Когда мне нездоровится, сны особенно ярки, даже крикливы в своих палитрах и запахах.
По сути, запах у них один - яблочный. По сути, предмет тоже один - яблоко. Как и действие одно - собирать яблоки. Представьте пустое пространство, допустим, комнату. Как она постепенно заполняется мебелью и предметами от громоздкого дивана вплоть до последней фарфоровой голубки на стеклянной полке. Так и сно'декорации медленно заполняют пространство, обставляют место будущего действия.
Высоченные яблони, какие-то удивительно стройные, похожие, кажется, расстояние между ветвями, ветками и листьями вымерял с дотошностью чертёжник. Листик к листику.
Небо самого нежного голубого оттенка, окаймлённого чисто-розовым у линии горизонта. Облака. Прозрачные. Светящиеся. Многомерные. Многослойные. Несущие солнце в себе (уносящие солнце?) Ветер, ласково их подгоняющий.
Само солнце. Особенное. Чуть отдалённое и мудрое. Не жгучее, но греющее.
Теперь снова сад (ибо это сад, самый красивый какой я когда-либо встречала, а я встречала их немало и в снах и наяву) у каждой яблони корзина большая, деревенская, не грубая, вполне изящная, даже с каким-то подобием рисунка, глубокая и "дырявая", чтоб собранные плоды дышали.
Трава. Такая тёмная (травинки глубоко-изумрудные с обратной стороны) ещё влажная, по такой жаль идти в туфлях, только босиком. Я боса, я чувствую это. Нет страха наступить на что-то острое. Только ощущение свободы, единения.
Стволы яблонь гладкие, светло-коричневые, их очень приятно обнимать, прижиматься к ним щекой и слушать, как бьются их сердца. Словно сопоставлять ритм биения - моё бьётся чаще, чем очень смущает меня, не хочется опережать, хочется уловить этот ритм. Скопировать. Запомнить. Ритм жизни.
Звуки? Шелест, еле слышный.
Так листики шелестят на ветру и с ветром, с друг другом, со мной.
Я не вижу себя, но я там. На мне что-то белое, а волосы рассыпаны по плечам в беспорядке, босая, как я уже говорила.
Жуткое желание посмотреться в зеркало или хотя бы в воду. Вода есть, я её слышу, но не вижу.
Брожу по этому саду, трогаю яблони и они трогают меня, опуская ветви к моим рукам, так что яблоки приходятся точно в протянутые ладони,
Зачем? Вероятно, они спеют. А я жду. Корзины пусты. Под яблонями ни одного паданца. Плоды недостаточно блестят. Совершенно не мерцают. Матовые. Неспелые.
Я опускаюсь на траву и смотрю на всё это с ещё меньшей высоты. Сад огромен. Яблони высокие. Небо с облаками - дно какой-то стеклянной посудины, когда края и границы растушёвываются и кажется, что содержимое лишь притворяется замкнутым.
Небо волнуется раз. Небо волнуется два. Небо волнуется три. Замри. Замирают облака (не умирают) похожие на ежевику. Большую и пухлую, вопреки природе, белоснежную.
.. Небо волнуется три. Замри. Теперь лошади или лебеди. Гадатель из меня - никакой.
Мыслей тоже никаких. Это странно. Я не умею не думать. Даже если делаю вид или говорю, что мыслей нет, обычно внутри, там, куда никому не проникнуть - их триллионы. А сейчас - абсолютная тишина. Только шелест листьев и запах спеющих яблок.
Какие они красивые теперь. Красные и зелёные. Красно-зелёные. Ни одного жёлтого оттенка.
Спускается ночь. Будто два больших крыла расчищают небо от облаков. Усиливают ощущение розового, затем красного у горизонта. Словно кто-то подталкивает солнце. Кыш. Кыш. Ещё. Ещё. Ласково и настойчиво.
Красный переходит в фиолетовый, фиолетово-серый медленно в серо-синий, в чёрно-синий.
Лунно. Звёздно. Высоко-высоко.
Звёзды. Белые и серебряные. Сердце заходится от их высоты.
Раз. Два. Семнадцать. Двадцать девять. Сорок семь или сорок восемь? Сбилась.
Падает. А у меня нет ни одного желания. Как странно. Ещё падает. Ещё. Звёздный запах - запах какой-то сокровенный, особенный, многогранный. Шалею.
Мне ничего не нужно, звёзды! Не покидайте неба! Не оставляйте ему этих пустот-язв в наследство. Что оно без вас? Куда? Зачем?
Но они падают и я ощущаю их боль, снова и снова этот таинственный запах, может быть, страха? Нет. Не страха. Жажду свободы и воздуха. Высоты и полёта. Крыла.
.. Звёзды мерцают. Яблоки вторят им. Это же целое искусство - поймать луч и разыграть его на гладкой восковой поверхности.
Мне вдруг становится стыдно, что я отвлеклась на звёзды. Так, будто меня застукали за чем-то нехорошим. Может быть, как раз всё наоборот? И звёзды повторяют мерцание яблок?
Почему, с облаками таких ощущений не возникало? Словно есть какое-то соперничество, словно звёзды и яблоки делят моё внимание и только ощущение того, что я принадлежу саду, заставляет меня отвернуться от звёзд.
Не хочется спать. Спят ли в сновидениях? Я жду рассвета. Глажу пальцами траву. Не смотрю на звёзды. Мне всё ещё стыдно за свой порыв впитывать их и восхищаться ими, болеть о них. Я благодарна ночи за ночь. За то, что никто не видит моих пунцовых щёк.
Впервые в сердце осталось ощущение тайны. Моей. Может быть, оно пройдёт, едва настанет утро.
Оно настаёт. Спокойное и мудрое. Тщательно счищает звёздные остатки пурпурным рукавом. Им же - протирает сонное солнце.
Солнце зевает и путается в лучах.
Роса на яблоках, листьях, траве. На лице и волосах.
Яблоки за ночь преобразились. Им на пользу лунность и звёздность, мой стыд.
Я протягиваю к яблоням руки, а они протягивают мне ветви так, что яблоки срываются и падают тяжело в мои ладони. Ровные. Гладкие. Восковые.
Укладываю их в корзины. Одно к одному.
Чем пахнут яблоки? Яблоками. Понятно и однотонно. Умиротворяюще.
Теперь и я ими пахну. Только сердце помнит, как пахнут падающие звёзды, но это неважно, пока неважно.
Когда корзины заполнятся, я буду смотреть на облака.
Небо волнуется раз. Небо волнуется два. Небо волнуется три. Замри.
Кажется, лебедь. Или лошадь. Гадатель из меня - никакой.
