Глава V

– И как вам здесь спиться, – лукаво улыбнувшись, спросил граф. – Приведенья не беспокоят?
– Нет, – покачала головой девушка. – Я бы хотела у вас попросить остаться в замке, до завершения работы. Это не больше трех месяцев…
– Я не возражаю. – перебил ее мужчина.
– А где вы остановились, почему не здесь?
– Я гостюю у друзей. Давно грозился навестить их.
– Так вы не против? Что я здесь...
– Нет. – коротко заверил ее граф, прогуливаясь с ней по саду.


День клонился к завершению. Солнце алым диском спускалось к горизонту, окрашивая верхушки деревьев, крышу и стены замка в красно-оранжевый цвет. Прохладный вечерний ветерок, прошелестев в ветках, окутал Элизабет, заставив ее передернуть плечами и поежиться.
– Лето заканчивается, – нарушил создавшуюся тишину граф, – вечера становятся прохладней.
И подойдя к девушке сзади, накинул ей на плечи свою рубаху. Элиз глубоко втянула его запах, пряный и пьяняще сексуальный. Она обернулась и практически уткнулась носом в его голую грудь.
– Спасибо, – чуть слышно проговорила девушка, глядя на него снизу вверх. Даже при своем росте чуть больше 6 футов, она чувствовала себя карликом, по сравнению с его почти 6,5 футами роста.
В лучах угасающего дня граф походил на изваяние, на воина, высеченного из цельного гранита.
«Шрамы» – бросилось ей в глаза.
И позабыв про приличие и стеснение, Элизабет протянула вперед руку, легонько коснувшись глубокого рубца, над левей грудью.
– У вас много шрамов, – произнесла ели слышно девушка.
– Насыщенная молодость, – так же тихо произнес граф, накрывая своей ладонью ее руку.
– Как вы их получили? – не отнимая руку от горячего мужского тела, и не сводя с его зеленых глаз взгляда, спросила Элиз.
– Дерево, – он перешел на шепот.
– Вы любили в детстве лазить по деревьям? – в тон ему спросила девушка.
– Да, бывало.
– И, этот? – чуть пошевелив пальцами, допытывалась Элиз.
– Да. Неудачно упал… – тяжело выдохнул мужчина, сильнее прижав к своей груди ее руку.
Элизабет ель дышала, она боялась даже моргнуть. Его запах щекотал ее ноздри, затуманивая мозг, желание накатывала ни нее с каждой волной все сильнее и сильнее. Мужчина протянул к ней вторую руку, касаясь локона ее волос, выбившегося из прически.
– Элизабет… – почти пропел он ее имя бархатным голосом, от которого у нее становились ватными ноги.
– Что? – выдохнула она.
– У вас красивый цвет волос.
– Рыжий, – чуть дыша, прошептала девушка.
– В лучах умирающего дня, они как языки пламени, больно обжигающие и в тоже время согревающие мою израненную душу.
«Его слова…» – вертелось в мозгу, но она уже не понимала их смысла. Граф нежно коснулся своими губами ее уст. Его поцелуй был горячим, полным любви и страсти. Ненавязчивое касание не встретив па пути преграды, стал напористей и требовательным. Он медленно, и не спеша, штурмовал ее губы, то слегка касаясь и дразня, то больно прикусывая их, и проникая языком вовнутрь. Страсть нарастала с каждым его прикосновением. Мужчина притянул девушку к себе, к своей горячей груди. Элизабет слышала его тяжелое и прерывистое дыхание, биение сердца, отбивающее чечетку.
– Ты моя… – услышала Элиз холодный возвращающий ее из мира страсти в реальность голос в шелесте листвы над головой.
Ненависть, опасность и страх в голосе, от которого по спине девушки пробежался предсмертный холод, заставил ее оторваться от сладострастных губ графа и отступить на шаг назад. Он поднял на мгновение голову вверх, на кроны деревьев, кого-то, ища.
– Что-то не так? – спросил граф, не понимая чем, мог ее спугнуть или это сделал кто-то другой.
– Она моя… – снова она услышала голос, с ненавистью обращенный к графу.
– Простите, – бросила Элизабет и быстрым шагом, почти переходящий в бег, направилась к замку. Оставив за спиной в сумеречной тени деревьев графа и частичку своей души.
Ворвавшись в комнату тяжело дыша, Элизабет захлопнув двери, прислонилась к ним спиной. Легкие сжимала боль, не хватала воздуха, она задыхалась.
– Что я делаю? – тяжело и часто дыша, задавалась вопросом Элизабет. Но не находила ответа.
Она, до сих пор слыша эхо холодящего душу голоса, и сползя на пол, зажала руками уши. А он все звучал, предупреждающе угрожая, но не ей, а графу. Последние услышанные слова были адресованы не Элизабет, они предназначались ему. Но слышал ли он их? Может это снова плот ее разгулявшегося воображения. Никогда с ней не происходило ни чего хорошего, что бы после не было и плохого. Со временем голос стал отдаленным и приглушенным, а вскоре и вовсе исчез. В объятьях графа Конлона, девушка чувствовала себя как за каменой стеной. Он был таким родным, таким желанным. Просидев на полу около часа и прейдя в себя, Элизабет поднявшись на ноги, подошла к окну. Она чувствовала в саду, среди деревьев кто-то был. Он пристально смотрел в ее окно. Холод. От него шел холодящий душу холод. Это был не граф, в этом девушка была уверена на все 101%. Отодвинув занавеску, Элизабет взглянула в мрак сада. Под лунным светов, в тени деревьев девушка увидела силуэт. Он был чуть ниже чем, если бы это был граф Конлон, и худощавей. Элиз потерла глаза и еще раз всмотрелась в мгу, но там уже никого не было.
Страх с новой силой рос в ней, заполонив все ее сознание. Девушка, задернув плотно шторы и, заперев дверь на ключ, нырнула под одеяло. Свет был выключен, но лунный свет, проникавший сквозь шторы, давал достаточно света, чтобы рассмотреть, что в комнате кроме нее одной никого не было. Элизабет пробежала глазами по всей спальне, намереваясь не спать до самого утра. Но столь насыщенный день и переживания, страсти и страха, взяли верх. Элизабет сомкнув на мгновение ресницы, провалилась в сон.
Пристальный взгляд, от которого девушку бросило в жар и пересохло во рту, заставил ее открыть глаза. У двери, во мраке, она увидела темный силуэт мужчины. Сев в постели и подтянув к лицу одеяло, девушка широко открытыми глазами пыталась рассмотреть, плот ли это ее уставшего мозга или там действительно стоял живой человек. Глядя на него, Элизабет не ощущала ни ужаса, ни страха, только доверие и теплоту. Страсть? Она чувствовала ее, в темном силуэте, она витала в воздухе, чувствовала ее в себе. Девушка напряглась в ожидании, что же будет дальше? Силуэт оставался стоять все на том же месте, не шевелясь. Она не видела его, да и не была уверена, что он принадлежал живому человеку, ведь дверь была заперта на ключ изнутри. Может это просто тень? Но Элиз точно чувствовала на себе чей-то пристально-знакомый взгляд, успокаивающий и убаюкивающий ее. Девушка сползла под одеяло и, не сводя взгляда с силуэта.
– Спи… – прошептал ворвавшийся ниоткуда ветерок в комнате, – Спи…
– Мой Ангел-хранитель, – прошептала она перед тем, как стала медленно проваливаться в сон.


Настойчивый и монотонный стук в ее дверь заставил Элизабет вскочить на ноги и подбежать к двери.
– Кто? – сонно пробормотала девушка.
– Как это «кто»? – раздался голос Кэтти.
Щелкнул дверной замок и, в комнату ворвалась перепуганная Кэтти.
– С тобой все в порядке? – ощупывая ее, тараторила девушка. – Я с пол часа как стучу в твою запертую дверь. Почему она закрыта? Ты не сама? Не стоило мне оставлять тебя одну в этом, доме…
– Кэтти, уймись, – сонно произнесла Элиз, подняв вверх руки и закрывая уши.
– Что случилось? – уже чуть тише продолжала девушка. – С тобой все в порядке?
– Было, – вяло произнесла Элиз, возвращаясь в постель, – до твоего прихода.
– Ты точно заболела!
– Нет, – сонно промямлила девушка, укрываясь с головой одеялом.
– Уже десять, а ты еще в пастели.
– Как «десять»? – вскочила Элизабет, глядя на часы. – Рабочий день! – воскликнула она, выскакивая из кровати и влетая в ванную комнату.
Через пол часа, приняв душ и необходимую дозу кофеина, Элизабет была в полной боевой готовности.
– Ну? – начала Кэтти, уединившись с Элиз после рабочего дня, в беседке в саду. – Рассказывай.
– Что? – улыбаясь, подняла на подругу глаза девушка.
– Снова сны?
– Ты о чем? – вопросом на вопрос ответила Элизабет.
– Я о страшных снах, называемых кошмарами, – язвительно объяснила Кэтти. – Они снова тебе сняться?
– Нет. После моего «сожжения» на костре, ни-че-го. Ни кошмаров, ни голосов.
– Почему у тебя была заперта дверь? Ты была не одна? Где ты его прятала? – напирала Кэтти, – Мне не стоило оставлять тебя одну.
– Нет, все в порядке, Кэтти. Честно, – заверила подругу Элиз. – Сама не могу понять, когда я закрыла дверь.
– Чем ты вчера занималась? – успокоившись, перешла на другую тему Кэтти.
– Отдыхала, – увернулась от полного ответа Элизабет. – А как у тебя все прошло? – лукаво улыбнувшись, подхватила девушка.
– Это было что-то… – прикусывая нижнюю губку, произнесла Кэтти.
– Ну же, рассказывай! – потребовала Элиз.
– Я провела такую ночь с Вальдемаром…
– С кем? – прервала ее подруга, – С каким это еще Вальдемаром? Ты же должна была быть с Натаном? И что за имя Вальдемар?
– Так, рассказываю по порядку. Вечер начала с Натаном, но мы слегка поссорились и, я ушла. Состояние было, как будто в душу насрали. Я зашла в первый встречный паб. Вот там я и познакомилась с ним. Он или швед ли норвежец, не помню. – объяснила Кэтти. – но в постели он… м-м-м.
– Какой он из себя? Опиши.
– Высокий, стройный, черные волосы, темные, почти черные глаза…
– Я хочу его увидеть. Когда вы встречаетесь в следующий раз?
– Не знаю, он обещал позвонить. – протянула Кэтти, – Тебе надо найти пару.
– Зачем?
– Сделаем двойное свидание.
– Кэтти, ты же знаешь…
– Все, договорились. – вставила девушка. – Я попрошу его познакомить тебя с каким-нибудь его другом.
– А может… – хотела возразить Элиз но, услышав за спиною шаги, замерла.
– Доброго вечера, дамы. – Раздался бархатный голос графа.
– Граф Конлон? – на одном дыхании произнесла Элиз, оборачиваясь.
– Это вам, мисс Эванс. – И мужчина протянул девушке букет полевых цветов. – А это вам, мисс Хилл, – и выбрав из букета один цветок, протянул его Кэтти.
– Благодарю. – почти промурлыкала Кэтти в ответ, хлопая ресницами.
– Как спалось, мисс Эванс? Призраки не беспокоили? – многозначно улыбнулся граф, пристально глядя на Элизабет.
– Спасибо, хорошо. – застенчиво улыбнулась она. – Простите меня, – чуть слышно добавила Элиз.
– За что?
– За вчерашнее.
– Не стоит. Это мне следует просить у вас прощенья.
Кэтти молча наблюдала за их разговором. Они так смотрели друг на друга, что казалось, находились где-то далеко, в своем собственном мире, где кроме них не было ни души. «Это интересно» – подумала Кэтти, внимательно поглощая каждое сказанное слово.
– Ваша рубашка, – несмело проронила девушка, вертя в руках букет.
– Можете оставить ее себе. На помять, о первой нашей встрече.
– Эк-ге, – прочистила горло Кэтти, давая понять им, что она до сих пор здесь.
– Рад был вас видеть, мисс Эванс. Мисс Хилл. – И граф почтительно поклонившись, удалился.
– Это что было? – подскочив к подруге, выпалила Кэтти. – О какой рубашке шла речь?
– Простая рубашка, – зардевшись, процедила сквозь зубы Элизабет.
– Рассказывай, – наседала Кэтти.
– Ничего такого, – отмахнулась Элиз. – Мы с графом вчера виделись, поговорили.
– И все? Просто говорили?
– Да.
– Как же тогда его рубашка оказалась у тебя?
– Мы допоздна гуляли, я замерзла, он дал мне свою рубаху.
– И все? – не веря Элиз, настаивала Кэтти.
– Нет, – улыбнувшись, прошептала девушка.
– Я слушаю.
– Мы целовались.
– О-о-о, – протянула Кэтти, – Это уже интересней.
– На этом все.
– Как все?
– Я убежала.
– Почему? Он плохо целуется?
– О, нет. Целуется он божественно.
– Тогда в чем дело?
– Я услышала голос.
Рассказ Элизабет о «голосах», больше походил на бред одинокой сумасшедшей женщины. Но почему-то Кэтти спокойно относилась к происходящему и спокойно выслушивала подругу. Объясняя все переизбытком гормонов и одиночеством, и пыталась найти подруге парня. Но безрезультатно. «Поэтому, – объясняла Кэтти, – тебе и сняться такие странные сны и чудятся голоса».
– И что он на этот раз сказал?
– Это был другой голос.
– Это что-то новенькое.
– Он произнес «ты моя». Он был какой-то злой и холодный. У меня от него мурашки по коже, да же при самом воспоминании. – передернула она плечами.
Кэтти лишь пожала плечами не найдя что сказать в ответ.

Сны. Они снились ей каждую ночь. Пару ночей, силуэт просто стоял у двери, охраняя ее сон. Элиз привыкла к своему тайному охраннику, и спала младенческим сном до самого рассвета. Но этой ночью все изменилось.
Приняв ванну и улегшись спать, Элиз ждала его появления. Только зная, что он здесь она мгновенно проваливалась в сон, но не в этот раз. Он появился, как только Элиз выключила свет, и в окно заглянула яркий лик луны. Несколько минут он стоял не шевелясь наблюдая за ней. Ее стал одолевать сон, и Элиз прикрыла глаза. Тихий шорох заставил девушку приоткрыть глаза. Силуэт медленно плыл в ее сторону, но даже в лунном свете проникающий в окно, не задернутое занавесками, она не могла понять, это был живой человек или плод ее воображения, возникший в результате недавних событий.
Он медленно, кошачьей походкой, приближался к ее постели. Силуэт, подойдя к ее кровати сел на край, и протянув вперед руку, нежно коснулся ее лица. Он был реален, она чувствовала, как он коснулся ее теплой рукой, слышала его прерывистое дыхание, биение его сердца. Элизабет блаженно прикрыла глаза. Ни страха, ни тревоги только нарастающая с каждым прикосновением сжигающая страсть. Она полностью и всецело доверяла этому незнакомцу, готовая поддаться его чарам и вручить себя всю. Мужчина поддался вперед, коснувшись ее губ. Страстный и требовательный поцелуй, не терпящий неповиновения и требующий подчинения, и она подчинилась, вверяя себя ему.
Элизабет чувствовала тяжесть его тела, жар, исходящий от горячей кожи, слышала неровное биение его сердца, тяжелое прерывистое дыхание. Его руки коснулись ее груди, нежно лаская отвердевшие соски. Электрический заряд пробежался от самых кончиков волос до кончиков пальцев на ногах, заставляя ее простонать. Эти сладострастные муки пробуждали в ней желание, накрывающее ее с головой. И Элизабет открылась ему, предлагая себя всю. Но он не спешил воспользоваться столь открытым приглашением, он не спеша, дарил ей ласку, доводя девушку до пика блаженства лаская ее разгоряченное тело, покрывая каждый его дюйм поцелуями, оставляя после себя мокрую дорожку от языка.
– Пожалуйста… – простонала Элиз, даже не ожидая от силуэта услышать и слова, ожидая только действия.
Она не знала реально это все или плод ее разыгравшегося воображения.
– Что? – прошептал знакомый бархатный голос.
«Кому он принадлежит?» – задавалась вопросов девушка. Ветру? Графу? Силуэту? Или это один и тот же человек, меняющий свои маски. Но сейчас ей было все равно, она хотела получить его, чувствовать его тяжесть в себе, его мужскую силу.
– Что? – повторил свой вопрос силуэт.
– Пожалуйста… – с трудом выдавила девушка надрывистым голосом.
– Скажи, – требовал он. – Скажи, чего ты хочешь?
– Тебя… – простонала Элиз, впиваясь пальцами в подушку над головой, – я хочу чувствовать тебя… в себе…
Он накрыл своим ртом ее распухшие от страстных поцелуев губы, приглушая ее стон.
– Не сейчас, – оторвавшись от нее, произнес силуэт. – Слишком рано. Не время. Еще не время…
– Почему? – выдохнула разочарованно Элизабет, уже не чувствуя на себе его горячего дыхания, властных рук, тяжести тела.

Эти сны были такими реальными, каждую ночь он приходил к ней, дабы даровать по истине неземное блаженство, при этом оставляя ее чистой и нетронутой. Оставляя ее тело девственным.