Предисловие: Мы узнали про Олесю Кречетову в 1998 году, когда в газете “Труд-7” появилась большая статья о ней, а чуть позже и в телепередаче “Времечко” прошёл сюжет о девушке из города Тамбова, побывавшей в 1996 году в Москве на концерте Майкла Джексона. Казалось бы, что такого, там были многие люди из самых разных городов. Но для Олеси это была особенная поездка. Из статьи “Олеся и Майкл” (Труд-7): “Олеся Кречетова росла красивой и бойкой девчонкой. В школу пошла в шесть лет. В семь она заболела гриппом. Обычное вроде бы дело. Однако в её судьбе наступил перелом. Болезнь дала жестокое осложнение: девочка стала плохо ходить. Диагноз – миопатия (нервно-мышечная дистрофия). “Незаметно слабеешь, слабеешь, - говорит Олеся. – Вначале ходишь, играешь – ничего… Только устаёшь. Проходит зима, наступает следующее лето – ты уже сама не можешь подняться по лестнице, просишь, чтобы кто-то за руку поддерживал”. В январе 1994 года Олеся окончательно перестала ходить”. Болезнь постепенно прогрессировала, и в 1996 году, оказавшись в Москве и увидев Майкла, Олеся уже даже не могла поднять руку, чтобы помахать ему. Добраться в таком состоянии из Тамбова в Москву было почти немыслимо сложно, и зная, что Олеся всё же смогла осуществить свою мечту, нетрудно, наверное, понять, ЧТО для неё Майкл. Вот как описывала свою поездку сама Олеся: 17 сентября 1996. Когда я уже решила, что раз денег в семье нет, то я не буду рваться на концерт, и смирюсь, я увидела по ТВ репортаж о концерте в Праге. И тут я поняла, что если не сейчас, то никогда. Если я не поеду, я никогда не увижу Майкла. Ни-ког-да. Эта мысль привела меня в ужас. В самый ужасный ужас – просто ничего не было впереди. Я не заметила, как слёзы переросли в истерику, мне было всё равно. Через два часа моих рыданий мама не выдержала: “Мы поедем, только не рыдай! Займём где-нибудь и поедем”. Из статьи “Олеся и Майкл”: “Они с мамой решили ехать. Первой проблемой, вставшей перед ними, были, естественно, деньги… Нашлись спонсоры, помогли немного. Понятие “комфорт” не входило в планы поездки. Сумка с провизией на плече – и всё. Проверили инвалидную коляску, подвинтили, подкрутили, смазали и – в путь, в плацкартном вагоне”. 17-го утром в 03.30 мы приехали в Москву. До 8.00 мы ждали на вокзале мою подругу Олю, которая приехала вчера и купила мне билет на концерт. Дождались и пошли с Павелецкого вокзала на Красную площадь пешком. Около 10-ти утра мы пришли к “Балчугу”. Фэнов было мало, все кричали “Майкл! Майкл!”, тоже хотелось крикнуть что-нибудь! Мы постояли около отеля часа полтора, Майкл не выглянул ни разу. С реки дул пронизывающий холодный ветер, я очень замёрзла. Охранник из Балчуга, его звали Владимир, пожалел нас, наверное, – подошёл к маме и сказал, что Майкл сегодня не выйдет, так как сегодня концерт, лучше прийти завтра. Так не хотелось уходить, ведь Майкл был так близко, казалось, если постоять ещё чуть-чуть, то он обязательно выглянет. Мама уговорила меня не стоять там больше и пойти на стадион. К 15.00 мы пришли на “Динамо”. Тысячи фэнов ждали концерт! Так интересно видеть такое огромное количество фэнов сразу, вместе! Но меня очень удивило то, что почти все курили. Я была просто в шоке от этого. Посмотрев на орущие, мечущиеся толпы фэнов, мама сказала, что нечего тут делать, надо заходить внутрь. Как вам оказаться с мамой в такой ситуации!?! Но в этом тоже есть свои преимущества – уже через час я была внутри! Самая первая! Нас пропустили через въезд для грузовых машин, маме разрешили пройти со мной как сопровождающему, без билета! А папа остался стоять на улице. Так он и простоял там до самого окончания концерта. Было интересно посмотреть, как достраивают сцену и ограждения рабочие Майкла и наши. Рабочие Майкла спокойно, со знанием дела брали нужные им вещи и делали; наши рабочие орали друг на друга, ругались матом, бешено гонялись в поисках инструментов и т.д. Там было столько много военных, на пустом стадионе это особенно заметно! Я видела, как запустили первых зрителей – они спокойно добежали и заняли самые ближние места. Всё то время, что я была на стадионе до того, как туда пустили первых зрителей, я искала себе лучшее место. Один полковник даже пытался помочь мне, но ничего у нас не получилось – когда все вокруг стоят, сидящему видно плохо. А специальных мест для инвалидов организаторы, конечно, не предусмотрели. Нас там было четверо, и поставили нас около скорых на беговых дорожках. И было почти ничего не видно. Мама попросила двух солдат помочь мне. Они подняли меня, мама сложила коляску и они посадили меня на подлокотники сложенной коляски – так получилось повыше. Видно было намного лучше! Но военные в своих огромных фуражках и касках постоянно вставали передо мной, и маме приходилось просить их отойти чуть в сторону. Описать концерт я точно не смогу – надо просто быть на концерте! Могу сказать только то, что Майкл – СУПЕР. После концерта мы встретились с папой. Он бедный стоял на улице всё это время до часа ночи. Он сказал, что минут за 15 до окончания концерта стали пускать всех желающих безбилетников. Но у него с собой была сумка, поэтому его не пропустили. Мы пошли переночевать на Белорусский вокзал. Я уснула по дороге. 18 сентября 1996. В 9.00 мы пришли к отелю, там было уже много фэнов, все стояли за заграждениями. Я оказалась позади всех, и мне было ничего не видно. Мои друзья посоветовали мне спросить у милиционеров, нельзя ли мне встать перед заграждениями. Они сказали, что нельзя. Часов в 10.00 подошёл Владимир и сказал, что если я немного подожду, то он поможет мне пройти к дверям отеля, чтобы встретиться с Майклом. Но сначала ему надо договорится с охраной Майкла. (Конечно,подожду, я и не собиралась никуда уходить!!!!!) В 11.00 Владимир пришёл за нами и провёл нас с мамой прямо к дверям Балчуга. Я начала сочинять речь, ведь надо что-то сказать Майклу!!!!! Ко мне подошёл какой то человек и протянул мне диск. Я совершенно не ожидала – я не видела, как он шёл, увидела только, когда он уже стоял передо мной. Я сказала “спасибо” по-русски и взяла диск. Он улыбнулся и ушёл. Оказалось, это был Дэнис, водитель Майкла, а диск “Триллер”. Шло время, очень много людей постоянно выходило из отеля, и каждый раз я вздрагивала, мне казалось, что это Майкл. Стали выходить люди Майкла. Вышел его фотограф, подошёл ко мне, спрашивает: “Ты фэн Майкла Джексона?” Я ответила: “Да”. “О! ты говоришь по-английски!” – сказал он удивлённо. “Да” – ответила я ему. “Можно я тебя сфотографирую?”. “Да”. К этому времени я так замёрзла и устала (за последние двое суток я спала только 3 часа), что ничего кроме “да” я ответить не смогла. Прошёл Уэйн Нэйджин, он увидел меня с постером на коленях, и спросил: “Ты хочешь, чтобы Майкл подписал тебе этот постер?” Я ответила: “Да!” Он сказал: “Нет проблем!”, и вошёл в отель. Представляете мои чувства?! Я знала, что скоро ко мне подойдёт Майкл!!! Люди из отеля шли и шли, и каждый раз я вздрагивала, думая, что это Майкл. И тут он вышел. Как раз к этому моменту я уже совершенно успокоилась и не ждала его. Майкл подошёл ко мне, присел на одно колено, я сказала ему “Привет, Майкл”, он ответил “Привет”. Я протянула ему карандаш, он взял и расписался на моём постере. Он написал ”Love Michael Jackson”. Я была так спокойна, что забыла посмотреть на Майкла. Но, когда он писал, я смотрела на его руки. Его пальцы были стройными, белыми и ярким контрастом к ним были мои замёрзшие, распухшие, красные. Ещё он подписал постер Владимиру (который я дала ему), поднял его высоко и показал всем фэнам. Затем Майкл вернул постер Владимиру и протянул карандаш, не зная, кто его возьмёт. Майкл явно забыл, у кого он взял карандаш. Я протянула руку, и Майкл отдал его мне. Майкл посмотрел мне прямо в глаза, и тут я поняла, что ничего не сказала ему. А он уже пошёл к своей машине. Я крикнула ему: ”Ты делаешь мою жизнь счастливой, Майкл”. Он помахал рукой – раньше я думала, что мне, а теперь, посмотрев видео, думаю, что всем остальным фэнам. Так что, наверно, он не слышал меня. Он сел в машину. Я была меньше, чем в метре от Майкла, но сначала я не видела его, так как стёкла были тёмные. Потом я разглядела его силуэт: шляпу, кудряшки. Мама взяла мою руку, подняла и помахала Майклу, а я послала ему воздушный поцелуй. Майкл видел это, он послал мне в ответ несколько воздушных поцелуев!!! Ещё несколько секунд я смотрела на Майкла и улыбалась. Может быть он тоже смотрел на меня!! Дэнис сидел впереди, рядом с водителем, он открыл окно и сказал мне “пока”, я сказала “до свидания” и они уехали. Майкл поехал на Красную Площадь. Туда я не попала, так как надо было очень далеко обходить и мы подумали, что не успеем. Мы не знали, что Майкл пробудет там так долго. Мы пошли на вокзал. Увижу ли я Майкла когда-нибудь ещё? Хоть к этой встрече у меня нет какого-то благоговения и восхищения – я бы хотела простого, дружеского разговора … Но мне эта встреча была нужна даже такой. Мне было важно увидеть Майкла и я его увидела. Если бы сейчас он приехал, я знаю, что сделала бы всё, чтобы увидеть его снова… Здесь вы можете поставить виртуальную свечу в память об Олесе Кречетовой. Чтобы присоединить вашу свечу к группе свечей, зажжённых в память об Олесе, в окошечке "группа" напишите "Олеся" - http://www.gratefulness.org/candles/enter.cfm?l=rus