подвину к краю.

- Многообещающе.

- Знаешь, чем больше думаю о своем Мастере, тем лучше понимаю, что хочу снова его увидеть. Не для того, чтобы просто увидеть,  а чтобы узнать все, что он от меня скрывал. Все эти тайны, выдуманные заговоры. Зачем? Зачем это все было? Я боялась. Я не могла никому довериться, просто познакомиться даже было страшно. За нами же следили!

- Следили? – удивленно переспросил Гром, отрываясь от чистки оружия.

- Ну, да. Он так сказал. Примерно через недели полторы после начала занятий.  И только месяца через два с половиной сказал, что пошутил. Ну не засранец ли? – спросила я у самой себя, рассматривая стену.

- Лэй никогда не делал ничего просто так, - ответил Гром, проверяя заточку клинка. – Если он заставлял тебя чувствовать повсюду опасность, значит это зачем-то было нужно.

- Ага. Поиздеваться над ничего не понимающим учеником. Это очень мило с его стороны.

- Не стану ничего опровергать, но и подтверждать не буду. Мне его намерения известны не были.

   Гром неспешно поднялся со скамьи, вложил клинок в ножны и повесил тот на стену. Чем больше я общалась с  Громом, тем больше видела сходств между ним и Лэем. Оба были одиночками, сильными, умными, внушающими уважение.  Вот только Лэй предпочитал  отмалчиваться, когда я задавала вопросы, а Гром всегда отвечал. Правда его ответы довольно часто давали мне столько же информации, как и Лэй, разве что еще и головная боль сверху. Как следствие – отсутствие сна, поскольку во сне решать эти его ответы-загадки я так и не научилась.

   Почему я вдруг завела разговор о Лэе я и сама не пойму. Хотя… Да, сработало нейролингвистическое программирование. Рано утром Гром возвестил,  что я у него в гостях уже ровно три года. Немало, правда?  А кажется, пролетело пару месяцев. Вот так время летит.

 

Настроение сейчас - Неважное

 

 - Все. Признаюсь. В бою на клинках ты безнадежна, - выдохнул Гром, тяжело опускаясь на поваленное дерево. Кажется, это была сосна или что-то смутно ее напоминающее.  Любой другой должен был бы обидеться на это замечание. Возможно, скажи мне это Гром пару недель назад, я бы так и сделала. Но, во-первых,  на обиженных воду возят, а во-вторых, меня так достали эти ежедневные тренировки с этой ужасной длинной штукой которой я ну никак не могу научиться управлять, что я готова признать что угодно, лишь бы эти мучения закончились. Да и на правду ведь не обижаются, верно?

- То, что я признал тебя безнадежной, не значит, что тренировки закончены. Они будут продолжаться как и прежде.  Просто теперь мы на практике еще раз удостоверились, что холодное оружие  не твой конек.

- Ага, - скептически отозвалась я. – Почти месяц понадобился, чтобы это понять. А теперь мы будем стрелять из лука и метать ножи, - наигранно весело закончила я. Однако встретившись с  задумчивым взглядом Грома, подрастеряла весь свой задор. Что-то ведь он все равно придумает. Он прямо как Лэй. Всегда придумывает что-нибудь ужасное или мучительное, а чаще – ужасно мучительное.

У одной моей знакомой есть коронный тест: «А что будет если?». Общаясь с мужчиной, она мысленно задает вопрос: «А что будет, если мы встретим хулиганов, ночью?». Если она интуитивно чувствует страх, значит, перед ней не ее герой. Так вот этот тест ее не подводил. Не хочу вдаваться в особенности кризиса мускулинности и наличия фемининных качеств в отдельных мужчинах. Я знаю, Вы меня и без того поймете.

Хорошие парни любят хорошо одеваться. Однако, с некоторых пор, я стала опасаться разряженных как денди джентльменов. Я поняла, что они что-то скрывают. В них нет уверенности в себя, и они пытаются компенсировать это нарядами. Мне их немного жаль, и ни чуточку с ними не интересно. Уверенные в себе мужчины чувствуют себя одинаково хорошо в любой одежде, будь то спортивный костюм, джинсы или что-либо еще. Они интересны в любой одежде. Им нет необходимости доказывать окружающим что-либо. Они уже доказали себе все.

Хорошие парни бояться принимать решения. Они хотят, чтобы ты решила, куда вы пойдете сегодня вечером. И вовсе не потому, что ценят твое мнение. Просто они пытаются переложить на тебя ответственность. Есть у них такая вредная привычка — перекладывать ответственность. (Уж лучше б они курили!) Плохие парни могут ошибаться, могут даже тебя обидеть, но совершенно точно они не будут прятаться за тебя.

Есть еще одна вещь, о которой стоит вспомнить. Хорошие парни любят находиться с тобой, когда тебе хорошо. Они имеют свойство абстрагироваться, как только возникают неприятности, даже мелкие. Они переключаются на другие темы. Они даже не попытаются тебе помочь. Они безо всяких объяснений уйдут в себя. Что это? Просто хорошие парни не обременяют себя чужими проблемами, даже если они твои. Они соблюдают осторожность. Ведь хорошие парни не умеют драться. И они уходят в сторону, когда тебе плохо. : И снова появляются, когда все наладилось. Нет никаких гарантий, что плохой парень тебе поможет. Но попытается, это уж точно! И нет тут ничего особенного! Просто он любит чувствовать себя героем.

И еще одно! Хорошие парни легко попадают под влияние. Бабушки, тетушки, мамы, папы, лучшего друга и так далее и тому подобное и так до бесконечности. Что означает это для тебя? Просто если ты не понравишься кому-то из его драгоценных родственников, твои шансы равны нулю. И потом, даже если ты сумеешь путем неимоверных усилий вывести его из-под этого влияния, кто знает за кого он захочет спрятаться в следующий раз? Если ты не понравишься кому-то из родственников плохого парня, он будет любить тебе еще сильнее. Тут тоже нет ничего особенного! Просто он будет любить тебя ВОПРЕКИ мнению окружающих. Он любит процесс преодоления трудностей.

Хорошие парни никогда ни с кем не ссорятся вовсе не в силу харизмы. На самом деле они научились никогда не говорить свое мнение собеседнику. Они помнят, как больно их били в детстве. Потом они даже хотели записаться на бокс, чтобы научиться драться. Но мама отвела их в музыкальную школу. Теперь они могут высказаться о человеке только в его отсутствие. Причем, редко эти высказывания будут позитивными. Плохие парни привыкли говорить то, что думают в лицо. Они не бояться пойти на конфликт, с чем-то не согласиться, быть резкими. В детстве мама тоже пыталась записать их в музыкальную школу, но они убегали в спортзал. Из музыкальной школы их отчислили в первые полгода, и мама, вздохнув, сказала: «Ну, спортзал, так спортзал». И потому им, в отличие от хороших парней, не страшно высказывать свое мнение.

Хорошие парни плывут по течению. Они любят во всем порядок. Все делают по правилам. В голове у хороших парней все разложено по полочкам. Они знают, как должно быть у людей и стремятся к этому. Плохие парни просто живут. Они ошибались сами, и поэтому примут тебя такой, какая ты есть.

Хороший парень будет стоять под твоей дверью и так робко стучать в дверь, что ты не услышишь его. И он развернется и пойдет домой. Он вежлив и культурен. Плохой парень войдет к тебе в любом случае. Скорее всего, если ты ему не откроешь, через окно. Так даже интереснее. Для него, конечно. Ты будешь пить валидол и не сможешь говорить примерно полчаса после его появления. Возможно, у тебя даже будет истерика. Но выгнать ты его тоже не сможешь, это точно. Из этого следует, что хорошие парни бояться высоты, а у плохих парней больше фантазии.

Хорошие парни любят тебя воспитывать и хотят, чтобы ты изменилась. Они прочитали множество книг и считают своим долгом сообщить тебе об этом. Бывает и хуже, иногда они еще и пишут стихи (наполовину белые). И читают, читают, читают их тебе. Они изводят тебя своим занудством. И тебе хочется закрыть уши, чтобы их не слышать, закрыть глаза, чтобы их не видеть и бежать, бежать от них как можно дальше.

Любимое занятие хороших парней — размышления о будущем. У тебя тоже есть туманные шансы быть с ним в его будущем. Однозначно, это будет нескоро, нелегко и только в том случае, если ты сумеешь закрыть глаза на его бесконечные сомнения, сожаления и раскладывания по полочкам. Ведь он пребывает в завтра, но ты-то живешь сейчас! Скорее всего, ты убежишь с плохим парнем, который более присутствует в сегодня. Плохие парни делают будущее сейчас. Они действуют, ошибаются, снова действуют. Это больше похоже на жизнь. Хорошие парни презирают плохих парней, в тайне, конечно. Они ничем не выдают своего отношения к плохим парням, поскольку помнят, что те в отличии от них умеют драться. Плохие парни относятся к хорошим равнодушно. Просто они знают с кем убегают девушки...
 

«Burglar’s trip» Valley – штука по-своему легендарная.
Макси-фик (поистине ма-акси, букв не просто много, а очень много), - при этом, благодаря набитому интригами и внезапностями сюжету, потрясающе легко читается.
Осознанный, обоснованный и продуманный ООС – и при этом не изменено ни одного факта в собственно каноне.
Снейп и Малфой-старший (с придуманными автором «детскими» прозвищами Айс и Фэйт соответственно): трогательно дружащие, очень живые, очень разные - при этом никаких баянистых страстей, никакого, не менее баянистого, ангста, никаких фанонных штампов.
Юмор, местами совершенно блестящий (и места эти попадаются ой как часто), – и при этом пробирающее до самых костей напряжение, и вполне вменяемая философия. И тоска, и тревога – в которые веришь.
Приключения. Вампиры. Смачные диалоги. Беллочка без кукушки, Волдеморт без чертовшины, взгляд на «Упивающихся смертью» изнутри и мозговыносящий авторский персонаж Клаус Каесид aka Кес, Князь вампиров и глава семьи.
Идеально для удушения в зародыше Очень Сильного Ангста, чтения зимними вечерами и в электричке - детьми от тринадцати до ста тринадцати. Знание канона и любовь к произведениям Роулинг не обязательны. Чувство юмора желательно.
Из минусов – к третьей части (и только к третьей, ИМХО) ощущаешь некоторую затянутость повествования. Впрочем, довольно быстро автор выруливает из повторений и к финалу набирает прежнюю высоту.

Ворнинг: цитаты намеренно внушительные. Оно там все такое - так пусть эти будут в качестве пробного кусочка.
Еще один ворнинг: повествование, собственно, идет от лиц обоих главных героев поочередно. Так что к сменяющим друг друга POV приходится привыкать.

Я просто млею от его... осведомленности.
Цели и задачи нашей организации с феерическим названием «Упивающиеся Смертью».
«Ну какие тут цели, Айс. Ты же сам видишь. Развлекаемся...»
Откуда здесь столько народу и кто вербует новых Упивающихся?
«Понятия не имею, если честно... А ты знаешь, Айс, это интересно...»
Правила поведения.
«Ты же видел, как он себя ведет. Какие тебе правила? Это ты привык жить по книжкам. А у нас все просто - настроение плохое - и привет...»
Цели Шефа.
«О-о...»
Состав организации.
«Ты понимаешь... вот тут странность такая... вроде бы все чистокровные маги, но... да ты ведь знаешь наверное... уж Белл, наверняка, не могла промолчать... Шеф-то... ну, ты понял.
Кто это финансирует?
«Я!»
Как организация управляется?
«Что значит «как»? Ты хотел спросить «кем?» Шефом, конечно.
КАК организация управляется?
«Что ты привязался? Никак она не управляется. Все стучат друг на друга, а Шеф потом... и вообще, что за вопросы!»
Оценив эти потрясающие сведения, я отправился с теми же вопросами к Эйвери. Ответов получил еще меньше. Точнее, вообще один.
«Что ты, Сев! Не спрашивай ты меня, ради Мерлина, ни о чем. Он меня и так убьет скоро. Совсем скоро. Он сам так сказал. Год назад еще сказал, что скоро совсем убьет».
Ждем-с.
Лестранг.
«Не понял. Ты о чем? А, вообще-то, ты бы у Беллочки спросил. Она гораздо лучше разбирается, что тут у нас происходит».
Это я всегда с радостью. Спрашиваю «Беллочку».
«Его главная цель и задача, Севик, забыть, что он импотент. И не вспоминать об этом. Отсюда столько веселья. Это очень просто. Вот он смотрит на всех нас, и думает: «Ну почему же я импотент! Не Малфой, не Розье, даже не Эйвери и не Роквуд, а Я?» Вот все вышеперечисленные и огребают по полной программе».
Очень информативно.
Розье.
«Ты знаешь, Снейп, на самом деле это не очень хорошие вопросы. Как управляется? Шеф распоряжается, Люц следит, чтобы распоряжения выполнялись. Да Повелитель и сам следит. Но Люциус теперь на первом месте, всегда рядом с Повелителем, так что ты будь с ним поаккуратнее. Очень опасный человек. Только он Темного Лорда не боится. Повелитель очень его выделяет. Сам понимаешь, без финансирования ни одна организация существовать не может. Так что ты лучше с Малфоем не связывайся».
Уилкс.
«Ты же видишь, как весело! А то, что Лорд злится иногда, так они сами его доводят. То одно, то другое. Тут главное - Малфою не перечить, и все отлично будет. Когда мы разгромим Министерство, перебьем всех авроров, и Повелитель станет во главе чистокровных магов, тогда и нам всем можно будет сказать, что мы не зря прожили жизнь!»
Как я решил в первый же день знакомства, что они дебилы, так и не изменилось ничего с тех пор.




***
Айс обещал Белл, что книга будет. Собираемся у меня. Сам я почти никуда теперь не хожу. Нарси с Айсом зорко за этим следят. Только в Министерство, о чем они, как правило, не знают, и по парку гулять. Ну и ладно. Не очень-то и хочется. Дома лучше.
Руди притащил в нашу компанию своего брата Рабастана. По-моему, Белл его не любит. Я привык, что не любит она только меня. И обиделся.
Эйв привел неизвестных мне личностей, на которых я в свое время якобы «Imperius» накладывал. Конечно, я их где-то видел. У Шефа, вероятнее всего. Но незнаком.
Айс их знает.
Довольно неприятные.
Нотт – худой, похожий на постоянно извивающегося червяка, с цепким взглядом бесцветных глаз.
Крэбб и Гойл. Что-то в них есть… общее. Крэбб вроде поприличнее.
Уолли тоже с ними знаком. Ему их присутствие откровенно неприятно. Я подумал, что, может, потому Айс и велел Эйву пополнить наше слегка поредевшее общество. Чтоб Уолли не расслаблялся.
Наблюдаю за «новичками», пытаясь определить, что Айс в них нашел. И зачем велел мне «присоединить» их к своему «Imperio».
Не знаю.
Как он там говорил: «или мозги, или талант, или…» Не помню. А… кажется, там еще может быть душа… или сердце… Нет. Не помню. И ничего в них не вижу. Ни ума, ни таланта. Про душу и сердце вообще молчу. Не понимаю, зачем Айс им помогал. Может, он на них экспериментировать хочет? На Уолли-то я ему не разрешаю, а он как раз опять в какие-то исследования ударился. Уже больше месяца у меня в лаборатории целыми ночами какое-то зелье вонючее варит. Как раз на прошлой неделе долго рассказывал мне о своих успехах. Я повосхищался. Хотя и не понял ничего.
Ну точно.
Наверняка он этих милых людей будет ядом поить.
Только бы не у меня дома.
Тут теперь и так постоянно авроры шастают.
~*~*~*~

Я принес то, что требовала Белл. Если ей это так важно…
Фэйт задумчиво разглядывает большую книгу в темном кожаном переплете:
- Разве у меня такой нет?
- У тебя было две. И обе фальшивки. Правда, хорошие.
- Почему «было»?..
- Ты сдал их аврорам, - удержаться от ухмылки я не могу, но он не обижается.
- А… - Фэйт возвращает мне книгу с некоторой опаской, - и что теперь?
- Если эта настоящая, то надо сначала хоть прочитать, о чем там, - решительно заявляет Нотт.
И я так думаю. Может, пока будем читать, даже выборочно, их пыл, глядишь и поугаснет. Тут больше тысячи страниц. Правда, рукописных. Но все равно много.
- Сев, читать будешь ты! - требовательно объявляет Белл.
Ну неужели ее заставлю.
- Читать в любом случае буду я. Книга на арабском.
~*~*~*~
Когда каждый устроился в моем кабинете в соответствии со своими понятиями о комфорте, Айс задумчиво потер переносицу указательным пальцем и произнес:
- "Аль Азиф". Гм… Ну... очень приблизительно это можно перевести как "вой ночных демонов". Ладно, слушайте. «Некромант - темный волшебник, чья деятельность связана с воскрешением мертвецов, а также управлением различными созданиями для своих целей. Некромант не принадлежит ни Тьме, ни Свету, а скорее третьей силе, которая в конце концов настигает создания Тьмы так же, как и создания Света, - это Смерть».
- А повеселее там ничего нет? – у меня сразу испортилось настроение.
- Если ты будешь меня перебивать, Люци, мы так никогда не закончим. «Мощь Некроманта формируется из ночных кошмаров…» М-да… Чушь какая-то. Из ночных кошмаров только паранойя формируется... «Даже имея огромные силы, некромант не может и не будет стремиться к власти над другими. Не может в силу определенных причин, а не будет, потому что ему не нужна власть. Сила некроманта разрушает реальность, рядом с ними искажается пространство…»
Где-то я уже слышал про пространство. Ну конечно! Это же про Кеса. Все от первого до последнего слова. А я-то всю жизнь думал, кто он такой. Так вот чему он там Айса учит. Тогда, конечно… Может, Белл и права... Только я так понимаю, что кому-то из нас придется проделать все, что эта книга потребует. Интересно, кому. Айс, в принципе, против. Он и книгу-то приносить не хотел.
Что-то я отвлекся...
- «…ничто не вечно, кроме Смерти...» - монотонно вещает Айс.
Прелесть какая!
- «Любая ошибка во время ритуала может оказаться роковой…» Это и так ясно… Заклинания приводятся…
- Какие? – нетерпеливо спрашивает Белл.
- Заклинание связывания злых чародеев...
- А оно нам нужно?
- Ну, это, вообще, может пригодиться… На будущее… На всякий случай... - Айс задумчиво поглаживает переносицу.
Еще не хватало!
- Зачем? – удивленно спрашивает Крэбб.
- Ну, вдруг Шеф, когда вернется, будет не совсем адекватен… - со смехом говорит Эйв.
- А когда он был адекватен? – мрачно замечает Руди.
- Это ты зря. Лет пять назад еще вполне…
Белл, конечно, виднее.
- Да, а то он от расстройства сначала нас всех поубивает, а потом…
Мне бы хоть десятую часть оптимизма Эйвери. Сидит перед полной тарелкой пирогов и радостно фантазирует о том, как мы вернем Шефа, а он нас всех на радостях поубивает. В благодарность. Не иначе.
- Заткнитесь уже! – злится Айс. - Заклинание против полчищ демонов...
Ой.
- Еще одно связывание чародеев… Заклинание Гор Масшу… Не знаю, как это можно перевести… «Тем, кто намерен проводить описанные здесь ритуалы, рекомендуется особенно позаботиться о создании магической защиты…»
Кто бы сомневался! Полчища демонов...
Что-то мы не то затеяли.
Я уверен.
- «…заставлял подняться демонов и мертвых… Я нашел Врата, которые ведут Наружу, через которые…»
- Сев, наружу чего?
- Откуда я знаю? «…через которые вечно наблюдают Древние, стремящиеся войти в наш мир…» Тут про какие-то символы… «Первый - это Знак нашей расы, пришедшей из-за Звезд… Второй - это Ключ, с помощью которого могут быть призваны Старшие Боги, третий - это Знак Наблюдателя. Наблюдатели - это раса, которую послали Старшие. Она стоит на страже, пока ты спишь...» Ну, тут они все изображены, и если вы хотите кого-то вызывать, то придется делать амулеты с этими символами… Вот! Нашел! «Чтобы эти печати действовали, их надо вырезать на камне, вкопанном в землю, или на алтаре, где совершаются жертвоприношения. Их также можно выгравировать на металле твоего Бога…»
- У нас есть бог? – спросил Эйв, доедая очередной пирожок с ежевикой.
Айс смерил его мрачным взглядом и изрек:
- У тебя точно есть.
Мы засмеялись.
- «Или Богини…»
- Эйв, у тебя и богиня есть, - Уолли решил продолжить обсуждение этой скользкой темы, что мне совсем не понравилось, потому что высмеивание Эйвери могло кончиться большой неприятностью, если это происходило в присутствии Айса.
- Согласен, - блаженно протянул Эйв, сразу сняв возникшее в комнате напряжение, - бабушка божественно печет пироги.
Айс, определенно, прав. Эйвери нам необходим. При нем и поругаться-то как следует никогда не получалось. Даже Шеф это ценил.
- «Огненный амулет, - продолжал Айс, недовольно морщась, - это могущественная печать, предохраняющая от всех, кто может явиться из-за Врат Внешнего Мира. Его следует изготовлять из чистого серебра при свете полной луны…»
~*~*~*~
- «…на амулет этот никогда не должны падать солнечные лучи. Эти тайны ни в коем случае нельзя открывать проклятым Служителям Древнего Змея...»
- Люци, тебе нельзя. Уши заткни. И отвернись, – веселится Белл.
- Кто бы говорил! Я, между прочим, сегодня не пил, – обиженно ворчит Фэйт, - в отличие от некоторых.
Это он зря. Мы все сегодня в полном порядке. Иначе я не стал бы читать.
~*~*~*~
- «Сохрани их в своем сердце и храни молчание... друзья юности отвернулись от меня... Проведя в скитаниях семь лет, я узнал, что все мои прежние приятели умерли…»
Ну, не без этого…
- «…наложив на себя руки по неведомым никому причинам…»
Никак древнему змею дослужились.
- «Я изучил многочисленные разряды демонов и злых божеств. Я узнал старинные легенды о Древних. Так я смог достойно вооружиться против чудовищного Маскима, который лежит в засаде за гранью мира, готовый схватить легкомысленного путника…»
- Сев, не пора ли нам перейти к чему-нибудь более практическому? Долго еще этот хвастун будет перечислять свои достижения?
- «…которую зовут Мечом, Рассекающим Череп…»
- Сев!
- «…ужаснейшего рода смерть», вы меня достали, лорд Малфой, - проговорил Айс на одной ноте, - «...со временем я выучил имена и свойства всех демонов, дьяволов, злых духов и чудовищ, перечисленные здесь, в Книге Черной Земли...»
- А это обязательно учить?
- Люци, заткнись! – уже хором.
Они совсем без Шефа со скуки обалдели, если им это интересно. Сейчас начнут всякую чушь заучивать. Я не буду. Я однажды уже заучивал как проклятый имена неведомых демонов и чудовищ, а потом почти пять лет был уверен, что у меня предки магглы. Все. Больше я так не попадусь.
- «…в одиноких церемониях, что я проводил в холмах, с огнем и мечом, с водой и кинжалом, при помощи странной дикорастущей травы, которая придает душе великие силы и помогает в невообразимо далеких путешествиях в небеса и в ад…»
- И имя той траве - ко-но-пля-я, - низким голосом, нараспев произносит Белл.
Айс хмыкает и - не в силах сдержаться - тоже начинает смеяться.
- Это точно. «…в этих путешествиях я получил следующие далее формулы для амулетов и талисманов, которые позволяют Жрецу невредимым пройти среди сфер, где он может скитаться в поисках Мудрости. И теперь, когда мое путешествие длится вот уже тысяча и одну луну…»
Сколько же той травы у него было?..
- «…Маским крадется за мной по пятам… Рабишу вцепился мне в волосы…»
- Странный человек… - задумчиво говорит Руди под еле сдерживаемый беззвучный хохот остальных, - если у него такой приход… мрачный, так зачем же…
- «…Ламмашта разинула смертоносные челюсти… - всхлипывая, продолжает читать Айс, - посему я должен торопиться… ибо мне кажется, что теперь вся подземная свита Эрешкигаль ожидает меня в засаде…»
- Во дает!
- Да у него просто мания преследования.
- Ага, как у Шефа была… Он, помнишь, тоже как-то рассказывал, что за ним какие-то твари бегали…
- Может, он авроров имел в виду?..
- Не, он говорил, что зеленые… с большими головами…
- «…мечтая лишь о том мгновении, когда они смогут вцепиться мне в горло...»
Все. Доигрался парень…
- «...разорванная черта откроет дорогу тварям из Внешнего Мира. Приноси жертвы в должном месте и в должное время...»
- Каких они жертв-то хотят?
- Тут не сказано, - сквозь всхлипывания отвечает Айс, вытирая слезы, - тут только говорится, что если все правильно сделаешь, то «Боги даруют тебе умереть до того, как Древние снова воцарятся на земле!»
- Ну, слава Богу. А то я уже испугался, - резюмирует Эйв все прочитанное Айсом под дружный хохот присутствующих.
~*~*~*~
- «Существует Семь Богов Звезд. У них есть Семь Печатей, каждую из которых можно использовать в свой черед. У них есть Семь Цветов и Семь Материальных Сущностей; каждому из них соответствует одна из Ступеней на Лестнице Светов...»
Чепуха, на самом деле. Может, в прошлом тысячелетии их и было семь, так ведь теперь-то больше.
- Кажется, мы дошли до сути? – неуверенно спрашивает Нотт.
И что я должен был ему ответить?
~*~*~*~
- Возможно, - сухо произносит Айс.
Еще бы понять, до сути чего именно мы так лихо дошли.
- «Прохождение Ворот наделяет Жреца и силой, и мудростью, чтобы использовать эту силу. Повелители Сфер и их атрибуты таковы...»
Здесь что, только мне от скуки челюсти сводит?..
- «Бог Луны зовется Нанна. Он старейший из Странников. Он длиннобород…»
- Это наверняка твой сдвинутый директор.
- Дамблдор? – удивленно спрашивает Нотт, еще не слишком хорошо знакомый с нашими затасканными шуточками.
- Люци, лучше не выступай, - поглядывая на подозрительно напрягшегося Айса, шепчет Эйв.
- Вряд ли… хотя все может быть...
Интересно, Айс кому так загадочно ответил? Мне? Или Нотту?
- «Цвет его Серебряный. Иногда его называют Син. Врата его первые, через которые ты пройдешь в следующих далее ритуалах. Его печать надлежит вырезать на принадлежащем ему металле в тринадцатый день Луны, без всяких свидетелей. Завершив это, следует завернуть печать в лоскут самого лучшего шелка…»
- В пижаму, что ли?
- Люци! Мы тут занимаемся серьезными вещами! – возмущается Руди, поглядывая на очень сосредоточенно слушающую Айса Белл.
Да? Он что, действительно так думает?
Лучше мне помолчать, а то Айс…
- «…и хранить до тех пор, пока не пожелаешь использовать ее; извлекать же ее можно лишь в те часы, когда Солнце удаляется на покой». Тут есть картинка… «Изображение должно быть вырезано очень тщательно во избежание возможных дурных последствий...»
- А оно нам надо?
- Дурные последствия? Или амулет?
- Слушай, Сев. У тебя в Ашфорде наверняка все это есть.
- Особенно конопля.
- Конопля и у меня есть, а что толку-то? – равнодушно отзывается Уолли.
- Ну... можно попробовать... попутешествовать...
Эйва все еще тянет на приключения.
- Думаешь, встретим там Шефа? – удивленно спрашивает Гойл.
- Ну, не знаю... – тянет Руди. - Сев?
- Я так полагаю, что кого захочешь, того и встретишь. Хотя не уверен. Траву могу вам принести, а от путешествия увольте. У меня завтра в девять лекция.
- Читай лучше дальше.
- «Бог Меркурия Набу. Это очень древний дух...»
Кто бы сомневался…
- «Он длиннобород...»
Да ну?
- «...и носит на голове корону с сотней рогов…»
Сотней? Очевидно, сколько жен, столько и рогов.
- «…и одет в длинную рубаху жреца. Цвет его Голубой...»
Мерлин. Голубой рогоносец. Закономерно, на самом деле.
- «Ступень его на Лестнице Светов - голубая...»
- Можно, я не пойду? По голубой лестнице...
Айс бросает на меня один из своих очень злобных взглядов. Практически самый злобный.
- «Печать его надлежит начертать на самом лучшем пергаменте. Завершив работу, печать следует обернуть тончайшим шелком и хранить до тех пор, пока она тебе не понадобится…»
- Я забыл, сколько нам всего нужно печатей? – спросил Эйв, отряхивая крошки с колен.
- Семь. А вообще, было бы неплохо, если бы самое важное кто-нибудь записывал.
- Я записываю, - отозвался Нотт, - семь печатей.
Записывает?! Он что, действительно собрался делать эти штуки? А потом что? Ходить с рогами по голубой лестнице?
- «Богиня Инанна, или Иштар. Это небесная богиня страсти. Любовной и военной. Она имеет облик прекрасной женщины...»
А вот это уже интересно…
- «…которую повсюду сопровождают львы...»
Львы-то зачем? Кому нужна женщина, если ее повсюду сопровождают львы?
- «Инанна одаряет прекрасной невестой любого мужчину, который пожелает этого и совершит должные жертвоприношения...»
Могу себе представить. Я даже знаю, какую она захочет жертву. Такую жертву и так приносит любой, рискнувший обзавестись невестой.
Айс опять начинает смеяться:
- А теперь внимание! «...но знай, что Инанна требовательна, и мужчина не должен брать иной невесты, кроме той, что избрана ею...»
- Что за чушь? – фыркает Белл. - Как это?
А чего они ждали? Женщины… Сначала требуют жертвы, а потом подсунут грымзу какую-нибудь. А она опытная сваха, эта Инанна.
- «Цвет ее - Белый. Врата ее - третьи, через которые ты пройдешь в ритуалах. Печать ее ты должен вырезать на меди, в пору, когда Венера взойдет на небеса; никто не должен…»
- Сев! Это мы уже выучили! Потом надо все это завернуть в пижаму и вынимать только по ночам. Давай дальше.
- А почему в пижаму? – растерянно спрашивает Эйв.
- Ну, можно в простыню.
- «…видеть тебя за работой. Когда окончишь, заверни ее в тончайший шелк и отложи до тех пор, пока в ней не возникнет нужда. Извлечь эту печать можно В ЛЮБОЕ ВРЕМЯ», и я бы попросил вас, лорд Малфой, больше рта не открывать, иначе вам придется читать эту ахинею самостоятельно!
- Ты издеваешься? Она же на арабском!
И между прочим, я ему не грубил.
Я хочу спать… Почему я должен здесь сидеть?..
- «Бог Солнца Шамаш, сын Нанна. Он восседает на золотом троне, увенчан двурогой короной…»
Они там что, все с рогами? И гордо их носят? Хотя, с другой стороны, при такой беде что еще остается.
- «Печать его надлежит вырезать на золоте в те часы, когда Солнце стоит высоко в небе, находясь в одиночестве на вершине горы…»
- Какой горы?
- Очевидно, любой.
- У нас не Месопотамия, если ты не заметил.
Ответом меня не удостоили.
- «Окончив, заверни печать в лоскут самого лучшего шелка…»
В принципе, одной простыни должно хватить. На все семь печатей.
- «…и отложи до тех пор, пока она не понадобится. Бог Марса - могущественный Нергал…»
А вот об этом я что-то слышал. Совершенно точно. Только вспомнить не могу. Есть что-то… с подобным названием… Интеграл, кажется… Нет. Не помню.
- «Врата его - пятые на твоем пути через Сферы. Печать его надлежит изобразить на железной пластине, смоченной в крови...»
- В чьей крови?
- Тут не сказано.
- Возможно, это не особо важно, - откликается Уолли.
- Как это «не важно»? – возмущается Белл.
Вообще-то, Айс прав. Если я не перестану задавать вопросы, мы будем это читать до второго пришествия. Или как там было: «пока Древние снова не воцарятся на земле...»
- «...и следует завернуть…»
- Естественно, в пижаму.
Не могу молчать. Мне скучно.
- «…в плотную ткань, а затем в пижаму…» Тьфу! Черт! Люци! Я сказал, заткнись наконец! «...в тонкий шелк, после чего спрятать до тех пор, пока она не понадобится...»
- Я устал. Я все равно в эти врата не пойду. Никто из нас не пойдет.
- Люци, не скандаль, - примирительно говорит Белл, - Лорда нужно найти. Сами не пойдем, какого-нибудь придурка отправим. Потерпи. Сев уже до пятых добрался.
- «Бог Юпитера. Повелитель Чародеев. Владыка обоюдоострого топора. Мардук. Совет Старших Богов одарил Мардука пятьюдесятью Именами…»
- Пожалуйста! Не надо!
- Да их тут нет, Люци! Успокойся. «Печать его ты должен вырезать…»
- Почему я?
- Да не ты. Тут просто так написано. Думаешь, легко переводить с листа? Опять ты меня сбил... «…на оловянной или бронзовой пластине, когда Юпитер будет виден на небесах...»
Недаром эта книга сулит смерть всем праздным читателям. Что-то там в начале говорилось по этому поводу. Зря я так легкомысленно отнесся к этим предупреждениям.
- «Бог Сатурна. Ниниб, которого также называют Адар. Это Повелитель Охотников и Владыка Силы. Он увенчан короной из рогов…»
Я и не сомневался.
Ни секунды.
- «…одет в львиную шкуру…»
Никак содрал со львов, всюду сопровождающих Венеру…
- «…и держит в руке длинный меч…»
Ну, не без этого. Куда же им без длинного меча?
Вот так попадают в Мунго. И пятилетнее «Imperio» не нужно. Почитайте Некрономикон. На ночь. Если я когда-нибудь встречу того, кто сподобился рассказать Белл об этой книге, я его убью.


***
-Послушай себя, пожалуйста, - очень тихо и серьезно сказал Кес, - «на нашей стороне» - это где? Которая сторона твоя, Севочка? Скажи мне. На какой «стороне» ты? Ты когда Роквуда с его шпионской сетью больше года не сдавал, ты на чьей был стороне? Когда Люциусу список составлял, кто там под его «Imperio» ходил, это чья была сторона? Когда же ты, наконец, поймешь: нет в вашей войне сторон. Нет и никогда не будет. Поэтому ты и не знаешь, какая сторона твоя. Вы все на одной стороне.
В этот момент я вдруг впервые в жизни точно понял, где моя сторона. Так четко понял, что уставился на Кеса с совершенно обалдевшим видом. Моя сторона дрыхнет сейчас двумя этажами выше в сиреневой спальне. Моя сторона сидит напротив меня на Тревесе. Моя сторона не определяется теми категориями, к которым я привык.

Целиком текст - здесь

Burglars trip. Часть первая.

ни одного лица со следами интеллекта! Ни взрослого, ни детского. Засада. Когда я получил их глупое письмо, то сразу подумал, что попал. И оказался прав. Я всегда прав.

«Основные аспекты актуальности использования средневековых ядов в повседневной жизни современного общества» книга

Я отпустил дверь и улыбнулся ему. Широко улыбнулся. От души, можно сказать. Бледная поганка часто заморгала. Еще бы! Я тренировал эту улыбку перед зеркалом, пока оно не перестало меня отражать. Меня вообще не все зеркала отражали. Даже волшебные. Боялись, наверное. Я пока не разобрался в природе этой странности.

На ком же я буду сравнивать парализующие яды? На этом Люциусе Малфое теперь не этично. С ним я теперь знаком.

Попробуйте кого-нибудь так отделать, и чтобы подопытный объект был вам благодарен.

Айс – Северус Снейп
Фейт – Люциус Малфой

Честолюбив он скорее по инерции, просто знает, что должен быть первым. Спорить могу, что никогда не задумывался – зачем ему это надо. Бывает наивен, плохо отдавая себе отчет, что использует наивность как оружие. Ум крайне извращен. Пока все это - рабочая версия. Но, так или иначе, а мистер Малфой явно стоит того, чтобы потратить время на его изучение.

Совершенно напрасно я боялся, что Айс для своих экспериментов станет превращать Макнейра в крысу. К вечеру первого же дня я убедился, что этот акт элементарного гуманизма он считает излишним.

Айс все-таки гений. Чудовище, конечно, но гений.

Какой же Айс все-таки гад!
И почему меня это так восхищает…


Не стоило на тебя обижаться. Человек не виноват, что он идиот.

Само предложение, конечно, на грани маразма. Впрочем, как и все, что делает Фэйт. Но у меня было четкое ощущение, что я что-то упускаю. Какую-то идею. Совершенно гениальную. Потому что все его идеи в итоге гениальны. Просто он не умеет доводить их до состояния, приемлемого к воплощению. Ну так для этого я есть.
…- Спасибо, Фэйт. Это грандиозная идея. Она никогда не приходила мне в голову. А ведь так сложно найти объект для экспериментов. Ты гений. И как я сам не догадался...

Счастье - это когда желаемое совпадает с неизбежным.


Тоска - неясно сформулированная цель.

- Оставь его в покое! Ты же прекрасно обходился, травя самого себя. Зачем нарушать такую прекрасную традицию?
Совершенно серьезно глядя мне в глаза, этот мерзавец снизошел до объяснений:
- Этот яд действует на левое полушарие головного мозга. Я не могу на себе. Очень опасно. А Макнейр - все равно идиот. Ему что одно полушарие, что другое... У него врожденная атрофия обоих. Так что не волнуйся, ему не повредит.

Я очень люблю Фэйта. За его предсказуемость. Это вовсе не значит, что он скучный. Я, наоборот, всегда оказываюсь не готов к его фокусам. Но когда мне нужно что-нибудь простенькое, то просчитать его реакцию очень легко. Главное, не дать ему времени на раздумья. Если он успеет, как он говорит, «заняться анализом», то я проиграл. Однозначно. Не потому, что он умнее, а потому, что он извращенец. Да, у него еще бывают «идеи». Внезапные. Это даже страшнее «анализа». Таких вывернутых мозгов я больше не встречал. Не могу понять, почему он не играет в шахматы. У него феноменально устроено мышление. Хотя, может потому и не играет. Все, к чему Фэйт прикладывает свой интеллект, должно приносить или выгоду, или удовольствие.

Хочу хорошей жизни, а мне почему-то
устраивают только веселую...


Фэйтом я восхищался. Возможно, не им самим, а той легкостью, с которой он движется по жизни. Мне нравилось в нем все. Даже его ненормальная самовлюбленность. И то, что ему не было наплевать, что со мной происходит.

Результаты деятельности Айса превзошли все мои ожидания. К обеду следующего дня практически вся мужская часть седьмого курса нашего факультета оказалась в больничном крыле.
Об этом мы с ним накануне не договаривались. Он просто решил сделать мне приятное. Или себе, я уж не знаю. Только я все равно был очень доволен. Может быть, я даже воздержусь от собственной мести. Посмотрим.


То ли жизнь прекрасна, то ли я мазохист.

…Джеймс Поттер. Тоже отпетый придурок и любимец умственно-отсталой части учеников и преподавателей.

Не могу пройти мимо безобразия.
Так и хочется принять участие!


(Айс отравил Грифов) Как я догадался, что это его работа? Да не знаю даже. Уж очень у него был несчастный вид. Нет, чтоб радоваться, как все нормальные люди.

Защити меня, Господи, от моих друзей, а врагов я беру на себя.
А.С.Пушкин.

все, происходящее в подлунном мире, является закономерной неизбежностью.

Я не сплю, я медленно моргаю.

Лучше красиво повеситься, чем неудачно жениться!

Создатель дал нам две руки,
Бутыль, чтоб руки зря не висли,
А так же ум, чтоб м@#аки
Воображали им, что мыслят.
Игорь Губерман.


Уходя, добавил, что обвалившаяся крыша съехать не может.
Опять я что-то пропустил.

Если над Вами постоянно смеются – значит,
Вы приносите людям радость.

Уродство сильнее красоты: оно дольше сохраняется.

С этим мальчиком будьте поласковее:
Вы имеете дело с крайне чувствительным,
легко возбудимым гаденышем.

- Слабоумные насекомые! Рабы! Вы позволили себя заклеймить! Как стадо! Вы – стадо! И вас всех поведут на бойню! Потому что стадо для того и существует, чтобы отправляться на бойню!

Вместо этого ты предпочел заниматься незнамо чем, позволив отсутствию приложения мозгов стать единственной характеристикой твоей деятельности.

- Его планы совершенно бредовые. К сожалению, Севочка, именно такие фанатичные параноики и добиваются признания. Люди быстро устают от строгих линий. Он добился успеха, потому что в нем живет невероятная, чисто человеческая ненависть к порядку и логике. Человек по природе своей стремится к хаосу. В нем заложено сильнейшее деструктивное начало. Четкие границы разрушаются неминуемо. Люди очень суетливы. Строят, разрушают, опять строят, чтобы потом опять разрушить. Это и есть жизнь. Человеческая жизнь. Суета. Ничего не меняется по сути. Только внешне.

он теперь весь такой худющий, злой, как гадюка, и не язвит даже. Я всегда считал это самым плохим признаком. Когда Айс в порядке, из него злобные колкости просто фонтанируют. А он пока мне ни одной не сказал. Значит, плохи дела.

Он очень жизнерадостный. Просто стесняется это показывать. (Кес об Айсе)

Добро уныло и занудно,
И постный вид, и ходит боком,
А зло обильно и причудливо,
Со вкусом, запахом и соком.
Игорь Губерман.


Эразм Роттердамский об учителях 500 лет назад написал:
«…порода людей, несчастнее которой, злополучнее и ненавистнее богам не было бы на свете, если б глупость в своем милосердии не скрашивала тягот их ремесла неким сладким безумием. Они обречены целой тысяче проклятий, ибо вечно они голодны, грязны и проводят всю жизнь свою в училищах, или, вернее, в застенках для пыток; окруженные толпами мальчишек, они преждевременно стареют от непосильных трудов, глохнут от криков, чахнут от грязи и смрада и, однако, по глупости, мнят себя первыми среди смертных. Чрезвычайно собой довольные, они устрашают робкую стаю ребятишек своим грозным видом и голосом; они полосуют бедняжек прутьями, розгами, плетьми и свирепствуют, по своему благоусмотрению, на все лады. Зато грязь представляется им чистотой, смрад - благовонием, а собственное жалкое рабство – царственной властью.
Но особенно счастливы они сознанием своей необычайной учености. Они пичкают мальчуганов всякою чушью и, однако, на окружающих глядят с презрением! При помощи какого-то неведомого колдовства они ухитряются внушить глупеньким матушкам и отцам-идиотам то же высокое понятие о себе, какого сами придерживаются…»

Хе... Может и пятьсот, зато как верно. Ты на себя посмотри. Только повнимательнее.
С другой стороны, я тут подумал, если Севочка хочет, то, конечно. Ты только потом не обижайся, когда сообразишь, чему он там детенышей ваших научил. (Кес - Дамлдору)
P.S. Знаешь, Кес, может, ты и прав был. Он отравил зельевара. Сказал, что просто хотел проверить его профпригодность. Минни в ужасе. Такой скандал закатила... Это ты вовремя заявил, что претензии не принимаешь. Ладно. Посмотрим. Опять у меня учителей меньше, чем предметов. (Дамблдор – Кесу)

В общем, я тут поворожил немного. Ну, чтобы ты от Севочки отвязался. Пара циклических проклятий. Еще кое-что. А вчера мне Севочка сказал, что он вовсе и не Защиту преподает, а Зелья. Но ты теперь будь поосторожнее. На Защиту эту приглашай только тех, кого уж совсем не жалко. Это для Севочки мои упражнения должны были закончиться быстрым исчезновением из твоих гостеприимных владений. А для других - и не знаю даже. Но больше года теперь точно никто на этой должности не удержится. И то, только при очень хорошей сопротивляемости. Я туда основополагающую вероятность несчастного случая заложил. Севочке повредить не могло, а для обычных людей очень забавный эффект получиться может. Событийная кривая теперь в принципе не прогнозируема. Во всяком случае, я так полагаю. Даже интересно понаблюдать.
Ты уж извини. Не хотел.
… Вообще-то я восхищаюсь твоими талантами. Из лучшего за последние четыреста лет профессионального отравителя школьного зельевара сделать. Это суметь надо. (Кес – Альбусу)

И только я один ничего не знаю. Как-то они все пришли к своим весьма оригинальным выводам, забыв поставить меня в известность.
Кошмар какой!
Как там Фэйт говорит в таких случаях?
«Одна радость, что все это чертовски забавно!»

Почему же его нет? Он должен был прийти сразу. Ну, или почти сразу. Очень плохо. Если он всю ночь «занимался анализом», мне конец. Что получится при наложении фантазий Фэйта на планы трех замучивших меня старых приятелей, даже не берусь представить. Томми! Это ж надо! Почти год прошел, а я как об этом вспомню, так меня аж трясти начинает. Томми!

Я полный, законченный, клинический идиот.
Просчитать все варианты... До мелочей обдумать возможные осложнения... Учесть все случайности…
Я ничего не упустил! Ничего! Клянусь!
Но я забыл про Фэйта.
Мне даже в голову не пришло, что ему достаточно просто бросить взгляд. С его-то воображением...
Вот тебе и логика.

Маленькие хитрости:
Знаете ли вы, что если золотую рыбку
положить на сковородку, то количество
желаний увеличивается до бесконечности.

Невозможно! Чистая подстава. У Князя нейтралитет, а Наследник - двойной агент, кстати, толком еще не определившийся, на чьей стороне он в итоге играет. И если я хоть что-то понимаю в характере этого беспрерывно «кукующего» Наследника, он никогда до конца не определится.

Сам того не понимая, Фэйт ударил очень метко. Впрочем, он никогда ничего не понимает, а попадает всегда метко. Натура... Что ж, поиграем...
Фэйт дал мне десять минут. Я потратил их на обдумывание способов хотя бы относительно адаптировать предложенный им план к реальности. Его идеи никогда не страдали тривиальностью, с действительностью не монтировались и требовали серьезных трансформаций.


Это не жизнь полосатая, это вы зигзагами ходите!

Я решил тебя отравить. Из соображений гуманности и собственной безопасности.

. Страсть «нашего Люци» к театральным эффектам всегда находила отклик в творческой душе Повелителя.

У нас все делается неспроста... Вот если б еще не сдуру...

Если я переживу этот день… и завтрашний… то я убью Фэйта. А потом Макнейра. За все. Макнейра после, чтобы Фэйт не расстраивался. А то еще обидится… Я их отравлю. Обоих. Но по разному… Согласно моему к ним отношению… От таких приятных мыслей стало немного легче.

Да Кес чего только не говорит. У Альбуса чуть очки не упали, когда он услышал, что Орден Феникса «по сути идентичен» Упивающимся Смертью. Возмущаться-то он возмущался, а крыть-то нечем. И цели одинаковые. Что одни хотят заставить власти идти у них на поводу, что другие. Так Кес сказал. И дьявол меня забери, если я знаю, что на это можно возразить. Кстати, Дамблдор тоже не знает. Почему-то меня это не удивляет...

Севочка настолько не обременен никакими этическими нормами, что порой это становится немного... опасно. Для окружающих. Тот логический таран, которым он пользуется для решения своих проблем, – несколько расстраивает меня своей первобытной примитивностью. Ты уже столкнулся с этим. Когда брал его на работу. Тебе мало? Он просто освободил себе место. Последствия ты хорошо помнишь? Или перечислить?
Кес.

Вычислить логику Фэйта невозможно. Мысленный путь идиота – непостижим. Гения – тоже. В данном случае – это неважно. Фэйт всегда балансирует между крайней гениальностью и крайним дебилизмом.

Все участники вашей войны равноправны, идентичны, ничем не отличаются и с увлечением занимаются истреблением друг друга. В завершение нашего краткого экскурса могу тебе напомнить, что девяносто пять процентов цивилизаций гибнут не от внешних факторов, а от внутренних катаклизмов. Вы представить себе не можете, как вы сейчас близки к самоуничтожению.


Такая вопиющая недооценка моих умственных
способностей может быть расценена как хамство...
А хамов я не люблю...

Не делится мир на «хорошо» и «плохо». Только на «мое» и «чужое». Это относится ко всему. К вещам, к желаниям, к мировоззрению, к вере, если угодно.

У Айса всегда была эта проблема. Он слишком много думает. Есть вещи, о которых не надо думать. Даже опасно. Все гораздо проще. Будь там, где тебе лучше, с тем, с кем больше нравится, делай только то, что нужно тебе. Лично тебе. Все. Об этом не надо рассуждать. Это естественно, значит правильно.

Не далее, как позавчера, Айс сказал Нотту, что Шеф велел написать на дверях Парадного Зала Фарфоровой Башни, где проходят наши собрания: «Есть ли жизнь после смерти? Зайди - узнаешь!» Нотт, естественно, приказ выполнил. Описать не могу, в каком ужасе мы в тот вечер на этом собрании пребывали.

В связи с этим, даже упоминать не стоит тех двусмысленностей, которые говорятся прямо Шефу в лицо: «Главный принцип любой успешной деятельности: сначала сделать... и потом не думать...» Или это: «Вы так милосердны, мой Лорд! Вас еще никто не уличал в жестокости! Ни одна живая душа!»


Не относитесь к жизни слишком серьезно –
живым вам все равно из нее не выбраться!


Потрясения, они тем и хороши, что их переживаешь один раз, а потом уже - хоть трава не расти.
 

www.snapetales.com - фик лежит здесь. Очень советую почитать.
Ну, а теперь цитаты:

Кому я должен - всем прощаю.

- …Я не хочу там работать.
- Тогда зачем ты соглашался?
Не могу же я ему сказать, что два года играл в незнамо сколько раз перевербованного тройного агента, а учителем подвязался для прикрытия. Самому смешно.

Я не хочу бросать свой факультет. С ужасом понимаю, что за два года успел привыкнуть к этим мелким, сопливым, тупым рептилиям.

Если он, явившись однажды, обнаружит, что я ненароком отравил МакГонагалл... вряд ли ему это понравится.
А какая бы она лежала… красивая... и тихая...

С Шефом, конечно, было весело. Но без него как-то… спокойнее. Мне приключения немного наскучили, если честно. Когда повседневная экстремальность становится чем-то привычным, это слегка… утомляет.

Хочешь завести друзей? Заведи их подальше.
Иван Сусанин.

Наверняка он этих милых людей будет ядом поить.

- «...и носит на голове корону с сотней рогов…»
Сотней? Очевидно, сколько жен, столько и рогов.
- «…и одет в длинную рубаху жреца. Цвет его Голубой...»
Мерлин. Голубой рогоносец. Закономерно, на самом деле.

Чем умнее черти, тем тише омут

Слизеринцы – хозяева своей жизни. Они сами выбирают. Их не смущает понятие совести – у них ее нет, не останавливает общественное мнение – им плевать, никогда не помешает дружба – они не дружат, не собьет с пути любовь – они не любят.

Нет, ну это ж надо. «Совести нет». Есть, конечно! Просто понятие совести у всех разное. А остальное вообще ерунда.

Конечно, мы не дружим. Дурацкое слово. Это сильнее дружбы. Это клановость. Это в крови.
Вот ведь Айс - умный-умный, а иногда такое скажет...
Странно даже.

Мифология - это то место, где "располагалась" психика до того,
как психология сделала ее объектом научного исследования.
К.-Г. Юнг.


Зря Айс считает всех, кроме себя, тупиковыми ветвями развития.

Фэйт, конечно, редкий балбес, но инстинкт самосохранения у него железный.

Вижу – дама. Я к ней со всем уважением. «Avada, - говорю, - Kedavra!» А эта зараза отскочила, развернулась да как засветит мне ботинком по зубам. Девушка называется.

История визуально-юмористическая, о том, что случается, когда интеллект зашкаливает, энергии - через край, а «мирных целей», на которые все это можно направить, на горизонте не видно.

Обожаю взбешенного Айса. Как же я его люблю в эти минуты. Представить не могу, что еще может вызывать у меня такое всеобъемлющее чувство законной гордости.

Если бы мы понимали, в чём истинное наше счастье,
мы никогда не искали бы его за пределами,
установленными законами божескими и человеческими.
Шодерло де Лакло.
Опасные связи.

И, конечно, оказался прав.
Я всегда прав.
Лучше бы я ошибался.
Хоть иногда.

Мечта - лучшая подруга кошмара.

Почему, когда ты беседуешь с Богом - это называется
молитвой, а когда Бог с тобой - шизофренией?

Тщеславие – это здоровый инстинкт.

Самое высшее наслаждение - сделать то, чего,
по мнению других, вы сделать не можете.
Уолтер Бэджот.

У меня и так с детства навязчивая идея, что все мои действия направляются старыми злобными манипуляторами.

Вчера в нашей лаборатории спаривали слона и хомячка.
Не ради эксперимента, а просто так, позырить.

Тупой сын тупых авроров! Разве люди с нормальными мозгами станут аврорами?

Я не жонглёр, просто у меня руки трясутся.

Опять Поттер очередную глупость замышляет, бестолочь четырехглазая. И грязнокровку эту лохматую втянет. Уизли-то все равно. Шестой сын. Кому он нужен? Их и так кормить нечем. Эти нищие только рады будут.

А это хорошая идея - называть врожденный идиотизм непредсказуемостью. Теперь я знаю, как можно охарактеризовать Фэйта. Он непредсказуем. Так ему в следующий раз и скажу. А то он обижается, когда я прямо говорю, что он идиот.

добро обязательно победит зло. Поставит на колени и зверски убьет.
Твои мотивы всегда столь безукоризненны, Альба, что мне почти страшно.

Хуже обычного идиота может быть только идиот деятельный. В середине декабря Локхарт решил организовать «Дуэльный клуб». Идея эта имела грандиозный успех у недоразвитой части младшекурсников.

Доказательство не свидетельствует ни о чем, кроме
наличия доказательств. А это ничего не доказывает.
Роберт Шелли.

Все-таки я был здорово обижен на директора за его подозрения. Так обижен, что от непомерного злорадства у меня опять разболелась нога.

- Глаза у всех одинаковые. Когда в стаканах плавают.

- Если вы, мистер Макнейр, обладая интеллектом недоразвитого орангутанга, предлагаете вынести на повестку дня вопрос о том, кто здесь «совсем дурак», то я с удовольствием просвещу вас на эту увлекательную тему, - проворковал Айс, с нежностью глядя на свою вечную жертву.

Пусть это противно логике, зато не так противно.
А. Жвалевский, И. Мытько.
9 подвигов Сена Аесли.

У меня нет предубеждений. Я ненавижу всех.

У него был такой… оценивающий взгляд, что я мгновенно понял – это он вчера пытался отравить Хлюпа. А сейчас пришел посмотреть. На результат. Я сотни раз видел у него такой взгляд. В детстве.
Он, бедняжка, мог отравиться только информацией. Химический состав пергамента ему повредить не может. А у нас тут нет некачественных книг. Так что я даже не знаю, что и думать…
И вовсе я не хотел травить этого генетического урода. Мне просто было интересно, как он отреагирует на книги Локхарта.

Зато Драко чувствовал себя отлично. Чем невероятно напоминал мне Фэйта, которого тоже никогда ничто не смущало. Только вид этого самодовольного недоразумения и скрашивал мне те дни. Но, к сожалению, ни мои воспитательные беседы, ни письма Фэйта на Драко никак не действовали. Он даже не пытался держать язык за зубами.

Фэйт считал, что лучший способ защиты – нападение. И, общаясь всю жизнь с Кесом, я не мог с этим не согласиться. Довольно бессмысленный, надо сказать, способ. Но лучший. На людей относительно порядочных обычно действует.

В жизни всегда есть место подвигу.
Надо только быть подальше от этого места.

Ненавижу, когда он так смотрит. В такие моменты я уже точно знаю, что соглашусь на все. На все, что он захочет. А захочет он сейчас какой-нибудь шизофренической хрени. Потому что напуган он невероятно.


Спасение слизеринцев - дело рук самих слизеринцев.
А остальных спасет Поттер.

- Ну и что, вы уже прекратили нападения? Преступник пойман?
Наглость - второе счастье. Фэйт не умеет смущаться. Никто и никогда не обнаруживал такого искусства в сознательном искажении истины, такого умения при этом сохранять величаво-небрежный, незаинтересованный вид и безмятежное спокойствие, свойственное лишь глубинной чистоте души, как этот человек.
Мне бы еще когда-нибудь этому научиться…

Как же я стану сливать думоотвод? Если Фэйт узнает, что Дамблдор счел его план «умным», то плакали все мои воспитательные мероприятия. Этот павлин до сих пор вспоминает, как Лорда в шахматы обыграл.
. Думоотвод отменяется. Однозначно. Если Фэйт это услышит, он и вправду сочтет себя автором столь же грандиозного, сколь и маразматического плана, который озвучивает сейчас Альбус. А что полшколы могли на тот свет отправиться, это мы посчитать забудем. К чему мелочиться-то? Главное, что план был «умный».
«Проделки…» Это, оказывается, у нас не преступление. Это «проделки»! И «умный план»! Какой уж тут думоотвод…

Дожил. На меня уже и эльфы орут… Поттер натравил на меня малфоевского домовика… Его папаша хоть сам нападал… Кому рассказать – никто не поверит.

- А еще Уизли, - огрызнулся я, вспомнив, как меня утомили бесконечные обыски у Фэйта.
- Артур-то тут при чем? - засмеялся Дамблдор.
- Недокролик.
- Северус!
- Да чего там, - я с деланным безразличием махнул рукой, наслаждаясь его замешательством. – Секрет, что ли?

И как ему всегда удается так заморочить мне голову, что я на все соглашаюсь? Безобразие, на самом деле.

Глупость – это не отсутствие ума. Это такой ум.
Генерал Лебедь

Вы иногда такую чушь несете, лорд Малфой, что просто уму непостижимо.

Я сделал глупость, согласившись с ним спорить. У Айса самосохранение напрочь отшибает, если попробовать ему внушить, что он к чему-то неспособен.

Если люди считают, будто чего-то купить нельзя, так это они просто не знают как. Если придумать как, то можно все.

Зачем? Почему надо постоянно врать? Ради искусства? Или, как Кес говорит, «во имя всеобщей красоты и гармонии»?

Сборище «непутевых неудачников» и «потенциальных покойников» - грифиндорцы.

Господи, спасибо, что показал мне, как не надо летать.

- На деньги и власть должно быть право, - обычным голосом, как будто он сидел напротив, а не стоял рядом, держа меня за волосы, произнес Кес. – Это не одно и то же. На золото у тебя право есть, его и не отнять, а вот на власть - нет. И никогда не будет. Не стоит стремиться к тому, что тебе не по зубам, мой мальчик. Поломаешь. А без зубов жить невесело.

Так что я оставлю за собой право находиться поблизости и делать вам мелкие пакости по мере своих скромных сил и возможностей.

Вот откуда эта дура всегда точно знает, когда и что нужно напророчить, чтобы всем тошно стало?..

- Страшнее глупца обыкновенного может быть только глупец инициативный.

И впредь, если уж тебе приспичит держать меня за «глупца», то не удивляйся, что мне может понравиться эта роль. Она обладает всего одним, но ни с чем не сравнимым достоинством. С «глупца» спроса нет. И, кроме того, все будет по-моему.

- Кто много болтает, тот долго не живет, как правило, - как ни в чем не бывало, заявил Крис, глядя на меня с усмешкой. – Я сам тому яркое подтверждение.

- Если всех врагов убивать, Люци, то останешься совсем один на крыше мироздания и сдохнешь там от скуки.

"Самое большое достижение Сатаны в том, что люди поверили, будто его нет".
Эпиграф к английскому изданию Нового Завета

- Похоже на то, что временные трудности, наконец-то, закончились - наступают трудные времена, - радостно заявил Альбус на одном из первых собраний Ордена.

Фэйт, ты не представляешь, как я тебя люблю за твою способность никогда ничему не удивляться, а любые самые невероятные факты кувалдой забивать в рамки своего понимания.

Он сел напротив, и у меня по спине побежали мурашки от несколько подзабытого ощущения, что вот сейчас все мои представления об этом мире и обо мне самом вывернут наизнанку, высмеют, прополощут на ветру, выбелят на солнце и потом отдадут обратно, нимало не заботясь, как я дальше смогу это носить. А носить придется.

- Очень удачно, что Фадж не верит Дамблдору и Поттеру, - Шеф, отбушевав, взирал на нас вполне благосклонно. – Так что убивать пока никого не будем.
- Будем так закапывать? – очень серьезно спросил Айс, и Нотт бросил на него быстрый, полный ужаса взгляд.
- Тоже вариант, - усмехнулся Шеф.
Ну что же он с собой сотворил! Смотреть невозможно: голос, прости господи, как у кастрата, смех – с того света веселей было бы, а про глаза и говорить нечего. Будто он все тринадцать лет пил, не просыхая, ему беспрерывно били морду и, между делом, заразили сифилисом, причем сразу в третьей степени. И это он вот в таком виде собирается править миром? Всегда?

Главная характеристика Сириуса Блэка – это невозможность существовать не в стрессовых условиях. Когда вокруг него ничего не происходит, он сходит с ума и разнообразит реальность по мере своих скромных возможностей.

- Айс, ты неисправим.
- А ты лицемер!
- Разве это плохо?
Действительно, что это я…


Как же я люблю эту его способность мигом отыскивать любому явлению максимально удобное объяснение. Нормальный человек уже давно если не догадался бы, то хотя бы задумался о природе творящихся вокруг него странностей. А этому любое море по колено. Как сам захочет – так и будет.

Я себя чувствую, но плохо.
Фаина Раневская

Я живу инстинктами, а инстинкты – страшная вещь, Альба. Особенно когда нечем их сдерживать.
 

Настроение сейчас - Непонятное

   Ну, вот и вроде бы все. Экзамены сданы. Теперь меня ждут только каникулы. Да вот только от этого легче как-то особо не стало. Почему? Да без понятия. Быть может просто не могу поверить в то, что в ближайшие три месяца я свободна. Да, конечно, остались такие мелочи как сдать учебники в библиотеку, подписать зачетку у химицы. Но ведь это мелочи. Однако они, по крайней мере я думаю, что именно они. мешают мне начать спокойный отдых. Что ж, надеюсь, что к концу недели все будет в норме, и не только официально, но и морально наступят каникулы.

      При других свидетелях я, возможно, сказала бы сейчас именно слово "здрасте". Но сейчас позориться не стала. Ну, вот что-то меня все-таки останосило. Что именно? А все очень просто: наличие моих одногодок, по крайней мере выглядели они примерно на тот же возраст. Хотя, кто знает, как там на самом деле. Я застыла за спиной Лэя? пытаясь держать маску равнодушия. Очень сомневаюсь, что у меня что-то получилось. Вернее что-то все-таки должно было получится, но мало вероятно, что то, на что я расичтывала. Мы остановились возле небольшой кучки народа.  Я не сказала, что людей, поскольку там были не только люди. Кстати, то, что они очень похожи на людей на первый взгляд, еще ни о чем не говорит. Поэтому свои выводы я оставила при себе. Потом при приватной беседе уточню принадлежность каждого к определенной нации, народу и так далее. 

Настроение сейчас - Возможно, неплохое

   Лэй уверенно вел меня по коридорам. Он молчал. И я молчала. В голове прокручивались сцены моего  будущего знакомства с отрядом бравых саврианцев. Все предполагаемые варианты были не слишком приятными, но, с другой стороны, чего же я еще могу хотеть? Припрется какая-то непонятная личность непонятно зачем и будет только под ногами путаться. Конечно, я не собираюсь никому мешать и уж тем более начинать строить из себя невесть что, вернее кого. Но они-то еще об этом не знают. Да что гадать! Сейчас приду и все узнаю. А может не стоит туда идти? Только опозорюсь. Из меня и маг пока никакой, а что говорить о волшебнице? Палочка с глухим стуком упала на пол, выскользнув из вспотевших рук. Ну, волнуюсь я, разве не понятно? Очень волнуюсь. Очень. Очень-очень-очень. Я присела, чтобы подобрать палочку, и одновременно взглянула на Лэя. Он остановился и внимательно следил за моими манипуляциями, слегка прищурив глаза. От его колючего подозрительного взгляда я резко встала.  Затем засунула палочку в кобуру на руке и попыталась мило улыбнуться. Лэй прищурился еще больше.

- Решила сбежать? – вкрадчиво спросил он, прислоняясь к стене.

- Что ты. Да ни за что на свете. Как я могу? – ответила я, пытаясь улыбнуться еще лучезарнее. Лэй перестал хмуриться. Теперь он просто издевательски улыбался.

- Ну-ну. А кто же это тогда на протяжении всего пути бубнил себе под нос «нельзя, нельзя, так надо, нельзя»? – полюбопытствовал Наставник.

- А правда, кто? – упс, я говорила это вслух. Практика подсказывала, что в состоянии сильного волнения забываешь думать молча. Вот и сейчас я в очередной раз прокололась.

- Знаешь, я, конечно, мог бы тебя успокоить и сказать, что ты можешь отказаться, по крайней мере, Гиртанас на это намекал, но я не буду об этом говорить. Поскольку у тебя нет выбора, - и, развернувшись, он вновь отправился вперед. А я вслед за ним. Немного подумав, прогнав через  себя еще раз последнюю часть нашего с Лэем диалога, я пришла к выводу, что Гиртанас не так уж и плох. По крайней мере не безнадежен.

 

В колонках играет - Vally of Death Shadow

 С каждым разом становится все хуже. Все труднее понять, что же мне нужно от жизни,  к чему стремиться, чего желать. Снова какое-то непонятное состояние. Вроде бы и день прошел ничего так, но все равно словно что-то все равно не так. Кто бы мог мне ответить, что со мной твориться? Я уже ничего не понимаю. Вот даже сейчас пишу какой-то сумбур. Но мне нужно его написать. пусть его никто и не прочитает, но ведь есть вероятность того, что я с кем-то все-таки этим делюсь, и от этого становиться легче.  Не намного, но все же. И пусть фраза прозвучит банально, но нужно верить в то, что все будет хорошо. Иначе, во что еще верить? Разве что в то, что все будет?

В колонках играет - Мельница - Прялка
Настроение сейчас - Паршивое

   А жизнь не стоит на месте. Земля вертится и мы вместе с ней. Все приходит и уходит. Но все чаще все происходит с неприятными оттенками. Вроде бы все в порядке, а тут такой финтель жизнь опять выкинула, или вернее подруга. Единственный человек, которому я могу рассказать вроде бы все на данный момент уходит из моей жизни. Она забирает документы из университета. Казалось бы, что тут такого. А вот и все. Это конец. Мало вероятно, что мы с ней будем общаться и дальше. Я в этом  очень сомневаюсь. зачем я ей буду нужна? Правильно, я ей не yw;yj/ Совершенно. Я спросила ее, зачем она мне все рассказывает. ну, или не все, но хотя бы просто почему вообще что-то рассказывает. Она не ответила мне однозначно. Что-то сказала, но я не стала заморачиваться. Ведь тогда пришлось бы поинтересоваться у себя, почему же я сама ей все рассказываю. А ведь я рассказываю почти все. Почти. Что-то все равно оставляю для себя. И в основном это мои личные наблюдения относительно ее самой. пусть это останется моей тайной. Так приятно осознавать, что они у меня все-таки есть.

   В воскресенье у меня день рождения. Как бы праздник, но меня он не радует. Разве что не терпится получить в подарок деньги и купить себе что-нибудь из одежды. Ведь больше мне ничего не нужно. У меня все есть. Ну, кроме нескольких вещей, вернее нескольких живых существ, их еще близкими людьми называют. Вот их-то у меня и нет. А это на день рождения не дарят. Как жаль. Это был бы лучший подарок в жизни.

Настроение сейчас - Относительное

Говорят, что если тебя больше не интересует вид из окна, когда ты проезжаешь в общественном транспорте, следует убираться из города подальше. Почему? Потому что жизнь должна интересовать тебя, несмотря ни на что. А если это не так? Если мне безразлично, что происходит вокруг меня? Что мне делать? Многие говорят, что следует искать смысл жизни, чтобы просто не зачахнуть. А зачем? Неужели без смысла жизни не получится? Да. Не получится. Чтобы человек ни думал, чтобы он ни придумывал для себя долгими ночами, он не сможет прожить без смысла жизни. Ведь даже просто жить, чтобы жить уже смысл. Ты хочешь жить, чтобы не умирать. Глупо, да? Да. Но ничего не поделаешь. И с этим приходится мириться. Человек пытается бороться, что-то искать, возможно, что он что-то и найдет, но все равно не сможет избавиться от этой странной штуки - смысла жизни.    

Настроение сейчас - Как всегда - относительное.

 

   С каждым днем моя уверенность в том, что я все же допишу свою книгу становится все меньше и меньше. Это и не удивительно. На днях решила просмотреть значения имен главных героев в интернете. Ух, лучше бы я этого не делала. Теперь придется переименовать всех героев. И я не могу остановиться ни на одном из имен. Почему-то очень хочется, чтобы написано было грамотно. Хочется избежать всех тех ошибок, которые описывались в одном журнале (там перечислялись наиболее распространенные ошибки молодых авторов). Хочется наплевать на это все и оставить все как есть. Но с другой стороны у меня ведь есть совесть, а ее нужно слушать, пока она еще может пробиться сквозь все остальные чувства и эмоции. Ее нужно слушать. Обязательно.  

 

- Вернись! Вернись!

   Он всегда громко орал. Когда звал прислугу, когда отвечал на вопросы, заданные кем-либо... Всегда. Вот и теперь он орал мне вслед, хотя прекрасно понимал, что я не стану оборачиваться. Зачем? Я считаю это ниже своего достоинства. Возможно, если бы на его месте был кто-то другой, я бы еще подумала, но так... Он не достоин уважения, он не заслужил даже жалости в адрес своей персоны. Он никто. А я не собираюсь опускаться до его уровня. 

   Говорят, что если очень чего-то хочется, то это обязательно сбудется. Ну, а если хочется исчезнуть? Это тоже может сбыться? Оказалось, что да.

   Я хорошо помню тот день...

   Я ужасно злилась на своего преподавателя по фортепиано. Какой нормальный учитель вызовет на урок ученика в восемь утра в воскресенье? Да, нормальный не вызовет. Я отыграла на злосчастном инструменте два с половиной часа и еле вырвалась, сославшись на то, что мне необходимо ехать к бабушке. Она, конечно, громко причитала, но потом, когда я завернула за второй поворот, ее стенания уже не были слышны.

   А теперь я сижу на бордюре напротив музыкального училища, из которого пять минут назад экстренно эвакуировалась. и хоть мое занятие закончилось, я все равно села так, чтобы меня не было видно с крыльца. В тени ивы было очень хорошо. Все же лучше сидеть здесь, чем идти домой и ходить там на цыпочках. Ведь все еще спят. бедняги. Они теряют драгоценное время... Но как я им завидую.

- Привет, - парень, присевший рядом со мной на бордюр, возник из ниоткуда.

- Привет, - ответила я и продолжила смотреть вперед. Но в голове сразу же возникли сотни мыслей и, естественно, вопросов. Но задавать их пока не хотелось. Нужно для начала было пустить пыли в глаза, поэтому я и молчала.

   Я видела боковым зрением, что парень меня внимательно изучает. Задумчиво так. А потом, словно ему надоело:

- Ну, ладно, - и он дотронулся до моей руки. 

Очень хочется с кем-то поделиться всем тем, что за эту часть года накопилось. Хочется, но не могу решиться, да и, скорее всего, просто боюсь. А почему боюсь? Да кто знает?.. если даже я не знаю. 

Все вокруг повторяют, что чем больше и глубже обдумываешь какое-либо дело, тем лучше и точнее ты его выполнишь. Все брехня. Ничего подобного. Я уже года три пытаюсь написать историю, которая мне приснилась, и ничего не получается. Почему? У меня возникает только один ответ -- слишком много думала по этому поводу. думала, передумывала. И вот результат. Так что теперь не буду особо долго думать, а буду просто писать. Может что и получится.

Боюсь, что назвать это дневником и нельзя, поскольку здесь я собираюсь писать только то, что выдумывается во сне.