Среди других играющих детей
Она напоминала лягушонка:
Заправлена в трусы худая рубашонка,
Колечки рыжеватые кудрей рассыпаны, рот длинен,
Зубки кривы, черты лица остры и некрасивы.
Двум мальчуганам сверстникам её
Отцы купили по велосипеду
Сегодня мальчики, не торопясь к обеду,
Гоняют по двору, забывши про неё.
Она ж за ними бегает по следу
Чужая радость так же как своя
Томит её и вон из сердца рвётся
И девочка ликует и смеётся, охваченная счастьем бытия.
Ни тени зависти, ни умысла худого
Ещё не знает это существо
Ей всё на свете, так безмерно ново
Всё живо так, что для иных мертво.
Не хочется мне думать, наблюдая,
Что будет день, когда она рыдая,
Увидит с ужасом, что посреди подруг
Она всего лишь бедная дурнушка.
Мне верить хочется, что сердце не игрушка
Сломать его едва ли можно вдруг.
Мне верить хочется, что чистый этот пламень,
Который в глубине её горит
Один свою всю боль переболит
И перетопит самый тяжкий камень.
И пусть черты её нехороши
И нечем ей прельстить воображенье
Младенческая грация души уже сквозит во всех её движеньях,
А если это так, то что есть красота
И почему её обожествляют люди
Сосуд она, в котором пустота,
Или огонь мерцающий в сосуде.
