Мы знаем, что до конца мира не оскудеет благодать, обитающая во святых угодниках Божиих. И тем не менее, когда самому приходится столкнуться с носителем этой благодати, то кажется, что стал невольным свидетелем времён древних и прикоснулся к одному из отцов, не принадлежащему к нашему времени. Одним из таких носителей благодати Божией и был блаженной памяти старец Порфирий, с которым Господь сподобил меня встретиться.

Старец Порфирий, в миру Евангелос Баирактарис, родился 7 февраля 1906 года в Греции, в селе святого Иоанна Карустия, около Аливери, в провинции Эвиа. Его родители были бедные благочестивые крестьяне. Всё образование Евангелос получил в двух классах начальной сельской школы. Трудился он с малых лет: сначала дома по хозяйству, пася овец, работая в огороде, затем, в 8-летнем возрасте, на угольной шахте, а позже за прилавком магазина.

В ранней юности Евангелос прочёл Житие святого Иоанна Кушника. Оно на него произвело такое сильное впечатление, что он решил всё оставить и уйти на Святую Гору Афон. Много раз он пытался туда попасть, но каждый раз что-то препятствовало. Наконец, когда ему исполнилось 14 или 15 лет, он достиг Святой Горы.

Господь так устроил, что на корабле, на котором плыл Евангелос из Солуни на Афон, находился и его будущий старец иеромонах Пантелеимон. Он сразу взял юношу под своё покровительство и, выдав его за своего племянника, помог ему попасть на Святую Гору, ибо в таком юном возрасте туда не пускали.

Там Евангелос приобрёл сразу двух опытных наставников. Он с радостью предал им себя в полное послушание. Единственное, на что он мог пожаловаться, так это на то, что старцы недостаточно много от него требовали. Он ходил всё время босой – зимой и летом – по горным, каменистым тропам Святой Горы, мало спал, укрываясь одним одеялом, а ложем его был твёрдый пол его келии. Жил он всегда в келии с открытым окном, даже когда на дворе шёл снег. Работал без устали: вырезал по дереву, колол дрова, собирал улиток, носил на спине издалека мешки с землёй для огорода, ибо Капсокаливия довольно скалистое место и само по себе там ничего не растёт.

Все послушания, возлагаемые на него старцами, он исполнял с радостью. Однажды они поручили ему собирать улиток на отлогих скалистых склонах. Забравшись высоко по сыпучим камням, юный послушник устроился на краю пропасти и стал складывать улиток в свой мешочек, как вдруг камни под ним покатились вниз и он вместе с ними низринулся в пропасть. С его уст едва успел сорваться крик: «Пресвятая Богородица!» – и тут же какая-то сила взяла его и поставила на противоположной стороне этого ущелья.

Неизвестно, когда точно, но, очевидно, вскоре после его водворения на Афоне Евангелос принял монашество с именем Никита.

Однажды юный Никита, придя рано в церковь, стоял в тёмном углу и молился. Тут в храм вошёл 90-летний русский старец, монах Димитрий, бывший офицер царской армии. Оглядевшись по сторонам и никого не заметив, он стал на молитву, делая земные поклоны. Во время молитвы старца осияла такая благодать, что он стоял посреди храма, не касаясь пола. Божественная благодать, излившаяся на святого старца, коснулась и юного инока Никиты, сердце которого готово было принять её. Его чувства не подлежат описанию. По пути назад, в келию, после приобщения Святых Таинств, его сердце переполняла такая радость и любовь к Богу, что, воздевши руки к небу, он громко восклицал: «Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже!»

Он всю свою жизнь хранил благодарную память об этом русском старце, через которого Господь возродил его Своей Божественной благодатью.

Когда я посетил отца Порфирия (такое имя получил он в схиме) в 1986 году, уже слепого и прикованного к одру болезни, то он, узнав, откуда я, тут же вспомнил русского монаха Димитрия и, прослезившись, сказал, что его старец был русский, и попытался произнести единственные русские слова, которые он знал: «Пресвятая Богородица, спаси нас!» Весь облик старца, как он мне запомнился на всю жизнь, излучал свет, радость и любовь. Это был самый светлый человек, которого мне пришлось когда-либо встретить. Выйдя из его келии, я чувствовал, что у меня выросли крылья, я не шёл, а летел по монастырской тропинке. Об этом чувстве после общения со старцем свидетельствуют все у него побывавшие.

Протопресвитер Георгий Металинос, известный греческий богослов, так вспоминает о духовничестве старца:

«...Он открывал мне случаи из моей жизни, о которых знал только я один. Также он объяснял мне, как относиться к своими детям, из которых двое старших уже достигли отроческого возраста. “С твоей старшей дочерью, – говорил старец, – следует обращаться так-то, а со средним сыном совсем иначе. Твой младший сын ещё маленький, и у него всё в порядке”. Он раскрыл мне характеры моих старших детей. И я почувствовал, что я совершенно их не знаю; было такое впечатление, что не я прожил с ними всю их жизнь, а отец Порфирий.

Он говорил, что при воспитании одного из моих детей я должен больше за него молиться. “Что бы ты ему ни говорил, он тебя не послушает, так как он исполнен духа противоречия, но ты коленопреклонно поведай о том Богу, и Господь, посредством Своей благодати, передаст ему твои наставления”.

О другом моём сыне он сказал: “Этот твой ребёнок всегда слушает то, что ты ему говоришь, но легко забывает. Поэтому тебе следует также коленопреклонно просить, чтобы благодать Божия начертала твои слова в его сердце и чтобы твои отцовские слова пали на добрую почву и смогли принести плод”. Это были поразительные методы воспитания», – заключил свой рассказ протопресвитер Георгий.

В другом случае некой матери пятерых детей он посоветовал оставить дом на месяц. Она так плохо относилась к своим домашним, что дети постоянно друг с другом ссорились, не решаясь прекословить матери, и вымещали раздражение друг на друге. Когда она вернулась, то нашла своих домашних умиротворёнными.

Иерей Георгий Евтимиу, вспоминая наставления, которые давал ему старец в отношении воспитания его детей, писал: «Старец всегда подчёркивал, что на детей нельзя оказывать давление, они не должны расти забитыми, ибо это только портит их. Этот совет помог очень многим родителям, которые калечили души своих детей своим суровым обращением с ними. Старец говорил: “Станьте святыми, и у вас вырастут добрые дети”».

Одной матери он говорил: «Существует только один способ избежать трудностей при воспитании детей – святость». На её вопрос, как стать святой, старец ответил: «Это очень просто, когда придёт Божественная благодать». «А когда она придёт?» – спросила женщина. Старец ответил: «Со смирением и молитвой. Но наша молитва должна быть сильной, живой. Мы всегда получаем ответ, когда молимся с верой».

Очень характерен рассудительный пастырский подход старца на примере одной четы молодожёнов. Муж постился, а жена не соблюдала постов, ибо она была так воспитана. Она не была против поста, просто она к нему не привыкла. Когда они поведали старцу о своих разногласиях по этому поводу, то старец посоветовал супругу: «Постись, как ты всегда постишься, но не заводи разговора о постах со своей женой. Во время постов всегда держи свой холодильник полным еды. Пусть твоя жена ест, а ты храни свой пост». Вскоре и жена, созревши для этого, тоже стала поститься.

Одна девушка собиралась покончить с собой из-за того, что родители постоянно её ругали. Она купила сильные ядохимикаты и готова была уже их выпить. Внезапно ей явился отец Порфирий, взял отраву из её рук и сказал: «Не бойся, всё будет хорошо. Ты выйдешь замуж, у тебя будут дети и всё будет хорошо». Так впоследствии всё и сложилось.

Когда началась Вторая мировая война и Греция подпала под немецкую оккупацию, старец всё так же ревностно продолжал окормлять свою паству. В это время с ним произошёл следующий случай, показывающий его самоотверженную любовь к ближнему.

Однажды он шёл по окраине Лекавитоса. Впереди себя он увидел немецкого солдата, который приставал к молодой девушке, пытаясь насильно навязать ей свои ласки. У неё на лице был написан ужас, и она дрожащим голосом пыталась звать кого-нибудь на помощь. Но вся улица как будто вымерла, только сквозь щели ставень за ними следили испуганные глаза местных жителей. Когда отец Порфирий увидел, что происходит, то сразу решительно направился к несчастной жертве, творя про себя молитву, дабы Господь явил Свою силу в его немощи. Подойдя к немцу, он воздел свои руки к небу. Вид священника с воздетыми руками, его светлое, ясное лицо и, что больше всего, Божественная сила, от него исходящая, совершили чудо – солдат отпустил девушку и, пристыженный, пошёл своей дорогой.

Вскоре, в связи с военными событиями, отец Порфирий получил новое послушание – служить раненым в больничной церкви Преп. Герасима в Афинах, на углу улиц Сократа и Пиреи. Жалование он получал мизерное и всё раздавал своим родственникам, которые полностью зависели от него. Привыкши с детства к труду, он и тут не мог оставаться праздным. Сначала он завёл куриный двор и этим подрабатывал, а затем – вязальную мастерскую. Он также делал свой ладан, причём в 1970 году изготавливал интересное открытие: он нашёл способ соединить ароматические вещества с углём, создав таким образом ароматный уголь для кадила, который не нуждался в ладане. Врачи той поликлиники, где служил отец Порфирий, вскоре поняли, какой батюшка служит у них в больничной церкви, и стали обращаться к нему за советом в особо сложных случаях, а часто и просто за исцелением в случаях безнадёжных.

Георгиу Димитриу, заведующий Кипрскими авиалиниями в Южную и Центральную Европу, рассказал такой случай:

«Мой новорождённый внук был почти при смерти, у него что-то попало в лёгкие. Доктора не могли определить, в чём дело. Шесть дней я беспрестанно молился о его выздоровлении, и наконец я решил пойти к старцу. Когда я рассказал отцу Порфирию о нашей беде, то он сказал: “Садись и дай мне осмотреть твоего внука”. Он углубился в себя, а затем сказал: “У него в правом лёгком образовалась жидкость, которая скоро растворится. Не бойся, ребёнок будет жить. Ты его заберёшь домой в понедельник”. У старца я был в субботу, а в понедельник я уже забрал совершенно здорового внука к себе домой».

Старец мог исцелять прикосновением к больному. Однажды его навестил один доктор с женой. Изложив старцу волновавшие их вопросы и получив исчерпывающий на них ответ, супруги уже стали прощаться. Отец Порфирий, со своей обычной отцовской улыбкой на лице, взял руку жены доктора, как раз в том месте, где у неё была сильная боль. Старец ничего не знал об этой болезни, которую они уже давно пробовали лечить при помощи уколов и сильных противовоспалительных средств. Когда отец Порфирий взял её руку, то женщина эта почувствовала теплоту, прошедшую по всему её телу, и её слегка замутило. Но сие чувство тут же прошло, а с ним и сама боль в руке. Женщина со слезами сказала старцу: «Вы и про это, батюшка, знаете?» С того дня она выкинула лекарства и уже больше не обращалась к докторам.

Отец Порфирий исцелял не только людей, но и животных. В один воскресный день, в Северной Эвии, где он отдыхал, произошёл следующий случай, который мы передадим словами самого старца:

«Одна пастушка попросила меня помолиться о её стаде коз, которых постигла какая-то болезнь. Я согласился, и она привела всё стадо к храму. Я встал перед козами, поднял мои руки к небу и стал читать различные стихи псалмов, относящиеся к животным. Ни одна из коз не сдвинулась с места. Как только я окончил молитву и опустил руки, из стада вышел козёл, подошёл ко мне, поцеловал мою руку и тихо отошёл назад». “Не так ли это было?” – спросил старец рядом стоящую монахиню. “Да, отче, это именно так и произошло, – отвечала она, – я сама там присутствовала”».

Старец очень любил животных. У него жил попугай, от которого хозяева избавились из-за его злого нрава. У отца Порфирия он стал весьма добросовестной птицей. Старец даже научил его произносить Иисусову молитву. Врач отца Порфирия Георгий Попазахос рассказывал: «Я был поражён, когда услышал попугая, повторяющего Иисусову молитву в келии старца. “Он более духовный, чем я, – говорил старец, – я устаю и засыпаю, но он бодрствует и молится”. Старец также пытался приручить орла».

Митрополит Лавр (Шкурла), первоиерарх Русской Православной Зарубежной Церкви, тогда ещё архиепископ, первый рассказал мне про старца Порфирия. Он навестил его в середине 80-х годов. Отец Порфирий, когда узнал, что он настоятель Св.-Троицкого монастыря в Америке, внезапно внутренними очами увидел нашу обитель, всю её «оглядел» и рассказал владыке, где, что и как устроено. Предвидя намечавшуюся в тот год постройку колокольни, описал и трудности, которые предстояли, а именно: когда при копании фундамента наткнулись на подземный источник, то пришлось приложить много усилий, чтобы его запечатать. Вообще, следует заметить, что старец проникся к владыке Лавру очень тёплыми чувствами, даже звонил ему в монастырь. Когда я, в уже упоминавшемся разговоре с отцом Порфирием в 1986 году, завёл речь о владыке Лавре, то старец весь просиял и в духовном восторге воздел обе руки вверх.

Прозорливость старца помогала не только грешникам обращаться на путь праведный, но возвращала к Церкви души заблудшие, уклонившиеся в ереси, а порой и обращала инославных в православие.

Однажды духовный сын старца – студент Духовной академии – привёл к нему своего друга, который увлекался индуизмом и искал духовных советов у разных гуру. Отец Порфирий, видя этого человека впервые, сразу обратился к нему по имени и спросил, как поживают его жена и дети. Это так потрясло искателя восточной мудрости, что он с чувством глубокой раскаянности исповедался у старца и вернулся в лоно Православной Церкви.

Когда эти два друга покидали старца, то обращённый признался своему товарищу: «Я и правда женат, и у меня двое детей, но я никогда тебе об этом не говорил. Я действительно их бросил и старец знал об этом!»

Православная Церковь для старца Порфирия была центром его жизни. Вся его жизнь и деятельность вращалась вокруг неё, как колесо вокруг оси. Отец Порфирий не мог говорить о Церкви без слёз. Епископы для него были воплощением и образом Христа, и он благоговел пред ними. Он очень огорчался, когда слышал критику в адрес епископов или находил её в печати. Епископ для него был Богом поставленный возглавитель местной Церкви, несмотря на какие-либо его личные качества. Такое представление о епископской власти было для старца священным.

Старец говорил: «Христос открывает Себя только внутри Церкви, там, где люди, находясь вместе, любят друг друга, несмотря на грехи; не из-за их усилий, но по милости и любви Христа. Любовь Христова держит всех нас вместе. Он делает нас одним телом, и мы участвуем в богочеловеческой жизни Господа. Только таким образом и никак иначе мы можем вознестись над разрушительной силой греха. И вершина истины есть святая Евхаристия».

Про Таинство исповеди старец говорил: «Исповедь – это путь людей к Богу. Это дар человеку любви Божией. Ничто и никто не может отнять от человека этого дара».

Отец Порфирий был не лицеприятен, он, как солнышко, ровно светил на злые и на благие, и его любовь пронизывала самые закоренелые в грехе сердца.

Известный писатель и богослов архимандрит Иоанникий (Котсонис) вспоминал, как один раз старец, освящая дома на Богоявление и переходя из дома в дом, зашёл также и в публичный дом. Когда он стал окроплять это место святой водой и петь тропарь праздника, к нему вышла содержательница этого притона и стала говорить, что её девицы не достойны прикладываться ко кресту. На что старец ей ответил: «Я думаю, что не они, а ты недостойна приложиться ко кресту!»

Он допустил девиц приложиться ко кресту и с любовью стал беседовать с ними. Он говорил им о любви к Богу, что всегда являлось его излюбленной темой. Видя святой облик старца, эти женщины, подобно евангельской блуднице, со слезами слушали его спасительные слова: «Любите Христа, Который любит вас, и вы увидите, как счастливы вы будете. Если бы вы только знали, как Он любит вас! Постарайтесь тоже взаимно любить Его». Старец понимал, что только любовь ко Христу может их оторвать от этой ужасной «профессии».

Однажды к старцу приехала целая компания «байкеров» (рокеров-мотолюбителей) на своих мотоциклах. Они спрятали мотоциклы в другом квартале и прямо прошли к старцу, не дожидаясь своей очереди. Один из них сказал старцу: «Скажи нам что-то, папаша». «Что мне тебе сказать, Димитрий? Что твой мотоцикл такой-то и такой-то марки?» Этот прозорливый ответ сразу же изменил отношение ребят к старцу, и с тех пор они стали к нему ходить и пользоваться его духовными советами. Отец Порфирий про них говорил: «Из тех, кто меня посещает, – это самые чистые и невинные души».

О прозорливости отца Порфирия можно много писать, приведём здесь ещё лишь несколько случаев, свидетельствующих об этом даре старца.

Известный греческий писатель и журналист Панагиотис Сотирхос поведал следующее.Однажды старец пошёл с тремя своими духовными чадами в монастырь, чтобы отслужить вечерню. Пройдя немного, старец, видимо, утомился, а до монастыря ещё было далеко. Решено было поймать какую-нибудь попутную машину. В этот момент вдали показалось такси. Три попутчика старца решили его остановить. «Не беспокойтесь, – сказал старец, – такси само остановится. Но, когда вы сядете в него, вы не должны разговаривать с таксистом, только я буду с ним говорить».

Точно так и произошло. Такси остановилось, хотя они не поднимали рук, все сели в него, и старец сказал, куда им надо ехать. Когда таксист тронулся с места, то почти тут же начал обвинять духовенство во всех смертных грехах. Каждый раз, когда он выпаливал очередное обвинение, то обращался к сидевшим сзади духовным чадам старца со словами: «Не правда ли, ребята? Что вы на это скажете?» Но они, из послушания, сидели молча. Когда таксист понял, что ему не собираются отвечать, то он обратился к отцу Порфирию и спросил: «Что скажешь, папаша? То, что пишут в газетах, всё правда, не так ли?»

Старец ответил: «Сынок, я тебе расскажу короткую историю. Я расскажу её только один раз, тебе не придётся её слушать дважды. Жил один человек в одном месте (он назвал это место), у которого был престарелый сосед, который владел большим участком земли. Однажды ночью он убил соседа и закопал в землю. Затем, пользуясь подложными документами, он завладел землёй соседа и продал её. И знаешь, что он купил на эти деньги? Он купил такси».

Как только таксист услышал эту историю, он весь затрясся, затем свернул на обочину дороги и закричал: «Молчи, батюшка! Только ты и я знаем об этом». «Бог тоже знает об этом, – ответил отец Порфирий. – Он сказал мне, чтобы я передал это тебе. Смотри, покайся и исправь свою жизнь».

Дух уныния старец часто советовал побеждать при помощи молитвы и прогулки на воздухе. Когда одна духовная дочь старца сказала ему, что она часто впадает в депрессию, то он её спросил: «Почему ты сидишь дома взаперти?» «Ну а куда я пойду?» – возразила она. «Пойди пройдись, пойди в горы. Это очень помогает», – заметил старец. Старец считал, что самый лучший образ жизни – простой, деревенский. А для горожан он советовал как можно чаще уходить на прогулки в горы. Поощряя детей ходить на лыжах в горы, он говорил: «Там, в горах, где вы можете созерцать небо и снег и всю красоту пейзажа, подумайте о Том, Кто всё это сотворил».

Однажды поздно вечером отцу Порфирию стало плохо с сердцем и он вызвал своего врача Георгия Попазахоса. Когда врач осмотрел старца, то спросил, не было ли у него в этот день каких-либо сильных переживаний. Отец Порфирий заплакал и, прерывая свой рассказ от избытка чувств, стал рассказывать о кровавых событиях, происходивших в этот момент на улицах Румынии. Там в это время шли уличные бои – народ восстал против коммунистического режима Чаушеску. Отец Порфирий своими сердечными очами видел смерть и кровь, точь-в-точь так, как об этом на следующий день поведали газеты мира. Он продолжал плакать, а Георгий стал молиться, чтобы Господь отнял от старца это видение, ибо оно разрушало его любящее сердце.

«Как тебе, отче, могут помочь все лекарства, когда ты не от мира сего? – думал про себя Георгий. – Твоё сердце бьётся здесь, в Оропосе, а пребывает в Румынии; кардиограф показывает, что оно полуживое, а ему уготована жизнь вечная на Небесах».

Георгий ушёл от старца потрясённый до глубины души, с умилением сознавая, что Господь сподобил его общаться с живым носителем Божественной любви.

Подобный же случай произошёл со старцем и в 1974 году, когда турки напали на Кипр. Рано утром 20 июля он разбудил всех бывших с ним, со слезами на глазах сообщив, что в этот час турецкие войска высадились на Кипре. Старец даже указал точное место, где начались военные действия.

Отец Порфирий говорил, что обычно для достижения определённого духовного состояния (ведомого только ему) он должен был при помощи молитвы пройти духовную брань, которая длится от 15 минут до получаса. Но когда он находится в освящённом месте, то этого не требуется. «Я войду, например, в святую пещеру преподобного Нифонта, или преподобного Нила на Святой Горе, или святого Иоанна Богослова на Патмосе и даже не успеваю начать молиться, как священное место воскрыляет мой дух горе». Старец всегда подчёркивал важность посещения святых мест. Он считал, что такие святые места, как гора Синай, пещера святого Иоанна Богослова на Патмосе или Иерусалим наполнены благодатью Божиею и способны освятить человека.

Отец Порфирий любил истинную науку и искусства и, несмотря на свои два класса начальной школы, обладал обширными знаниями во многих областях. Он читал книги на все темы: о физике, медицине, астрономии и проч. У него было много духовных чад с высшим образованием, в том числе преподавателей университетов. Однажды один профессор, астроном с мировой известностью, посетил старца. Зашла у них беседа и об астрономии. Позже он говорил, что старец очень удивил его обширностью своих знаний в этой науке. «Он действительно знал то, о чём говорил, и ни в чём не допустил ошибки», – рассказывал поражённый профессор. В другой раз директор госпиталя, известный хирург, был не менее удивлён, когда старец ему подробно описал то, как следует делать определённую операцию.

Последние два года своей земной жизни старец часто говорил о том, как он будет давать ответ на Страшном Суде. Он стал усиленно готовиться к исходу. Он любил вспоминать одну историю из патерика, в которой один старец, чувствуя приближение своего конца, приготовил для себя могилу и сказал своему ученику: «Мой сын, камни скользкие и тропа крутая, ты можешь покалечиться, если решишь нести моё тело к могиле. Давай пойдём туда, пока я ещё могу ходить». Ученик, поддерживая старца под руку, довёл его до могилы. Старец лёг в приготовленную могилу и предал душу свою Богу.

По просьбе старца недалеко от келии была выкопана ему могила, он продиктовал своё последнее прощальное письмо, в котором испрашивал у всех прощения и давал своё наставление. В последнюю ночь своей земной жизни старец исповедался, после чего ученики стали читать канон на исход души. Затем они стали читать келейное правило великосхимника по чёткам. Последними словами старца были евангельские слова Спасителя из его прощальной беседы с учениками: «Да будут все едины». И затем еле слышно он прошептал: «Гряди». И испустил дух.

Господь забрал его светлую душу 2 декабря 1991 года. На следующий день на рассвете 3 декабря, когда солнце только озарило своими лучами верхушку Афона, святые останки старца были покрыты землёю. Для его души воссиял свет вечный и вечная жизнь.

Составлено на основе книги «Elder Porphyrios» монахом Вениамином
Св.-Троицкий монастырь, Джорданвилл

http://www.rusvera.mrezha.ru/609/8.htm