Глава 39
Эпилог. И жили они долго и счастливо

— Конечно, наши объяснения и поступки делали своё дело, но, в действительности, мы выжили благодаря Белле, — объяснял Эдвард.
Наша семья и два оставшихся гостя сидели в гостиной Калленов, пока за высокими окнами сгущались сумерки. Владимир и Стефан исчезли раньше, чем мы закончили праздновать.
Они были чрезвычайно разочарованы что все разрешилось именно так, но Эдвард сказал, что они наслаждались трусостью Волтури и это вполне восполняло их расстройство.
Бенжамин и Тиа также быстро покинули нас. Они хотели догнать Амун и Кеби, чтобы рассказать им, как всё закончилось. Я была уверена в том, что обязательно вновь их увижу, Бенжамина и Тиа, по крайне мере. Ни один из кочевников не остался у нас. Питер и Шарлотта сначала что-то обсудили с Джаспером, а затем тихо ушли. Воссоединенный клан Амазонок также жаждал вернуться домой — им непросто было находиться далеко от своих лесов.
— Мы обязательно должны увидеться вновь, — настаивала Зафрина, — обещайте мне.
Несси прикоснулась к моей шее, умоляя о том же.
— Конечно, Зафрина, — согласилась я.
— Мы будем замечательными друзьями, дорогая Несси, — радостно объявила дикая женщина прежде, чем исчезнуть вместе с сестрами.
Потом нас покинул ирландский клан.
— Ты хорошо справилась, Сиобан, — похвалил её Карлайл, когда они прощались.
— Ах, хотела бы я, что бы так было, — саркастически ответила она, закатывая глаза, после чего посерьезнела, — конечно, это не конец. Волтури не спустят нам с рук, то что здесь произошло.
На что Эдвард ответил:
— Мы их встряхнули. Уверенность Волтури в себе покачнулась. Но я думаю, что они когда-нибудь оправятся от удара. И затем, — Эдвард напрягся, — я полагаю, что они попытаются напасть на нас, тогда, когда мы будем не вместе.
— Элис даст нам знать, когда они захотят это сделать, — уверено сказала Сиобан, — и мы вновь соберемся. Возможно, скоро придет время, когда наш мир будет готов освободиться от власти Волтури.
— Такое время может действительно настать, — ответил Карлайл, — и если это произойдет, мы будем вместе.
— Да, мой друг, мы будем вместе, — согласилась Сиобан. — И как после этого мы можем потерпеть неудачу? — она звонко рассмеялась.
— Ты права, никак не можем, — ответил Карлайл. Он и Сиобан обнялись, после чего он пожал руку Лиам, — Попытайтесь найти Алистера и рассказать ему о том, что случилось. Мне бы не хотелось, что бы он провел следующие десять лет прячась где-нибудь в скалах.
Сиобан вновь рассмеялась. Мэгги обняла меня и Несси, после чего ирландский калан отбыл.
Денали покинули нас одними из последних. Вместе с ними уходил и Гаррет. Атмосфера празднования была в тягость Тане и Кэйт, им было нужно время, чтобы прийти в себя, после гибели их сестры. Науэль и Хайлин были последними, они остались с нами, хотя я предполагала, что они уйдут вместе с амазонками. Карлайл восторженно беседовал с Хайлин, а Науэль сидел рядом и слушал о том как Эдвард рассказывал, что происходило во время суда Волтури, то что только он мог знать.
— Элис дала возможность Аро отойти от борьбы. И если бы он не был так испуган талантами Беллы, то, возможно, продолжил бы гнуть своё.
— Испуган? — С недоверием посмотрела я на него. — Мной?
Он улыбнулся и ответил мне нежным взглядом, но выражения его глаз только больше разозлили меня.
— Когда же ты наконец поймешь какая ты есть? — мягко пробормотал. После чего, уже громко, — Вот уже примерно две тысячи пятьсот лет Волтури не сражались на равных. Они никогда не боролись в невыгодном для них положении. Тем более, после того, как они получили Джейн и Алека, они не встречали достойного сопротивления.
— Ты должна была заметить как мы обращались с ними! Обычно Алек отключает разум и чувства своих жертв, в то время как Волтури играют в совещание. Так что, никому до этого не удавалось избежать печальной участи. Но это были мы. Готовые, ожидающие, превосходящие их по численности, со своими сюрпризами, в то время как их преимущества были заблокированы Беллой. Аро знал, что Зафрина на нашей стороне, и он понимал, ослепнут, если сражение начнется. Я уверен, что многие из нас погибли бы, но их сторона тоже понесла немалые потери. Был даже неплохой шанс того, что они проиграют. Им никогда не приходилось быть в подобном положении. Они не знали, чем закончится сражение.
— Трудно чувствовать себя уверенно, когда вокруг тебя огромные волки, — рассмеялся Эмметт, дружелюбно толкнув локтем Джейкоба.
Джейкоб улыбнулся.
— Действительно, волки это первое, что их останавливало, — согласилась я.
— Безусловно, — сказал Джейкоб.
— Абсолютно, — улыбнулся Эдвард, — это то, что им ещё никогда не приходилось видеть. Истинные дети луны редко собираются вместе. И они никогда не сдерживают себя. А тут шестнадцать волков, как одно грозное целое. Они были поражены и не готовы к такому повороту событий. Кайус побаивался оборотней. Несколько тысяч лет назад он почти уступил им и боялся повторения прошлого.
— Так значит, настоящие оборотни всё же существуют? — спросила я, — те, что подчиняющиеся лунному циклу, боящиеся серебряных пуль и так далее?
Джейкоб фыркнул.
— Настоящие. То есть я ненастоящий?
— Ты понял, что я имею в виду.
— То, что касается полной луны — это да, — сказал Эдвард, — а вот серебряные пули — нет, это миф, чтобы заставить людей чувствовать, что у них есть шанс выжить. Не очень много настоящих оборотней осталось в живых. Кайус уничтожил почти всех.
— А почему ты никогда не говорил о них?
— Потому что не было подходящего момента рассказать, — усмехнулся Эдвард.
Я закатила глаза.
Элис рассмеялась и подмигнула мне. Я отвернулась. Я безумно любила её, это так. Но теперь, когда она снова была дома, когда я поняла, что её отступничество было всего лишь уловкой ради того чтобы Эдвард думал, что она покинула нас, я начинала чувствовать раздражение от её присутствия. У Элис должны были быть объяснения, почему она так поступила.
Элис вздохнула.
— Не принимай всё близко к сердцу, Белла.
— Как ты могла так поступить, Элис?
— Это было необходимо.
— Необходимо?! — я взорвалась, — тебе удалось меня убедить в том, что мы все погибнем! Я умирала от страха последние несколько недель.
— Так было вернее всего, — спокойно сказала она, — ты должна была быть готова спасти Несси.
Я посмотрела на спящую Несси на своих руках.
— Но ты знала, что можно было сделать по другому, — продолжала наступать я, — ты знала, что была надежда на спасение. Ты могла рассказать мне. Я понимаю, почему ты скрыла это от Эдварда, что бы Аро ни о чем не догадывался, но Эдвард не может услышать мои мысли.
Она скептически посмотрела на меня.
— Я так не думаю, — сказала она, — ты не очень хорошая актриса, Белла.
— Всё дело в моих актерских способностях?
— Говори потише, Белла. Может ты скажешь как я должна была поступить? Я не могла даже предположить, что кто-то вроде Науэля существует, всё, что я знала так это то, что я буду кого-то искать, но я не могла видеть его! Знаешь ли, трудно искать кого-то, будучи слепой. Плюс мы должны были действовать в одиночку, так как главных свидетелей мы отправили к вам. И всё это нужно было делать в спешке. И я должна была следить за вами, чтобы вы ничего не меняли в своих планах. В какие-то моменты Джаспер говорил мне, где я нахожусь, так как я могла это забыть. Я должна была представить себе каждую уловку, которую могли предпринять Волтури в отношении вас, чтобы успеть послать вам подсказки, надеясь что вы будите готовы к их стратегии, но не подозревали что это от меня. Ведь Аро не должен был знать. Потому что иначе всё могло кончиться весьма плачевно. И не надо дуться на меня! Я делала всё, что было в моих силах!
— Хорошо-хорошо! — прервала её я, — прости и меня, я вела себя очень грубо после всего, что ты сделала для нас. Я скучала по нашей сумасшедшей Элис.
По комнате разнесся звон колокольчиков от смеха Элис. Все улыбнулись.
— Я тоже скучала по тебе, Белла. Так что прости меня и попытайся, наконец, почувствовать себя лучшим героем этого дня.
Теперь смеялись все. Я наклонилась к Несси, чтобы скрыть своё смущенное лицо за волосами.
Эдвард вновь принялся обсуждать поризошедшее сегодня на поляне. И вновь он был убежден в том, что только благодаря щиту Волтури убежали поджав хвосты. Все смотрели на меня. Даже Эдвард. Я вновь почувствовала себя неуверенно.
Как будто бы за одно утро я выросла футов на сто. Я пыталась не обращать внимания на восхищенные взгляды окружающих, смотря только на спящую Несси и спокойное выражение лица Джейкоба. Для него я всегда была только Белла, за что я была благодарна ему. Лишь Науэль не смотрел на меня. Он смотрел только на Несси. Он не понимал, что происходящее на лугу являлось чем-то из ряда вон выходящим. Самым важным, возможно, для него было то, что Несси единственная представительница его вида, не являющаяся его единокровной сестрой. Скорее всего, в будущем, это послужит причиной ссоры с Джейкобом. Но я не была уверена в этом. К тому же сейчас я не была готова к такой борьбе за Несси.
В конечном счете, тема произошедшего сегодня утром исчерпала себя, и общая беседа распалась на множество мелких. Сейчас я чувствовала себя странно, казалось, что я устала, но не как раньше. Естественно, мне не хотелось спать. Но было так, будто этот день тянулся уже слишком долго. Я хотела спокойствия, нормальности. Я хотела видеть Несси в её собственной кровати, я хотела видеть стены своего дома. Я посмотрела на Эдварда, и на мгновение мне показалось, что я могу прочесть его мысли. Я поняла, что он чувствует то же самое, что и я. Он хотел мира.
— Мы возьмем с собой Несси?
— Это, вероятно, хорошая идея, — быстро согласился он, — я уверен, что она не храпит, как некоторые, — он усмехнулся Джейкобу.
Джейкоб закатил глаза и зевнул.
— Ладно, мне пора домой, иначе влетит от отца.
Я коснулась его щеки.
— Спасибо, Джейкоб.
— В любое время, Белла. Но это ты знаешь и сама.
Он встал, потянулся и поцеловал лоб Несси, после чего меня. Наконец, он хлопнул по плечу Эдварда.
— Увидимся завтра. Хотя, я так полагаю, что теперь дела пойдут намного медленнее, чем раньше, не так ли?
— Я на это надеюсь, — тихо проговорил Эдвард.
Мы поднялись, когда он ушел. Я аккуратно переложила Несси, чтобы она не проснулась. Я была рада тому, что она может спать и видеть сны. Ей пришлось сегодня многое пережить, а сейчас она просто ребенок, снова под защитой и в безопасности. Ей оставалось ещё несколько лет детства. Идея мира и безопасности кое о кое-чем напомнила мне. О человеке, который не испытывал этих чувств уже много лет.
— Эм. Джаспер, — спросила я его, стоя уже возле дверей.
Он обернулся.
— Да, Белла?
— Мне стало любопытно, почему тебя боится Джей Дженкс?
Джаспер захихикал.
— Я опытно установил, что некоторых подчиненных лучше держать на страхе, чем на деньгах. Это лучшая мотивация, чтобы не возникло соблазна обмануть.
Я нахмурилась и пообещала себе поговорить с Джеем, чтобы у того в ближайшее время не случился сердечный приступ. Нас поцеловали и пожелали спокойной ночи нашей семье.
Единственный, кто выглядел расстроенным, так это Науэль — он хотел последовать за нами.
Как только мы пересекли реку, мы стали двигаться не на много быстрее человеческого бега, держась за руки. Устав от бесконечного напряжения, я хотела насладиться покоем. Эдвард, должно быть, чувствовал то же самое.
— Я хочу сказать, что Джейкоб впечатлил меня, — сказал мне Эдвард, — волки просто удивительны, не правда ли? Я и предположить не мог. Ни единожды за этот день, он не думал о том, что согласно словам Науэля Несси повзрослеет через шесть с половиной лет.
Я размышляла об этом целую минуту.
— Он просто не рассматривает её таким образом. Он не хочет что бы она скорей повзрослела. Он просто хочет, чтобы она была счастлива.
— Я об этом и говорю. Это серьезный поступок. Он идет против природы, но все это ради неё.
Я нахмурилась.
— Я не собираюсь об этом думать приблизительно шесть с половиной лет.
Эдвард засмеялся, после чего нахмурился.
— Похоже, когда время настанет, ему придется посоревноваться.
Я опять нахмурилась.
— Да, я заметила. Но я благодарна Науэлю за всё, что он сделал, однако все это немного не укладывается в голове. Мне все равно, если Несси единственная полувамир, не являющаяся его сестрой.
— Но дело не только в этом. Он смотрел не только на неё, но и на тебя. Он помог нам сегодня именно из-за тебя.
— Я не понимаю. Почему?
— Потому что после рождения Несси, ты осталась в живых, — спокойно сказал он.
— Ты потерял меня.
— Вся его жизнь… он старше меня на пятьдесят лет…
— Ветхий, — прервала его я.
Эдвард не обратил внимания.
— И он всегда думал, что он убийца, что он монстр по своей природе. Его сестры тоже убили в момент рождения своих матерей, но они спокойно отнеслись к этому. Джохем, его отец, считал людей животными, и такое отношение к людям передалось его сестрам. Но он жил вместе с Хайлин, сестрой его матери. Это сформировало другое мировоззрение. И он действительно ненавидит себя.
— Это очень грустно, — пробормотала я.
— И тут он увидел нас, и впервые он начал осознавать, что он наполовину бессмертен, и это не означает, что он является совершенным злом. Он смотрит на меня и видит, каким должен быть его отец.
— Ты был бы идеальным отцом в любых обстоятельствах, — согласилась я.
Он фыркнул и вновь посерьезнел.
— Он смотрит на тебя и видит, какую жизнь должна была прожить его мать.
— Бедный Науэль, — пробормотала я, после чего вздохнула. После этого разговора, я не смогу думать о нем плохо. Независимо от того, что будет потом.
— Не грусти по нему, теперь он счастлив. Сегодня, наконец, он сможет начать прощать себя.
Я улыбнулась. Наверное, сегодня день такой — день счастья. Хотя смерть Ирины стала темной тенью против белого света, не позволяя стать этому дню совершенным. Но радость невозможно было отрицать. Жизнь, за которую я боролась, была в безопасности. Моя семья воссоединилась. У моей дочери было красивое будущее, в котором не было смерти.
Завтра я схожу, проведаю отца, чтобы он смог увидеть, что страх покинул мои глаза, и в них теперь светится счастье, и тогда он тоже будет счастлив. Внезапно я поняла, что я могу рассказать ему всё. Это не будет неправильным. А в случае чего можно сказать — среди оборотней есть люди, которые знают их секрет и они свято держат его в тайне. Я думаю, что отец также не раскроет мой секрет. Я улыбнулась ещё шире. Но самое счастливое в данный момент было то, что я была рядом с Эдвардом. Навсегда. Не то, чтобы я хотела повторить прошедшие недели, но эти недели научили меня ценить то, что я имею.
Впереди показался наш домик, отливающий прекрасным серебристо-синим цветом. Мы отнесли Несси на её кроватку и осторожно уложили её. Она улыбнулась во сне.
Я сняла подарок Аро со своей шеи и бросила его в угол комнаты. Пусть она, если пожелает, поиграет с ним.
Ей нравятся блестящие вещи.
Эдвард и я, медленно, отправились в нашу комнату.
— Ночь для празднования, — пробормотал он, он поднял мои руки, что коснуться ими своих губ.
— Подожди немного, — поколебалась я немного, отстраняясь.
Он удивленно посмотрел на меня. Обычно в такие моменты я так не поступала.
— Я хочу попробовать кое-что, — сообщила я ему, улыбаясь его изумленному выражению лица.
Я положила свои руки ему на лицо и сконцентрировалась. Раньше я не могла хорошо управлять своим даром, во время тренировок с Зафриной, но теперь я лучше понимала свой щит. Стала чувствовать ту часть меня, которая защищала, этот автоматический инстинкт, который сохранял меня прежде всего остального. Я вновь чувствовала его упругость и твердость, охраняющую меня. Я немного напряглась, пытаясь снять его. Это потребовало всех моих сил.
— Белла! — в потрясении воскликнул Эдвард.
Таким образом, я поняла, что у меня получается. Я стала вспоминать отдельные моменты нашего прошлого, то, как я чувствовала их, позволяя им полностью заполнить мой разум. Некоторые воспоминания были тусклыми — они относились к человеческому периоду моей жизни, когда я видела мир через свои слабые глаза, слышала через свои слабые уши. Я вспоминала моменты, когда в первый раз увидела его лицо… разговор на поляне, его шепот сквозь сон, момент, когда он спас меня от Джеймса, его лицо, когда он ждал меня под навесом из цветов, чтобы жениться на мне, каждый драгоценный миг на острове, его холодные руки, касающиеся нашего ребенка через мою кожу… И яркие воспоминания моей новой жизни, его лицо, когда я впервые открыла глаза на пути к моей новой жизни, к рассвету бессмертия… Его губы внезапно нарушили мою концентрацию.
— Ох, ну все, я упустила — вздохнула я.
— Я слышал тебя, — тихо прошептал он, — как? Как ты сделала это?
— Это была идея Зафрины, мы практиковались несколько раз.
Он был ошеломлен. Он дважды мигнул и покачал головой.
— Теперь ты знаешь, — тихо сказала я и пожала плечами, — Я никого не любила сильнее, чем тебя.
— Ты почти права, — он улыбнулся, его глаза были немного шире, чем обычно, — я знаю только об одном исключении.
— Обманщик.
Он вновь поцеловал меня, но вновь резко остановился.
— Ты можешь сделать это ещё раз? — задал он вопрос.
Я скорчила гримасу.
— Это весьма непросто.
Он ждал с нетерпеливым выражением лица.
— Я не смогу вновь сделать это, если ты будешь прерывать мою концентрацию, — предупредила я его.
— Я буду хорошим мальчиком, — пообещал он.
Я сузила глаза, после чего вновь улыбнулась. Я вновь дотронулась до его лица и сосредоточилась, начав на том моменте, когда только стала вампиром… задерживаясь на деталях.
Я смеялась, затаив дыхание, когда его неожиданный поцелуй вновь нарушил моё сосредоточение.
— Черт побери, — проворчал он, с жадностью целуя моё лицо, — твои воспоминания точно действуют против меня…
И затем мы углубились в эту прекрасную часть нашего навсегда…