А Питер лечит-латает раны без игл, без ниток и без следа. А Питер лечит солено-пьяно. Течет по пальцам, как по каналам, невская солнечная вода.
А Питер рвет на четыре части и прячет каждую во дворах, в пеленки-тени пихает счастье и нянчит, чтобы не раскричалось, чтоб не дай бог не затерлось в прах.

А Питер лечит, а Питер шепчет, что это лето, что будет легче, что пустость длиться не может вечно, смотри на небо мое, глупыш. Вчера я плакал дождем балтийским, сегодня небо умылось чисто, я жарю локти твои и кисти и золочу бесконечность крыш.
Его я слышу, ему я верю, он пахнет желтым предобрым зверем, конями, Пушкиным, Петром Первым и алым парусом на заре. Его в бутылку да затолкать бы, его фонтаны, его заклятья, тереть бутылку до красных пятен, до белых призраков кораблей...

И он придет добродушным джинном, в лицо плеснет мне водой бестинной и скажет: Кто обещал быть сильной?
Мы вместе, девочка. Будь сильней.

нет, ты не бойся, она тебе больше не пишет.
она, как призрак, молчит и людей пугает,
она ведь - кукла фарфоровая - стоит, не дышит,
не смеётся, не плачет и не моргает,
не меняет наряды, не носит собольих шубок,
не ходит в салоны, не знает хозяина - имя.
когда-то давно её целовали в губы,
она не помнит, одна, с тобой, с другими,
всегда одна...не ждёт, что коробка порвётся,
не представляет, какою бывает воля...

она, наверно, когда-нибудь разобьётся,
но она - кук-ла, -
а им не бывает больно.
глазами в пол, - с неизменным немым укором,
(у них нет чувств, но всё-таки непривычно...)
придёшь и сложишь вместе осколки фарфора,
к себе на полку поставишь...ну, как обычно

и мы вдвоем на кухне...
и ты куришь.я пью обжигающий кофе.
и мы говорим.
молча.
глазами.
... и количеством вдохов измеряем наш скандал.
и мы любим.
себя.тебя.меня.нас.двоих.
сигареты и кофе.
и мы молчим, о том,что нельзя сказать.
и просто улыбаемся.
кончиками губ.
касаясь края чашки.касаясь сигареты.
мы так касаемся друг друга.
мы так молча занимаемся сексом.
молча занимаемся друг другом.
и говорим глазaми :
| л.ю.б.л.ю.|

а
я
так
люблю
тебя.
представить сможешь?тогда представляй.
это так просто.любить тебя просто до кончиков твоих же ресниц.
просто чувствовать тебя.твою левую руку в своей руке и правую на своей правой ноге.
ты представил?
так вот дальше.
это не так просто.курить с тобой.дышать тобой.быть с тобой.любить и чувствовать тебя.
не так просто.
это даже проще.
ну а я просто...

люблю_тебя.

Мы подъехали к самому модному столичному клубу на шикарной Ferrari.Дрожь по телу от ударов сабуфера уже давно всем надоевшего RnB.Распахиваются двери дорогого авто, и взгляды окружающих резко переметнулись в нашу сторону.С обеих сторон машины, с излишком пафоса, в мехах выдвигаются дивы светского бомонда.Мы.Вспышки фотографов слепят глаза до безумия.Пара улыбок для фото.Плавно приближаемся ко входу клуба.Знакомые лица. Встреча с N.Его Lamborgini невозможно было не заметить у клуба.Непринуждённый разговор.Наигранные жесты, фразы, и улыбки окружающих нас сук, от которых так явно веяло завистью, сразу создавали представление "мажорской вечеринки".Вход по спискам.Нас нет. Жест рукой в сторону кассы, и вот уже она усыпана купюрами.Проходим. Снова фотографы.Пара улыбок.Дым кубинских сигар режет глаза.Купаясь в осуждающих нас взглядах пафосных шлюх, задыхаемся от переизбытка мужских дорогих, приятных духов. Парень стоял спиной. Разговаривал по усыпанному стразами Vertu. Аккуратно вложила визитку с номером, в его задний карман.Проходим бар.Ловлю на себе оценивающие взгляды состоятельных, но давно уже не молодых мужчин.Фу.Изысканный блеск глаз, и бриллианта в зубе.Поднимаемся по лестнице. От стола с нашими знакомыми, ещё внизу я услышала запах «пьяного» ванильного кальяна и Hennessy.Подходим. Здороваемся.Присаживаемся к ним.Фотографы. Фото с толпой.Тупые разговоры.Деньги, Машины, Виллы, Клубы, Отдых за границей.Обыденные темы для зажравшихся ублюдков.Шаг в сторону дамской комнаты. Заркало, Пудра, Расчёска, духи, Блеск.Фотографы. Знакомые.Какая-то шлюха прожгла моё любимое платье Chanel, сигаретой.Тварь.Чтоб ей хорошо жилось.Поднимаемся на балкончик.Наблюдаем сверху за происходящим.Обсуждаем кривоногую лошадь, и шмотки малолетних рыночных дешёвок. Знакомые.Диваны.Кальян.Martini.Бросаю взгляд на свои Cartier.4 утра.Звонок.Madonna запела. Sirocco.Алё?Я подъехал.Выхожу.Porshe ждал меня у входа.Сажусь.Приветствие.Поцелуй. Приятный запах его аромата Armani.Дорога. Ночная столица.Приятная музыка. Мелькающие в окне машины фонари.Роскошные ворота.Его дом.....а что было дальше я вам не расскажу....)(c)

Да-Да, конечно, мы такие ахуенные! Мы не вспоминаем о прошлом!
Мы так счастливы со своими Новыми мальчиками!
Вот только, когда начинает играть Т9 - *Вдох-выдох* хочется сидеть непременно на полу в центре гостинной,
жрать водку непременно из горла, и рыдать непременно о тебе...©

Привет осень. давай дружить?
давай звонить друг другу каждый день и рассказывать обо всем. Возьми меня за руку, А если у нас всё будет хорошо,то мы станем чуточку влюблены друг в друга.ты только не делай мне больно, осень...(c)

Каждый при своём:
в поисках всесильных богов,
ищешь чувств, страшишься нуля,
я ищу себе короля,
но боюсь случайных шагов.
Порознь держим мы -
сотни мятых жизней в руках,
вечный повод спрятать карниз,
полночь, устремлённую вниз,
море чьих-то слёз в дневниках.

А у нас с тобой -
километр по мостовой,
в двух бокалах сколько-то грамм,
тень улыбки напополам,
игры в третьих лишних с собой.

Осень без конца
выбирает с кем ей уснуть,
выбирает память и год,
серп и молот, хлеб, журнал мод.
(Всё ненужное подчеркнуть)
Это просто знак -
знать,что сочтены наши дни,
верить, что в них верный сюжет,
понимать,что влипла на нет...
Машем. Улыбаемся и -

Солнце на закат,
тысяча ненужных причин,
наводненье в месте, где рай,
хочешь - пей, а хочешь - стирай,
хочешь - пой, а хочешь - кричи.

А у нас с тобой:
мир с последней жёлтой листвой,
город слепоглухонемой,
разные дороги домой,-
километр по мостовой,
вечная тоска,
десять недосмотренных снов,
непривычка к поздним звонкам,
пальцы по чужим позвонкам,
и табу на слово - любовь.

Я пью отвратительный кофе с сухим молоком,
читаю наскальные прописи мальчика-осень,
а в небе парит вместо ангела старый дракон,
и лживое лето куда-то на крыльях уносит.

Я пью отвратительный кофе и вижу в окно:
накинув на строгий ошейник кто шарф, кто платочек,
друг друга не любят актеры немого кино,
любить - это больно, ошейник царапает очень.

Я пью отвратительный кофе и сплю на ходу,
и вижу во сне земляничное дерево с юга.
И птицы еще не успели накликать беду,
мы все еще дети, мы помним и любим друг друга.

Я пью отвратительный кофе и верю сильней,
что, если бы Бог по-иному смотрел бы на вещи,
он жил бы в одном из не очень холодных морей,
любил бы хорошее кофе и ласковых женщин.

-я позвоню ему,попрошу....
-не звони.
-почему?
-ты себе цены не знаешь. ты можешь осчастливить огромное колличество людей!
-да. но меня способен осчастливить только он один.

Думаешь, не любили тебя?

- Что то между «недостаточностью» и «слишком мало». Всегда от её нехватки голодала. Хоть разок хотелось получить любви досыта. Чтобы аж хотелось сказать: «Хватит уже, сейчас лопну, спасибо!»

А мне бы последний твой, самый забытый "привет".
Плевать, что сходила с ума под твоим одеялом.
Плевать поцелуи, касанья, минет
Не стыдно. Но мало. Да, черт возьми, мало!

А мне бы отсрочку рассвета хотя бы на часик.
Где были мы, милый, когда я тебя проебала?
Невинно смотрю, подвожу еще заспанный глазик,
Принцесса, епт да когда ж ты доедешь до бала?

А мне бы с тобой и в последний вагон заскочить.
Успеть в передышках сказать то, о чем бы заткнуться.
Торжественно в ленточках сердце б/у, блин, вручить.
Уйти навсегда.


А потом наплевать и вернуться.

Не тратьте жизнь свою на тех, кто вас не ценит,
На тех, кто вас не любит и не ждёт,
На тех, кто без сомнений вам изменит,
Кто вдруг пойдёт на "новый поворот".

Не тратьте слёз своих на тех, кто их не видит,
На тех, кому вы просто не нужны,
На тех, кто, извинившись, вновь обидит,
Кто видит жизнь с обратной стороны.

Не тратьте сил своих на тех, кто вам не нужен,
На пыль в глаза и благородный понт,
На тех, кто дикой ревностью простужен,
На тех, кто без ума в себя влюблён.

Не тратьте слов своих на тех, кто их не слышит,
На мелочь, не достойную обид,
На тех, кто рядом с вами ровно дышит,
Чьё сердце вашей болью не болит.

Не тратьте жизнь свою, она не бесконечна,
Цените каждый вдох, момент и час,
Ведь в этом мире, пусть не безупречном,
Есть тот, кто молит небо лишь о вас!

ещё" - шептать - "ещё ещё..."
усталость не принимать в расчёт;
плевать на время, на Он вот-вот придёт;
прокусывать кожу, искать в тумбочке йод,
пальцы пачкать, сквозь поцелуи хихикать;
лисой хитрой
проскальзывать мимо Него в подъездной гортани;
ещё - тайком от всех сбежать на выходные в Италию;
ещё - встречаться в кафе, мгновенно хватаясь под столом за руки;
ещё - в автошколе сдавать экзамены,
представляя, как буду катать её по мокрой Москве;
ещё - ревновать зверино до воя: с кем? с кем? с кем?
ещё - всегда видеть в ней леди,
даже в лесу осеннем, прессом бёдер размазывая её на пледе;
ещё - писать в метро, пропуская нужные станции;
ещё - секс путать с танцами;
ещё - дышать неровно, касаясь горячих щёк;
ещё - шептать: "ещё ещё ещё..." ©

когда я думаю о нем, я начинаю ругать себя.
а когда сеанс душевного терроризма проходит мне хочется блевать мыслями о нем.
ни один человек так не унижал меня. ни один человек так ни во что меня не ставил.
ни одного человека я не прощала так часто постоянно.

иногда я думаю о том. как закроюсь с ним в одной комнате, завяжу его руки и буду бить. всем. всем что попадется под руку. а потом я поцелую его в окровавленные губы и уйду так чтобы стук каблуков отдавался в каждой клетке его мозга.
(с)

А знаешь ли ты, сколько слёз влезает в чайную ложку? 127. Я подсчитал,когда находился в депрессии. Мне стало любопытно и я подумал, что это своего рода художественный проект. Мне хотелось куда-то двигаться, а не просто плакать. Поэтому я стал плакать в ложку и считать капли. 127. Обязательно запиши себе на память. 127.
(с)

Странно, но все смс стоят одинаково. 6 центов.
И те, в которых пишут:
"я люблю тебя"
"я не хочу больше тебя видеть"
"мне похуй"
"она умерла"
"мам, пожалуйста, купи йогурт и бананов"
И многие многие другие. Все стоят одинаково.
так странно.

тяжелыми вздохами - душа наизнанку.
что-то в сердце скребется, вскрывая старые ранки.
6.30 . здравствуй, мой утренний город.
а знаешь, остыла и не ищу больше повода.
и дрожь не бежит от твоих сообщений.
осталось, наверное, в это только поверить.
а осень встречает твоим старым запахом.
вспоминая тебя, почему-то не плакала.
осталось только забиться в бешеном танце,
круша все вокруг, чтобы стало без_шансов.
а после молчать в_небо до конца ноября,
чтобы самой поверить, что это было не зря.
а дальше снова биться в истерике, сходить с ума.
и стараться не верить чужим красивым словам.
и продолжать смеяться всем фальшиво взахлеб,
и продолжать надеяться, что это когда-нибудь пройдет.

И почему мне всегда интересно?
Как твои дела? С кем был/что пил?
Какое завтра сменяет твое вчера…
Поцелуи твои током?
Прикосновенья льдом?
И почему твои ладони, не сжимают
Мою ладонь…

И почему?...
Еще сотни вопросов
Мают-тают, почетным караулом, как у Кремля
Ежедневно друг друга меняют, одну не оставляют
Как параноик, в любой толпе, зале, полной народу
Ищу, непременно тебя!
При звуке твоего имени, поворачиваюсь на 360
О твои смс в телефоне (полученные и увы «не») спотыкаюсь
Безразличия маски каждый день примеряя…
Не готовлю тебе вечерами чай, не улыбаюсь,
Не устраиваю бардак, не звоню ночами,
Не читаю сказок(daily papers), не гуляю по парку
В общем, не докучаю…


И почему в разрезе дней-
Самое главное – твой голос
Я примеряю «нашу» жизнь - мне жмет нещадно,
Тебе «велика» и «вышла из моды»
Зачем-то на небе опять разложили не в масть
- Наш пасьянс
Мою грусть - твою страсть
Твои (крести) - да, мои (черви) - нет,
Твою занятость и мою гордость…
Я спасаюсь стихами, никчемный поэт
Ты же счастлив, свободен, молод - сволочь!

И почему ты обо мне предпочитаешь помнить?

здравствуй, ломкая моя девочка! больше не подводишь глаза и не выкручиваешь руки.
когда мы наедине, хочется назвать тебя агриппина или клара,
приложить раковины с моря к твоим волосам и слушать как ты беззвучно умираешь.
за круглым столом уголками губ я едва дотрагивалась до твоих ладоней -
не одного кольца, так изнутри меня порывами ломалось.
я плакала тогда о мальчике, помнишь? мне до сих пор хочется забыть его имя,
просолить манжеты и рукава, разлететься по пустырям и скверам.
--
сигареты тлеют громче чем мы дышим -
горло иссохло, мы забыли его под обжигающе-белым снегом.
девочка, знаешь, я люблю тебя такой неправедной любовью, -
встречаться раз в месяц и непременно мокать в губы вино или водку с соком.
я ухожу, и ты разлетаешься калейдоскопом недописанных писем.
--
всё чаще пишу о тебе, так мучительно не хватает под левой лопаткой
боли. у моего мужчины шрам от аппендицита, а у меня пара сотен рубцов на сердце -
мы любим друг друга, и если я захлебнусь им однажды
не стой, пожалуйста, у изголовья, купи мне белое платье и сигарет самых дешёвых,
расшей мои губы бисером, колени перетяни алым шёлком.
напейся допьяна и не отдавай моё тело врачам -
мне душно от запаха больничных простыней и длинных сквозных коридоров.
когда-нибудь встану в дверном проёме и буду смотреть на тебя до боли в зрачках,
плакать не стану - влаги и так не хватает где-то внутри.
--
никогда не умела прощаться.
давай так, ты закроешь глаза, а я уйду на счёт "три".
после выпьем с тобой в одном из уличных кафе - так умею говорить трепещущую правду.
знаешь, у меня есть много хороших книг, взглядом царапаю напечатанные строки,
только в них ничуть не легче, и даже на каплю сложнее дышать.
я люблю тебя.
раз, два,
три