дружба всегда интимней всяких отношений, животрепещущего сердца,
кровоточащего мяса под длинными ногтями.
её не рисуют на асфальте загорелые до колена школьницы
в виде перевёрнутой жопы, пронизанной острой стрелой.
намёк на дружбу не продают поминутно на дырявых матрацах,
провисшие пружины не впиваются в обнажённые бёдра.
дружба - это не воздух в аорте, не шум скоростной магистрали под кожей,
это удовлетворение от сплетения слов и мыслей друг с другом,
это холодные стены в душевой кабине, в которой всегда один.
дружбу пока ещё не растащили на цитаты как псевдо-любовь
по причине общедоступности второй,
из-за неё не бросаются в пролёт окна, не пускают кровь,
не стонут ночами в пустых квартирах.
дружба это больше чем страсть, чем сжатие тонких пальцев на простыне,
дружба это когда ты нигде и ничей,
но тепло согревает тебя изнутри сильнее всяких надуманных чувств.
дружба - прочная цепь от а до я, from a to z
это не поцелуй в губы при встречах-прощаньях, это намного г л у б ж е
по причине отсутствия физиологических инстинктов
и глубоких трещин на запечённых губах.
дружба это оргазм соприкасающихся ладоней.
 (с)

Ты смеёшься, как бес, приручил свечу, научился спускать курок. Эти шрамы идут твоему плечу, как отметины ста дорог. Ты бежишь, как собака, вперёд и прочь (был бы кто-то, кто мог позвать!), но тебя обожает любая дочь и боится любая мать.
И, куда б ни пошёл, узнают давно залихватский бездомный свист.
Это всё так заманчиво, так смешно, но бессмысленно – да, флейтист?

А в садах её вечно лежит роса, и в чертогах её – хрусталь, она ходит по травам и небесам и рисует водой печаль. Ровен голос её и спокоен сон, и не рвётся послушный стих. Она знает сто тысяч чужих имён, но, конечно, не помнит чьих. Нерушим и прекрасен её покой, пуст и светел уютный дом, словно боги создали её такой и оставили под стеклом.

Так куда тебе, смертный, её хватать, на неё и смотреть нельзя, разве что излохматив морскую гладь и пустыни избороздя, чтобы там, где шагнул, колосилась рожь, чтоб был жемчуг в твоей сети. Только шёл бы ты лучше куда идёшь, не пытаясь её найти. Ты её не приманишь своей свечой и дешёвым своим вином.
В горле сухо, колюче и горячо, а вокруг, как всегда, Содом. И ты шепчешь сквозь дым и хмельной туман: может, я не настолько глуп, может, ей тоже хочется дальних стран, так, как мне – её глаз и губ? И я даже, наверное, буду жив, если пламя пройду и лёд, но мне точно не выжить, о ней забыв…
Только кто ж её разберёт.
И вот, в пьяном угаре, в слепой тоске ты вдруг флейту берёшь, как меч, и она поначалу дрожит в руке, но себя ведь нельзя беречь. И сначала ты трелью пронзаешь дым, а потом отступает явь. Всё становится сразу таким простым, и ты знаешь, что точно – прав. Будут ветры меняться, срываться дни, все забудут их звук и вкус. Но останется небо, огни, дожди и твой хриплый бездомный блюз. И никто не узнает потом, кому посвящаешь ты этот бой.
И однажды, пробившись сквозь пыль и тьму, ты увидишь её живой. И тогда ты узнаешь, как ты крылат, и насколько ничтожен страх.
У неё вдруг окажется грустный взгляд и загар на худых плечах, лебединая шея и тонкий нос, удивлённый изгиб бровей. Будет запах костра у её волос.
Глупый мальчик, беги за ней.
От тебя до неё – бесконечный круг, как от марта до ноября.
Но пока твои пальцы рождают звук, это значит, что всё не зря.

(с)Fristashka

"пойми,бейби, ну  не умею по другому...я люблю женщин и это взаимно..... ну..Я МАЧО, понимаешь"

"ахаха нет. просто среднестатистический блядун, вот ты кто"

занавес.