Когда я в красках описывала свое поведение подружкам, они не скупились на диагнозы: «Ты потеряна для общества!», «Ты потеряла рассудок!», «Ты потеряла совесть!», «Ты потеряла его!»

В судебной практике состояние опьянения считается отягчающим обстоятельством. В моем случае отягчающим обстоятельством, помимо алкоголя, стала Сашина возмутительная, но сексуальная манера меня игнорировать и его прекрасные глаза.

Не стану подробно описывать, как мы с ним танцевали, как поцеловались, как продолжили это делать на диване, за столом, в коридоре, в ванной. Друзья над нами только подсмеивались. А мы с Сашей не выпускали друг друга, как будто по-другому и быть не могло.

Каким-то магическим образом мы с ним оказались в такси, причем водитель уверенно рулил по направлению к моему дому. По всей видимости, это был сговор демонических сил, потому что я сама назвала адрес. Так или иначе, я, немного отрезвев, начала лихорадочно взвешивать все за и против: «Какой к черту секс? Помню ли я вообще, как этим заниматься? Вдруг мне не понравится? Вдруг ему не понравится? Я же дала себе слово, что только по любви! Что там у нас с контрацепцией? Он подумает, что я из доступных, и больше не будет звонить!»

Когда этот бесхитростный анализ окончательно завел меня в тупик, я поняла: «Если я сейчас скажу ему нет, то мне можно смело ставить диагноз слабоумие».

В одну секунду все мои бла-бла-бла из прошлой статьи про высокую телесную нравственность разлетелись на мелкие осколки о железный каркас моей кровати. И не алкоголь тому виной. До этого момента я тоже напивалась, тоже целовала мужчину и танцевала под музыку из фильмов Альмодовара. Но, очевидно, до этого момента в моей жизни все было не так, и мужчины были не те.

Вы спросите, был ли первый секс идеальным? Нет, конечно нет. Все было ужасно! После этой ночи я думала: он мне больше не перезвонит. Причина проста: после двух лет воздержания я изрядно подзабыла теорию. Что и говорить, практический экзамен вообще завалила на корню. Надо отдать должное Саше: он сделал вид, что не заметил моей скованности. Утром мы смущенно попрощались, и как мне показалось, навсегда.
Н.АВДЫШЕВА