Однажды, сидя в мягком кресле,
Весна промолвила: «Ах, если б
Могла я править целый год!
Глядите - все кругом цветет.
Теплом людей я согреваю,
От сна природу пробуждаю.
Все были б счастливы, поверьте,
Когда б лишь я была на Свете».
«С тобой, сестра, я не согласна,
Сказала Лето громогласно.
Мои деньки куда теплее,
Цветы повсюду красивее.
Дарю я людям отдых, радость,
И, стало быть, какая жалость,
Что краски летние народ
Не может наблюдать весь год».
Осень нежно улыбнулась,
Больше к Лету повернулась,
Чуть отпила из бокала,
И затем лишь всем сказала:
«Цветы есть летом и весной,
А я плоды несу с собой.
Я листья в золоте купаю,
Затем их всюду рассыпаю.
Во мне есть лирика, загадка.
И жаль, конечно, что порядком
Так установлено, что я
Могу быть лишь до декабря».
«Давайте говорить резонно, -
Зима сказала раздраженно. -
И у меня в ларцах добро:
И жемчуга, и серебро.
Могу я за ночь все украсить,
Все окна инеем раскрасить.
Определенно, время года
Мое важнее для народа.
Ведь столько праздников со мною,
Каких нет летом и весною».
Вдруг чей-то вздох отвлек сестриц
На них глядела с-под ресниц
И хитро подняв одну бровь
Царица юная Любовь.
Она надменно улыбнулась,
Как кошка в кресле потянулась.
И покрутив бокал вина
Сказала: «Милая Весна!
Ты, уж поверь, сказала вздор
И зря затеяла сей спор.
Вы все красивые, бесспорно,
Как хвастали сейчас проворно.
Но знайте: счастье человеку
Даю лишь я хоть на полвека.
И до скончания веков
Не снять с людей моих оков.
Я в жар бросаю в январе.
И пусть метели на дворе
В сердцах цветы я посажу
И в людях души разбужу.
Тогда осенние туманы,
Морозы, снежные бураны,
Все изменения погоды,
Все краски матушки-Природы
Все ощущается иначе
И девушкой, и старой клячей.
Ведь мне все возрасты покорны
Об этом знают все бесспорно.
Но и несчастье я несу:
И боль, и горькую слезу.
Пусть говорят, что я жестока
Не отрицаю я порока.
Но без меня таков урок
Никто б на Свете жить не смог!».