ДОКЛАД НА 3-м ОПТИНСКОМ ФОРУМЕ В КАЛУГЕ


Всечестные отцы, братья и сестры!
Все вы знаете, что репутация театрального искусства в православной среде оставляет желать лучшего. И не без основания. Пошлость и безвкусица завладели современной сценой, и человек, который еще не потерял нравственного чутья, интуитивно сторонится этого сценобесия, тем более, если этот человек – православный. Но всякий ли театр – зло, всякого ли театра следует сторониться, или все-таки может существовать такой театр, который несет свет, а не тьму, и может способствовать духовному созиданию, а не душевному разложению?
Сторонники однозначно-отрицательного отношения к театру приводят в пример Тертуллиана и Иоанна Златоуста, которые писали, что театр родственен Венере и блуду. Но следует вспомнить, в какое время они жили. «Театр тех веков, равно как и народные зрелища византийского средневековья, были полны грубых и чувственных подробностей, - пишет архимандрит Киприан (Керн) в своей книге «Православное пастырское служение», - в них еще сильно веяли воспоминания языческих вакханалий и дионисических культов, и все это, конечно, не могло служить к облагораживанию нравов, почему церковь и противопоставляла всему этому свое обличение.» Не правда ли, братья и сестры, положение в сфере театрального искусства в то время очень схоже с нашей современностью. И в наше время на театральных подмостках царит разгул страстей и порока, доминирует эстетизация зла. Далее архимандрит Киприан пишет: «Но кроме этого вакхического момента было и есть в театральном искусстве и другое. Театральное искусство знает, кроме того, и средневековые мистерии, разные религиозные инсценировки, известные как на Западе, так и на Востоке. К нам они проникли через Киев и Малороссию, но проникли совершенно легально, и церковь была достаточно широка, чтобы их терпеть и даже им покровительствовать. Кроме того, следует все-таки сохранять историческую перспективу, - продолжает архимандрит Киприан, - театр эпохи Тертуллиана был полон эротического, безнравственного элемента. Существует в театральном репертуаре и наших дней немало вульгарного, непристойного, безстыдного. Но наряду с легкомысленным репертуаром и соблазнительными пьесами литература театральная дала огромное число прекрасных художественных произведений. Шекспир, Расин, Шиллер, Пушкин, Чехов и многие иные не только не проповедуют в своих драматических произведениях блуда и эротики, но возвышают душу над грубыми чувствами, заставляют думать о чем-то высшем, уводят зрителя в какой-то иной, далекий от пошлости и обыденщины мир.» Вот так отец Киприан оценивает театральное искусство во времени и в истории. И прибавляет, что артисты очень часто были и бывают глубоко религиозными людьми, приводя в пример Савину, Бутову, Ермолову, Садовскую. От себя хотелось бы в этот список добавить современных актеров, таких как Александр Лыков, Петр Сергеевич Вельяминов, Иван Иванович Краско, Валерий Михайлович Ивченко, Андрей Юрьевич Толубеев, Кирилл Юрьевич Лавров, недавно почивший (Царство ему Небесное!), его к вере привела дочь, актриса Мария Лаврова, которая уже давно воцерковлена, и многие, многие другие, этот список можно продолжить.
И еще хотелось бы, братья и сестры, в защиту театра вспомнить о том, что одним из первых наших русских драматургов был ни кто иной, как святитель Дмитрий Ростовский. На его счету шесть, если мне не изменяет память, написанных им пьес, среди которых самая, пожалуй, известная «Рождественская драма». Сам Дмитрий Ростовский стоял у истоков русской драматургии и русского театра. А посему вопрос о том «быть или не быть» в России театру, можно разрешить и в православной среде однозначно: быть!
Теперь хотелось бы подойти к основной теме нашего разговора: что же такое именно православный театр и возможно ли такое словосочетание. И вообще: можно ли именовать себя православным художником, православным писателем, православным артистом, православным режиссером? Есть не мало в православной среде литераторов, деятелей культуры и искусства, которые категорично заявляют, что нет, нельзя. Что, дескать, называть себя православным писателем или православным артистом это все равно, что называть себя православным водопроводчиком. (Интересная аналогия, ничего не скажешь.) Они говорят, мол, писатель есть писатель, режиссер есть режиссер, и, исходя из того, что они пишут и ставят и определяются их творческие и нравственные ориентиры. Зачем, дескать, это декларировать? Так-то оно вроде бы и так, но только, куда мы, к примеру, в таком случае денем такое высокое понятие как – русский писатель? Или и в этом случае перестанем называть своих писателей русскими, по аналогии с примером о водопроводчике? Ведь не по одной же только принадлежности к языку наша отечественная литература именуется русской, а отечественный театр именуется русским театром. Русская литература, русский театр, русский писатель, русский артист – прежде всего понятия нравственные, а точнее высоконравственные. Мы обязаны заявлять без всякой боязни, какие нравственные идеалы мы исповедуем. Нравственный идеал для православного художника – Христос; и Свет, который Он принес в мир – есть постоянная тема в творчестве у православного писателя, православного режиссера, православного артиста.
А те, кто не хочет связывать себя только этой темой, пусть ищет чего-то еще, это их право. Но не надо навязывать своего мнения тем, кто работает исключительно в этом направлении и не стыдится говорить об этом. Конечно, и среди тех художников, которые заявляют о себе, как о художниках православных, могут быть наряду с одаренными и малоспособные люди, хорошие творческие работы и не очень, а кто-то обязательно попытается заняться спекуляциями и «творить» под А-ля-православие… Но ведь в любом деле так бывает и это совсем другая тема для разговора.
А православный театр… Да он, собственно, уже давно существует и выдумывать его не надо. Более того, театр на Руси и начинался-то именно, как театр православный. У нас ведь языческих зрелищ не было и дохристианскими языческими драматургами мы похвастаться, слава Богу, не можем. Начали мы свое историческое театральное поприще прямо с «Пещного действа», праздничного богослужебного представления о трех отроках в вавилонской печи, а продолжили постановками пьес на библейские сюжеты наших первых драматургов Симеона Полоцкого и упоминаемого уже сегодня святителя Дмитрия Ростовского. К чему мы пришли ныне – видим сами. И нам, живущим сегодня, решать – отдавать ли сцену на посмеяние творцам антиискусства, или, засучив рукава, работать на процветание современного отечественного русского православного театра. Слава Богу, нам есть на кого равняться, у нас есть первопроходцы. Все вы их хорошо знаете и любите, это, конечно, Духовный театр «Глас», под руководством Никиты Сергеевича Астахова и Татьяны Георгиевны Белевич. Они прошли тернистый путь, длинною в жизнь совершеннолетнего человека. Восемнадцать лет творческой деятельности Русского Духовного ТЕАТРА «ГЛАС» наглядно показывает нам, что русский православный театр не только имеет право на существование, он необходим нашему народу точно так же, как любое другое искусство, имеющее в своей основе нравственный стержень Святой Православной Веры.
Спаси вас Господи!