В колонках играет - Silent Night
Настроение сейчас - холодность

Дело не в этом. Дело ни в чём.

Просто если что-то могло произойти три года назад и по каким-то причинам не произошло, значит, это к лучшему. Значит, и не могло быть. Нет смысла возрождать то, что никогда даже не было живым. Одно дело – искусство некромантии, совсем другое – бесплодные попытки вдохнуть жизнь в искусственный интеллект.

Эммери, ты прекрасен. Ты способен стать всем, о чём можно даже осмелиться мечтать. Но как твоя машина никогда не заговорит с тобой, так и я никогда не стану твоей полноценной любовью. Твоя машина реагирует на твои действия; так же реагирую я. Но она не сможет усилием собственной воли что-то в себе изменить; не смогу и я. Действие рождает реакцию, Эммери; это простейший закон. И это причина того, что никогда, никогда ничего не случится.

Можно управлять машиной, ежесекундно подавая ей импульс. Тогда она будет ехать так, как тебе нужно. Точно так же можно манипулировать простейшими моими реакциями: в нужное время подавая импульс, пользоваться ответом. Но дело в том, что тебе это не нужно; и объяснять не стоит, это ниже твоего достоинства. Я могу себе представить твои глаза, если я тебе это скажу – мне бы их выражение не понравилось.

Почему-то, unlike others, твоим первоочередным желанием не является обладание моим телом. Это, скажем так, было бы для тебя приятным бонусом. Ты действительно один из немногих, кого моя улыбка привлекает больше, чем то, что пониже неё. И мне это даже уже не кажется странным… но, Эммери, я не понимаю, чего ты хочешь? Такое ощущение, что ты готов проводить часы, касаясь меня и не совершая ни одного движения, пока по моему дыханию не поймёшь, что можно сделать ещё шаг. Почему? Почему, Эммери? Ты говоришь про то, что однажды видел мои настоящие эмоции и сделаешь всё, чтобы я отпустила их снова. Зачем тебе это?

Если нужно, я напомню о своей жизненной позиции: в двух словах она описывается словосочетанием «презумпция виновности». Я не верю в альтруизм, в бескорыстную заботу, в трату своего времени на изначально безнадёжное занятие, в русалок и в драконов. В гоблинов, правда, верю, но только потому, что я с ними снимаю квартиру. В двух словах, то ли моя стройная концепция меня (впервые?) подводит (во что я не склонна верить), то ли ты что-то скрываешь за своим благородным поведением. Ни та, ни другая идея мне не нравится, но тут третьего, похоже, не дано.

Впрочем, я знаю: я слишком много времени уделяю анализу. Единственное, в общем-то, что я хотела тебе сказать, Эммери, так это то, что ни одна программа не будет способна любить даже своего создателя. Никогда, скорее всего.