Marissa Nadler - Famous Blue Raincoat (Leonard Cohen Cover)

Марисса Надлер — это американская девушка, которая выглядит как модель художника-прерафаэлита и поет как героиня «Маленьких трагедий» режиссера Швейцера: «Спой, Мери, нам уныло и протяжно, чтоб мы потом к веселью обратились».

Африканские короли

OSEADEEYO ADDO DANKWA III
King of Akropong-Akuapem
Ghana


ONI of IFE
Nigeria


ABUBAKAR SIDIQ
Sultan of Sokoto
Nigeria



HAPI IV
King of Bana
Cameroun


NGIE KAMGA JOSEPH
Fon of Bandjun.
Cameroun



HALIDOU SALI
Lamido of Bibemi
Cameroun



AGBOLI-AGBO DEDJLANI
King of Abomey
Benin



EL HADJ SEIDOU NJIMOLUH NJOYA
Sultan of Fumban and Mfon of the Bamun
Cameroun



ISIENWENRO JAMES IYOHA INNEH
Ekegbian of Bénin
Nigeria



IGWE KENNETH NNAJI ONYEMAEKE ORIZU III
Obi of Nnewi
Nigeria



NYIMI KOK MABIINTSH III
King of Kuba
D.R. Congo


JOSEPH LANGANFIN
Benin



OBA JOSEPH ADEKOLA OGUNOYE
Olowo of Owo
Nigeria



BOUBA ABDOULAYE
Sultan of Rey-Bouba
Cameroun


SALOMON IGBINOGHODUA
Oba Erediauwa of Bénin
Nigeria



EL HADJ MAMADOU KABIR USMAN
Emir of Katsina
Nigeria

Холодный и горячий десерты из творога

 

Берём :

1 Полкило зернистого, свежего творога, главное что бы не кислил.
2 Пару, сладких фруктов, я взял персик и грушу, среднего размера банан.
3 Шоколад горький, ириски обыкновенные.
4 Стопка коньяку, грамм сто сливочного ликёра (я взял со вкусом вискаря), полстакана фруктового йогурта (у меня персиковый если кому интересно).
Итак, кидаем шоколад в турку и греем на водяной бане.

читать далее

Я женщина порядочная, поэтому...

Я женщина порядочная, поэтому в карманах пальто у меня всегда полно окурков.
*
Мне иногда кажется, меня заслали на Землю с тайной миссией:
рвать, уничтожать, уничтожать, уничтожать
колготки.
*
Обидно за Васатасьяну. Стал бы он так корячится, если б знал, что его будущая аудитория – теоретики в пубертате.
*
Я связалась с мужчиной, он пахнет моим счастьем.
из-за этого мужчины я бываю то счастлива, то несчастна.
Но все равно
иду на запах.
*
Я читала, если пьешь красное вино, радионуклиды погибают. Очень страшной показалась минувшая ночь моим радионуклидам.
*
У коллеги аллергия на 2 продукта питания, на вино и шоколад. Ей-то ничего, раз она считает их продуктами питания.
*
Когда бабушке было 80, "девочки" (ровесницы-подружки) подучили её тонировать седину. Бабушка не справилась с концентрацией и стала, как Мальвина, с голубыми волосами. Ей это очень шло.
Дедушка занервничал и стал интересоваться, по-прежнему ли можно купить в магазинах Фиксатуар для укладки. Бабушка польщено смеялась и называла его "стервец"...
*
Только что мне под окна упал с неба пластмассовый стул и две банки из-под пива. Можно, конечно, представить, они летели не с неба, а с четырнадцатого этажа, там у нас живет наркоман.
Точно!! свалю всё на наркомана, буду думать, это он сыплет сверху
стулья
банки
и СНЕГ...




Это был самый чудесный блог моей юности. Я тогда ещё не знал, если женщина мыслит как ребёнок, скорей всего, в её жизни уже отгрохотали три мужа и сто любовников. Конечно, я влюбился. Мне казалось, она выглядит примерно так:



И я не хотел думать, что всё это пишет лысый мужчина

[255]

Nirvana, Queen, Pink Floyd, Beatles, Led Zeppelin,  Rolling Stones, AC/DC, Jimi Hendrix, METALLICA, Deep Purple, The Who

 

 

Рок легенды

взрослые считалочки

раз-два-три-четыре-пять:
все идут тебя терять.

144

крафт - это беда

заметка про ледяной дождь

"Ледяной дождь в центральной России в выходные серьезно нарушил жизнедеятельность ряда регионов: без электричества оставались более 400 тысяч человек, в Москве сбои возникли в работе аэропортов «Домодедово» и «Шереметьево», а также на железной дороге".
Из сводок новостей: http://news.mail.ru/incident/5046415/

А ты: мне бы не чувствовать, льда мне, льда!
Эта дрянь про любовь - всё сопливый безумный бред.
А потом нервы льдом покрываются, как провода,
обрываются.
И везде выключают свет.

подумаєш

і бризкатись соком від мандаринок та клюкви
закривати варення в банки
вирізати сніжинки, квітки, букви
сушити дірки й шкарпетки на батареях
задубівшу мерзлу білизну на ґанку
варити вівсянку
лущити в неї горішки
і всі ці запахи зранку
приносити тобі в ліжко ,
ховати між сторінками книжки
як зернятка шишки
як крихточки ніжності в пальцях
пристрасть у скромних танцях
щирість у купах кітчу
загадки в фільмах лінча
музику в суцільному плямканні станцій, рацій
пліткарок,курей, що повсюди несуть
свій сморід,тупість і пух,
решту псевдокритичних клух,
перегони з зайвості інформації
я була би як Ян Ігнацій
коли б вміла вимикати час від часу очі й слух.
але з кожним тижнем стаю все більш чорно-білою
потерпілою брилою
з криком-сокирою
і з чудесною силою
тримати цей крик у собі
через весь океан я тягнула його й тонула
стогнала ніби акула
як духи мух Вельзевула
в християнській темній добі
земноводна скеля
з тріщинками всередині
з ящірками і лебедями
зі сланцем у кожній легені
іду крізь дев"ять кіл Едема
потрібна тобі як рвана струна
зима залазить мені у горло
дере його як шипшина
ти з"являєшся на сусідній вершині
і несеш кольоровий шарф.

бесполезней, чем факел у крота в норе

я скучал, как мамонт
не вмерзший в лёд.

трахальщик великий

Опять изнасиловать себя порции переживаний гудящая голова и части тела все по отдельности не имеет возможности собраться в целое, я как была так и останусь кусками только вот уже подгнивать начиная бью себя кулаками в грудь, пытаясь показать стойкость и волю а куда там - хлебаю дерьмо из чана прошедшего так давно
прокатилась по себе как шар зубастый, как в том фильме про существ и осталась оголенная лежать в темноте пытаюсь заснуть ан нет же прет из меня уже нечеловеческое давно не человек уже
тень из прошлых опытов осознание того что не стану тем кем хотела себя видеть всё потеряв теперь уже я маленькие часики и зачем всё это было и когда всё это случилось
утром я на секунду поняла к чему же всё это но трахание себя показалось умопомрачительно сладостным мазохизм в большей степени ах как же приятно было наматывать себя на раскаленные прутья.
все это так и осталось лишь в моем воображении вся фантазия но я уже не могу отказаться да и не смею слишком вжилась в роль великого страдальщика хотя вот бы покинуть оболочку, тогда можно и к звездам. но все переливаю жижицу переваренную из одного сосуда в другой, хлебаю глотками давлюсь а глотаю потом снова выплевываю под натиском рвотных позывов куда делась моя колючая гордость
блять как же противно а что делать.
с отрубленной головой живется неплохо только боль мучает постоянно того места которого в принципе в теле не существует наверное я больна а впрочем я всегда была больна и доказывать что кто-то не прав и кого то пора распять не имеет смысла поскольку это все новая порция палок в мою жопу а тебя не волнует нисколечко. я потеряла себя еще тогда кусок выдирали мой кусочек кидали в ведро биологических материалов и не было иного выхода на тот момент. я уже тогда умерла отрубив себе голову водрузив на пьедестал палача который в принципе и не махал топором только пробовал лезвие пальцем а сделать то ничего и не успел. я сама все для себя решила, приговорила и на плахе разлеглась раскинув ноги и приглашая войти лишь только бы не было больно попробовав на вкус успокоительное.
уже три года отчаянно собираю остатки того что жило во мне записываю переписываю смакую. а если с другой стороны бросить взгляд, слушай, ведь тухлятину жру негодную по сроком давности и почему же распластываюсь от нее не убивая ее в себе. пытаюсь объяснить что нет сил и пробовала и уже сто раз но боль и боль и боль и грусть сильнее в тысячу разов чем эти жалкие попытки выбить гниль из тела и бросать курить и матами ругаться. хотя впизду
конечно лучше трахать себя до мозолей сфинктера и плакать что вот плохо всё и я нещасна и мне осталось лишь исчезнуть исчерпав себя до дна

война

Главное в нашей глобальной и внутренней войне - это одевать каждую ночь перед сном шерстяные носки и свитер так, будто это рыцарские доспехи.

но

самое дно - самое то

117

да мне не жалко, слушай: такое было у нас плацебо -
сыпать песок сквозь солому шляпы как в чудо-сито,
пускать в бороздки морскую воду, глядеть на небо.
а, чем болели? - да чуть не "танцем святого Вита".
топтали босыми ногами глину - чертили карты,
глотали, зажмурясь, наживку из звонкой меди
и пёстрых сари, твердя про себя как мантру,
что каждый, кто это видит, потом уедет.
мы с липкой спины собирали в заколку солнце
и пили микстурой степь и слоистый камень,
носили шифон по ночи, а ситец в полдень,
и если не пели громко - хоть намекали.
ты слушай: там можно ласкаться к драчливым кошкам
и брать молоко (дешевле восьми за литр),
пролив мимо кружки, тянуть его понемножку,
зарывшись в осенней вязки вечерний свитер.
не жалко: слушай, что ветер свистел, что травили тали,
что когда уходишь, то море в момент мельчает,
что вернувшись, можно стать стеблем, холодной сталью,
табаком (шоколад нельзя) подлечив печали.

 

выблев

ДВАЯ

                  я - белая собака, я бегаю как
                   как
                  белая собака бегает так
                  я - белая собака без ног,а как?
                  как белая собака так - с лапами
                 так.
                  (Gilla)

а я поджигала бы камни,
наконец-то увидев море.
оседала бы соль на ладони,
где я прятала слезы недавно.
слёзы-сопли-любови пляшут,
я б хотела послать всё в жопу.
и вот так вот идти по пляжу
босиком и в рубашке жёлтой.

(Камни сохли, подставив брюхо
Море мокрое источало газ.
Я была синеглазой мухой.
У меня был всего один глаз.
А летать на боку не трудно
У меня сто летательных поз.
И пока не настало утро
Я ловила когтями стрекоз.
и еще поджигала камни.)

Вот так вот идти по пляжу
босиком и в рубашке жёлтой,
Нерасчесанной, без макияжа,
И орать во всё горло "Пошёл ты"
и смеяться, пиная воду
наблюдать, как море дичает
есть песок, ненавидеть чаек,
одним словом-сливаться с природой.

(моё море - моя палата
я рожаю детей в халатах.
у меня девятнадцать ног.
Я любила любить когда-то
Но любитель любить во мне сдох.
Лапы сломаны и поджаты
В голове переполох.
Я веселый вагоновожатый
Я дурацкий улыбчивый лох.)

наблюдать, как море дичает
есть песок, ненавидеть чаек,
одним словом-сливаться с природой.
быть увереной, что не скучаю.
Точно знать, что в душе-свобода.

(Очумительный плов готов.
сядьте милый, отведайте оного.
Вам какого чаю? Зеленого?
Мочегонного или же от глистов?
я люблю вас до хрипов в сердце,
вот возьмите же полотенце,
вытирайте ваш чувственный рот.)

Я хотела послать всё в жопу.
путешествовать автостопом,
Вот что я бы хотела.

(Я зеленая девочка в белом.
У меня красивое тело.
зубы из жемчугов.
Я сегодня картофель ела
и на фото твое смотрела
ну а если по делу-по делу
то у меня
нет
мозгов)

нет меня.

***
нет меня, передай моему уютному городу
мой приветливый средний усталый дрожащий палец.
нет меня - передай моему уютному городу.
я когда-то хотела в ракушке услышать море,
я когда-то пыталась зажать сразу пять аккордов -
я уже не пытаюсь.

а теперь я числюсь. с фамилией прилагательной,
с именем святым да с любимейшим отчеством.
если вместе читать,
то услышится сто одиночества.

нет меня - передай моему уютному миру
мой задушенный смех, мои выломанные локти.
мои строки оборваны тысячей верных копий.
мои сутры раскроены тысячей верных пуль.
мои нутры замотаны в черные-черные дыры,
мое сердце наметано ниточкою пунктирной.
и густые зрачки растворяются сотней дул.

передай это тот, кто дует на чай остылый,
кто сидит у окна и гладит чужую кошку
и катает в ладонях смог.
тот, кто был, но кого не бывает на самом деле.
тот, кто многое сделал, вот только не сможет больше
и никогда бы не смог.

а кто мог - распахнул все двери.

через пару часов неба выжжется виднокрай.
эти звезды похожи на точечки домино.
передай это тот, кто...впрочем, зачем оно.
не передавай.

***
мне открыли дверь и я вышел в дремучий лес,
потерял свой пол, потерял свои потолки.
когда машут вслед, то больше не ждешь чудес.
а когда уходишь, так сильно болят виски.

и идешь не сутки - вечности, тыщи лет.
и не делишь время на палочки и нули.
и сначала так странно в этой немой земле,
а потом осеняет: в общем-то, нет земли.

а потом поднимаешь голову, ловишь взгляд.
в зеркалах огромных кто-то чужой стоит.
у него сероватый волос, он стар и мят
и не так уж важно, что там у него болит.

Vырвало(сь)

Почему мне так больно,Сим?
Знаешь, ты абсолютно невыносим.
Ты с тех пор так и не изменился, быть не может!
Те же черные дыры на месте глаз,
И прожженная на запястьях кожа.
построение предложений, их каркас,
тот же голос,тихий, будто нет сил говорить.

И вот сижу я - намесок из разных пластмасс,
Этакий инвалид,
И шары вываливаются из орбит,
Ты напротив - монотонный, аналогичный,
А я на фоне - какая-то истеричка.

А потом, возвращаются те привычки,
когда курим в окно,потихонечку говорим
И сидим на кухне ночью один на один.
Много или немного пьем.
Или уже почти никакие.

А у меня маниакальный синдром
и гипертимия.

Ты на ходу засыпаешь. Я знаю,что тоже устал.
И я отправляюсь на поиски одеял.
Потом заботливо укрываю,
И шепчу: "Ну, спокойных тебе".
И подвигаюсь ближе.
Ничерта ты не изменился, остался таким же.

Я сижу до утра кулаком лицо подпирая.
Я ругаю себя,за то, что опять напилась,
Вляпалась в грязь,
Накурилась,
Злясь что спать негде, что ты во всем виноват,
Я плаваю в лимфе. Я суррогат.

И мне почему-то больно,знаешь, Мак,
Я ведь никто и нигде. И никак.

Nika Sandros

это прекрасно.

Читать далее...

Нам кажется, мы убегаем.

Переживи себя, задуши в себе гнев, оглянись и пойми, что все истории уже рассказаны, слова услышаны, но это не конец. Потому что они хотят слушать дальше.

Ты увидишь кружку, заляпанную темными кофейными пятнами и решишь, что я такой аляповатый элемент социума, закономерный, как снег зимой - с едкими депрессиями цвета сухой пастели - руки очень пачкает; прозаическими сентенциями о целенаправленности жизненных перепитий; неуверенный в себе до безобразия, инфантильный полугений - полугибрид, выведенный на свет белый посредством хорошего авторского кино, плохих современных книг и неприличных попыток нажраться до белочки. Знаешь, есть такой тип личностей - это возрастное - они водку пьют, как будто заглатывают касторку. Еще трогательно кашляют, а потом их также трогательно тошнит.

Откажись от попытки кому-то что-то доказать. Не надо быть более искренним - сердце все равно бьется: лицемеришь ты глобально, артистично, не размениваясь по мелочам или же укрываешь свою маленькую ложь под полами зимней крутки, подбитой мехом помоечного американского енота. Не пытайся задеть этого мелкого придурка, обвинив его в тривиальности и серости: подобный хмырь, конечно, не вызывает ощущения новатора в области душевных переживаний и мозговой деятельности, но, вдруг, допусти, что он через многое прошел, чтобы понять почему бить ногами собак нехорошо, а обзывать бабушку - "дурой" тем более. Пусть говорит, что понимает - тебя, меня, Лену из департамента Банковских Технологий, Макса Фрая, своего знакомого Серегу и придурковатую девушку Машу, которая пишет под ником "Лунная_скрипачка", хотя ни одного музыкального инструмента, кроме плеера в руках никогда не держала. Пусть он понимает. Это не для нас - это ведь для него. Он будет чувствовать себя менее одиноким. А тебе даже задницей двинуть ради этого не придется - просто слукавить немного: звезды сыпятся, падения по пропастям, холодно, наверное, я умер, но почему-то еще дышу, жарко, тоскливо, чай остывает и тому подобная дребедень.

-Я как-то ночью бежал по квартире и налетел на сервант: он, конечно, в дрызг вместе с посудой, но хоть как-то увековечить себя получилось.

Мы все пробуем рисовать хорошие рисунки, писать хорошие книги, играть хорошую музыку, создавать хорошие проекты и говорить хорошие реплики. Ты - лучше меня, а я, в свою очередь, лучше выходцев с Фабрики Звезд, они тоже и так по цепочке мы делим скромные запасы талантов Галактики. Хорошо - у нас шедеврально, радует глаз и общественность, которая одобрительно кивает и выбирает других.
А мы - закусываем губы, обижаемся на Вселенную и обвиняем в продажности, связях и "она с ним просто переспала"; мир нас проглатывает, потому что людям не нужны наши романы на тонких гранях небес и созвучные истории о говорящих предметах, типа теней и диванов.

Но однажды достаточно просто понять, что мало быть просто хорошим, надо быть еще и в тему. Потому что иногда не требуется что-то сделать талантливо, что-то можно сделать и плохо.

Зато именно тогда, когда это действительно нужно.

Наверное, это и называется гениальностью.

Аля Кудряшева

"Тишина.

Улица тонет в шуме
как руки в шубе
как тонет мир в нераскрывшемся парашюте
ладно, пока мы шутим,
пока пишу.
когда я умру, я знаю, о чем спрошу.

не о том, почему весной вылезают листья,
почему у самых красивых повадка лисья,
кто придумал письма,
где родились мы,
и зачем вода быстрей бежит под мостом.
я спрошу его о не о том

я спрошу, почему меня утешала мама,
заплетала косы, совала мелочь в карманы,
а если ругала - то уж всегда за дело,
а потом поседела,
почему не я, а ты решился решать,
что теперь я сама должна ее утешать.

почему я теперь всегда засыпаю поздно,
сплю в неудобной позе,
в странной архитектуре
в грязной клавиатуре,
почему после стука двери, щелчка ключа
я умею только молчать.

почему никто не слышит, как я пою,
как наливаю чай, как пишу статью,
пью, веселюсь, блюю,
воду на кухне лью,
кормлю кота отвратительным серым кормом,
он грызет покорно.

почему, когда я умру, еще пару дней
мне лежать среди неглаженных простыней, 
потому что никто не придет, никто не просил их.
ждать звонка, носилок.
почему я всегда куда-то обращена
где самая стылая, тихая тишина.

Почему мне никому не сказать, о том, как
голубы у него глаза, как запястья тонки,
как смешно у него загибается воротник,
как искрятся лучи - от них
у людей золотятся брови, светлеют лица.
почему мне этим некуда поделиться.

Почему я собираю его по крошкам,
По дорожкам, по не мне подаренным брошкам,
По чужим рассказам, по индексу публикаций,
Этих мысленных аппликаций
Никогда не склеить даже в попытку целого,
Почему я всегда теряю самое ценное?..

почему мне никому не сказать, как странно
когда мы сидим, склонившись перед экраном,
как наши ладони встречаются на тачпаде,
сплетаются наши пряди,
почему, когда я могу украсть только час его,
я неистово, невозможно и страшно счастлива.

почему весна всегда пахнет лимонадом,
почему мне от него ничего не надо,
ветер лохматит волосы, треплет ветки,
дом мой ветхий.
солнце закатное красное, как креветка,
когда я умру, передай от него привет мне.

Почему мне никак не придумать, как с ним расстаться,
Почему мы уходим спать, заменяя статус,
Выходя из окон джаббера, аськи, скайпа,
выдыхая, будто бы отпуская,
Желая спокойной ночи тому, кто невидим.
Почему, мне кажется,
мы никогда
не выйдем?"

(с) Аля Кудряшева

Майский ливень

По Тверской... Фото Марии Плотниковой. "Москвичка"

индульгенция?



\автор неприкаянным бесом плелся на кухню заваривать себе аптечный успокоительный чай, в процессе чего флегматично сооружал себе бутерброд с рыбой, сыром и итальянским соусом. Запивал это счастье йогуртом и отламывал пару кусков шоколадки. Сгребал чашку и кидал пакетик заварки в окно, дабы не совращать котонаселение.\


Что бы мне сказать, если свет очей моих однажды вызовет мой телефонный номер?
Верю, что за два гудка до того, как успею взглянуть на дисплей прошибет меня холодный пот, сердце пропустит удар, а колени позорно подкосятся и я тяжело вздохну, сбавляя шаг. Знаю, что услышу лишь безличную мелодию звонка, а сердце продолжит биться так же ровно (тьфу-тьфу) как и до того. Разве что очередная сигаретная затяжка выйдет чуть глубже чем обычно, от чего в горле начнет царапаться кашель.
Что бы мне сказать, если свет очей моих однажды вызовет мой телефонный номер?..
Я буду чист как летящий снег и добр как Будда к тому времени. Я не стану хмуриться и даже не стану язвить, змеиная часть моего языка даже не шелохнется внутри. Но может статься и прочие части моего языка изменят мне, трагически онемев. И, молю богов, чтоб тогда хватило меня облизать вмиг пересохшие губы и спокойным голосом произнести слово "прием", переводя разговор в плоскость раций и бесспорностей.
"Прием" скажу я, как связист или иной какой персонаж, приготовившись с честью выслушать вести с фронтов, какими бы там они не были.

Но я могу не бояться, свет очей моих никогда не вызовет мой номер. Никогда не позовет моим именем в ночи, проснувшись от дурных снов. Никогда не придет ко мне ни на чай, ни на кофе, ни на ночь или жизнь. Быть может удостоит словом, если лет через пять мы встретимся посреди улице в чужом городе, а может и чужой стране. Но о том возникают у меня сомнения.

Ах если бы, если бы я только мог.
Если бы я только мог видеть ее, пропускать сквозь пальцы золото ее волос, шептать молитвы и заклятия над ее спящим телом; если бы я только мог держаться ее руки хоть тройку минут в ночь, если бы я только слышал что она зовешь меня!..
У меня бы всегда была коробка с чаем для тебя. У меня бы всегда был мешочек кофейного зерна для тебя. У меня бы всегда были для тебя подушка, одеяло и жизнь.
И я был бы тих, как наступление сумерек, нежен как облако, а еще лечил бы ее душу от любого зла, простуды и печали.
И она бы сделалась легка, как соколиное перо. Она сделалась бы счастлива. И ни один дурной сон не сумел бы найти к ней дороги.
И я наточил бы самый священный меч и насквозь пробил бы им ее сердце, а после держал в объятиях до последнего вздоха.
..И это была бы ей моя индульгенция за все беды, что носит за плечами.

герда

герда молчит, не воет, не бьется в истерике не смолкая
герда приходит в бар и за стойкой высматривает спину кая
ничего не требуя
не умоляя
не прикасаясь к нему. совершенно не паникуя.
абсолютная аллилуя.

герда выглядит на семнадцать - это успех, в ее усталые двадцать три.
при ее-то образе жизни,при регулярном уровне алкголя в ее крови,
при количестве никотина внутри,
транквилизаторы,
операции,
гепарин.
снова бары, тотализаторы
и пари.

каю, кажется, двадцать пять, и он выглядит на удивление хорошо.
он говорит - криогенная медицина. хотя скорей всего - лоботомия.
электрошок.
одевается не по погоде: кеды, фиолетовый шарф и капюшон.
герда видит кая - и он ей чуть-чуть смешон,
этот шафр вязала ему она.
шарфик связан - и она ему не нужна.

заходя в свой любимый бар герда видит кая, но держится молодцом -
заказывает чай с лимоном, мятой и чабрецом.
выпивает, и по привычке пытается до бармена дотянуться,
чтобы виски со льдом,
в олдфэшн'е с толстым дном
ноги ватные и не слушаются
пальцы не гнутся

они делают вид, что друг друга не знают. или не замечают.
у нее зрачки от ненависти дичают -
она представляет, как он в эту снежную бабу ночами кончает.
еще один виски
еще один виски

и
чаю.
 

Про Хлебникова



"...Он был рассеян, малословен ... Девушка, в которую Хлебников был влюблен, села в лодку с мужчиной, с кем-то из гостей, и, заплыв далеко, лодка остановилась. Через некоторое время из воды с шумом вынырнул Хлебников. Он беспокоился за девушку, в которую он был влюблен, и потому стал безмолвно плавать вокруг лодки. Объяснится в любви он не умел. Вспомним, что Ван-Гог тоже не умел объясниться в любви проститутке, в которую влюбился, и потому однажды принес ей в подарок замотанное в тряпицу свое окровавленное ухо. В мире святых так принято. "
Эдуард Лимонов "Священные монстры"

приходи на меня посмотреть ©



и вот я уже так долго молчу, что вполне могу сойти за утопленника.
или висельники тебе нравятся больше?

_

Нечаянный разговор с Б-гом.



Этой зимой воздух жжется, как кислота, время течет по горлышку, как кисель.
Я, не поверишь, снова учусь летать - ветер под сердцем, искры на полосе
Взлетной; за это чудо - спасибо всем, кто эти дыры на крыльях моих латал.
Были слова, а теперь ледяная взвесь, были огни, а теперь только стылый дым,
Чувствуешь запах? А знаешь, что раньше здесь был чей-то дом? Не хватило ему воды.
Господи, упаси же нас от беды, Господи, хоть чего-нибудь даждь нам днесь.

Только не дай нам больше проснуться тут, вместе, неловко пристроив руку под головой.
Ну неужели неясно, что bei mir tut das Herz weh*, да так болит, что хоть вой,
Ангелы хмурятся, нас берут под конвой, попрощаться дадут да вовсе и уведут.
Чтобы реальность не рвали на лоскуты, лишнего не придумали, не сплели.
Боженька, разве же не милосерден ты? Так покажи мне дорогу на край земли.
Только не дай упрятать меня в редут.
Там ведь за мной придут.

Там ведь придут, предложат заполнить бланк, чтоб я отдал им этот ненужный шум
Моря в ракушке, кольца, колокола на старой башне, эту ночную жуть...
Самое страшное, Боже - я подпишу,
Если дадут взамен мне её тепла.

...Над морем n метров, корпус кренится вбок, компаса нет, но есть впереди звезда,
В рации треск, и на связь не выходит Бог. Подозреваю - он меня просто сдал.
Я сейчас там, куда не идут поезда, где нити норн сворачиваются в клубок.
Здесь каждый вздох до отчаянного глубок.
Здесь моя оптимальная высота.



*у меня болит сердце (нем.)