Сын 35-го президента США Джона Кеннеди Роберт Кеннеди младший опубликовал в издание Politico статью, в которой объясняет причину ненависти арабов к американцам. По мнению Кеннеди, ситуация в Сирии — это наглядный пример, который доказывает все ошибочность действий США в арабском мире.

«Ридус» приводит статью в переводе ИноСМИ.

«Отчасти из-за того, что моего отца убил араб, я не предпринимал никаких попыток понять последствия американской политики на Ближнем Востоке и, в частности, те факторы, которые порой вызывают кровопролитную реакцию против США со стороны исламского мира.

Сегодня, когда мы размышляем об усилении ИГИЛ* и ищем причины того варварства и жестокости, с которой были осуществлены нападения в Париже и Сан-Бернардино, унесшие так много человеческих жизней, нам следует выйти за рамки удобных объяснений, что якобы все это из-за религии и идеологии.

Вместо этого нам следует изучить более сложные логические объяснения, касающиеся истории и нефти, а также посмотреть, почему зачастую пальцем указывают на нас самих, обвиняя во всем Америку.

Нелицеприятная история жестоких американских вмешательств в Сирии, о которых американский народ знает очень мало, а вот сирийский — хорошо и подробно, стала благодатной почвой для насильственного исламского джихадизма, и сегодня мешает нашему государству эффективно ответить на вызов со стороны ИГИЛ.

Пока американское общество и политическое руководство не узнают это прошлое своей страны, будут все новые вмешательства, усугубляющие кризис. Госсекретарь США Джон Керри на этой неделе объявил о «временном» прекращении огня в Сирии. Но поскольку американское влияние и престиж в Сирии минимальны, а прекращение огня не распространяется на ключевых действующих лиц в этой войне — ИГИЛ и «Ан-Нусру»* — перемирие в лучшем случае будет очень шатким.

Точно так же, активизация военного вмешательства президента Обамы в Ливии, проявившаяся в американских авиаударах по учебному центру ИГИЛ на прошлой неделе, не ослабит, а только усилит радикалов. Как сообщала 8 декабря 2015 года на своей первой странице New York Times, политические руководители и стратеги ИГИЛ активно провоцируют Америку на военные интервенции.

Они из личного опыта знают, что благодаря таким действиям их ряды будут пополнять все новые боевики-добровольцы, голоса в защиту умеренности будут стихать, а исламский мир будет все больше сплачиваться против Америки.

Чтобы понять эту динамику, нам надо взглянуть на историю и, в частности, на истоки нынешнего конфликта с точки зрения сирийцев. Еще задолго до того, как мы своей оккупацией Ирака дали толчок суннитскому восстанию, трансформировавшемуся на сегодняшний день в ИГИЛ, ЦРУ всячески способствовало расширению воинствующего джихадизма, используя его в качестве оружия холодной войны и отравляя ядами и без того непростые американо-сирийские отношения.Эти действия порой вызывали скандалы в нашей стране.

В июле 1957 года, когда в Сирии провалился организованный ЦРУ государственный переворот, мой дядя, сенатор Джон Кеннеди, вызвал возмущение в Белом доме Эйзенхауэра, у лидеров обеих политических партий, а также у наших европейских союзников, произнеся историческую речь, в которой он утверждал право арабского мира на самоуправление и призывал Америку положить конец империалистическому вмешательству в дела арабских стран.

Всю мою жизнь, и особенно во время моих частых поездок на Ближний Восток, очень многие арабы с любовью вспоминали ту речь, и говорили мне, что это ярчайшее проявление идеализма со стороны Кеннеди, а также призыв к Америке вернуться к своим высоким ценностям, подтвержденным нашей страной в Атлантической хартии (один из основных программных документов антигитлеровской коалиции — прим. пер.).

Это было официальное обязательство о том, что все бывшие европейские колонии после Второй мировой войны получат право на самоопределение. Франклин Делано Рузвельт заставил Уинстона Черчилля и лидеров других стран-союзниц подписать Атлантическую хартию в 1941 году в качестве предварительного условия американской поддержки европейцев в ходе войны против фашизма.

Но во многом из-за Аллена Даллеса и ЦРУ, чьи внешнеполитические интриги зачастую шли вразрез с заявленным курсом нашей страны, мы не пошли идеалистическим путем Атлантической хартии. В 1957 году мой дед, посол Джозеф Кеннеди, участвовал в работе секретного комитета, получившего задание расследовать тайные операции ЦРУ на Ближнем Востоке.

В так называемом «донесении Брюса-Ловетта», под которым стояла и его подпись, говорилось о заговорах ЦРУ в Иордании, Сирии, Иране, Ираке и Египте. О них было хорошо известно в арабских странах, а вот американцы не знали об этом практически ничего, за чистую монету принимая опровержения своего правительства.

Авторы донесения обвиняли ЦРУ в разрастании антиамериканизма, заявляя, что он каким-то таинственным образом «укореняется сегодня во многих странах мира». В донесении Брюса-Ловетта отмечалось, что такое вмешательство противоречит американским ценностям и компрометирует международное лидерство Америки, а также ее моральное превосходство без ведома американского народа.

В донесении также говорилось, что ЦРУ никогда не задумывалось о нашей реакции на такие вмешательства, если бы их принялась осуществлять у нас в стране какая-нибудь иностранная держава.

Наверное, именно об этой кровавой истории скучают современные интервенционисты типа Джорджа Буша, Теда Круза и Марко Рубио, самовлюбленно повторяя свои заезженные штампы о том, что ближневосточные националисты ненавидят нас «за наши свободы». На самом деле, это не так; они ненавидят нас за то, что мы предали эти свободы в их странах.

***

Дабы американцы действительно поняли происходящее, важно проанализировать некоторые детали этой омерзительной и полузабытой истории. В 1950-е годы президент Эйзенхауэр и братья Даллесы (директор ЦРУ Аллен Даллес и госсекретарь Джон Фостер Даллес) отвергли все советские предложения о превращении Ближнего Востока в нейтральную зону холодной войны и о том, чтобы арабы сами управляли своими арабскими землями.

Вместо этого они вели тайную войну против арабского национализма, который Аллен Даллес приравнивал к коммунизму — особенно когда арабское самоуправление стало создавать угрозу нефтяным концессиям. Они тайком оказывали мощную американскую военную помощь тиранам в Саудовской Аравии, Иордании, Ираке и Ливане, отдавая предпочтение марионеткам с консервативной джихадистской идеологией, поскольку считали ее надежным антидотом от советского марксизма.

На совещании в Белом доме в сентябре 1957 года, где присутствовал директор ЦРУ по планированию Фрэнк Уиснер (Frank Wisner) и Джон Фостер Даллес, Эйзенхауэр дал управлению следующий совет:

«Мы должны делать все возможное, подчеркивая аспект „священной войны“».

Об этом свидетельствует служебная записка, составленная начальником его секретариата генералом Эндрю Гудпастером (Andrew J. Goodpaster).

ЦРУ начало активно вмешиваться в сирийские дела в 1949 году — буквально через год после своего создания. Сирийские патриоты ранее объявили войну нацистам, изгнали из страны своих французских колониальных правителей-вишистов и сформировали хрупкую светскую демократию по американскому образцу.

Но в марте 1949 года демократически избранный президент Сирии Шукри аль-Куатли (Shukri-al-Quwatli) заколебался, не желая утверждать американский проект строительства трансарабского трубопровода от нефтяных месторождений Саудовской Аравии до ливанских портов, который должен был пройти по сирийской территории.

В своей книге «Правдивая история» (Legacy of Ashes) историк ЦРУ Тим Вейнер (Tim Weiner) рассказывает о том, что когда Аль-Куатли начал демонстрировать нежелание участвовать в данном проекте, ЦРУ организовало переворот и заменило его тщательно подобранным диктатором и осужденным мошенником Хусни аз-Заимом (Husni al-Za’im).

Едва Аз-Заим распустил парламент и утвердил американский проект, соотечественники свергли его. Страной он правил четыре с половиной месяца.

После нескольких переворотов и контр-переворотов в этой лишившейся покоя стране сирийский народ в 1955 году снова попробовал демократию, переизбрав Аль-Куатли и его Национальную партию. Аль-Куатли по-прежнему придерживался нейтралитета в холодной войне, но уязвленный тем, что американцы приложили руку к его свержению, он теперь начал склоняться в сторону советского лагеря.

Из-за занятой им позиции директор ЦРУ Даллес объявил, что «Сирия созрела для переворота», и послал в Дамаск двух своих главных специалистов по организации заговоров Кима Рузвельта (Kim Roosevelt) и Роки Стоуна (Rocky Stone).

Двумя годами ранее Рузвельт и Стоун организовали переворот в Иране против демократически избранного президента Мохаммеда Моссадыка, когда тот попытался изменить условиях неравноправных контрактов с британским нефтяным гигантом Anglo-Iranian Oil Company (теперь это ВР). Моссадык был первым избранным лидером Ирана за всю его 4000-летнюю историю, а также популярным сторонником демократии в странах развивающегося мира.

Когда Моссадык узнал, что британские разведчики в сговоре с ВР хотят организовать государственный переворот, он выгнал из страны всех британских дипломатов. Но он допустил роковую ошибку, не прислушавшись к мольбам своих советников также выгнать из Ирана ЦРУ, которое, как они верно подозревали, было причастно к британскому заговору.

Моссадык идеализировал США, считая их образцом для новой иранской демократии, неспособным на такое коварство. Несмотря на настоятельные просьбы Даллеса, президент Гарри Трумэн запретил ЦРУ активно участвовать в британском заговоре по свержению Моссадыка. Когда пост президента в январе 1953 года занял Эйзенхауэр, он без промедлений спустил Даллеса с цепи.

Свергнув Моссадыка в ходе операции «Аякс», Стоун и Рузвельт привели к власти шаха Резу Пехлеви (Reza Pahlavi), который благоволил к американским нефтяным компаниям. Но жестокость шаха в отношении собственного народа при поддержке США привела к тому, что в 1979 году вспыхнула Исламская революция, которая вот уже 35 лет досаждает нашей внешней политике.

Успешно проведя операцию «Аякс» в Иране, Стоун в апреле 1957 года прибыл в Дамаск с тремя миллионами долларов, чтобы вооружить и стимулировать исламских боевиков, а также подкупить офицеров сирийской армии и политиков, дабы те свергли демократически избранный светский режим Аль-Куатли. Об этом пишет Джон Прадос (John Prados) в своей книге Safe for Democracy: The Secret Wars of the CIA (Безопасно для демократии: тайные войны ЦРУ).

Наладив сотрудничество с «Братьями-мусульманами» и имея в своем распоряжении миллионы долларов, Роки Стоун планировал убить руководителя сирийской разведки, начальника генерального штаба и руководителя коммунистической партии, а также организовать «национальные заговоры и различные силовые провокации в Ираке, Ливане и Иордании, чтобы возложить всю вину за это на сирийских баасистов.

Тим Вейнер в своей „Правдивой истории“ рассказывает о том, что план ЦРУ заключался в дестабилизации сирийского правительства и в создании предлога для вторжения со стороны Ирака и Иордании, чьи правительства уже находились под контролем ЦРУ.Ким Рузвельт предсказывал, что приведенное к власти ЦРУ новое марионеточное правительство будет „в первую очередь полагаться на репрессивные меры и деспотичное применение силы“. Об этом говорится в рассекреченных документах управления, о которых написала газета Guardian.

Но даже всеми этими деньгами ЦРУ не удалось подкупить офицеров сирийской армии.Военнослужащие доложили баасистскому режиму о попытках подкупа со стороны ЦРУ. Сирийская армия в ответ вторглась в американское посольство и захватила Стоуна. После сурового допроса Стоун по телевидению сознался в своей причастности к иранскому перевороту и к неудачной попытке ЦРУ свергнуть законное правительство Сирии.

Сирийцы выдворили из страны Стуона и еще двоих сотрудников американского посольства. Это был первый случай, когда дипломат из Госдепартамента США был изгнан из арабской страны. Белый дом Эйзенхауэра безосновательно назвал признание Стуона „фабрикацией“ и „клеветой“, и вся американская пресса во главе с New York Times проглотила это опровержение, а американский народ поверил в него, разделяя идеалистический взгляд Моссадыка на свое государство.

Сирия провела чистки и избавилась от политиков, симпатизировавших США, а также казнила за измену всех связанных с заговором офицеров. США в ответ отправили в Средиземное море свой 6-й флот, пригрозили войной, а также побудила Турцию напасть на Сирию. Турция сконцентрировала на сирийской границе 50-тысячную войсковую группировку и отступила лишь под напором объединенной оппозиции в лице Лиги арабских государств, чьи лидеры были возмущены американским вмешательством.

Но даже после выдворения своих сотрудников ЦРУ продолжало тайные усилия по свержению демократически избранного баасистского правительства Сирии.

ЦРУ совместно с британской МИ6 сформировало „комитет свободной Сирии“ и вооружило „Братьев-мусульман“, чтобы те ликвидировали троих руководителей из сирийского правительства, помогших разоблачить американский заговор. Об этом в своей работе The Preferred Plan: The Anglo-American Working Group Report on Covert Action in Syria, 1957 (Предпочтительный план: Доклад англо-американской рабочей группы о тайных действиях в Сирии, 1957 г.) написал Мэтью Джонс (Matthew Jones).

Из-за коварных действий ЦРУ Сирия еще больше отдалилась от США и заключила многолетние альянсы с Россией и Египтом.

После второй попытки переворота в Сирии весь Ближний Восток от Ливана до Алжира всколыхнула волна антиамериканских выступлений. Одним из последствий стал переворот в Ираке 14 июля 1958 года, который возглавили настроенные против Америки армейские офицеры новой волны, свергшие проамериканского монарха Нури аль-Саида (Nuri al-Said) (так в тексте, Нури аль-Саид был премьер-министром Ирака — прим. пер.).

Лидеры переворота опубликовали секретные правительственные документы, из которых было понятно, что Нури аль-Саид являлся высокооплачиваемой марионеткой ЦРУ. В ответ на американское предательство новое правительство Ирака пригласило в страну советских дипломатов и экономических советников, и повернулось к Западу спиной.

Настроив против США Ирак и Сирию, Ким Рузвельт бежал с Ближнего Востока и стал работать управленцем в нефтяной отрасли, которой он верно служил в свою бытность сотрудником ЦРУ. Как пишет Вейнер, сменивший Рузвельта на посту резидента ЦРУ Джеймс Гритчфилд (James Critchfield) организовал неудачную попытку убийства нового иракского президента, использовав для этого отравленный носовой платок.

Спустя пять лет ЦРУ все-таки удалось сместить президента Ирака и привести к власти в этой стране партию „Баас“. Харизматичный молодой убийца по имени Саддам Хусейн был одним из выдающихся лидеров в баасистской команде ЦРУ. Секретарь партии „Баас“ Али Салех Саади (Ali Saleh Sa’adi), пришедший к власти вместе с Саддамом Хусейном, позже скажет: „Мы въехали во власть на локомотиве ЦРУ“.

Об этом говорится в книге журналиста и писателя Саида Абуриша (Said Aburish) A Brutal Friendship: The West and the Arab Elite (Жестокая дружба: Запад и арабская элита). Абуриш отметил, что ЦРУ вручило Саддаму и его близким дружкам расстрельный список людей, которых нужно было „ликвидировать в первую очередь, чтобы обеспечить успех“. Тим Вейнер пишет о том, как Гритчфилд позднее признавался, что „ЦРУ, по сути дела, создало Саддама Хусейна“.

В годы правления Рейгана управление оказывало Хусейну многомиллиардную помощь, обучая его людей, оказывая поддержку силами спецназа, поставляя оружие и разведывательные данные — и зная при этом, что он в своей войне с Ираном использует ядовитый иприт, нервно-паралитический газ и биологическое оружие (включая полученные от американского правительства споры сибирской язвы).

Рейган и директор ЦРУ Билл Кейси (Bill Casey) рассматривали Саддама в качестве потенциального друга американской нефтяной отрасли и мощного оплота сопротивления иранской Исламской революции. Их эмиссар Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) во время визита в Багдад в 1983 году подарил Саддаму золотые ковбойские шпоры и целый арсенал химического, биологического и обычного оружия.

В то же время, ЦРУ тайно поставляло противнику Саддама Ирану противотанковые реактивные снаряды и зенитные ракеты, чтобы тот воевал с Ираком. Об этом преступлении стало широко известно во время скандала под названием „Иран-контрас“. Джихадисты с обеих сторон потом будут использовать поставленное ЦРУ оружие против американского народа.

Сейчас Америка задумалась об очередной силовой интервенции на Ближнем Востоке, однако большинство американцев понятия не имеют о той негативной реакции на прежние промахи и ляпы ЦРУ, которая помогла создать нынешний кризис. Отголоски многолетних интриг и махинаций ЦРУ до сих пор эхом разносятся по столицам ближневосточных государств, звучат в мечетях и медресе, наглядно демонстрируя то, как ЦРУ помогало уничтожать демократию и умеренный ислам.

Череда иранских и сирийских диктаторов, включая Башара аль-Асада и его отца, вызывает в памяти многочисленные и кровавые заговоры ЦРУ, ставшие предлогом для их авторитарного правления, тактики репрессий и создания прочных альянсов с Россией. Поэтому такие случаи хорошо известны народам Сирии и Ирака, которые вполне естественно трактуют американское вмешательство в контексте этой истории.

Послушная американская пресса подобно попугаю повторяет рассказ о том, что наша военная помощь боевой сирийской оппозиции чисто гуманитарная. Однако многие арабы видят в сегодняшнем кризисе очередную войну чужими руками в интересах геополитики и нефтяной отрасли. Прежде чем еще глубже влезть в это болото, нам будет нелишне вспомнить многочисленные факты, подтверждающую такую точку зрения.

По мнению арабов, война против Башара Асада началась отнюдь не с мирных протестов арабской весны в 2011 году. Она началась в 2000 году, когда Катар предложил протянуть трубопровод длиной 1 500 километров и стоимостью 10 миллиардов долларов через Саудовскую Аравию, Иорданию, Сирию и Турцию.

У Катара общее с Ираном газовое месторождение Северное/Южный Парс, в котором находятся самые крупные в мире запасы природного газа. Согласно действовавшему до недавнего времени международному торговому эмбарго, Ирану было запрещено продавать газ за рубеж. Между тем, катарский газ попадает на европейские рынки только морем и в сжиженном виде, что существенно увеличивает его цену.

Предложенный к строительству трубопровод мог связать Катар напрямую с энергетическими рынками Европы через распределительные терминалы в Турции, которая в таком случае могла бы получать немалую плату за транзит. Катарско-турецкий трубопровод обеспечил бы суннитским королевствам Персидского залива решающее господство на мировом газовом рынке и усилил позиции Катара, являющегося ближайшим союзником Америки в арабском мире. В Катаре размещаются две крупные военные базы США и ближневосточный штаб американского Центрального командования.

ЕС, который 30% потребляемого газа получает из России, испытывал не меньшую потребность в таком трубопроводе, поскольку он дал бы ему дешевое топливо и свободу от экономического и политического давления Владимира Путина.

Турция, являющаяся вторым по объемам потребителем российского газа, была особенно заинтересована в том, чтобы покончить с зависимостью от давнего соперника и закрепиться на позициях важного транзитера, с немалой выгодой для себя перекачивающего азиатское топливо на европейские рынки.

Катарский трубопровод также был выгоден консервативной суннитской монархии Саудовской Аравии, поскольку он мог дать ей плацдарм в Сирии, где доминируют шииты. Геополитическая цель саудовцев заключается в сдерживании экономической и политической власти принципиального противника королевства шиитского Ирана, который к тому же является близким союзником Башара Асада.

В шиитском перевороте в Ираке при поддержке США (и в прекращении торгового эмбарго против Ирана) саудовская монархия увидела понижение своего статуса региональной державы и уже начала опосредованную войну против Тегерана в Йемене, проводя геноцид против пользующихся иранской поддержкой хуситов.

Безусловно, русские, поставляющие 70% своего экспортного газа в Европу, увидели в катарско-турецком трубопроводе угрозу собственному благополучию. По мнению Путина, катарский трубопровод это заговор НАТО, направленный на изменение статус-кво, и имеющий целью лишить Россию ее единственного плацдарма на Ближнем Востоке, удушить российскую экономику и положить конец российскому влиянию на европейском рынке энергоресурсов.

В 2009 году Асад объявил, что откажется подписывать соглашение о прокладке трубопровода через сирийскую территорию „для защиты интересов наших российских союзников“.

Асад еще больше разозлил суннитских монархов из Персидского залива, когда поддержал одобренный Россией проект строительства „исламского трубопровода“, предусматривающий прокладку ветки с иранской стороны газового месторождения через Сирию до ливанских портов. Исламский трубопровод мог сделать главным поставщиком газа на европейский энергетический рынок не суннитский Катар, а шиитский Иран.

Тем самым, влияние Тегерана на Ближнем Востоке и во всем мире могло серьезно усилиться. Израиль по вполне понятным причинам тоже был полон решимости сорвать данный проект, поскольку он мог обогатить Иран и Сирию, и предположительно укрепить их ставленников в лице „Хезболлы“ и ХАМАС.

Секретные телеграммы и доклады американской, саудовской и израильской разведки указывают на то, что как только Асад отверг проект катарского трубопровода, планирующие органы армии и разведки быстро пришли к единодушному мнению о том, что если разжечь суннитское восстание в Сирии с целью свержения не склонного к сотрудничеству Башара Асада, можно будет добиться общей цели и построить катарско-турецкий газопровод.

Как сообщает WikiLeaks, в 2009 году, вскоре после отказа Асада от проекта катарского трубопровода, ЦРУ приступило к финансированию оппозиционных группировок в Сирии. Здесь важно отметить, что было это задолго до того, как началось порожденное арабской весной восстание против Асада.

Башар аль-Асад из алавитской семьи. Алавиты это мусульманская секта, которую многие воспринимают как союзницу шиитов. „Башар Асад не должен был стать президентом, — рассказал мне во время интервью журналист Сеймур Херш (Seymour Hersh). — Отец вернул его из лондонского медицинского вуза после того, как его старший сын и наследник погиб в автомобильной катастрофе“.

По словам Херша, перед началом войны Асад предпринимал шаги по либерализации страны. „У них был интернет, газеты, банкоматы, и Асад хотел сблизиться с Западом. После 11 сентября он передал ЦРУ тысячи бесценных материалов о радикальных джихадистах, считая их общим врагом“. Режим Асада был нарочито светским, а Сирия была удивительно многообразной страной.

Например, 80% сирийского правительства и армии составляли сунниты. Асад поддерживал мир между многочисленными народами Сирии посредством сильной и дисциплинированной армии, преданной его семье. Такая лояльность обеспечивалась высоким статусом хорошо оплачиваемого офицерского корпуса, высокоэффективным разведывательным аппаратом, а также склонностью к жестокости, которая до войны была весьма умеренной по сравнению с другими ближневосточными режимами, включая наших нынешних союзников.

По словам Херша, „он конечно же не рубил людям головы каждую среду, как это делают саудовцы в Мекке“.

Такую оценку подтверждает другой ветеран журналистики Боб Пэрри (Bob Parry). „Ни у кого в этом регионе нет чистых рук, но что касается пыток, массовых убийств, подавления гражданских свобод и поддержки терроризма, то Асад в этом плане намного лучше саудовцев“. Никто не верил, что в этой стране может воцариться анархия, сотрясавшая Египет, Ливию, Йемен и Тунис.

Весной 2011 года начались небольшие и мирные демонстрации в Дамаске против репрессий асадовского режима. В основном это были миазмы арабской весны, широко распространившиеся предыдущим летом по странам арабского мира. Но как показывают материалы WikiLeaks, ЦРУ к тому времени уже приступило в Сирии к активным действиям. Однако суннитские королевства, у которых на кону оказались огромные нефтяные деньги, хотели более глубокого вмешательства со стороны Америки.

4 сентября 2013 года госсекретарь Джон Керри заявил на слушаниях в конгрессе, что суннитские королевства предложили оплатить американское вторжение в Сирию с целью свержения Башара Асада. „На самом деле, некоторые из них сказали, что если Соединенные Штаты готовы все сделать так, как мы прежде делали в других местах (Ирак), то они оплатят расходы“.

Керри еще раз рассказал об этом предложении члену палаты представителей республиканке Илеане Рос-Лехтинен (Ileana Ros-Lehtinen): „Что касается предложения арабских стран оплатить расходы по американскому вторжению и свержению Асада, то да, такое предложение вполне определенно прозвучало. Оно остается в силе“.

Несмотря на давление со стороны республиканцев, Барак Обама не захотел, чтобы молодые американцы в качестве наемников гибли за трубопроводный концерн. Обама благоразумно проигнорировал требования республиканцев об отправке войск в Сирию и об увеличении финансирования „умеренных повстанцев“. Но к концу 2011 года из-за давления республиканцев и наших суннитских союзников американское правительство влезло в эту драку.

В 2011 году США присоединились к Франции, Катару, Саудовской Аравии, Турции и Британии, сформировав коалицию „Друзья Сирии“, которая официально потребовала отставки Асада. ЦРУ предоставило шесть миллионов долларов британскому телеканалу Barada, чтобы тот выдавал материалы с уговорами и требованиями об изгнании Асада.

Обнародованные WikiLeaks документы саудовской разведки указывают на то, что к 2012 году Турция, Катар и Саудовская Аравия вооружали, обучали и финансировали радикальных суннитских боевиков-джихадистов из Сирии, Ирака и других стран с целью свержения союзника шиитов режима Асада.

Катар, который мог получить больше всех, вложил три миллиарда долларов в формирование повстанческого движения и предложил Пентагону обучать боевиков на американских базах в Катаре. Как написал в своей статье в апреле 2014 года Сеймур Херш, поставки оружия из арсеналов ЦРУ финансировали Турция, Саудовская Аравия и Катар.

Идея спровоцировать гражданскую войну между суннитами и шиитами с целью ослабления сирийского и иранского режимов, чтобы потом контролировать поставки нефти и нефтепродуктов из региона, не отличается новизной в пентагоновских замыслах. В изобличительном докладе исследовательского центра Rand от 2008 года, подготовку которого профинансировал Пентагон, изложен точный план того, что должно было произойти.

В докладе отмечается, что контроль над нефтегазовыми месторождениями Персидского залива останется для США „стратегическим приоритетом“, и что они будут „активно содействовать ведению долгой войны“. Rand порекомендовал использовать „тайные акции, информационные операции, нетрадиционные методы ведения войны“ в рамках реализации стратегии „разделяй и властвуй“.

„Соединенные Штаты и их местные союзники могли воспользоваться националистически настроенными джихадистами для ведения войны чужими руками“, а „американские руководители могли извлекать выгоду из устойчивого конфликта между суннитами и шиитами, встав на сторону консервативных суннитских режимов в борьбе против движений за предоставление власти шиитам в мусульманском мире… а возможно также, оказывая поддержку авторитарным суннитским государствам в противостоянии неизменно враждебному Ирану“.

В точном соответствии с прогнозом Асад излишне резко отреагировал на этот кризис иностранного производства: она начал сбрасывать бочковые бомбы на узлы сопротивления суннитов и убивать гражданское население. Это усилило шиитско-суннитский раскол и позволило американским политическим руководителям убедить американцев в том, что это не трубопроводная, а гуманитарная война.

Когда суннитские солдаты в 2013 году побежали из сирийской армии, западная коалиция вооружила Свободную сирийскую армию, чтобы та еще больше дестабилизировала Сирию. Нарисованный прессой портрет Свободной сирийской армии как единой боевой силы умеренной оппозиции оказался иллюзией. Распущенные подразделения перегруппировались и образовали сотни независимых боевых отрядов и банд.

В основном ими командовали или взаимодействовали с ними боевики из числа джихадистов, ставшие самыми эффективными и твердыми бойцами. К тому времени суннитские армии „Аль-Каиды в Ираке“* уже пересекли границу, вошли в Сирию и объединились с отрядами дезертиров из Свободной сирийской армии, значительную часть которых подготовили и вооружили США.

Хотя средства массовой информации в большинстве своем нарисовали картину умеренного арабского восстания против тирана Асада, стратеги из американской разведки с самого начала понимали, что их ставленники это радикальные джихадисты, которые могут создать себе новый исламский халифат, выкроив его из суннитских регионов в Сирии и Ираке.

За два года до того, как на мировую сцену вышли головорезы из ИГИЛ, Разведывательное управление Министерства обороны США подготовило семистраничный доклад (датированный 12 августа 2012 года), который удалось получить правому фонду Judicial Watch. Там прозвучало предупреждение о том, что поддержка, оказываемая США и суннитской коалицией радикальным суннитским джихадистам, „салафитам, „Братьям-мусульманам“ и „Аль-Каиде в Ираке“ (теперь это ИГИЛ), является главной движущей силой повстанческого движения в Сирии“.

Пользуясь государственным финансированием со стороны США и стран Персидского залива, эти группировки развернули мирные протесты против Башара Асада в „явно межконфессиональном направлении (шииты против суннитов)“.

В докладе отмечается, что сирийский конфликт это глобальная война за контроль над региональными ресурсами, в ходе которой „Запад, заливные государства и Турция поддерживают оппозицию Асаду, а Россия, Китай и Иран поддерживают режим“. Похоже, что авторы этого семистраничного пентагоновского доклада с одобрением отнеслись к перспективе появления халифата ИГИЛ: „Если ситуация ухудшится, существует возможность создания провозглашенного или непровозглашенного салафитского удельного княжества в восточной Сирии (Хасака и Дер-Зор). Именно этого хотят стороны, поддерживающие оппозицию, чтобы изолировать сирийский режим“.

В докладе Пентагона изложено предостережение о том, что такое новое образование может перешагнуть иракскую границу и распространить свои владения на Мосул и Рамади, а также „провозгласить исламское государство в рамках союза с другими террористическими организациями Ирака и Сирии“.

Именно так все и произошло. Неслучайно те районы Сирии, которые оккупировало ИГИЛ, находятся на пути прокладки катарского трубопровода.

Но в 2014 году наши суннитские ставленники привели в ужас американский народ, начав рубить головы и вынудив отправиться в Европу миллион беженцев.

„Стратегия, основанная на идее о том, что враг моего врага мой друг, может порой ослеплять, — сказал мне в ходе интервью Тим Клемент (Tim Clemente), который с 2004 по 2008 годы возглавлял Объединенную оперативную группу по борьбе с терроризмом, а также служил офицером связи в Ираке, поддерживая контакты между ФБР, иракской полицией и американской армией. — Мы допустили ту же самую ошибку, когда готовили моджахеддинов в Афганистане. Как только русские ушли, наши мнимые друзья начали громить древние реликвии, порабощать женщин, отрубать людям части тела и стрелять в нас“.

Когда „Джихади Джон“ из ИГИЛ начал убивать перед телекамерой пленников, Белый дом сделал резкий разворот, и стал меньше говорить о свержении Асада и больше о региональной стабильности. Администрация Обамы стала дистанцироваться от повстанческого движения, которое сама же и финансировала. Белый дом начал осуждающе тыкать пальцем в своих союзников.

3 октября 2014 года вице-президент Джо Байден заявил студентам Гарварда на форуме в Институте политики, что „наши региональные союзники стали самой большой нашей проблемой в Сирии“. По его словам, Турция, Саудовская Аравия и ОАЭ настолько „преисполнились решимости убрать Асада“, что начали „суннитско-шиитскую войну“, ведя ее чужими руками и направляя „сотни миллионов долларов и десятки тысяч тонн оружия любому, кто готов воевать против Асада“.

Правда, среди получателей денег и оружия оказались „Ан-Нусра“ и „Аль-Каида“. Эти две группировки в 2014 году объединились и создали ИГИЛ Похоже, Байдена больше всего разозлило то, что наши „надежные друзья“ оказались не такими уж и надежными, чтобы проводить в жизнь американские планы.

Арабские лидеры на всем Ближнем Востоке постоянно обвиняют США в том, что они создали ИГИЛ. Большинству американцев такие обвинения кажутся безумием. Но у арабов так много доказательств и свидетельств американской причастности, что они делают единственно возможный вывод: Соединенные Штаты наверняка целенаправленно способствовали формированию ИГИЛ.

На самом деле, многие боевики ИГИЛ и их командиры являются идеологическими и организационными последователями тех джихадистов, которых более 30 лет холило и лелеяло ЦРУ в самых разных странах от Сирии до Египта и от Афганистана до Ирака.

До вторжения американцев в саддамовском Ираке не было „Аль-Каиды“. Президент Джордж Буш уничтожил светское государство Саддама, а его наместник Пол Бремер (Paul Bremer), демонстрируя чудеса безалаберности, по сути дела создал суннитскую армию, которая сегодня именует себя ИГИЛ.

Бремер привел шиитов к власти и запретил саддамовскую правящую партию „Баас“, в результате чего без работы осталось 700 тысяч человек, в основном суннитов. Это были партийные работники и государственные служащие от министров до школьных учителей. Затем он распустил 380-тысячную армию Ирака, 80% которой составляли сунниты.

Из-за действий Бремера миллион иракских суннитов лишился званий, собственности, состояний и власти. Но появился подкласс из возмущенных, образованных, способных, хорошо подготовленных и вооруженных суннитов, которым уже нечего было терять. Суннитское повстанческое движение назвало себя „Аль-Каидой в Ираке“.

Начиная с 2011 года наши союзники финансировали вторжение боевиков этой организации в Сирию. Войдя в Сирию, „Аль-Каида в Ираке“ поменяла свое название на ИГИЛ. По словам Декстера Филкинса (Dexter Filkins) из New Yorker, „ИГИЛ управляет совет из бывших иракских генералов…. Многие являются членами светской партии „Баас“ Саддама Хусейна, и в американских тюрьмах приняли идеи радикального ислама“. Та американская военная помощь на 500 миллионов долларов, что была поставлена Обамой в Сирию, в итоге наверняка пошла на пользу этим воинствующим джихадистам.

Тим Клемент рассказал мне, что разница между иракским и сирийским конфликтами в миллионах мужчин призывного возраста, которые бегут с полей сражений в Европу, не желая оставаться и воевать за свои общины. Очевидное объяснение состоит в том, что умеренные сирийцы бегут от войны, не считая ее своей.

Они просто не хотят оказаться между молотом асадовской тирании, пользующейся российской поддержкой, и наковальней злобных суннитских джихадистов, которых мы помогли выпестовать в глобальной борьбе за конкурирующие между собой трубопроводы. Нельзя обвинять сирийский народ в том, что он не желает поддерживать планы, начертанные для его страны в Вашингтоне и Москве.

Сверхдержавы не оставили шансов идеалистическому будущему, за которое могли бы сражаться умеренные сирийцы. А погибать за трубопровод не хочет никто.

Каков же выход? Если наша цель это долговременный мир на Ближнем Востоке, самоуправление арабских стран и национальная безопасность у нас дома, то любые вмешательства в этом регионе мы должны осуществлять с оглядкой на историю, изо всех сил стремясь усвоить ее уроки. Только тогда, когда американцы поймут исторический и политический контекст данного конфликта, мы сможем должным образом подвергать критической проверке решения наших руководителей.

Используя те же самые образы и лексику, которая лежала в основе американской войны против Саддама Хусейна в 2003 году, наши политические руководители заставили американцев поверить в то, что интервенция в Сирии это война за идеалы против тирании, терроризма и религиозного фанатизма.

Мы отмахиваемся от мнений тех арабов, которые видят в нынешнем кризисе возврат к тем же самым старым заговорам на тему трубопроводов и геополитики, и называем это обычным цинизмом. Но если нам нужна эффективная внешняя политика, мы должны признать, что сирийский конфликт это война за контроль над ресурсами, ничем не отличающаяся от многочисленных тайных и необъявленных войн, которые мы ведем на Ближнем Востоке вот уже 65 лет.

И лишь тогда, когда мы увидим в данном конфликте опосредованную войну за трубопроводы, происходящие события станут нам понятны. Это единственное представление, объясняющее, почему Великая старая партия на Капитолийском холме по-прежнему зациклена на смене режимов, а не на региональной стабильности, почему администрация Обамы не может найти умеренных сирийцев для ведения этой войны, почему ИГИЛ взорвал российский пассажирский лайнер, почему саудовцы недавно казнили шиитского священника, почему в Тегеране сожгли их посольство, и почему Турция дошла до того, что сбила российский самолет.

Тот миллион беженцев, который заполонил сегодня Европу, это беженцы от трубопроводной войны и просчетов ЦРУ.

Клемент сравнивает ИГИЛ с Революционными вооруженными силами Колумбии FARC, которые являются наркокартелем с революционной идеологией, чтобы вдохновлять рядовых бойцов.

„ИГИЛ следует представлять в качестве нефтяного картеля, — сказал он. — В итоге главной подоплекой здесь являются деньги. А религиозная идеология это инструмент, чтобы вдохновлять бойцов ИГИЛ и призывать их отдавать свои жизни за нефтяной картель“.

Если снять с этого конфликта гуманитарный налет и признать, что в Сирии идет нефтяная война, наша внешнеполитическая стратегия станет намного понятнее. Подобно сирийцам, бегущим от войны в Европу, ни один американец не хочет отправлять своих детей воевать и погибать за трубопровод.

Нет, нашим первостепенным приоритетом должно стать то, о чем никто никогда не говорит: мы должны побороть свою нефтезависимость от Ближнего Востока, что становится вполне реальной перспективой, так как США усиливают свою энергетическую независимость.

Далее, нам следует радикально сократить свое военное присутствие на Ближнем Востоке — и пусть арабским миром управляют арабы. Кроме гуманитарной помощи и гарантий безопасности израильских границ, у США нет никакой легитимной роли в этом конфликте.Факты указывают на то, что мы уже сыграли свою роль, породив этот кризис, а история показывает, что мы практически не в силах его разрешить.

Если вспомнить историю, просто дух захватывает от того поразительного постоянства, с которым буквально каждое вооруженное вмешательство нашей страны в ближневосточные дела со времен Второй мировой войны заканчивалось жалким провалом и крайне пагубной негативной реакцией.

В докладе Министерства обороны США от 1997 года говорится: „Статистические данные показывают тесную взаимосвязь между американским вмешательством за рубежом и активизацией террористических атак против США“. Давайте признаемся: то, что мы называем „войной с террором“, это просто очередная нефтяная война. Мы потратили шесть триллионов долларов на три войны за рубежом и на создание военизированного государства национальной безопасности у себя дома с тех пор, как нефтепромышленник Дик Чейни в 2001 году объявил „долгую войну“.

Единственные победители в этой войне — военные подрядчики и нефтяные компании, прикарманившие колоссальные прибыли; спецслужбы, чрезвычайно усилившие свою власть и влияние в ущерб нашим свободам; и джихадисты, для которых наши интервенции неизменно становятся самым эффективным инструментом вербовки.

Мы поступились своими ценностями, мы ведем на убой свою собственную молодежь, мы уничтожили сотни тысяч ни в чем не повинных людей, мы ниспровергли собственные идеалы и разбазарили огромные национальные богатства на бесплодные и дорогостоящие зарубежные авантюры. В процессе этого мы помогли своим злейшим врагам и превратили Америку, некогда являвшуюся светочем свободы для всего мира, в государство тотальной слежки и маниакальной национальной безопасности, а также в международную парию.

Отцы-основатели предостерегали американцев об опасностях, которые таятся в регулярных армиях, в зарубежных заварухах и в том, что Джон Куинси Адамс называл „зарубежными походами в поисках монстров для уничтожения“. Эти мудрые люди понимали, что империализм за рубежом несовместим с демократией и правами человека внутри страны.

В Атлантической хартии нашли отражение эти знаковые американские идеалы, гласящие, что каждая нация должна иметь право на самоопределение. За последние 70 лет братья Даллесы, банда Чейни, неоконы и их соратники похитили этот основополагающий американский принцип и поставили военный и разведывательный аппарат США на службу торгашеским интересам крупных корпораций и особенно нефтяных компаний и военных подрядчиков, которые в буквальном смысле делают целые состояния на этих конфликтах.

Американцам пора увести свою страну прочь от этого неоимпериализма, вернув ее на путь идеалов и демократии. Мы должны позволить арабам управлять своими арабскими землями, а свою собственную энергию посвятить великому делу национального строительства у себя дома. Начинать этот процесс мы должны не со вторжения в Сирию, а с ликвидации нашего пагубного пристрастия к нефти, которая извращает внешнюю политику США вот уже полвека».

Софья Малинина

http://rusvesna.su/recent_opinions/1456647771

ПОПУЛЯРНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

	Захарова ответила призвавшему Россию «заткнуться» представителю госдеп
	Антон Крылов: Русские мне ближе
	Вайкуле послала журналистку к черту за вопрос об Украине
	Песков прокомментировал выход фильма с поддерживающим «спецоперацию» в Донбассе актером
	США подтвердили российское происхождение убитых приемным отцом детей