Станислав Говорухин: `Так жить, как сейчас, совсем нельзя`

Известный режиссер Станислав Говорухин часто называет себя человеком, который предпочитает идти против течения. Постановщик таких всенародно любимых фильмов, как `Место встречи изменить нельзя`, `Пираты ХХ века`, `Ворошиловский стрелок`, Говорухин последние годы занят преимущественно социальными и политическими проблемами. О своем творчестве и политических взглядах режиссер рассказал в интервью корреспонденту `Новых Известий` Андрею Морозову. 

- Станислав Сергеевич, накануне Дня Победы естественно спросить у автора картины `Ворошиловский стрелок`: не снимает ли он что-нибудь на военную тематику? 

- По заказу Первого канала мы недавно сняли фильм, назвали его `Рота`. Но поскольку Федор Бондарчук уже снял `Девятую роту`, нам придется придумывать новое название. Сейчас работаем над картиной `Не хлебом единым` по роману Владимира Дудинцева. На фоне современных лент с многомиллионными бюджетами мы снимаем за копейки - деньги на картину дали Министерство культуры и правительство Москвы. Но это достойная работа, поэтому уверен, что в прокате фильм... провалится. Ведь мой зритель в кино не ходит. Раньше я гордился сборами от своих картин, тем, что они пользовались успехом. Я был убежден, что у нас самая образованная, самая лучшая в мире публика. Но сегодня в кино ходят тинейджеры и яппи - 35-40-летняя дурь. Мне совершенно не хочется для них работать. 

- Выходит, что ваша публика - это те, кому за 50? 

- Нет. Моя публика - это те люди, которые не разучились читать, они воспитаны в советской школе и знают, например, об американской литературе больше, чем сами американцы. Мой зритель в кино не ходит, потому что у него, как правило, нет денег на посещение современного кинотеатра. Для моего зрителя противен сам запах этих кинотеатров, противны фильмы, которые там показывают, и противны люди, жующие рядом поп-корн. Вот что-что, а поп-корн у меня никак не монтируется с представлением о кино! Слава богу, что в театре и в консерватории пока не жуют поп-корн. 

- Прошло 15 лет с тех пор, как вы сняли нашумевший фильм `Так жить нельзя`. А так, как мы сегодня живем, жить можно? 

- Стало еще хуже. Упаси господи, чтобы я мечтал о возврате советских времен. Но в те годы мы ведь мечтали о другом. Надеялись построить демократическую Россию, ради этого я и стал заниматься политикой. Но я же стал политиком не с приходом в Думу, а с моих выступлений в газетах, с моих документальных фильмов. Теперь мы построили криминальную страну. Мы думали, что совершаем демократическую революцию, а совершили криминальную. Нужно помнить историю: революции задумывают романтики, совершают фанатики, а ее плодами пользуются негодяи. Плодами демократической революции 1985-1991 годов воспользовались негодяи, а после буржуазного переворота 1991 года страной стали править просто жулики. Помните убийства в начале 90-х олигархов, сколотивших миллиардные состояния в течение года? Страну просто разграбили. Так, как сейчас, тоже жить нельзя. Я был убежден, что горбачевские реформы приведут к рождению новой демократической страны, а получилось то, что получилось. Поэтому потом я и снял `Великую криминальную революцию`. Этот фильм, кстати, до сих пор не показал ни один телеканал. 

- Я недавно узнал, что бывшие партийные работники приравнены к госслужащим и получают теперь соответствующую пенсию. В таком случае за что боролись в августе 1991 года? Что тогда вы защищали в Белом доме, если бывшие функционеры антинародной партии получают повышенную пенсию? 

- Мы были одураченной публикой, потому что освобождали путь ворам и жуликам. 

- Вы интеллигенцию называете одураченной публикой? 

- Да, это всегда самая одураченная публика. 

- Что, и Ростропович с автоматом тоже зря стоял? 

- Я с ним в свое время поспорил на ящик шампанского, что он будет стыдиться того, что защищал Ельцина. Потом мы встречались несколько раз... Но разве он признается, что он делал это зря? 

- Ради чего тогда погибли в 91-м трое парней? 

- На них никто не нападал. Это они закрыли смотровые щели в танках и сами же под гусеницы попали. Может быть, они не были пьяными и обкуренными, но в это сложно поверить, потому что в те три августовских дня все были выпившие. То, что их никто специально не давил, точно известно. Никакого геройства в этом нет, да и танки уходили от Белого дома в свою часть. Вы лучше вспомните следующий переворот - октябрь 1993 года. Вот тогда танки действительно шуровали по Белому дому. 

- В 1991 году вам предлагали пост министра культуры. Почему вы отказались? 

- Я тогда подумал-подумал - ну какой из меня чиновник? Работать в парламенте действующим политиком - это одно, а руководить отраслью - совсем другое, это очень сложно. Кроме того, я знаю свой характер. 

- А по депутатскому креслу не скучаете? 

- Нет. Те три срока, которые я отбывал там, были очень активными. В 1996 году, когда я возглавил в Думе комитет по культуре, кинематограф находился в ужасающем состоянии. По `Мосфильму` бегали крысы. Представляете, женщина в одиночку не могла пройти там по коридору. Все студии были закрыты. Пустой `Мосфильм` - это было страшное зрелище. А студия `Ленфильм` или Киностудия имени Горького - еще в худшем состоянии: разруха, как после войны. Да и сама культура находилась в бедственном положении. Именно тогда мы приняли закон о государственной поддержке кинематографа. С тех пор кино стало расти как на дрожжах, появилось и частное финансирование. Сегодня кино стало выгодным делом. Еще мы освободили кинематограф от НДС на века - это записано в Бюджетном кодексе. Это послабление очень повлияло на возрождение отрасли. До моего прихода в парламент культура финансировалась на 50-60 процентов. В последние годы она уже финансируется на 100, а то и на 120 процентов за счет дополнительных доходов. 

- Сейчас бываете в Думе? 

- Иногда. 

- Не коробит отсутствие там ярких личностей? 

- Думу всегда ругали за отсутствие в ней лиц. Между тем там были нобелевские лауреаты, прекрасные ученые, замечательные военачальники и настоящие художники. Но очевидно, что сегодняшний парламент избран не демократическим способом и он не может отстаивать интересы народа. У нас не появляются и не могут появиться новые политики, ибо на самом низком уровне все решают деньги и административный ресурс. Как же так? У нас что, нет людей образованных и способных управлять государством? Есть. Но они никогда не могут подняться в высшие эшелоны власти, потому что их зарубят в самом начале. 

- Вы всегда критикуете власть, а она никак вам не отвечает за вашу критику. 

- Я говорю правду - то, что думаю и то, что очевидно каждому. Кроме того, мне кажется, что это обязанность художника - критически относиться к власти, особенно когда власть недостаточно заботится о своем народе. 

- Для этого вы и пошли в политику. Но вот непонятно: как вам удалось в первый раз стать депутатом, кажется, от компартии, а второй - от лужковского `Отечества`? 

- У вас неправильная информация. Я никогда не был ни членом КПСС, ни членом КПРФ. Вспомните мой фильм `Так жить нельзя`. Люди после его просмотра выходили и сжигали свои партбилеты на площадях. Так что я никогда не был с коммунистами. В первый раз я был в Думе председателем фракции ДПР. Что касается блока `Отечество`, то я оказался в партии двух людей, которым безгранично доверял и которых уважаю до сих пор. Это Юрий Лужков и Евгений Примаков. Они доказали делом, на что они способны. Посмотрите на Москву и сравните - как она изменилась с советских времен! Вспомните те восемь месяцев, когда Примаков был премьером, учитывая, что он взял страну просто в катастрофическом состоянии после дефолта. Конечно, кто-то из них мог и должен был стать президентом, если бы не началась позорная кампания - вспомните этого мерзавца Доренко. Вспомните, что он молол в своей программе: и что Примаков завтра умрет, и что он живет только на одних таблетках, и что у него вот такое бедро, даже схему показал, и что против Лужкова возбуждены сотни уголовных дел. Евгений Максимович до сих пор, слава богу, жив-здоров, а Лужков выиграл у Доренко все суды. 

- В ваших последних фильмах очень заметна прежде всего ваша гражданская позиция. Но ведь у вас была и замечательная экранизация `Тома Сойера`. Не хотелось бы снять что-то похожее на ту романтику? 

- Ну сколько можно этим заниматься! Я же десять лет потратил на детское кино - `Приключения Робинзона Крузо`, `Дети капитана Гранта`, `Том Сойер`, `Пираты ХХ века`. Свой вклад в воспитание подрастающего поколения я внес, и этого достаточно. У меня много других идей, и мне хочется их осуществить. 

- Недавно посмотрел по ТВ `Пиратов ХХ века`. Если честно, после нынешних боевиков смотрел с улыбкой. 

- На фоне современных боевиков он кажется изящной романтической картиной. Мне за него не стыдно, а вот от сегодняшних боевиков мутит. 

- Парадокс получается, Станислав Сергеевич. Кино ожило, народ в очереди стоит за билетами в кинотеатр, а вы недовольны. 

- Одновременно с этим в стране произошла культурная, эстетическая революция, другими словами - абсолютная деградация. Теперь наша молодежь ничем не отличается от тупых американцев или обкуренных голландцев. Пожалуй, даже тупее и глупее. 

- Что же вы хотите, если столько лет их учили смеяться над своей родиной... 

- Что есть, то есть. Есть и опошление, и изолгание истории. Да что мы говорим о стране, которая позволяет главным телеканалам показывать фильмы, где американцы убивают русских и где русские выставляются придурками. Вспомните хотя бы того пьяного русского космонавта с кувалдой и в шапке-ушанке в каком-то американском фильме. О каком патриотизме можно говорить после этого? Кажется, еще Пушкин говорил: `Уважение к минувшему - вот что отличает человека от дикаря`. 

- Тех, кто говорит об этом, обычно тут же записывают в ретрограды или в коммунисты... 

- Меня всегда объявляли ретроградом. Наверное, после моих высказываний меня можно записать и в коммунисты, но это не так, они у меня отца отняли. 

- Вы назвали интеллигенцию `самой одураченной публикой`. Кому тогда можно верить простому человеку? 

- Никому. Если бы у меня была надежда на армию, то я сказал бы, что ей. Но ее довели до такого состояния, что военные просто вынуждены побираться и воровать. 

- Если проследить хронологию, то перерыв между вашими фильмами длится обычно два года. 

- При советской власти я снимал фильмы раз в два года. Когда я работал в Думе, перерыв был больше. За 10 лет, пока был в парламенте, снял всего полторы картины. Сегодня на подготовку к фильму тоже уходит год. Раньше этот год уходил на утверждение сценария в Госкино, на то, на се. Сегодня больше времени уходит на поиск денег. Это может быть и год, и три. Но сегодняшнему зрителю серьезное кино все равно не интересно... И это при том, что у нас достаточно `звезд` занято. В `Не хлебом единым`, к примеру, играет талантливый и суперпопулярный Виктор Сухоруков, а Александр Розенбаум впервые сыграл там первую драматическую роль. Но это ничего не изменит, потому что люди, которые приходят в кино, воспитаны на Голливуде. 

- Но кому-то удается и без `звезд` снимать кино. Вспомните Сокурова. 

- А кто смотрит его фильмы? Он же в основном делает фильмы для западных фестивалей. Даже на отечественных кинофестивалях он не бывает. Однажды он обиделся на `Кинотавр` - его фильму дали не самый главный приз. Мне, кстати, не понравились его фильмы ни про Ленина, ни про Гитлера. Я вообще не люблю, когда о великих личностях говорят на уровне анекдота. А эти фигуры, безусловно, великие, они гении. Правда, гении злодейства. 

- Наши артисты как-то быстро научились у западных рассказывать в гламурных журналах о своих нарядах, сколько они стоят, о своих машинах, дачах, роскошных квартирах. А вот Кира Муратова живет в обычном старом доме... 

- Я лично всю жизнь прожил в бараках, да не в таких, про которые пел Высоцкий, где `на 38 комнаток всего одна уборная`. А в таких, где на восемь бараков одна уборная. Закончив университет и работая на Казанском телевидении, я спал под столом. Всю жизнь я мечтал о даче, никак не мог заработать на нее. Полгода назад она у меня появилась. Теперь, правда, из-за этого я по уши в долгах. Сижу и думаю, что бы такого замутить, чтобы заработать? Ко всему прочему снимаю картину, которая не приносит ни копейки доходов. Если бы мне платили хотя бы за показы `Места встречи...`. Я, кстати, никогда не стремился ни к каким наградам и всячески пресекаю попытки представить меня к ордену. Мне не нужно звания народного артиста России, потому что считаю, что это глупо и неприлично. Представьте: народный артист Франции Бельмондо! 

- В одной телепередаче вы рассказывали, что занимаетесь спортом, следите за своим здоровьем, избегаете стрессов... 

- У вас неверная информация. Никакой физкультурой я не занимаюсь, и у меня нет никакого здорового образа жизни - ем когда придется, чаще всего на ночь. И еще много пью. Вчера раз 15 приложился к бутылке виски. Никаким спортом, кроме карт, бильярда и шахмат, я тоже не занимаюсь. У меня вообще такое ощущение, что провожу эксперимент на своем организме - сколько он может выдержать такой беспорядочный и безобразный образ жизни? Причем провожу уже очень много лет. Курю много. Если перевести с трубки на сигареты, то получается три пачки в день. Так что я скорее экспериментатор, чем рациональный человек. Я фаталист. Мне кажется, что где-то записано, когда я умру, во сколько и от чего. Но я не хочу знать, когда это случится со мной. 


Справка `НИ`