Видео коллекция anna-blago

«В человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли».

Видео-запись: Василий Садовников. Акварели Петербурга.

Среда, 02 Января 2013 г. 22:12 + в цитатник

45 просмотров

Васи́лий Семёнович Садо́вников (1800-1879, Санкт-Петербург) — акварелист и график.

Самоучка из крепостных крестьян, принадлежал княгине Н. П. Голицыной — прообразу старой графини в «Пиковой даме» А. С. Пушкина. Вольную получил в 1838, после смерти княгини, уже будучи весьма известным художником. По некоторым данным, в Академии художеств всё-таки не учился, но звание свободного неклассного художника получил в том же 1838 году. Самоучка, «занимался перспективной живописью сам собою».

Рубрики:

импрессия

это моё настроение

Комментарии (0)

Видео-запись: Борис Смелов. Фотограф. Непарадный Петербург.

Среда, 18 Января 2012 г. 18:13 + в цитатник

445 просмотров

099a6a2308aa0a4164b1e6ea58935934_full (412x454, 43Kb)

Его фотографии завораживают. Магическая игра света и тени и точность композиции мгновенно увлекают зрителя во внутреннее пространство фотоснимка, и на выставках отойти от любой из работ Бориса Смелова было всегда непросто. Он оставил нам свое видение города, свой, cмеловский, Петербург, которого не было до и не будет после него. Он был носителем своей особой психологической атмосферы, сочетавшей поклонение высокому искусству, насмешливость и бесшабашность.

Борис всю жизнь прожил в Петербурге, выезжая из него лишь по необходимости, редко, неохотно и ненадолго. Он мог бы повторить слова Модильяни: «Я не люблю путешествий, они отвлекают от истинного движения».

С десяти лет мать начала его систематически водить в Эрмитаж, и с тех пор анфилады и залы Зимнего дворца стали навсегда частью его жизни. А еще через пару лет он впервые приходит в фотокружок дворца пионеров, и фотография становится по сути его единственной страстью. На нее так или иначе нанизываются все события его биографии; это и профессия, и увлечение, и образ жизни.

В отличие от большинства фотографов Борис никогда не делал пробной контактной распечатки пленки. Опустив очки на кончик носа, он поверх них рассматривал пленку и выбирал нужные негативы. Снимал он разными камерами, но больше всего любил «Лейку» и «Роллефлекс». Его любимый кадр — квадратный, шесть на шесть. Гениальными фотографами для него были прежде всего Судак и Картье-Брессон.

В начале семидесятых годов на Большой Московской улице, около Владимирской площади, образовалась тусовка молодых фотографов, полных энергии и изобразительной жадности. Это была мастерская Леонида Богданова. Он вел фотокружок в Доме культуры работников пищевой промышленности (в просторечии «у пищевиков»). Днем там к азам фотоискусства приобщались детишки, а вечерами кучковались фотографы. Разглядывали снимки и негативы, много спорили и пили что бог пошлет. Иногда пили изрядно. И в любое время суток со штативами и камерами выбирались бродить по городу.

Соответственно профилю работодателя мастерская называлась «лавкой». Смелова роднила с Богдановым одинаково высокие требования к качеству негативов и отпечатков, к безупречности исполнения, в этом они не признавали никаких компромиссов. Из известных ныне фотографов в «лавке» бывали Анатолий Сопроненков, Сергей Фалин, Василий Воронцов, Владимир Дорохов и Борис Кудряков, писавший к тому же прозу и увлекавшийся живописью. Все они общались с Константином Кузьминским, который устраивал у себя «под парашютом» выставки не только живописи, но и фотографии. Кузьминский — поэт и писатель, ныне живущий в Америке — в семидесятые годы был весьма популярным питерским персонажем. Под потолком его комнаты действительно был растянут парашют, превращавший слепящую агрессивность киловаттных ламп в комфортное для выставок рассеянное освещение. Именно Костя придумал для Смелова и Кудрякова, исходя из их комплекции, прозвища, оставшиеся за ними навсегда — Гран-Борис и Пти-Борис, на языке петербургской богемы просто Пти и Гран. Пти-Борю друзья часто именовали Птишкой.