- Эй, так не честно! – заныла Мина, тут же уперев руки в боки и состроив возмущённо-оскорблённую рожицу. – Ты же не принцесса!

- Ну и что? – парировала её подруга, усердно водя взятым в тайне от матери утюгом по праздничному платью. Единственному, к слову, так что девочка изо всех сил старалась не наделать на нём лишних некрасивых складок. - Ты тоже не принцесса.

- Вот именно, - задрала носик Мина. – И поэтому я не лезу, куда не звали. Ты же знаешь, что это – только для принцесс.

- Знаешь, сколько там будет принцесс? Одной больше, одной меньше, никто даже не заметит. Они даже сами не знают всех в лицо.

Платье было готово – выстиранное, выглаженное, белое в красный горошек.

Мина неодобрительно смотрела, как подруга расчёсывает густые рыжие волосы, одевает платье и вешает на шею какой-то дешёвый камушек на цепочке (его тоже нужно бы вернуть, пока мама не заметила).

- Ты со мной точно не пойдёшь? – на всякий случай ещё раз спросила рыжая.

- Нет, - решительно покачала головой Мина. – И тебе не советую, Ли.

Но Ли её уже не слушала.



- Принцесса Лиона из Лесного края! – торжественно объявил герольд и протрубил.

Через толпу в пух и прах разодетых красавиц с трудом протиснулась маленькая девочка в простом платье. За её спиной скептически хмыкали принцессы постарше и обидно перешёптывались – помладше, но Ли, сжав зубы, продолжала идти к возвышению, на котором сидел король. Она знала, зачем сюда пришла.

- Принцесса Лиона, - вежливо кивнул ещё довольно молодой мужчина в короне. – Очень приятно познакомиться! К своему стыду, ничего о вас раньше не слышал…

Пауза была сделала явно для того, чтобы новоявленная принцесса могла как следует, в течение как минимум получаса, объяснить своё внезапное появление. Но дочка сапожника не считала себя обязанной следовать этикету, поэтому в подробности вдаваться не стала:

- О, Ваше величество, мой папа король просто не любит выезжать из замка и нас, принцесс, никуда не пускает. Но я очень рада быть здесь. Скажите, а когда всё начнётся?

Король был несколько обескуражен шустростью рыжей девочки, которая была явно младше всех остальных принцесс, и, между прочим, весьма дурно воспитана (хотя чего ещё можно ожидать от крохотного королевства, затерянного в лесу? Может, они там вообще на деревьях живут…), но доброжелательно ответил:

- Скоро, Ваше высочество. Дракон уже ждёт.



Да, дракон уже ждал. И ему это очень не нравилось.

Ну посудите сами, кому понравится, если в его дом вдруг набежит толпа народу, будет галдеть под окнами и ходить туда-сюда, будто это не дом, а проходной двор? Да и к тому же, что за дурацкая идея с этими принцессами?

Дракон поморщился. Как там сказал король? Вы, мол, глубокоуважаемый, живёте на нашей земле и едите наших коров, так будьте добры соблюдать наши традиции. Ладно, традиции – это хорошо. Но кто же знал, что традиция – это толпа голосящих девчонок?! И вообще, что это за традиция такая – что у каждого дракона должна быть принцесса? Просто у кого-то из древних драконов был дурной вкус, потом все привыкли, а люди обрадовались и объявили это традицией. Просто прекрасно, знаете ли!

Дракон очень надеялся, что издаваемый им зубовный скрежет остудит пыл этих так называемых принцесс, желающих заполучить себе последнего дракона в округе...Хорошо ещё, что он один, а их много, решить между собой, кому достанется дракон, они не могут, так что он хоть может выбрать какую-нибудь наименее ужасную.

Плохо быть последним драконом. Грустно.

Дракон и не заметил, как в пещеру вошла очередная принцесса, молча подошла к нему и сочувственно погладила по чешуйчатому боку.

- Тебе грустно? – тихо спросила девочка в белом платье в горошек. От неё неожиданно не пахло чем-то отвратительно сладким, и голос у неё был не истерично-требовательный, а вполне нормальный. Приятный даже.

- Ты кто? – от неожиданности ляпнул дракон.

- Я? – даже как-то задумалась рыжая. – Я, наверное, просто Ли.

- Просто Ли? – расхохотался дракон. – Не Джорджина, не Этелианида, не Фрезия Прекрасная?! Ли?!

Девочка понимающе улыбнулась - она тоже чуть не сошла с ума от всех этих высокомерных принцесс, пока ждала своей очереди попытаться понравиться дракону. У них такие тонкие голоса и они так неудобно одеты, что кажется, будто это не люди, а куклы. Ли стало ужасно жалко дракона – их же тут сотни две, не меньше, этих принцесс, а ему, бедному, нужно со всеми поговорить…Ли попыталась было поговорить с одной, просто потому что было скучно стоять просто так. Лучше б не пыталась, честное слово…После длинной тирады об «ужасной жаре», «всего три бриллианта подарил, вот ужас!» и тому подобной ерунде Ли поняла, как она любит свою вздорную, ветреную, упрямую, но УМНУЮ подругу Мину…

- Да, просто Ли, - кивнула девочка, протягивая дракону ромашку, которую она до этого прятала за спиной. – Вот, это тебе. Я подумала, ты тут сидишь целый день в пещере и не видишь, как там красиво снаружи. Держи, она вкусно пахнет.

Ромашка пахла восхитительно. Не духами и не сладостями, а настоящим живым полем, терпким июльским небом и покоем. Дракон посмотрел на цветок, на Ли, снова на цветок…И принял решение.



Первый министр что-то взволнованно шептал на ухо королю. Король побледнел, потом позеленел, после чего сделался нежно-малиновым и потребовал немедленной встречи с драконом. Первый министр пожал плечами и направился в драконью пещеру, хотя сам толком не знал, что будет делать – то ли звать дракона к королю, то ли спрашивать у него разрешения на королевский визит в пещеру…Всё-таки ценный ящер, с ним бережно надо. Первый министр вообще любил животных, выращивал в саду маргаритки и давно мечтал бросить эту нервную работу, да жена не разрешала: «Ты что это удумал? Что значит я больше не буду женой первого министра?!»

Бедняга так и не придумал, что сказать дракону и решил действовать по обстановке, но вопрос решился сам собой: в пещере было пусто. На пороге под камушком лежал лист бумаги, на котором крупным детским почерком было написано:

«Дорогой дяденька король!

Извини, что я тебя обманула – я не принцесса. Но мне так хотелось подружиться с драконом, понимаешь? А ему, знаешь, совсем не нравятся принцессы (да, совсем! – Дракон), поэтому мы улетаем. Не сердись на нас, пожалуйста, просто тут у вас ужасно скучно.



С любовью, Ли и Мыр».



Когда первый министр нёс королю это «письмо», он был почти счастлив – теперь-то его точно отправят в отставку, даже жене возразить будет нечего!

Король долго молчал, сосредоточенно вглядываясь в мятый листок (не так-то просто, между прочим, запихать лист бумаги в карман платья, у которого вообще-то карманов быть не должно), а потом задал только один вопрос:

- Господин Стивенс, а кто такой Мыр?

- Ваше Величество, а вы разве не знаете? Так зовут дракона.

Его величество не знал. И все побывавшие в пещере Высочества тоже так и не удосужились спросить у дракона, как же его, собственно говоря, зовут.

Именно поэтому через полчаса счастливый бывший первый министр шёл домой поливать свои маргаритки, а Ли и Мыр уютно лежали на далёкой поляне с ромашками и упоённо спорили, на кого всё-таки похоже вооон то облако – на бабочку или на орла.

И им не было ровно никакого дела до традиций.
автор:http://varjanis.livejournal.com