...Ощущая его язык в своем рту. И то, как нежно он касается верхнего неба… Чувствовать дрожь от его пальцев, и как собственное тело покрывается сотнями мурашек. В слепую бороться с пряжкой его ремня… И все это в тесном стенном шкафу на работе. В темном тесном шкафу. В душном стенном деревянном шкафу, каждый миг ожидая, что чья-то рука откроет его снаружи. Горячие губы обжигающе скользят по шее, касаются мочки уха… Здесь не видно ни глаз, ни взглядов, им здесь просто нет места. Не место. Не здесь.
- Ах… ааа… Алекс… - шипит Кристиан, когда мягкие губы прикасаются к чувствительному соску. И он тут же становится тверже. Алекс шутливо щекочет его языком, чувствуя, как ускоряется ритм его сердца.
- Ооох… ммм… - произносит Алекс, плотнее прижимаясь к руке, сжимающей его плоть…
И Бек ускоряет ритм. Вверх-вниз-вверх-вниз…
Теперь тонкие губы – влажные, горячие, красноречивые – владеют его ртом. Кусают и отпускают… Алексу хочется опустить светлую голову ниже, так, чтобы этот рот был… так, где ему полагается быть. Но в шкафу и так мало места. Слишком мало для подобных перемещений. И блондин продолжает его целовать, оставляя рубиновые засосы на шее и груди. А губы – превращая в пурпурный цветок страсти.
Алекс не уверен, что сможет теперь членораздельно говорить на немецком… От таких прикосновений – только стонать… Но стоит ли допрашивать стоном – вот в чем вопрос.
И Алекс едва не выпадает из шкафа, когда очередное движение руки Бека провоцирует оргазм… Дверца громко хлопает, ударяясь о стену, и мужчины цепляются друз за друга, теряя равновесие. На какой-то миг они видят себя в небольшом зеркале над умывальником. Картина, достойная искушенного фотографа: двое мужчин в стенном шкафу, на одном – спущены брюки, другой – без рубашки и всколочен, раскрасневшиеся физиономии, и рука Кристиана, переместившаяся на упругий зад Алекса… Это, конечно, не исключая улыбки до ушей у блондина, и влажной искорки в глазах брюнета. И только после этого они с хохотом выпадают из своего душного укрытия. Кристиан падает на Алекса, но вставать не собирается.
- Мне, между прочим, холодно, - замечает брюнет, тщетно пытаясь спихнуть с себя улыбающегося блондина, - и, если ты не заметил, тут – грязно. А я без…
- Нет, чисто, - перебивает его блондин, прижимая бедрами его к полу, - я сам видел, как Хелл его мыл с утра.
- Петер мыл пол? Не смеши меня…
- Не смешить? А что – можно? Может быть это…
За секунду до «этого», Алекс видит, как увеличивается темный зрачок в глазах Кристиана, делая их обладателя похожим на хищного зверька. Он достает баночку прозрачной пахучей смеси, и окунает в нее несколько пальцев.
Алекс начинает тихо ерзать по полу.
- Может быть, дома, а? – просит он своего «мучителя».
- Нет. – Коротко отвечает Кристиан, и вводит в него один палец.
Скользко и холодно… Сфинктер недоверчиво сжимается. А Алекс делает глубокий вздох.
- Крис… ах… тиан…
К первому пальцу прибавляется второй. А к губам приникают тонкие, но уже не такие нежные, как в первый раз губы. Кристиан целует его грубо, по-мужски, не давая проронить ни слова, заставляя забыть про холодный ламинат пола…
- А теперь… - продышал блондин ему в ухо, - …теперь ты получишь нечто… более… ценное…
Он тяжело дышит, расстегивая свой ремень…
Алекс наблюдает за ним, впиваясь взглядом в напряженную плоть в его руке…