Гермиона Грейнджер сидела в комнате, которую делила вместе с Джинни Уизли в особняке Блеков на площади Гриммо, 12. Маги из Ордена Феникса переправили ее сюда несколько дней назад. Родители Гермионы были явно недовольны, что им пришлось так мало времени провести с дочерью, которую они и так не видят месяцами, но сдались, как только узнали, что девочку забирают из родного дома исключительно ради обеспечения ее же безопасности. Гермионе не очень понравилось, как вели себя Грюм и его подручные в ее доме, но она знала, что поселить ее в штабе Ордена Феникса это решение Дамблдора, а значит так нужно. Гермиона тяжело вздохнула. Она беспокоилась о Гарри. Он так и оставался у своих родственников, и девушка никак не могла понять, почему его не забирают оттуда.
Все дни проходили в бесконечной уборке старого особняка, в котором жили многие поколения Блеков. Дом был ужасно запущен, так как единственный эльф, оставшийся в доме, не справлялся или же не хотел справляться со своими обязанностями по поддержанию в особняке хотя бы относительной чистоты и порядка.
Гермионе было жаль старого Кричера, который сохранял преданность последней хозяйке дома – матери Сириуса.
Эта ведьма еще при жизни обладала склочным характером, и сейчас ее портрет доставал всех обитателей дома своими криками, воплями и витиеватыми оскорблениями. Особенно это касалось Гермионы. Слова «грязнокровки», «предатель рода», «позор семьи» и тому подобное слышались каждый раз, когда кто-то по неосторожности будил спящую ведьму на картине. Снять портрет со стены или заставить замолчать миссис Блек не мог никто из Орденцев, включая самого Сириуса. Странности в поведении портрета Вальпургии Блек начались несколько дней назад, когда Сириус, пропавший, по словам Рона, на целый день, вернулся поздно вечером уставший, но чем-то очень довольный. Он даже не позаботился о том, чтобы не шуметь в коридоре, где висел всех доведший до белого каления портрет. Тогда Вальпурга посмотрела внимательно на сына, и впервые не произнесла ни слова, лишь как-то странно ухмыльнулась и покашляла с таким видом, что ей известно что-то такое, о чем остальные не догадываются, а она никому говорить не собирается.
Странность была и в поведении Сириуса. С этого дня он целыми днями пропадал где-то, возвращаясь в родовое поместье лишь поздно вечером или ночью. Правда он никогда не пропускал собрания Ордена Феникса, но был на них тише воды, ниже травы, в дискуссии не вступал, и отвечал только на вопросы, обращенные лично к нему. Пользуясь тем, что теперь Сириус был свободен, Дамблдор пытался привлечь его к патрулированию Косого переулка и значимых магических объектов, на что получал отрицательный ответ, мотивированный тем, что Сириусу необходимо было привести в порядок запущенные за двенадцать лет заключения дела. Дамблдор бесился, но сделать ничего не мог. Об этом Гермионе рассказал Рон, который, как оказалось жил здесь с самого начала каникул.
Гермиона сама всегда отличалась наблюдательностью и умением делать логические выводы. Все что она наблюдала в этом доме, а также рассказ Рона, наталкивало ее на размышления, за которыми ее и застала сова от Риты Скитер, принесшая пухлый конверт.
Гермиона в нетерпении разорвала конверт с письмом, удивляясь тому, что в этот раз Рита прислала что-то более значимое, чем обычный кусок пергамента с коротеньким отчетом о продвижении расследования. На кровать выпало несколько магических копий документов, прочитав которые Гермиона в шоке невидящим взглядом уставилась в пространство. Рита раскопала не так уж и много, но этого было достаточно, чтобы взбудоражить магическую Великобританию. Оказалось, что Волдеморт был женат, и у него была дочь. Рита смогла достать копии свидетельства о заключении магического брака между ним и некой Софи Де Ля Бурже, французской аристократкой. Более того, было свидетельство о рождении дочери Николь Софи Риддл, и свидетельство о смерти Софи Риддл. Гермиона в шоке рассматривала копии документов и не могла решить, что делать с полученной информацией. Она прекрасно понимала, что предавать огласке ее было нельзя, но девушке хотелось понять, что с ней делать. Решив, что необходимо поделиться полученной информацией с кем-то из старших, а лучше всего с самим директором Хогвартса, Гермиона тщательно собрала пергаменты, рассыпанные по ее кровати, и положила их обратно в конверт, решив дождаться вечера, когда должно было состояться очередное собрание Ордена.
- Гермиона! - Рон вошел в комнату и кинул хмурый взгляд на девушку, сидящую на кровати. - Ужин будет через десять минут. Мама просила не опаздывать, а то скоро будет собрание Ордена.
- А директор уже здесь?
- Да, и Сириус тоже. Вернулся полчаса назад и заперся в своей комнате.
- Сириус? Он что, опять не ночевал сегодня?
- Да. Только знаешь, Гермиона, я прошу тебя, не говори никому об этом.
- О том, что Сириус отсутствовал? А кто еще об этом знает?
- Только мои родители. Они и попросили меня и тебя не распространяться о том, что Сириус не был дома этой ночью.
Гермиона задумалась на мгновение и сказала:
- Хорошо, только я не понимаю, к чему такая секретность? Мне кажется, директор должен об этом знать. Тем более непонятно, где Сириус пропадает ночами. Он вообще в последнее время стал очень скрытен, молчалив и вообще... – Что имела в виду девушка под своим «вообще» она уточнять не стала.
- Гермиона, - Рон мрачно смотрел на девушку, - я не понимаю, что здесь происходит. Нам не разрешают писать Гарри, от него все скрывают, впрочем, от нас тоже. Не нравиться мне все это... - Рон отрешенно качал головой.
- Рон! - девушка вскинула на друга возмущенные глаза, - Директор знает, что делает. Если Гарри не положено ни о чем знать, значит так нужно.
Рон помрачнел еще больше.
- Ты считаешь, что если Гарри не будет ничего знать, он сможет справиться с Волдемортом?
- Рон! - Гермиона с возмущением вскочила с кровати, - Гарри все расскажут, когда придет время! Я уверена в этом! А сейчас он просто не готов.
- Ну да. И поэтому его заперли в доме с его ужасными маггловскими родственничками?
- Директору лучше знать... - снова начала Гермиона, но Рон ее перебил.
- Гермиона! Ну, разве ты не понимаешь? Гарри уже не единожды сталкивался с Волдемортом, и только с его потрясающим везением смог сделать от него ноги. Если он не будет знать, с чем и как бороться, однажды его везучесть просто изменит ему и... - Рон не договорил, поджал губы и отошел к окну, скрестив руки на груди и смотря на машины, проезжающие под окном.
- Рон! - возмущению Гермионы не было предела, но слова Рона удивили ее. Обычно беспечный друг, вдруг начал говорить странные вещи и ударился в странные рассуждения.
- Ладно, не бери в голову, Гермиона. - Рон вздохнул и посмотрел на подругу с натянутой улыбкой. - Идем ужинать?
Гермиона кивнула и молча вышла из комнаты, Рон последовал за ней.
В кухне собрались несколько членов Ордена Феникса, в том числе Сириус и Дамблдор. Сириус выглядел уставшим и измученным, он постоянно хмурился и кидал настороженные взгляды на директора Хогвартса. Дамблдор тоже был в каком-то подавленном настроении и обычные огоньки не светились в его глазах, скрытых за очками половинками.
Молли с упрямо поджатыми губами колдовала у плиты, кидая неодобрительные взгляды в сторону всех сидящих мужчин. Грюм и Кингсли, о чем-то тихо переговаривались, а Сириус не поднимал глаз от своих рук, лежащих на столе. Молли встретилась глазами с Артуром и кивком головы показала на Сириуса, стараясь, чтобы этого никто из присутствующих кроме мужа не заметил. Артур слегка пожал плечами, давая понять, что не знает, где этой ночью пропадал Сириус.
Гермиона наблюдала за взрослыми волшебниками, собравшимися за столом, и напряженно думала о том, что имел в виду Рон, начав несколько минут назад этот странный разговор в ее комнате. И еще из ее головы не выходила информация, присланная Ритой.
Во время ужина директор, видимо решив, что это необходимо знать и детям, сообщил о нападении на Азкабан. Крики, шум, испуганные и возмущенные возгласы наполнили столовую.
- Тихо! – голос директора перекрыл гвалт, - Я сообщил это при всех, потому что считаю, что это необходимо знать и детям тоже! – Дамблдор встретился взглядом с возмущенной Молли. – Да, я так считаю! – повторил он с нажимом. – Но ребята, я вас очень прошу, не сообщайте пока эту новость Гарри, ему пока не следует об этом знать.
Рон как-то странно посмотрел на директора, но промолчал. Гермиона, внутренне не соглашаясь с профессором, кивнула в ответ на его просьбу. В этот момент ее взгляд упал на Сириуса, который, прищурив глаза, смотрел на директора и молчал. Девушке показалось, что в глазах Блека сверкнуло презрение. Впрочем, в следующее мгновение взгляд стал равнодушно-спокойным, что тоже было странно, учитывая то, как Сириус относился к своему крестнику.
- Альбус, Вы считаете, что неведение, это самое лучшее для Гарри? – голос Сириуса разрезал звенящую тишину, после слов директора.
- Так пока будет лучше для него, Сириус, - Дамблдор был явно недоволен вопросом Блека. – Гарри узнает все в свое время. Пока он в полной безопасности у своих родственников. Мы заберем его, если только это будет возможно. Учитывая обстоятельства, возможно, ему будет лучше пробыть там до конца каникул. Я думаю, что ты не откажешься купить для Гарри все для школы? Я бы не хотел подвергать мальчика опасности, отпуская его в Косую Аллею.
Сириус презрительно скривил губы и кивнул. Директор не придал значения поведению Сириуса и продолжил:
- Рон, Гермиона, я бы хотел напомнить вам, не писать Гарри до конца каникул. Я настаиваю на этом.
- Мы и так не пишем, господин директор. – Рон спокойно посмотрел на Дамблдора. – Хотя я не понимаю, зачем скрывать от Гарри то, что из Азкабана сбежали двенадцать самых жестоких Пожирателей Смерти. Ведь кто предупрежден – тот вооружен? Гарри был бы в большей безопасности, если бы знал, откуда эту опасность ждать.
Гермиона обратила внимание, что Сириус бросил заинтересованный взгляд на Рона. В его глазах зажглись какие-то странные огоньки, впрочем, Сириус быстро опустил взгляд, заметив, что девушка наблюдает за ним. Гермионе казалось, что Сириус что-то скрывает, и знает больше, чем хочет показать.
- Я уверяю вас, что Гарри сейчас в полной безопасности. Его защищает самая сильная магия, против которой даже Волдеморт не сможет пока ничего сделать. Это магия крови. Магия, которую наложила на Гарри его мать.
Гермиона подумала, что у Волдеморта сейчас та же кровь, что у Гарри, и очень может быть, что данная магия может теперь не остановить его, если монстр захочет захватить и убить ее друга. Девушка поджала губы и мрачно посмотрела на директора, который в этот момент сообщал всем, что скоро начнется собрание Ордена и детям придется покинуть кухню. После этих слов в кухне появился тот, от одного вида которого Рон скривился, будто куснул кислого лимона, Сириус демонстративно отвернулся, а директор радушно улыбнулся со словами:
- Северус, наконец-то. Мы рады тебя видеть. Не хочешь ли чаю? Мы как раз заканчиваем ужин. – Снейп сел на предложенный Дамблдором стул и демонстративно скрестил руки на груди, обливая всех и каждого своим презрением.
Рон, Гермиона, Джинни и Фред с Джорджем встали и потянулись к выходу. Гермиона, отстав от друзей, подошла к директору:
- Профессор, Вы не могли бы уделить мне несколько минут после собрания? Я очень хотела бы поговорить с вами.
- У тебя что-то важное, девочка? – директор внимательно посмотрел на смущенную Гермиону.
- Да, господин директор. Это очень важно. Я кое-что узнала и хотела бы обсудить это с Вами.
- Хорошо. Я поговорю с тобой после собрания.
Когда за Гермионой закрылась дверь кухни, девушка направилась в свою комнату, чтобы взять конверт с письмом Риты Скитер. В комнате она увидела Рона, Джинни и близнецов, которые распутывали последние ушки-подслушки. Все остальные экземпляры гениального изобретения ранее были ликвидированы бдительной Молли Уизли. Эти уцелели каким-то чудом. Увидев, чем занимаются ребята, она вздохнула:
- Директор наложил Чары на кухню, сегодня их подслушать, точно не удастся. Я думаю, что они весь вечер будут обсуждать ситуацию, связанную с побегом из Азкабана. Так что все равно ничего интересного мы бы не узнали.
- Я вообще удивлен, что директор решил нам сказать про побег. – Рон возмущенно стукнул кулаком по кровати.
- Ничего удивительного. Мы бы все равно узнали об этом, Рон. Завтра в «Пророке» наверняка появится статься по этому поводу. – Джинни с усмешкой посмотрела на брата. – Интересно только, почему сегодня в газете ничего об этом не было.
- Думаю, что Министерство хочет взять под контроль сложившуюся ситуацию, - Гермиона в задумчивости покусывала нижнюю губу. - Но не думаю, что у них что-то получится. Недаром Кингсли здесь, а ведь он не последняя фигура в Аврорате. К тому же надо придумать объяснение случившемуся и успокоить общественность. Хотя в данном случае паники не избежать. Это точно.
- Но ведь Гарри может получить газету и прочитать о том, что из Азкабана сбежали Пожиратели. – Джинни посмотрела на Гермиону, которая отрицательно качала головой.
- Сириус говорил, что всю почту Гарри просматривают, и газеты он не получает.
- Как всегда, - Рон так саркастично скривился, что ему бы мог позавидовать сам Снейп.
- Не о чем говорить. Пока мы не увидим Гарри, рассказать ему мы все равно ничего не сможем. – Гермиона вздохнула и подумала, что может быть стоит рассказать ребятам о том, что она узнала от Риты, но потом решила, что не стоит посвящать друзей в подробности до разговора с директором, все-таки информация о семье Тома Риддла может быть очень важна.
Рон и близнецы решили поиграть в плюй-камни, Джинни засела за какую-то книгу, а Гермиона спустилась вниз, чтобы подождать окончания собрания и не пропустить Дамблдора.
Через час члены Ордена начали расходиться, и Гермиона перехватила Дамблдора, который предложил пройти ей в комнату с гобеленом фамильного древа Блеков.
- Профессор, - Гермиона не знала, как начать этот разговор и теребила в руках пергаменты, полученные от Риты.
- Смелее девочка, - Дамблдор добродушно улыбнулся и сверкнул глазами из под очков-половинок. – Что ты хотела мне сказать?
- Дело в том, что я получила очень интересную информацию. Я не могу пока раскрыть Вам свой источник, но я уверена, что эти сведения Вас заинтересуют. – Гермиона опустила глаза на пергаменты в своих руках и не увидела, как на долю секунды Дамблдор нахмурился. – Я узнала, - девушка подняла взгляд на ободряюще улыбающегося директора, - что Волдеморт был женат и у него был ребенок. И я знаю, что его жена умерла.
В лице директора ничего не изменилось, даже глаза не перестали сиять, он лишь показал свою полную заинтересованность информацией. Гермиона, тем временем, продолжила:
- Я узнала, что Том Риддл был женат на французской аристократке, и за месяц до своей смерти она родила девочку. Что стало с девочкой неизвестно, но в магическом свидетельстве о смерти говорится, что женщину убили. Вы знали об этом, профессор? – Гермиона напряженно смотрела на директора.
- Что у тебя за источник информации, девочка?
- Я не могу пока об этом сказать, директор. Я обещала не называть имен. Так Вы знали об этом, господин директор? Судя по датам, стоящим на свидетельствах смерти женщины и даты рождения девочки, это произошло около тридцати шести лет назад. А ведь известно, что Волдеморт начал свою преступную деятельность примерно тогда. Вы не думаете, что смерть, вернее убийство жены, могло послужить толчком к тому, что он стал жестоким и холодным убийцей? Может он мстит, или пытается отомстить своим обидчикам?
- Нет, мисс Грейнджер, Риддл начал выступать против министерства еще до того, как убили его жену. Могу сказать также, что по слухам он сам убил свою жену и ребенка в порыве ярости, узнав, что жена ему изменяет, и ребенок был не от него. Поэтому, я боюсь, что твоя информация хоть и интересна, не может объяснить того, почему Волдеморт встал на этот преступный путь.
Гермиона задумалась над словами директора и опустила голову, смотря на пергаменты в своих руках, и не заметила, какой яростью полыхнули глаза директора.
- Ты не могла бы отдать мне эти пергаменты, девочка?
Гермиона с готовностью протянула пергаменты директору, не сказав, что она сделала себе копии и может отдать директору бумаги без ущерба для себя.
Просмотрев пергаменты, директор тепло улыбнулся девушке и сказал:
- Надеюсь, ты понимаешь всю важность полученной тобой информации. Поэтому я бы попросил тебя молчать обо всем этом, и не говорить ни Рону, ни Джинни, ни кому бы то ни было из взрослых волшебников. – Гермиона понимающе кивнула.
Директор улыбнулся и, поблагодарив Гермиону, вышел из комнаты с семейным гобеленом Блеков. Он был так разозлен, что не обратил внимания на одну интересную деталь – место на гобелене, где был выжжен Сириус, восстановилось, а под ним появилась новая, двойная фамилия. И самое интересное, появились два новых ответвления, одно из которых показывало отца Сириуса, того человека, о котором Гермиона и Дамблдор только что разговаривали, и еще одно, а именно сын Сириуса, рядом с которым сияла подпись с именем – Гарольд Джеймс Сириус Поттер-Блек-Риддл, лорд Гриффиндор, лорд Хаффлпафф.
Гермиона, которая обдумывала разговор с директором, тоже не обратила внимания на гобелен и вышла из комнаты не обернувшись и не заинтересовавшись древом темных волшебников, бывших владельцев этого дома.

Через полчаса Дамблдор вышагивал в своем кабинете в Хогвартсе, обдумывая сложившуюся ситуацию. А подумать ему было о чем. Он вспоминал события вчерашней ночи.

Ретроспектива.
Около часа ночи Снейп сообщил ему, что его вызывает Волдеморт, и Дамблдор ждал его, чтобы узнать новости, которые принесет шпион.
Директор несколько часов нервно мерил шагами свой кабинет. С момента вызова Северуса Снейпа на собрание Пожирателей прошло уже несколько часов, а тот все не появлялся. Не то чтобы Дамблдор боялся потерять Снейпа – тот был не такой уж и важной фигурой в его Планах, но все же он был пока единственным шпионом в стане врага.
Дамблдор размышлял над той информацией, которую ему принес Снейп несколько дней назад с первого собрания, на которое он отправился. Волдеморт представил на нем своего Наследника, и теперь Дамблдор не знал, что делать с этим. Из слов Северуса он понял, что Наследник еще юноша, чуть ли не мальчик, и была большая вероятность того, что он учится в Хогвартсе. Но насторожило директора другое, а именно то, что Наследник владел Серпентарго. Насколько знал Дамблдор, языком змей сейчас в Великобритании владело всего два человека, сам Волдеморт и Гарри Поттер, который получил эту способность из-за отскочившей от него Авады. К тому же Дамблдор точно знал, что Поттер сейчас находится у своих родственников, и, по словам Арабеллы Фигг, они с ним обращаются именно так, как Дамблдор и предполагал. Зелье ненависти работает, только кроме директора никто не знал, что же так действует на родственников Гарри и за что они так ненавидят мальчишку. Только вчера он получил сообщение от Фигг, что Поттера в очередной раз заперли в комнате, восстановили в ней решетки и теперь морят голодом. Ничего страшного, скоро он заберет его оттуда, а, может, и нет. Было остро необходимо, чтобы контраст, создаваемый Дурслями и школой, Поттер чувствовал по максимуму, чтобы знал, что директор «спасает» его от ужаса его родственничков. А кто как не Дамблдор прекрасно знал, что все познается в сравнении. Он много лет готовил эту партию, готовил, чтобы в один момент столкнуть лбами Тома и Гарри, а самому уйти в сторону до определенного момента и лишь после победы Золотого мальчика, посокрушаясь над безвременно и геройски погибшим мальчиком, вновь пожинать лавры победы над очередным Темным Лордом.
И вот такой удар – у Лорда появился Наследник. Пока он ничем не проявил себя, кроме владения языком змей. Но сегодня он чувствовал, что Северус принесет ему интересные новости. В очередной раз, с недоумением посмотрев на пустующий насест Фоукса, который директор до сих пор не решался убрать из кабинета, Дамблдор задался вечным русским вопросом: «Что делать?». Новая фигура на доске могла в корне переломить ход противостояния, а Дамблдору это было не выгодно, слишком много сил, времени и денег потрачено на то, чтобы пешки и ферзи стояли именно так, как хотелось ему.
В этот момент из глубоких раздумий директора вырвал стук открывающейся двери. Резко повернувшись, он впился глазами в бледное лицо Снейпа, который явился к нему, даже не сняв плащ и маску пожирателя. Такого еще не случалось, видимо действительно произошло что-то из рук вон выходящее.
- Азкабан! Директор! Сегодня был взят Азкабан! Лейстрейнджи, Долохов, Руквуд и все остальные на свободе.
Директор побледнел. Вот этого он не предусмотрел. По-крайней мере, он не думал, что это произойдет так быстро. Взяв себя в руки, он начал сразу прикидывать, что из этого может получиться, и как этим воспользоваться с наименьшими потерями и наибольшей выгодой для себя.
- Дементоры перешли на сторону Волдеморта? – директор напряженно ждал ответа.
- Нет. Их почти всех уничтожили.
- Что-то еще, мой мальчик? – Директор видел, что Снейп подбирает слова, чтобы продолжить.
- Там был Наследник, Альбус.
- Надо было этого ожидать, Том пытается натаскать свою собачку на серьезные дела?
Снейп помотал головой, он и сам не знал, как рассказать то, что он видел:
- Этот Наследник…Он очень силен, не похож на марионетку Тома. Я бы сказал, что Том безмерно уважает своего Наследника, и боится за него. У меня было ощущение, что он охраняет его, хотя тому этого и не требуется. Он сам может прекрасно за себя постоять. И еще…он владеет Магией Стихий. Стихией Огня.
Дамблдор, медленно ходивший перед окном, резко остановился:
- Ты уверен? – кивок Снейпа в подтверждение его слов. – Это невозможно! Я думаю, ты ошибся. Магией Стихий не смог овладеть даже я, мой мальчик. Тем более не думаю, что это возможно какому-то юнцу, пусть даже и под руководством Тома. Тем более я знаю, что Том этой магией не владеет. К тому же на это требуется много времени. Я сам бился над этой проблемой лет десять, пока не оставил бесплодных попыток.
- Директор, я знаю, что я видел. Этот мальчишка сжигал дементоров десятками, расчищая дорогу себе и Лорду, не вытаскивая своей палочки. Огонь срывался у него прямо с рук, причем не простой огонь, а магический, другим ведь этих тварей не уничтожить. К тому же, я видел неподдельное изумление на лице Темного Лорда, когда этот мальчишка что-то делал с замком.
- С замком? А что он делал? Мерлин мой, ты устал, а я тебе даже не предложил сесть. – Директор создал кресло в традиционной для него манере в веселенький цветочек. Снейп рухнул в кресло, даже не обратив внимания на вечно раздражающий его цветастый ситец, и ответил:
- Я не знаю, что он делал. У меня создалось впечатление, что он не только с ним общался, но и как-то управлял!
- Что? – тут Снейп увидел, что директор по-настоящему поражен. – Он общался с Азкабаном и управлял им? Не может быть! Я бы знал! Хогвартс бы сказал…
- Что у замка появился Хранитель? – осведомленность Снейпа в этом вопросе поразила Дамблдора.
- Откуда ты знаешь про Хранителей?
- Читал как-то один из трактатов по зельям Салазара Слизерина, он упоминал в нем о Хранителях замка и что он сам был Хранителем Хогвартса, а Годрик Гриффиндор был Хранителем Азкабана.
Дамблдор задумчиво кивнул:
- Да. Сейчас я Хранитель Хогвартса, но кто Хранитель Азкабана не знает никто. Известно, что замок не может долго оставаться без своего Хранителя, но кто получил этот титул и должность после смерти Годрика, неизвестно. И за прошедшую тысячу лет ни один человек не показал себя, как Хранитель. А теперь ты говоришь, что Наследник вел себя странно и разговаривал с замком. Все это наводит на размышления.
- Так это действительно был Хранитель Азкабана?
- Не знаю, мой мальчик, не знаю. Хогвартс сказал бы мне, я думаю. Хотя когда я спрашивал, кто является Хранителем Азкабана, когда только вступил в должность и начал общаться с Хогвартсом, тот не дал мне ответа на мой вопрос относительно Хранителя Азкабана. Странно.
Конец ретроспективы.

И теперь Дамблдор обдумывал сложившуюся ситуацию. Его очень напрягала осведомленность Гермионы о прошлом Тома и ее источник информации, о котором она не захотела говорить. Конечно, директор мог попробовать отлигиллиментить девушку, но решил не рисковать, так как таким отличным колдуном, как Снейп в этой области не был, и девчонка могла что-то заметить. Зная эту выскочку, он мог с уверенностью сказать, что после его просьбы молчать, она никому не расскажет о том, что узнала. Но рисковать он не хотел.
Дамблдор не мог понять, откуда эта грязнокровная всезнайка узнала о прошлом Тома, которое так тщательно охранялось им и Министерством. Никому не было выгодно, чтобы обыватели знали причины, подтолкнувшие Риддла на его преступный и страшный путь. Многие из тех, кто был на стороне света или в стороне от войны, могли бы просто поддержать его, либо остаться в нейтралитете, так как у всех чистокровных магических семей институт семьи, святость родственных отношений и чувство локтя было возведено в степень абсурда. Исключение составляли лишь немногие отщепенцы, такие как Сириус.
Сириус! Дамблдор нахмурился, в попытке проанализировать поведение своей очередной пешки. Как не вовремя он стал свободным и оправданным. Директор нервно дернул себя за бороду, оставляя внушительный клок белых волос в своей морщинистой руке. Поведение Сириуса никак не укладывалось в логические рамки. Прекрасно понимая, что требовать отчета о его постоянных отлучках директор теперь не в праве, он мягко намекнул министру, что неплохо было бы последить за Сириусом некоторое время. Однако министерским ищейкам из аврората под предводительством Кингсли так ничего и не удалось выяснить о таинственных делах Блека. Но самое странное заключалось в том, что Сириус, как бывший аврор, то ли чувствовал слежку, то ли действительно прекрасно умел скрываться и умело от нее уходил. Проследить его перемещения не представлялось возможным. Порталами, легко отслеживаемыми Министерством он не пользовался, и аппарировал всегда сначала в Косой переулок, потом шел в Гринготс к своему поверенному. Но куда и как он исчезал из банка, не знал никто. Откуда же было знать директору, что гоблины, из уважения к титулованной семье лорда Блека и его отца и сына, просто помогали Сириусу, прикрывая его аппарации прямо из банка, в специально отведенной для этого комнате, которую они предоставляли только для своих особо важных клиентов.
Еще этот побег из Азкабана спутал директору все карты. Хотя директор не был бы одним из величайших магов современности, если бы не умел извлекать пользу из любой ситуации. Побег преступников был прекрасным поводом не забирать Поттера от его магглокровых родственничков, ссылаясь ни мифическую защиту матери. Весь этот детский сад медленно, но верно выводил Директора из себя. Мало ему школы, приходиться терпеть их всех в штабе. Куча детенышей Уизли, обитавшая в особняке, безумно действовала ему на нервы, особенно эти близнецы. Хотя они и были безобидные шутники, и их изобретения были иногда даже полезны членам Ордена, но достали директора своими шуточками неимоверно. Он несколько раз ловил себя на мысли, что безумно хочет заавадить хотя бы одного из этих рыжих недоумков.
А теперь к этому прибавилась проблема в лице мисс Грейнджер. Вот с этим надо было что-то решать быстро и кардинально. Эта грязнокровка сумела найти того, кто докопался во Франции до архивных записей о семье Тома Риддла. Нельзя допустить, чтобы информация была обнародована. Надо было выяснить, кто помогает Грейнджер. Придется нейтрализовать и девчонку и ее таинственный источник информации. И все же один плюс в этой ситуации опять же был – Дамблдор узнал, что у Риддла была дочь, о которой он раньше ничего не знал. Неизвестно, знал ли о ребенке сам Волдеморт, хотя сейчас это уже неважно. Правда было бы неплохо узнать, что с этим ребенком стало и попытаться найти девочку. Девочку. Вряд ли такое определение подходит к женщине, которой сейчас около тридцати шести лет. Так как она чистокровная, ведь ребенок, рожденный от двух магов, считается чистокровным в первом поколении, даже если один из родителей магглорожденный, то в книге чистокровных семей можно попытаться ее найти. Проблему составляет только то, что девочка родилась во Франции, а, значит, необходимо обращаться в Министерство магии Франции, с которым у Дамблдора были очень натянутые отношения. Книга душ чистокровных волшебников в единственном экземпляре находится обычно в Отделе Тайн Министерств магии всех стран, и в ней отражаются данные только о тех детях, которые были рождены на территории данного государства. Это составляет определенные трудности при выяснении родственных связей, к тому же доступ к этим книгам регламентирован и сложен даже министрам магии. А уж директора колдовской школы и близко никто не подпустит к этой информации, особенно иностранца.
Для магглорожденных волшебников существовала отдельная книга душ, так как их рождение большей частью было случайным и не могло контролироваться так же, как это было с чистокровными. Именно из этих двух книг автоматически копировалась информация в данные школ, чтобы в одиннадцать лет юные волшебники могли получить письма с приглашением обучаться в магическим наукам.
Есть, конечно, книги семей, в которых отражаются все члены семьи чистокровных волшебников, включая заключенные браки, но искать сейчас книгу семьи Де Ля Бурже, а уж тем более книгу семьи Мраксов Волдеморта, вряд ли сейчас представлялось возможным.
Встряхнув головой, Дамблдор отогнал мысли о ребенке Волдеморта, решив подумать о более насущной проблеме, а именно о мисс Грейнджер. Подумав немного, он решительно подошел к камину и, бросив в огонь кружаную муку, вызвал единственного человека, который сейчас мог ему помочь.

Сириус нервно кусал губы в своем кабинете в то же время, что и Дамблдор вышагивал по своему в Хогвартсе. Блеку совершенно не понравился тот разговор, которому он стал неслучайным свидетелем.
После собрания Ордена Феникса, на котором Дамблдор раздавал поручения, сводившиеся к тому, чтобы попытаться выяснить, куда и как отправились освобожденные Пожиратели из Азкабана, Сириус увидел, что к Дамблдору подошла Гермиона, и они отправились в комнату с родовым гобеленом Блеков. Сириус не заглядывал в комнату давно, и только сейчас ему пришла в голову мысль, что гобелен мог отразить результат совершенного обряда принятия в род Риддлов самого Сириуса и усыновление им Гарри. Поэтому он ринулся за директором и Гермионой, в попытке помешать войти им в комнату, но не успел. Не придавший значения важности будущего разговора с девушкой, и не наложивший чар от подслушивания, директор невольно дал возможность Сириусу услышать разговор, который явно не предназначался для чужих ушей. Сириус с ужасом услышал то, что успела раскопать Гермиона о прошлом Волдеморта, и понял, что этим девушка навлекла на себя большую беду. Дамблдор вряд ли оставит все как есть и может попытаться устранить Гермиону, выставив все, как несчастный случай или того хуже, подставив отца.
И вот сейчас, сидя в размышлениях в своем кабинете, некогда принадлежавшем его кровному отцу, и не зная, что предпринять, Сириус решил связаться с Томом.
«Отец!», - Сириус мысленно позвал Риддла, воспользовавшись ментальной связью, установившейся после ритуала. – «Произошло нечто из ряда вон выходящее, ты мне очень нужен!»
«Это не может подождать?!» - голос отца даже через ментальную связь был раздражен. - «Тут Гарри взорвал лабораторию, экспериментируя с каким-то зельем. Убираю последствия. А негодник сбежал куда-то с Драко, наверное, опять к реке».
«Не может! Гермиона каким-то образом узнала про твою жену и дочь. А самое страшное, что она сообщила об этом Дамблдору. Не думаю, что он это так просто оставит».
«Глупая девчонка!» - голос отца был злым и встревоженным одновременно.
«Сириус! Что происходит? Почему дедуля злится?» - голос Гарри отчетливо прозвучал в голове Блека.
«Твоя Гермиона натворила дел!» - кратко Сириус рассказал Гарри о том, что случилось.
«Черт! Рита!» - голос Гарри был встревоженным. – «Дамблдор может попытаться убить Герми! Сириус! Ты не должен отходить от нее ни на шаг! Ни на секунду не оставляй ее одну! Слышишь меня? Тебе придется побыть с ней в Штабе Ордена!»
«Да я уж понял, сынуля. Ты чего там в лаборатории натворил? Дед ругается!»
«Да хотел оборотное зелье усовершенствовать».
«И как результат?» - голос Сириуса сочился ехидством.
«Как-как! Результат второй час разгребаю, а этот паршивец смылся из замка». - Том явно был очень рассержен. Еще бы, лаборатория была его гордостью, и ее оснащению мог позавидовать даже Снейп, если бы смог увидеть этот шедевр магической науки.
«Понятно», - насмешливо протянул Сириус. Со стороны могло бы показаться, что он ухмыляется собственным мыслям. – «Так что делать с Гермионой, отец?»
«Гарри прав, девочку нельзя оставлять одну. Следи за ней. Если что, действуй по обстоятельствам. На крайний случай бери ее в охапку и направляйся с ней сюда, в замок Слизерина. Там придумаем, как поступить».
Сириус отключился от связи, в очередной раз мысленно поблагодарив Мерлина и всех магических святых за мудрое решение стать сыном Волдеморта и отцом Гарри. Решив, что сегодня директор все равно не предпримет никаких действий в связи с поздним временем и большим количеством свидетелей, Сириус направился в свою комнату.

На следующий день Дамблдор появился в штабе Ордена Феникса рано утром, когда все семейство Уизли, Сириус и Гермиона завтракали. Вызвав на минуту Артура и Молли за дверь, он сказал, что сегодня может отправиться с ними в Нору, чтобы установить усиленную защиту дома, о которой Молли и Артур уже неоднократно просили Дамблдора.
- Необходимо присутствие всех членов семьи, и я уже вызвал Билла, Перси и Чарли, они скоро прибудут в Нору, я направил им порталы. – Дамблдор добродушно улыбнулся. – Поэтому Рон, Джинни и близнецы направятся с нами. Артур, я думаю, сегодня ты можешь позволить себе не выйти на работу, тем более твое руководство я тоже предупредил.
Артур и Молли переглянулись и кивнули, поблагодарив Дамблдора. Отказываться сейчас от того, о чем они просили директора школы уже около месяца с тех пор, как стало известно о возрождении Темного Лорда, а тем более после побега Пожирателей, было бы неразумно.
Дамблдор позвал Сириуса и попросил его сегодня обязательно проведать Гарри и чем скорее, тем лучше, но так, чтобы он этого не заметил, чтобы не давать мальчику ложных надежд, что его скоро вытащат из дома родственников. Про Штаб и сам Орден Феникса Гарри знать пока не следовало, как сказал Сириусу директор, не уточняя, почему необходимо скрывать от мальчика такую важную информацию.
- Понаблюдай за ним, но на глаза не показывайся. – Директор сверкнул глазами из-за очков половинок.
Через полчаса все семейство Уизли в сопровождении Дамблдора отбыло в Нору, а Сириус вышел из дома, сделав вид, что аппарирует в Литтл-Уининг.
Гермиона оставшаяся одна в огромном особняке, решила провести это время с пользой и сделать домашнее задание по арифмантике, заданное профессором Вектор на летние каникулы. Углубившись в расчеты одной из сложных формул, которая никак у нее не получалась, Гермиона не сразу услышала стук в окно. Удивленная девушка подняла голову и увидела черного филина, настойчиво стучащего клювом по стеклу. Девушка впустила птицу, и филин, раздраженный тем, что ему пришлось долго висеть за окном, клюнул ее за палец и, сделав круг по комнате, швырнул к ногам Гермионы зеленый конверт и скрылся в открытой форточке.
Изумленная девушка подняла конверт, сразу же мысленно отругав себя за неосмотрительность, ведь на конверт могли быть наложены какие-нибудь проклятия или он мог оказаться порталом. Но не оказалось ни того, ни другого. Гермиона задумчиво вертела в руках зеленое послание, на котором было написано серебристыми чернилами только ее имя «Гермиона Грейнджер». Решив, что информация может быть срочная, девушка разорвала конверт и вытащила записку, написанную на таком же зеленом пергаменте. Через полминуты, когда смысл написанного дошел до нее, она коротко вскрикнула, схватила палочку, и пулей вылетела из дома.
Сириус, сразу же незаметно вернувшийся через черный ход особняка, о котором знали лишь единицы, услышал стук входной двери и бросился к окну в холле. Он увидел Гермиону, которая быстро убегала от дома. Решив, что сначала надо выяснить, куда девушка с такой скоростью могла сделать ноги из защищенного Штаба Ордена, Сириус бросился в ее комнату, где на полу нашел зеленый конверт и записку. Прочитав ее два раза, Сириус сначала не поверил своим глазам, а потом решил быстро связаться с отцом.
«Отец! Что за шутки? Ты зачем Гермионе записки посылаешь? Решил как-то вытащить ее из дома? Тогда почему меня не предупредил?» - Сириус был не на шутку встревожен. Том отозвался незамедлительно:
«О чем ты? Я ничего не посылал»
«А это тогда что?» - Сириус зачитал записку так, чтобы ее мысленно мог услышать Том:

«Уважаемая мисс Грейнджер. Я воспользовался любезным гостеприимством Ваших дорогих родителей и сейчас имею честь находиться у Вас в гостях вместе с небольшой компанией моих близких друзей. С нетерпением жду Вас.
Лорд Волдеморт.
P.S. Если хочешь увидеть своих родителей живыми, грязнокровка, то у тебя ровно полчаса с момента получения этого письма»

«Что за чушь? Никогда в жизни не написал бы такого. Ясно одно - девочка в беде. Лети за ней стрелой.» В этот момент Блек чуть не обжег пальцы, когда конверт и пергамент с запиской вспыхнули в его руках и рассыпались пеплом. «Обо всем позаботился», - мрачно подумал Сириус, превратился в собаку и ринулся вон из дома, идя по следу.
«Только не наделай глупостей, девочка. Только не наделай глупостей», - как мантру повторял про себя Сириус, в образе пса несясь по следу Гермионы по улицам Лондона. Как член ордена Феникса, он прекрасно знал, где живут родители Гермионы, и поэтому, сразу взяв нужное направление, он лишь изредка сверялся со своим носом, вынюхивая след девушки. Дом Гермионы находился не очень далеко от особняка Блеков, и Сириус летел к нему со всех лап, выжимая из тела собаки максимальную скорость. Вдруг след Гермионы свернул с главных улиц в один из переулков, видимо девушка решила срезать путь. Несясь по темному переулку Сириус, вдруг увидел шагах в двадцати впереди себя девушку, которая стояла на коленях, прижимая руки к лицу, а над ней нависли два дементора, один из которых уже тянул к ней свои руки и омерзительный рот. Намерения дементоров не оставляли сомнений, и Сириус на ходу превращаясь в человека, выхватил палочку и, вспомнив один из теплых уютных вечеров в кругу семьи, крикнул:
- Экспекто Патронум! – из его палочки вылетел большой серебристый пес, бросившийся наперерез дементорам, оттесняя их от девушки. Сириус подбежал к Гермионе, которая была уже в полуобморочном состоянии, подхватил ее и поставил на ноги, не давая упасть. Патронус вгрызался в ближайшего дементора, в то время как второй монстр пошел в обход, в предчувствии двойной добычи. Сириус оглянулся, никого поблизости не было. Заметив валяющуюся неподалеку палочку Гермионы, он поднял ее и засунул в карман мантии. Решив, что самым разумным сейчас будет отступление, Сириус поднял девушку на руки и аппарировал.

Появившись в подвале замка Слизерин, Сириус не устоял на ногах и рухнул на колени, едва не уронив девушку.
«Отец! Гарри! Мы внизу…» - отчаянный мысленный призыв о помощи заставил Тома и Гарри вскочить и ринуться в подвал замка, на ходу наколдовывая черные плащи, а Гарри, на всякий случай, и свою золотую маску, под недоуменные взгляды Лейстрейнджей, Долохова и Малфоев с Люпиным. Хозяева замка их с собой не звали, поэтому они благоразумно решили остаться в гостиной, гадая, что могло сорвать с места всегда сдержанного Тома и его внука.
Влетев в подвал с палочками на изготовку, Том и Гарри с изумлением увидели Сириуса, сидящего на полу и держащего на руках Гермиону, находящуюся в обмороке.
- Что случилось? – голос Тома был не на шутку встревожен.
- Два дементора. Я еле успел. Еще бы несколько секунд и… - договаривать Сириус не стал. И так было понятно, что бы случилось, если бы он не успел.
- Торри! – крик Гарри прозвенел под сводами зала, заставив вздрогнуть отца и деда. – Немедленно воды, горячий шоколад, укрепляющее и восстанавливающее зелья. Быстро! - Домовик, появился через пару секунд, принеся все, что потребовал его хозяин и немедленно исчез.
- Гермиона, девочка! – Сириус хлопал девушку по щекам, заставляя ее прийти в себя. – Ну же, очнись.
Гарри молчал, маска не позволяла увидеть эмоции на его лице, только нервно сжимаемые кулаки свидетельствовали о том, что он напряжен до предела. Из под маски раздавались приглушенные проклятия, направляемые на голову Дамблдора, Министерства, министра и всех, кто так или иначе мог быть причастен к случившемуся. Попытавшись успокоиться, и видя, что отец и дед полностью поглощены приведением Гермионы в чувство, Гарри отошел в сторону и сосредоточился.
«Азкабан! Я взываю к тебе, сквозь пространство! Отзовись своему Хранителю!» - Гарри и сам не знал, откуда взялись в его сознании эти слова, он также не был уверен, что Азкабан услышит своего Лорда Хранителя, но буквально через секунду он получил ответ:
«Я слышу тебя, Хранитель! Чем я могу служить или помочь тебе?»
Гарри подавил в себе очередную вспышку ярости и спросил:
«Ты знаешь всех своих стражников, я имею в виду дементоров?»
«Да!»
«Все ли сегодня были на месте?»
«Нет. Утром в Азкабан приезжала женщина из министерства и забрала двух с собой».
«Маленькая, кругленькая, в розовых рюшках?» - голос Гарри даже мысленно был властным и жестким.
«Да! Что-то случилось, Хранитель?»
«Дементоры по наущению министерства магии напали на мою подругу».
«Прости, Хранитель. Дементоры неподвластны мне».
«Ничего, друг. Спасибо за информацию».
- Амбридж! Стерва! Значит за всем этим опять стоит Амбридж, Министерство, Фадж и Дамблдор. Хотя я и не сомневался, что этот старый пердун здесь приложил свою бороду, но что он осмелился к этому подключить министерство… - Гарри процедил слова тихо, но Том его все же услышал и подошел к внуку, тихо спросив:
- Кто такая Амбридж? – Том посмотрел на внука, но увидел лишь золотую маску, скрывающую лицо. Хотя Риддлу показалось, что даже маска внука дышит гневом.
- Подстилка Фаджа, премерзкое создание, похожее на жабу. Если я не ошибаюсь, то именно она будет преподавать ЗОТИ в этом году. Кстати, это она тогда натравила на меня двух дементоров, в этот раз история пошла по другому пути и эта стерва выбрала другую жертву.
- Откуда ты знаешь? – Том посмотрел на внука.
- Оттуда, - коротко отрезал Гарри, и Том понял, что внук имел в виду свою прошлую жизнь на пятом курсе.
- Что делать с девушкой? – Том смотрел на Гарри, ожидая ответа. Гарри посмотрел на Гермиону, которая так и не пришла в себя, и на Сириуса, вливавшего в нее зелья, и скрипнул зубами.
- Если она вернется в Штаб, Дамблдор найдет способ избавиться от нее. Она должна остаться здесь.
- А как же школа?
- А вот ближе к школе что-нибудь придумаем. – Гарри подошел к Гермионе, которая потихоньку начала приходить в чувства. – Надо отправить ее в одну из гостевых комнат. Нечего ей в подвале делать. – Сириус согласно кивнул на замечание сына.
- Си-Сириус? – дрожащий голос Гермионы привлек внимание всех мужчин, находящихся в подвале замка. – Где я? Что со мной? – мысленно прокрутив в голове последнее, что она помнила, Гермиона испуганно села на полу с криком: - Мама! Папа! Волдеморт! Он убьет их!
- Тихо, девочка. Тихо! – Сириус успокаивающе погладил Гермиону по спине. – С твоими родителями все в порядке. Не волнуйся. Ты сейчас в безопасности.
- В безопасности? – Гермиона огляделась и с испугом посмотрела на двух мужчин в черных плащах. Один из них смотрел на нее внимательно и сочувствующе. Лицо второго было полностью скрыто за золотой маской. – Кто вы? Кто они? – Гермиона прижалась к Сириусу, ища в нем поддержку.
- Не бойся, Гермиона, в этом замке ты в безопасности, - сказал Гарри и снял маску.
- Гарри?! – воскликнула Гермиона и снова погрузилась в спасительный обморок.
- Что-то история любит повторения, – ухмыльнулся Гарри, вспоминая вчерашнее знакомство с бывшими узниками Азкабана. – Ладно. Ее разместим в комнату, рядом с моей. Торри! – появившийся домовик спокойно выслушал распоряжения относительно комнаты для мисс Грейнджер и, коротко кивнув, отправился выполнять поручение.
- Думаю, нам стоит приготовить еще одну комнату для семейной пары. – Том задумчиво потер пальцем висок, пока они все направлялись в приготовленную для девушки комнату. – Необходимо привести сюда родителей Гермионы, иначе Дамблдор воспользуется ими, чтобы выманить девушку еще раз. Слабое место всегда надо прикрывать. Сириус, займешься этим. – Сын согласно кивнул на замечание отца. – Сегодня же. Сейчас. За девушкой есть, кому поухаживать. В конце концов, у нас тут две прекрасные женщины, обе к тому же отлично справляются с зельями, в отличие от некоторых. – Том грозно сверкнул глазами на мрачного внука, но взгляд пропал, так и не достигнув цели.
- Я в гостиную, - Гарри посмотрел на деда, - расскажу гостям о происшедшем и попрошу Нарциссу поухаживать за Герми. Думаю, Беллу она точно не переживет. – Том согласно кивнул. – И попроси какую-нибудь эльфийку помочь Нарциссе присмотреть за Гермионой, но предупреди о ее бзике на счет свободы эльфов.
- Бзике? – Том с недоумением посмотрел на внука.
- Ну да. Гермиона помешалась на рабском труде эльфов.
Том хмыкнул на замечание внука и заверил его, что эльфиек в замке предостаточно и хороший уход девушке обеспечен. Гарри коротко кивнул и направился в гостиную, где ожидали объяснений восемь человек, по дороге раздумывая над тем, что сегодня Гермионе просто повезло, но больше он не позволит подвергать жизнь любимой девушки какой бы то ни было угрозе.

Через два часа вернувшимся из Норы семье Уизли и Дамблдору Грюм сообщил, что Гермиона пропала, а недалеко от дома ее родителей, в одном из переулков нашли только туфлю девушки и следы присутствия как минимум двух дементоров.
А еще через час, с самолета рейсом «Париж - Нью-Йорк» сходила одна журналистка, известная в магическом мире как Рита Скитер.