Вы все правильно сделали.

У вас дизайн в ИЕ6 разъехался

Я что то не понял, это все вообще к чему?

О_о СПГС чистой воды...

)))

Пункт 3. Шестая книга. Вся. По фразам. Включая уже легендарную шуточку насчет "девочек" Крэбба и Гойла.

- а что за шуточки?) *я не читала 6 книгу)*

мда....просто нет слов)))

Супер!!!:hlop:
Я просто в восторге от такого психологического анализа!
Напомнило столь обожаемую мной известную Большую Игру...
Утащила себе в цитатник.

Вот и бум друг к другу в гости ходить! )))

А у меня все наоборот

Добро пожаловать!




и побежала читать этот фик)

Здравствуйте)
Благодарю за интересный материал. Можно разместить его на сайте посвященном ГП?

Спасибо. И тебя с Новым годом!

С наступающим Новым годом! пусть в этом году будет только хорошее!

Спасибо! Желаю Вам всего самого наилучшего в Новый год, и в последующие тоже!!!

Со снегом нам в этом году повезло - много!

(очень-очень понравилось!)

А-ха-ха))))
Бентли вообще "красиво" перепостили - в тему...

***

Гарри проснулся поздним утром и попытался сообразить, какого Мерлина забыл в палатке. Некоторое время он пытался восстановить в памяти вчерашний вечер, но не мог. Странно! Такое с ним впервые! В голове у Гарри одна за одной пронеслись воспоминания о его бывших вечеринках. После них страшно раскалывалась голова, но он всегда помнил все, до последнего разлетевшегося стеклышка очередной витрины. Теперь же…

Поттер осторожно приподнял голову от подушки. Небольшое головокружение, настоящая пустыня во рту с соответствующими вкусовыми ощущениями, но не было той практически убивающей мигрени. От этого открытия сразу стало легче жить, герой Магической Британии оживился и повеселел. Ну, раз причин притворяться больным не было, стоило выползти уже из палатки и поговорить с Гермионой. У него появились весьма нехорошие подозрения и ассоциации.

Осторожно, чтобы не напугать своим внезапным появлением Малфоя и Миону, Поттер отодвинул полог и огляделся. Малфой сидел за бюро и что-то писал. Гермиону Гарри увидел около камина. Она зябко ёжилась, но не отрывалась от Выручай-Книги. Юноша нежно улыбнулся, наблюдая привычную с детства картину – Герми и книги. Наверное все темные маги мира не смогли бы унять эту ее тягу к новым знаниям.

Гарри бесшумно нырнул обратно в палатку и взял свой плед, которым его заботливо укрыла Гермиона, не Малфой же! Стараясь производить поменьше шума, вылез из палатки, кивнул вскинувшему на него глаза Малфою, и подошел к Гермионе.

Девушка переворачивала очередную страницу, когда Гарри укрыл ее еще теплым от его тела пледом. Миона благодарно посмотрела на него и сказала:

- Посидишь со мной? Мне так скучно тут в одиночестве. Почему-то вспомнились наши хогвартские посиделки, - Гермиона тепло улыбнулась Гарри, глядя, как тот присел около нее, пододвинулась и поделилась с другом пледом.

- Что читаешь?

- Да так, книгу о Темной магии… Пока ничего интересного, - и она снова углубилась в чтение.

Гарри тайком смотрел на ее профиль и млел от счастья. Казалось, что вернулись старые добрые времена. Только вместо Рона невдалеке сидел Малфой. Но их снова трое. Гарри довольно вздохнул, чем вызвал короткий взгляд от девушки в свою сторону. Она чуть заметно улыбаясь, пхнула его локтем, а Гарри слегка задел ее плечом. И они замерли в этой хрупкой иллюзии близости.

***

Драко посматривал на парочку у камина и удивлялся себе. Казалось бы, какое ему дело до того, что там происходит, но нет – сидел и тихо злился. Он несколько раз перечитывал написанное, понимая смысл только с третьей попытки, но тут же терял нить размышлений, стоило только им там у камина пошевелиться.

Он попытался разобраться в себе, что же его больше всего злило. То, что они шуршат как хомяки в банке или то, что Гермиона легко простила Поттеру его вчерашнюю выходку с выпивкой? Или все же то, что Грейнджер сидела почти также близко к Поттеру, как несколько часов назад к нему, Драко? И эта дилемма не давала Малфою покоя. Но не тем, что она существовала, а тем, что он выделил именно эти раздражающие факторы. Мог ли он еще неделю назад подумать, что его будет волновать то, как близко сидит Поттер к Грейнджер? В школе, скажем, Драко было это абсолютно безразлично. Не будь он отлично осведомлен об отношениях в Золотом Трио Гриффиндора, то легко мог предположить, что Грейнджер спала со своими друзьями по очереди, а может и одновременно.

Драко тряхнул головой – мысли явно бежали не в том направлении, что он наметил себе еще рано утром. Драко лежал, глядя как светлеет в палатке и раз и навсегда расставлял для себя приоритеты. Главное – выбраться отсюда любой ценой, а все остальное – даже не вторично. Все остальное для него должно быть на десятом месте. Должно было быть, но не было!

В этот момент раздались легкие смешки и Драко раздраженно вскинул голову, намереваясь высказать этим двоим все, что он о них думает, Но замер, пораженный. Гермиона положила голову на колени Гарри и смотрела на того снизу вверх. Лицо Поттера не было видно, но Драко был уверен, что тот глупейшим образом улыбается девушке. Они что-то вполголоса обсуждали. Драко прислушался, старательно делая вид, что ему нет никакого дела до того, что происходит там, около камина.

- Гермиона, знаешь, я сегодня проснулся со странным ощущением…

- Что случилось? Ты заболел? – фирменные мадампомфристые нотки проскользнули в голосе девушки. Драко поморщился, как от зубной боли.

- Да нет, наоборот. Но это-то меня и насторожило. Помнишь в каком виде ты встретила меня у кафе? Так вот, тогда это было наилегчайшее из моих похмелий. Обычно я по полдня не могу поднять голову от подушки, не то, что встать. А сегодня… - Поттер задумался, словно пытался с точностью восстановить картину своего утреннего состояния.

- Ой ты, гиппогриф пушистый! Не томи, рассказывай! – голос Грейнджер стал напряженно-раздраженным.

- Так вот, никакого похмелья сегодня не было и в помине! Если только не считать сильного сушняка, - Драко брезгливо сморщил свой аристократический нос. Но эти термины были естественны в том окружении, в котором жил Поттер, не стоило же от него ждать рассказа в стиле верлибра, в самом деле!

- Хм… Действительно странно! Сейчас найдем, - она видимо уже собиралась заказать Выручай-Книге трактат по зельям, когда Драко решил вмешаться. Он встал и подошел к ним.

Гермиона, в свойственной ей манере, уже нетерпеливо подпрыгивала на месте, как школьница. Это почему-то умилило и одновременно разозлило Драко – что-то он стал слишком много думать о Грейнджер.

- Можешь не искать. Возможно я разгадал эту странную на первый взгляд загадку, - высокомерно сказал Драко.

От его тона Поттер мгновенно ощетинился:

- С чего бы это? Считаешь себя академиком, Малфой?

- У меня нет официальных документов, подтверждающих мои знания, но смею тебя заверить, Потти, - Драко не смог себе отказать в этом крошечном удовольствии. Поттер едва не зарычал, - но вспомни, кто был моим деканом и лучшим другом моего отца.

При упоминании Северуса Снейпа, Гарри как-то сжался, словно от удара и даже немного побледнел. Драко заметил эту реакцию. Интересно, а с какого перепуга Поттер испытывает чувство вины перед Снейпом? Надо срочно выяснить. Если его ненависть переродилась в такое, то должно было случиться что-то очень серьезное. Возможно это поможет в их проблеме. Малфой полностью разделял маггловское утверждение, подслушанное однажды: кто владеет информации – владеет миром. А кто ее сумеет правильно использовать, тот станет вторым Мерлином, добавлял про себя Малфой. Но он отвлекся – вон уже и Грейнджер смотрит на него во все глаза, забыв про книгу.

Драко с достоинством придвинул пуфик и сел. Он намеренно выбрал такую позу, чтобы на него смотрели снизу вверх. Это придавало уверенности в себе. Гарри и Гермиона послушно ждали его разъяснений. Действительно, Драко целое утро только и занимался, что проблемой с тем странным зельем, что Гермиона обнаружила у Поттера в крови. А подслушав разговор, он понял, что все части мозаики сошлись идеально. Малфой прокашлялся, готовясь к долгой речи и даже насмешливо вскинутые брови Поттера не испортили настроения.

- То зелье, что ты нашла в его крови, - поочередные кивки на Грейнджер и лохматое недотепистое недоразумение, - это зелье лишающее мага его силы, оставляющее крохотные капли от того, чем мог бы владеть волшебник. То есть, его намеренно отравили в детстве, чтобы лишить большей части природной магии. Кому это нужно было, думайте сами, но скорее всего это зелье было введено еще до того, как тебя отдали магглам. Кому-то позарез нужно было, чтобы ты не стал самым сильным магом столетия. Но ты и тут впереди паровоза бежишь, Поттер. Большая часть твоей силы сопротивлялась как могла, но из-за перенапряжения у тебя резко ухудшилось зрение. Скорее всего, ухудшение сопровождалось дикими болями и даже обмороками, в том числе было твое не по годам хрупкое физическое развитие. Но потом зелье и сила поделили «территорию» внутри тебя и ты не стал сквибом, но и не мог колдовать в полную силу. На тебя словно смирительную рубашку надели, вернее на твою силу. Только в момент наивысшего напряжения душевных сил, твоя магия прорывалась, но потом ты жестоко расплачивался за эти моменты свободы. Кстати, мне сейчас пришла в голову мысль, а был ли Лонгботтом таким идиотом или над ним тоже поработали? Насколько я помню Пророчество, вы оба подходили на роль мессии…

- Кто тебе сказал, Малфой? Это была закрытая тема, - перебил его Гарри, но тут же осекся под насмешливым взглядом Драко.

- Ты зря считаешь, что моего отца посадили в Азкабан только за мятеж в Министерстве. Дамблдор подключил все свои связи и как мог долго удерживал отца в тюрьме. То, что происходило на глазах у моего отца, можно было легко поместить в Мыслеслив и узнать суть разбившегося пророчества. Человеческий мозг волей-неволей запоминает все, что происходит вокруг и субъективно это фиксирует. Если бы отец смог ускользнуть от авроров, Лорд уже к вечеру знал бы содержание пророчества!

- Гарри, он прав! У магглов нет Мыслеслива, но ты должен вспомнить такую технику, как гипноз – человек, погруженный в это состояние может даже свои реинкарнации исследовать, что уж говорить о каком-то рядовом, в общем-то, происшествии. Мыслеслив позволяет подробно изучить любое воспоминание, даже то, которое прошло казалось бы на грани осознания.

- Да, вы правы… Я только сейчас понял, почему так четко и ясно видел воспоминания в Мыслесливе Снейпа и в дневнике Вольдеморта на втором курсе. Я мог пересчитать все волоски на бороде Дамблдора, - Гарри похоже был уверен, что Малфой не врет им, по крайней мере пока он говорил правду и вроде бы ничего не утаивал.

- Если мы с этим разобрались, можно я продолжу? Не будем трогать Невилла, поговорим о тебе, о, Избранный! – издевательские нотки явственно пробивались сквозь нарочитый подобострастный тон.

- Разрешаю, - царственно кивнул Поттер. Драко удивленно заморгал – надо же, у Поттера прорезалось чувство юмора! Это надо отметить! Гермиона, глядя на них прыснула и разрядила обстановку. Юноши почти дружелюбно переглянулись и Драко продолжил:

- Я долго не мог понять, почему это зелье оставило тебя в живых. По идее оно должно было медленно, но верно свети тебя в могилу или сделать идиотом, не в обиду будет сказано, Поттер, - Драко примиряющее вскинул руки вверх, - но оно повело себя странным образом. Словно снова боролось с чем-то. Твое высказывание про сегодняшнее легкое похмелье натолкнуло меня вот на какую мысль. Скажи, ты в последнее время ни с кем не жил?

- А тебе какое дело? – словно порох вспыхнул Гарри.

- Он полтора года жил с Джинни Уизли под одной крышей, - ответила за Гарри Гермиона, заслужив укоряющий взгляд от него. Но девушка уже понимала к чему клонит Малфой и ей страшно не хотелось терять время в пустых препирательствах. – Они полгода назад разбежались.

- Поздравляю тебя Поттер! Не забудь поблагодарить Уизлетту за то, что она своим приворотным неделя за неделей спасала тебя от смерти!

- Что?! – на Гарри было жалко смотреть, так он взметался. – Что ты такое говоришь? Как это?!

- Гермиона, хочешь сама ему объяснить?

- Гарри, Джинни давала тебе приворотное зелье. И каждый раз та отрава, что бродила в твоей крови, вступала в конфликт с приворотным. Как ты помнишь, правильно приготовленная Амортенция – самое страшное зелье на земле. Дамблдор правильно рассуждал о любви. Так вот, приворотное искусственно пыталось увеличить твою, скажем так, благосклонность к Джинни, но отрава всячески сопротивлялась этому, нейтрализуя его силу. Именно поэтому Джинни не могла затащить тебя под венец. Именно поэтому ты так страшно пил.

- Что ты хочешь этим сказать? – Гарри побелел как простыня и уставился на девушку как кролик на удава.

- А то, что после каждого приема Амортенции, твоему организму нужна была перезагрузка, иначе ты бы свихнулся. Простейшим способом оказался алкоголь. Конечно ты бы мог с метлы упасть и не разбиться – адреналин бы выжег остатки полуразложившихся на составные части зелий, но до этого ты не додумался. И поэтому каждый вечер ты пил по литру, по два в день крепчайшей выпивки. Алкоголь, проникая через мембраны клеток, усиливает межклеточный обмен. Но продукты распада, по сути уже трех разнонаправленных зелий, приводили к тому, что, при казалось бы ясной голове накануне, ты страшно болел похмельем по утрам. Теперь тебе понятнее? – Гермиона участливо заглянула в глаза Гарри и взяла его за руку.

Этот теплый жест не ускользнул от внимания Драко Малфоя.

Подразумевалось, что героиня стиха - девушка, но согласитесь, как четко подошла фотография Тома Фелтона!!!

Они стояли на пороге своей комнаты, где так долго были врозь и неистово целовались. Руки Драко, встречаясь с руками Гарри, нетерпеливо перебегали на его спину, на его бедра, талию и грудь. Руки Гарри ласкали шелковистые волосы Драко, зарываясь в них, углубляя, усиливая и без того страстный поцелуй. Сегодня они словно компенсировали долгое время разлуки. Это было что-то невероятное! Гарри чувствовал, что полностью доверившись Драко сделал шаг в пропасть, но к счастью не падал, а парил, подхваченный нежным и сильным потоком – любовью и доверием Драко Малфоя, своего мужа. Это было невероятно прекрасно и очень необычно знать, что отныне ты и твоя жизнь четко делятся на две равные половины. Ты – на свою и его любовь. Твоя жизнь на до и после Драко. Нет, не после! Это неправильное, тягостное слово! На до и отныне навсегда!

Гарри сам не понял, как начал шептать слова клятвы, которую они дали друг другу на свадьбе Гермионы.

- В богатстве и бедности, - поцелуй, - болезни и здравии, - судорожный счастливый всхлип, когда руки мужа скользнули к молнии на брюках, - счастье и несчастье, - и закончили вместе шепотом, - в жизни и смерти до тех пор, пока Бог не разлучит нас.

Драко отстранился и посмотрел в затуманенные страстью глаза супруга. То, что чувствовал он сейчас нельзя было охарактеризовать каким-то одним словом, все определения этого божественного, пронзительно-щемящего коктейля чувств были бы слишком плоские и пошлые. Это было Высшее Вдохновение Жизни! Это была Сама Жизнь в его руках, жизнь с глазами цвета моря и солнца. Драко просто не мог думать ни о чем, кроме как о том, чтобы сделать этого человека счастливейшим из смертных. Он заслужил это больше, чем кто бы то ни было! Все люди заслуживают счастья, но он – больше всех! Драко подумал, что если что-то не скажет сейчас, то сердце разорвется от чувств, его переполняющих.

- Гарри… Гарри, как же я люблю тебя! О, Господи! Мне кажется, что я сейчас умру! – Драко притянул мужа к себе и крепко, почти болезненно обнял. Ах! Если бы можно было продлить этот миг на вечность!

- Я тоже очень сильно люблю тебя, Драко, - полузадушено сказал Гарри и рассмеялся таким счастливым смехом, что сердце сделало кульбит.

Драко снова отстранился и начал покрывать лицо мужа легкими как пух поцелуями. Он нежно и осторожно целовал его щеки, лоб, скулы, глаза, щекотал губами каждую ресничку и просто млел от этого. Гарри тихо и счастливо вздохнул, с радостью принимая эти знаки внимания. Чуть позже он открыл глаза, взял руку Драко в свои и поцеловал каждый пальчик, каждую косточку. Затем он просто потянул своего мужа к их кровати и усадил на край. Нежно и осторожно, словно Драко был хрустальный и мог разбиться от малейшего неверного движения, начал раздевать его. Он восхищенно гладил ладонями обнажающееся тело, так благоговейно, словно Драко оказывал ему немыслимую милость просто находясь с ним в одной комнате. Блондин как завороженный следил за этим священнодейством, понимая, что влюбляется все больше и больше, хотя казалось бы и некуда уже. Гарри каждым вздохом, каждым восхищенным взглядом впитывался в его существо, растворяя его в себе и возвращая полностью обновленным. Драко чувствовал, как что-то меняется в них самих в эти минуты. Словно две разрозненные половинки, подходящие друг другу идеально, наконец-то слились воедино.

Тут Гарри коснулся его фаллосу и мысли Драко унеслись куда-то в космос. То, что делал с ним его муж было необычно прекрасным. Казалось это не теплые руки и не умелые губы, а сама душа Гарри ласкает душу Драко. Руки Малфоя задрожали, подломились в локтях и он обессилено упал на кровать, позволяя Гарри делать с ним все, что тот не пожелает. Новые и новые волны палящего удовольствия накатывали на Драко, с каждым разом подбираясь все ближе к средоточию его блаженства. Уже не в силах сдерживать себя, он выгнулся и кончил, выкрикивая имя Гарри.

Когда Драко пришел в себя, он увидел, что рядом лежит полностью обнаженный муж и загадочно и нежно улыбается. Пальцы Гарри бессмысленно теребили локон Драко, то накручивая его, то распуская и поглаживая, словно драгоценный шелк.

- Долго я был в отключке?

- Да, не очень, минут пять.

- М-м-м… Как же приятно! – Драко с наслаждением потянулся на простынях, чувствуя на спине руки Гарри, помогающие ему получше вытянуться. Муркнув, словно сытый котенок, Драко перевернулся на живот и посмотрел на мужа шальными от счастья глазами. Гарри продолжал гладить его по спине. Когда его пальцы задевали чувствительную поясницу, по телу бежали сотни щекотных мурашек, посылавших теплые волны удовольствия в мозг. Чувствуя, что снова заводится, Драко потянулся с поцелуем к мужу. Его встретили нежные, благодарные губы, немедленно ответившие на ласку. Чтобы было удобнее целовать своего невероятно податливого и разнеженного супруга, Драко лег на него сверху, удобно устроившись между ног.

Реакция на нежные и шаловливые поцелуи обозначилась немедленно. Гарри вскоре начал задыхаться и постанывать, потираясь о Драко бедрами, чем привел того в восторг. Драко уже было хотел спуститься с поцелуями ниже, как Гарри тихо и серьезно сказал:

- Драко, я хочу, чтобы мы сделали это сегодня.

- Хорошо, как скажешь! Я рад, что ты наконец-то решился. У меня это будет впервые, так что просто будь осторожнее, хорошо? – Драко сам не знал, зачем он это сказал, видимо все же немного опасался той боли, которая непременно возникнет. Ответ Гарри безмерно удивил и поразил его:

- Я хочу, чтобы ты сделал это со мной, - щеки Гарри мило зарделись, но Драко был слишком ошеломлен, чтобы заметить это.

- Что? Но… Гарри… А как же…

- Я хочу чтобы эта ночь стерла весь тот ужас, - перебил его Гарри, - бывший ранее в моей жизни. Словно никогда этого не было. Словно ты – первый мой любимый мужчина и никого не было до тебя.

-Но, любимый…

- Просто сделай, как я прошу. Поверь я знаю на что иду. Я хочу стать твоим навсегда. Пожалуйста, Драко!

Что-то дрогнуло в его глазах и Драко понял, что сделает что угодно, только бы никогда не заставлять Гарри просить его. Только бы не видеть этих отчаянных слез, дрожащих в его глазах. Он не говоря ни слова втянул Гарри в долгий умопомрачительный поцелуй, заставляя забыть его о просьбе, о том, что должно произойти, обо всем на свете, кроме нежных губ и умелых рук супруга. Гарри полностью расслабился, доверился Драко, отдался на волю его воображения.

Драко же судорожно вспоминал все то, что ему удалось изучить в библиотеке Дома на эту тему. Он всегда думал, что это Гарри будет ведомым в их паре и читал эти книги в основном из любопытства, чтобы знать к чему следует быть готовым. А теперь пытался поставить себя на роль доминирующего партнера. Хорошо, что у него хорошая память и неплохое воображение. Когда он читал откровенные сценки, то очень четко представлял себе это действо въяве. Наконец более-менее сообразив, что делать дальше, Драко мысленно помянул Мерлина и начал выцеловывать длинную дорожку вниз, к груди Гарри.

Он долго и умело играл с сосками, заставляя Гарри извиваться под ним и бессвязно о чем-то умолять. Драко улыбнулся и сжал ладонями бедра мужа. Он отлично знал, что это еще больше распалит его. И точно – Гарри выгнулся, требуя уделить этому месту хоть чуточку внимания еще. Низкий, вибрирующий стон, сводящий Драко с ума и он почти грубо впивается поцелуем в бедро Гарри. Еще один стон и сладкая судорога. Пока он приходит в себя, Драко уже ласкает языком и руками его мошонку, нежно и осторожно оттягивая яички, так чтобы Гарри не чувствовал боли, а только сладость откровенной ласки.

Драко нежно взял член Гарри в рот. Стараясь не увлекаться процессом слишком сильно – Гарри еще только предстояла страстная, полная новых экспериментов ночь и он не должен был кончить раньше времени. Драко спустился чуть ниже и начал облизывать Гарри, стараясь задевать при этом плотное колечко мышц. Так он пытался приучить Гарри к необычным и новым ощущениям и не испугать его слишком рьяным напором.

Гарри уже не отдавал себе отчета что с ним происходил. Он просто горел негасимым пламенем в опытных руках супруга, умирая каждый раз, когда тот отстранялся не секунду, и снова воскресая под страстным поцелуями и нежным умелым языком. Гарри хотел уже только одного, чтобы это или прекратилось… хотя нет! Ни в коем случае не прекращать! Только продолжать! Еще и еще взмывать в поднебесье на этих качелях сладострастия! И он даже не почувствовал тот момент, когда скользкий от слюны палец Драко проник в него. Только стало казаться, что вот-вот мир взорвется миллионом разноцветных брызг! Губы Драко не давали ему времени опомниться и понять когда же ко второму пальцу присоединился второй, а за ним и третий.

Тут Драко случайно задел какую-то точку и Гарри словно подбросило от разряда молнии. О! Неужели он с первого раза нашел простату?! Стараясь повторить это же движение пальцев, Драко снова увидел исказившееся лицо супруга и выгнувшееся дугой тело. Гарри разметался по кровати, умоляя сам не зная о чем. Драко положил его ноги себе на плечи, не прекращая при этом потирать маленький, плотный, чуть ребристый бугорок плоти, заставляя Гарри раз за разом вздрагивать от пронзающего его наслаждения. Драко даже немного позавидовал мужу – тому так явно это нравилось, что становилось чуть обидно за обделенного себя.

Когда Драко почувствовал, что вход Гарри достаточно растянут, чтобы принять его, то осторожно убрал пальцы из тела мужа. Когда его, щедро смазанный смазкой член уперся в плотное, разгоряченное колечко мускулов, то глаза Гарри испуганно расширились и он в панике уставился на Драко.

- Гарри, любимый, это я. Не бойся. Я остановлюсь сразу, как только ты скажешь. Я не причиню тебе боли, - Драко продолжал бормотать разные милые глупости, успокаивая тембром своего голоса. А тем временем его сознание скользнуло к Гарри и он взял себе добрую толику тревоги и страха, что плескался сейчас в глазах супруга. Он поглаживал ноги Гарри на своих плечах, целовал его нежную кожу, терся о нее щекой и не отпускал ни на мгновение взгляд мужа. Он видел как постепенно паника отступила и снова пришло доверие. Все еще глядя в зеленые омуты мужа, Драко чуть сильнее толкнулся в него. И сразу же утянул мгновенную вспышку боли и страха. Гарри выдохнул и окончательно расслабился. Плавно и медленно, Драко вошел в тело мужа и остановился, давая тому привыкнуть к первым неприятным ощущениям. Благодаря тому, что он не отпускал сознание Гарри ни на миг, он мог чувствовать малейший нюанс его ощущений.

Внезапно ему пришло в голову дать Гарри почувствовать то, что он чувствует сейчас сам. Чуть сильнее сосредоточившись на своих ощущениях, Драко направил их в сознание Гарри. И увидел как тот едва не задохнулся от новых, незнакомых ощущений. Драко показал ему то, что чувствует и вдруг понял, что начинает терять над собой контроль. Только сейчас, когда он чуть отпустил вожжи, почувствовал какое на самом деле это блаженство – обладать любимым человеком целиком и полностью. Волны горячего наслаждения усилились, когда мышцы Гарри чуть сократились и снова расслабились. Повинуясь инстинктам, Драко подался назад и снова вошел в мужа. Ощущения накрыли его с головой, унося в неведомое. Понимая, что если не соберется, то немедленно кончит, Драко как мог, сосредоточился и снова посмотрел на Гарри. И он не увидел больше в них ни боли, ни страха, только нетерпеливое ожидание продолжения.

Драко снова проник в сознание мужа и сосредоточился только на его ощущениях, стараясь не обращать внимания на свои. Он видел как с каждым новым толчком, Гарри начинает входить во вкус и ему это начинает нравиться. Драко чуть изменил угол вхождения и почувствовал как мозг Гарри пронзила ослепительная молния наслаждения – он снова задел простату. Стараясь повторить то, что он только что сделал, Драко раз за разом задевал чувствительную точку, заставляющую Гарри выгибаться и стонать. Стараясь не думать о том, какие ощущения дарит ему содрогающееся тело мужа, Драко постепенно ускоряясь снова и снова брал своего любимого, получая взамен гораздо больше, чем давал. Благодаря своему дару, он чувствовал, что еще мгновение и Гарри кончит. Он чувствовал как муж все ближе и ближе к самому сильному оргазму в своей жизни. И Драко уже не силах сдерживаться и потерявшись в ощущениях, которые дарил ему муж и которые он сам дарил Гарри. Двойное слепящее наслаждение окрыляло, унося все дальше и дальше от реальности. Острый пронзающий душу и тело оргазм потряс обоих.

Они провели остаток ночи в библиотеке лежа на одеяле перед камином. Они просто разговаривали. Гарри положил голову на плечо Драко и переплетя свои пальцы с его то сжимал легонько ладонь, то щекотал его. Драко задумчиво перебирал густые волосы Гарри и отвечал на многочисленные вопросы мужа. Они словно открыли все двери в прошлое, честно отвечая на самые каверзные вопросы.

- Ты даже не представляешь себе, как я ненавидел Уизли! Он занимал мое место рядом с тобой! Да, именно мое! Если бы я походя не оскорбил его, ты был бы моим другом! Ты чего смеешься? После того, как ты отверг мою руку, мне оставалось только ненавидеть тебя. Постепенно я и сам поверил в это. Я стал ненавидеть тебя всей душой, потому что не мог любить тебя, быть рядом с тобой, оберегать тебя от неприятностей. В пику тебе и твоим друзьям, я сам стал создавать тебе эти неприятности! Но ты выбирался изо всех ловушек с честью. Ты становился сильнее благодаря мне! Я уж молчу о том, что твоя карьера школьного ловца стала возможной только из-за меня! Нет, ну чего ты смеешься? Защекочу!

…

- Гарри… Знаешь, в той жизни у меня было только два страха. Я боялся заслужить неодобрение отца и потерять твою ненависть. И то, и другое ежедневно заставляло меня бороться за право называться Слизеринским Принцем и Самой Главной Сволочью Хогвартса, признайся именно так вы, гриффиндорцы меня и называли! А как? Хорек?! Ну, все, Поттер, готовься, сейчас я буду убивать тебя при помощи щекотки!

…

- И если Люциус все чаще бывал мною недоволен, то твоя ненависть была для меня константой. Я знал, что ты будешь ненавидеть меня и завтра и послезавтра и через месяц. Вспомни наш шестой курс. Ты же был помешан на мне одном. Твои постоянные слежки, недоверие, твоя ненависть буквально окрыляла меня. Как же я тогда ненавидел тебя за твою ненависть! Это было сильнее меня. Но на седьмом курсе, когда я потерял тебя из вида, я думал, что наконец-то успокоюсь и перестану думать о тебе. Не тут-то было. Я стал думать о тебе едва ли не чаще, чем когда ты крутился у меня под ногами. Я со смешанным чувством ждал каждый день новостей о твоей поимке. Я странно радовался, что о тебе не было вестей, но еще больше переживал за то, что о тебе ничего не известно. Когда я увидел тебя в Малфой-Мэнор, то был просто ошарашен. Я солгал Пожирателям, что не узнаю тебя. И испугался, что станет с моей семьей, если мой обман раскроют. Потом, когда вы исчезли из темниц, Лорд пытал всю мою семью. Как он не убил нас в приступе ярости, я до сих пор не понимаю. Глядя на то, как корчится под Круцио моя мать, я сто раз пожалел, что не сдал тебя. Но, когда Лорд навел палочку на меня, я понял, что если умру сейчас, то больше никогда тебя не увижу. Что ты мог умереть уже сегодня. Но я был слишком эгоистичен, чтобы разрешить кому-то, не мне, убить тебя. Это было так странно, стоять под прицелом Его палочки и думать о тебе. А потом я потерял сознание от боли.

…

- Я так боялся, что ты умрешь. Да-да, Гарри. Тогда я начал понимать природу своего помешательства на твоей персоне. И я испугался. Испугался настолько, что подстроил вам засаду в Выручай-Комнате. Я думал, что если тебя не станет, то исчезнет эта тяга к моему самому заклятому врагу. Но стало еще хуже – ты спас мне жизнь. Знаешь какое мое самое счастливое воспоминание? Что я вызывал в памяти, тренируя Патронуса? То, как ты протягиваешь мне руку и кричишь: «Ну же, Малфой, прыгай!» Ты протянул мне руку. Неважно было что вокруг все рушилось и умирало. Ты протянул мне руку и я ее принял. А потом был невероятно долгий полет на метле и я даже сквозь дым и запах гари чувствовал как пахнут твои волосы. И это снова испугало меня. Помнишь, как я нагрубил тебе в коридоре? А потом ты исчез из моей жизни на долгих четыре года. И я безмерно рад, что оказался вторым Избранным. Эта дурацкая история с Островом подарила мне тебя. Это все принесло мне гораздо больше счастья, чем я заслуживаю.

…

- Я вплотную занялся делами семьи. Нужно было восстанавливать наше положение в обществе. Благодаря нейтралитету гоблинов, состояние Малфоев осталось неприкосновенным, но воспользоваться им было практически невозможно из-за постоянно проверяющих что-то авроров. Они арестовывали любого по поводу и без. Постоянные конфискации и просто жесткий прессинг на бывших Пожирателей. Но нам удалось через подставных лиц снять достаточно наличности, чтобы отреставрировать Малфой-Мэнор. Не успела свежая краска высохнуть, как снова нагрянули авроры с повторным обыском, но я так их встретил, что они больше не смели и носа сунуть в Мэнор. Потом я поговорил с министром и напомнил, благодаря кому наш Национальный Герой остался жив, после того, как пришел в себя от второй Авады Лорда. После этого авроры обходили нас стороной.

- Ты не против, что я воспользовался твоим именем для того, чтобы отвязаться от авроров? – спросил Драко, когда молчание затянулось.

- Нет, абсолютно не против.

- А почему ты молчишь, я тебя обидел чем-то?

- Я думаю, что у тебя самые красивые пальцы, которые я когда-то видел.

- Ты так считаешь?

- Да... – Гарри поднес его руки к губам и очень нежно, почти невесомо поцеловал.

- А что еще тебе во мне нравится?

- Твой живот, - он потянулся и провел губами по коже, заставляя Драко инстинктивно напрячь мышцы. Стали видны кубики пресса.

- А еще?

- Твои бедра…

- А еще?

- Твои икры…

- Еще?

- Твои пальчики…

- Еще!

- Что еще?

- Поцелуй меня выше.

- Так?

- Еще выше…

- Так?

- Еще…

- Так?

- О, Бог, мой, да! Еще!

***

Их появление в гостиной рука об руку было встречено шумными овациями. Марси от переизбытка чувств скакала вокруг них и попеременно толкала носом то одного, то другого. Парни смеялись и пытались ускользнуть от довольно чувствительных тычков. Рук они при этом не разнимали. Грегори посмотрел на них с довольным выражением и проворчал:

- Ну наконец-то! Я уж думал мне придется напоминать вам обоим о миссии, от которой зависит очень многое.

- Друзья, я прошу у вас прощения за мое поведение. Поверьте, я не хотел вас обидеть. Я был очень растерян и испуган, - сказал Гарри.

- Да, ладно тебе! Я так рада, что вы помирились! Гарри, я так скучала по тебе! Никогда больше так не делай! – Марси легко поднялась на задние лапы, передние она положила на плечи Гарри. Он присел под тяжестью огромной кошки. Марси серьезно посмотрела ему в глаза и сказала: - Ладно все мы. Но я не позволю тебе заставлять так страдать Драко. Я эмпат и чувствую эмоции других. Если ты еще раз сделаешь такую буку, то я лично отгрызу тебе что-нибудь аппетитное! Например ухо! – Марси в шутку ткнулась в ухо Гарри, обдав того горячим влажным дыханием. Гарри рассмеялся от щекотки жестких длинных усов Марси. А та, специально начала облизывать его. Гарри поднял вверх руки, признавая свое поражение. Пантера сделала вид, что пожалела его, но стоило Гарри выпрямиться и начать вытирать мокрое ухо, как она снова кинулась на него, вылизывая жестким, словно щетка языком все его лицо. Драко стоял рядом и довольно хихикал, подзадоривая Марси и дальше мстить Поттеру. Наконец Гарри, итак еле держащийся на ногах под тяжестью пантеры, согнулся пополам от смеха и все-таки упал на пол. Марси довольная стояла над ним. Она вдруг перестала дурачиться и склонившись к лицу Гарри сказала:

- Гарри, никогда не забывай, что мы тебе не враги. Мы любим тебя и ни за что не причиним тебе боль. Как же я скучала по тебе! – пантера прижалась лбом ко лбу Гарри и тяжело вздохнула. – Какой же ты дурак, Гарри Поттер!

- Вот-вот! Я ему тоже самое говорил всю жизнь! Так ведь он мне не верил! Гарри, если столько умных людей говорят тебе одно и тоже, то пора смириться и признать, что все вокруг были правы!

Гарри смотрел на него снизу вверх и улыбался так счастливо, что у Драко защемило сердце. Никогда еще Гарри так тепло на него не смотрел, никогда так не улыбался.

- Я согласен всю жизнь считаться идиотом, только бы ты и все вы, - тут он обвел взглядом замерших друзей, - будете поправлять и наставлять меня. Без вас я словно сирота. Вы – моя семья. Я уже не представляю своей жизни без вас.

Грегори отвернулся и шумно высморкался. Марси застыла как статуя, вглядываясь в лицо Гарри. Драко послал мужу воздушный поцелуй. А Деметрий смотрел на всех странным взглядом. С одной стороны он понимал, что слова Гарри предназначались в первую очередь Марси, Грегори и Драко, но это так тронуло его, что он вдруг ощутил странное желание войти в этот круг на равных. Их всех объединяло и связывало очень многое, а Деметрий появился позже и был все же лишним в этой тесной компании. Но так хотелось верить, что и он тут свой!

Повисшую тишину разорвал громкий всхлип Хоззи. Домовик так умилился, что разрыдался и долго не мог успокоиться. Когда все присутствующие уселись за стол в ожидании завтрака, он продолжал всхлипывать и шмыгать. Зато благодаря такой эмоциональности Хоззи никто не чувствовал скованности, которая бывает, возникает после подобных серьезных признаний. Вроде бы и не ответить как-то неловко, но чувствуешь, что любые ответные признания будут немного фальшивыми и неуместными.

После завтрака Грегори, сурово посматривая на Гарри, рассказал в подробностях что они тут предпринимали, пока он был в обиде на весь белый свет. Гарри хмурился, но все же принял мысль, что Беркут смог спастись. Теперь всем предстояло попытаться понять, как медведь смог избежать неминуемой гибели в болоте. Тут Драко попросил:

- Пожалуйста, помолчите немного, я попытаюсь увидеть как это все произошло.

Все почтительно замолчали, глядя на Драко. Гарри просто пожирал любимого глазами. Он так соскучился за полторы недели, что никак не мог насытиться присутствием Драко. Он смотрел, как Малфой откинулся на спинку стула, как вздохнул полной грудью и расслабился. Плечи опустились, он задышал глубоко и ровно. Тут его веки затрепетали и он открыл глаза. Его взгляд был пустым и невидящим. Все невольно задержали дыхание. Драко обвел комнату каким-то потусторонним взглядом. Вдруг он уставился в угол комнаты и больше не двигался. Грегори как зачарованный смотрел на неподвижного юношу. Он чувствовал такую гордость, будто бы это он наделил Драко этим даром. А ведь этот мальчишка так сопротивлялся, не желая учиться такому полезному искусству! Грегори чувствовал себя как отец, который увидел как его сын делает первые в своей жизни шаги. Он был так увлечен созерцанием, что расслышал вопрос Марси только со второго раза.

- Что?

- Я спросила, как долго он будет пялиться в пустоту? Мне становится не по себе!

- Как только он увидит то, на что задался целью посмотреть. Не мешай.

Стоило только ему сказать это, как Драко заморгал, открыл глаза и со стоном начал сползать по спинке стула. Гарри метнулся к нему, и поддержал, не давая ему упасть. Драко дрожащей рукой потянулся к стакану с водой, возникшему прямо перед ним, но Гарри опередил его и поднес воду к губам. Драко пил долго, шумно и совсем неаристократично отфыркиваясь и давясь водой. Наконец он утолил жажду и тяжело дыша посмотрел на всех. Нашел взглядом Гарри и вздохнул.

- Я видел почему он спасся. Боже, как тяжело было смотреть на это снова. Тогда, в запале боя, я не понимал, как это страшно – убивать, - Драко сжал руку Гарри. – Я теперь понимаю тебя. Понимаю почему ты так переживал все это. Беркута спас ты.

- Но как? Ветка же обломилась. Я видел, как он захлебнулся. Не понимаю.

- Твоя аура была на нем. Кусочек твоей собственной магии принял как приказ твое нежелание гибели другому существу. Твоя радуга смогла переместить Беркута в безопасное для него место, на другой конец Острова. Он теперь сидит и пока не высовывается. А теперь слушай, что случиться в рождественскую ночь.

Драко рассказал Гарри о своем видении. Гарри был потрясен. Он в изнеможении сел на стул рядом с Драко, схватился за голову и простонал:

- Ну когда же это все уже закончится? Сколько же можно жить подвешенным на нитке над пропастью?

Драко с жалостью смотрел на него. Гарри такой человек. Чтобы начать действовать, ему нужно просто принять действительность, смириться с ней. Только после этого он сможет и горы свернуть на пути к цели. Просто ему надо увидеть и понять свою цель. Гарри снова вцепился в волосы, разлохматив длинные локоны, собранные в хвост. На его безымянном пальце звездочкой сверкнул алмаз и Драко вспомнил, что их друзья до сих пор не знают, что они теперь женаты. Он взял руку любимого, где радостно вспыхнул алмаз и поцеловал его пальцы. Гарри поднял отчаянные глаза и вдруг успокоился и смог улыбнуться. Он сам притянул руку Драко к губам и запечатлел легкий, нежный поцелуй.

- Друзья, мы с Гарри хотим сообщить вам еще одну потрясающую новость.

- Драко сделал мне предложение и я его согласился. Наш союз был принят там, - Гарри показал пальцем куда-то в потолок, но все сразу поняли о чем он говорит.

- Боже! Но когда вы успели?

- Одиннадцать дней и восемь часов назад, - Драко улыбнулся Гарри.

Шел десятый день немого конфликта и Драко стало казаться, что постепенно эта ситуация превращается в фарс. Хорошо же у них проходит медовый месяц! Сначала Драко старался не лезть в душу Поттеру, думал что тот еще переживает финальную сцену с Франсуа. Но и спустя неделю Гарри так и не заговорил с ним. Они пробовали расспрашивать Хоззи, но тот тоже не мог внятно объяснить поведение Гарри. Он только рассказал, что Поттер все время проводит в библиотеке читая книгу и по нескольку часов забывая переворачивать страницы. Драко страдал вместе с любимым, но ничем не мог помочь ему, пока тот сам не пойдет на примирение. Под конец десятого дня Малфой стал всерьез подозревать, что Гарри просто издевается над ним. Когда Поттер в третий раз не пришел ночевать, оставшись на диване в библиотеке, то Драко не выдержал и он в три часа ночи направился в библиотеку раз и навсегда расставить точки над «i» в этой идиотской ситуации.

Когда он вошел, то увидел что Гарри сидит перед камином сжавшись в комочек. Совсем как тогда на ступеньках в его воспоминании о свадьбе Гермионы. Это сравнение ножом полоснуло по сердцу Драко и его начало трясти от того, что Гарри так отдалился от него. Драко нарочито шумно закрыл двери. Гарри резко обернулся и вскочил, как-то затравленно озираясь по сторонам. Это выражение откровенной паники на лице Поттера так взбесило Драко, что он подбежал к нему, схватил за плечи, не думая, что делает больно и с силой встряхнул.

- Какого черта, Поттер! Я не враг тебе! Хватит ломать комедию и строить из себя невинно оскорбленного! Я всего лишь сказал, что видел как… - Драко запнулся увидев дикий ужас в глазах Гарри. Он боялся его? Боялся? Но почему? Продолжая молча смотреть в испуганные глаза Поттера, Драко вдруг почувствовал себя идиотом. Что ему стоило просто заглянуть в душу Гарри и посмотреть, что там творится? Он же это умеет! Тот случай, когда он смог увидеть ауры друзей и привести Гарри в сознание подарил ему и умение разбираться в мотивах поведения человека. Он прекрасно видел, как Марси оттягивала на себя негатив, рождающийся в чересчур яростных спорах. Он видел самодовольное удовлетворение Грегори, когда Гарри смог подчинить свои силы. Он видел мудрую благожелательность Деметрия, немного равнодушную, но все же заинтересованную, как у увлеченного энтомолога, привычно изучающего колонию муравьев. Он видел, как аура любви Поттера вспыхивает с новой силой, стоит только ему взглянуть на Гарри. Он все видел, все знал, но как только наступил трудный момент, предпочел закрыться в скорлупе своих переживаний и обид. Когда он в последний раз смотрел в душу любимого?

Драко был так поражен своим открытием, что не заметил когда из глаз Гарри показались первые слезы. Он стоял и ошарашено смотрел, как плачет его муж и ругал себя последними словами. Не зная, что он может еще сказать, Драко просто притянул Поттера к себе и заключил в крепкие объятия. Он чувствовал, как вздрогнул и напрягся Гарри, как попытался отстраниться, но Драко не позволил, он еще крепче обнял его и уткнулся носом в шею. Черные локоны щекотали лицо, но Драко даже и не подумал отодвинуть их, напротив, он наслаждался запахом Гарри. Подумать только, а ведь он уже стал забывать как невозможно соблазнительно пахнет его муж! Наконец Гарри расслабился и сам прижался к нему. Неконтролируемые рыдания еще сотрясали его, но он уже начал успокаиваться. Драко гладил любимого по волосам и потихоньку пытался проникнуть в его эмоции. По мере того, как Гарри успокаивался, это становилось все проще и вскоре Драко как на ладони увидел то, что беспокоило его мужа. Но… как? Как он из тех нескольких слов смог выстроить такую стройную и абсолютно абсурдную теорию? Драко был в шоке.

- Гарри, милый. Прости меня. Я был груб и глуп. Как я мог не видеть очевидного? Но уверяю тебя, ты ошибаешься. Как ты мог только подумать, что я упрекаю тебя за Франсуа?

- Но ведь ты сказал… Ты сказал, что видел кое-что о Франсуа, - Гарри немного отстранился и заглянул ему в глаза. Веки немного припухли от слез, губы были жестоко искусаны. Драко немедленно захотелось целовать его до тех пор, пока из этой глупой головы не вылетят плохие мысли. Но сначала нужно было окончательно все прояснить.

- Дурачок, какой же ты у меня дурачок! Ну, при чем тут Франсуа?

- Я так испугался, что ты расскажешь всем о том, что видел в моих воспоминаниях…

- Поттер, если бы я так сильно не любил тебя, но снова признал бы тебя главным придурком столетия, как когда-то в школе! Неужели ты считаешь меня настолько неблагодарной сволочью и думаешь, что я сразу начну кричать о самом сокровенном на всех углах? Гарри, то что я увидел тогда навсегда останется в моей памяти – это было слишком страшно, чтобы я смог просто забыть. Но я не позволю этим воспоминаниям встать между нами. Это было. Но это прошло. Осталось далеко позади и тебе пора уже научиться жить с этим. Принять и простить прежде всего самого себя. Пойми, ты ни в чем не виноват. Ты виноват только в том, что принял у себя в доме маньяка и шизофреника. Я хотел рассказать тебе кое-что. Помнишь тот момент, когда ты был без сознания, а Франсуа прошептал о том, что отомстил Шарлю-Анри Малфою. Малфою, понимаешь? Шарль-Анри – мой родственник, зверски убитый при загадочных обстоятельствах в маггловском районе Парижа. Этот Франсуа был его любовником и убил, стоило только Шарлю-Анри бросить его. Гарри, он мстил тебе за Шарля-Анри. Но он не убил тебя тогда только потому, что это был ты – юноша, которому он симпатизировал, к которому испытывал уважение и благодарность. Но стоило только ему немного расслабиться, как он уже не смог держать под контролем своего внутреннего зверя и тот взял верх над благоразумием. Он мог убить тебя. Он – очень опасен. Был.

- Почему был?

- Потому что, перед тем как ты соскочил, будто ужаленный, я как раз хотел рассказать, что видел как он умер. И поверь эта смерть стала достойным возмездием за все, что он причинил тебе и моей семье и за все, что он мог еще натворить.

Драко рассказал Гарри как умер Франсуа д’Артаньяк. Поттер сидел, замерев в его объятиях и не верил. Раз за разом он переспрашивал подробности. Особенно его поразило то, что именно сейчас, когда Драко рассказывал о своем видении, Франсуа был еще жив. Он ходил, говорил, двигался, не подозревая, что меньше чем через три недели он умрет. Гарри даже стал думать как запретить своему эльфу Минки мстить, но наткнулся на насмешливый взгляд Драко и замолчал. Пока они на Острове, установить связь с внешним миром невозможно. Оставалось только принять неизбежное.

- Ну, теперь ты успокоился и престанешь играть в молчанку?

- Драко, любимый, прости меня, если сможешь. Я вел себя как идиот. Просто я…

- Просто ты разрешил себе полюбить меня, но так и не смог до конца мне довериться. Ты так привык к тому, что самые близкие люди предают тебя, что не мог не думать так и обо мне. Я даже думаю ты специально стал показывать мне эти воспоминания. Ты пытался проверить меня, а не довериться мне. Но я не виню тебя. Просто знай, что я никогда не предам тебя. Даже если ты когда-нибудь оставишь меня, я все равно буду верен тебе. Ты – смысл моей жизни. Всегда был им и навсегда им останешься. Если ты уйдешь, я буду ждать тебя. Если ты умрешь раньше меня, я последую за тобой. Я не смогу жить без тебя. Но идти за мной, если я умру раньше, я тебе запрещаю. Я буду и там, за пределом жизни и смерти ждать тебя. Я видел эту грань, когда отнимал жизнь Марси у Лилит. Там не страшно, но без тебя все потеряет смысл. Прошу тебя, просто поверь мне. Я никогда не причиню тебе боли и не оставлю тебя.

Драко говорил это и чувствовал, как что-то меняется в этом мире. Словно дорога судьбы заложила очередной крутой вираж и остановок или перекрестков больше не будет. Судьба сказала свое последнее слово устами Драко. Но это чувство неясной тревоги было отодвинуто. Гарри молча обнял его и прошептал куда-то в шею:

- Драко, прости меня. Ты прав от первого до последнего слова. Но я не согласен только с одним, - Гарри выпрямился и глядя Драко в глаза сказал: - я никогда не останусь в этом мире один, без тебя. И тебя никогда никуда не отпущу. Такому сокровищу как ты, нужен один надежный хозяин. Даже не надейся получить свободу от меня! Я обещаю, что никогда тебя не оставлю. Ты – самое дорогое, что есть у меня. Я удивлен, что столько лет жил без тебя, считая себя вполне счастливым.

Драко почти физически ощутил, как ловушка судьбы захлопнулась и ничего больше изменить нельзя.

Гарри уже неделю ни с кем не разговаривал кроме Хоззи. Обеды протекали в напряженном молчании. Завтраки и ужины Гарри пропускал, запираясь ото всех в библиотеке. Поздно ночью он возвращался в комнату и стараясь не шуметь, ложился на самый край кровати и засыпал. Драко делал вид, что спит, а потом остаток ночи слушал, как мечется Гарри, как он стонет и иногда даже плачет во сне. Но стоило только обнять его, чтобы успокоить, как он испуганно сжимался, а потом проснувшись, отстранялся. Они подолгу лежали молча, слушая дыхание друг друга и всматриваясь в постепенно светлеющий потолок. Потом Гарри бесшумно выскальзывал из кровати, быстро принимал душ, одевался и снова запирался в библиотеке. Драко оставалось только беззвучно выть в подушку. Он уже успел проклясть сам себя за то, что рассказал Гарри про Беркута.

Он пришел в себя в объятиях Поттера. Когда более менее успокоился и огляделся, то увидел, что в комнате находятся Марси, Грегори и Деметрий. Они все беспокоились за него. Как оказалось, он пробыл в беспамятстве больше трех часов. Грегори и Деметрий сразу распознали, что у него были видения и запретили Гарри приводить Драко в сознание заклинаниями. Как сказал Деметрий, это может очень плохо окончиться для Оракула. Но они ждали его возвращения, волнуясь вместе с Гарри.

Драко рассказал, что видел как Беркут убивает радугу Гарри. Он подробно описал внешность огромного негра, его рост, лицо, длинные спутанные волосы. Марси сдавленно охнула. Грегори переглянулся с Деметрием и подошли поближе, не желая пропустить подробности. Только Гарри словно окаменел. Драко чувствовал, как он напрягся и сначала подумал, что это из-за этой новости, что он сейчас на них на всех обрушил. Когда он закончил, Гарри сказал ровным и холодным голосом:

- Я не верю. Беркут погиб. Мы все это видели. Я чувствовал, как он отдаляется от меня. Не забывай, на нем был кусочек моей магии. И я чувствовал, как он ушел вместе с ним. Зря ты Драко, развел панику на пустом месте. Я уверен, что тебе показалось.

- Показалось? О чем ты? Я видел тот же самый лес, тех же демонов ночи, что и в первую нашу ночь на Острове! Ты же сам мне рассказывал о том моем видении! Как ты можешь быть таким близоруким? Я не понимаю! Мне казалось, что ты наоборот, будешь счастлив, ведь Беркут не погиб. Ты же так переживал из-за этого! Гарри, я уверен в том, что видел! Я даже видел еще кое-что о Франсуа…

Договорить не удалось. Гарри вздрогнул, будто Драко ударил его хлыстом. Его лицо приняло бесстрастное, отсутствующее выражение. Он медленно поднялся и вышел из комнаты, оставив за собой недоумевающих друзей.

А Марси, заливаясь слезами, рассказала о том, как Беркут много лет насиловал ее, заставлял подчиняться и делать все, что он не прикажет. Она рассказала о том, как стала бояться Рождества, потому что после не могла вспомнить, что делала накануне вечером. В конце концов ее начала настораживать ежегодная амнезия, после которой болело и жаловалось все тело. Однажды она взяла в сокровищнице дома амулет, фиксирующий все, что происходит вокруг его владельца. На следующий день Марси в шоке смотрела, как огромный мужчина легко сломил ее волю и отвел далеко в лес. Ей стало плохо от того, что последовало за этим. Марси нашла Беркута через неделю после Рождества и по тому, как забегали его глазки, поняла, что все то, что она увидела в амулете – правда. Безумная ярость помутила ее рассудок и она едва не перегрызла ему горло. Огромный медведь позорно бежал. Когда Марси пришла в себя, она увидела глиняную куколку, валяющуюся в траве. Раздавив ее, она увидела прядку своих волос. Она подобрала остатки куколки и сожгла ее в камине дома. Пламя с готовностью лизнуло ее волосы и тут Марси почувствовала себя плохо - у нее закружилась голова и она упала в обморок. Придя в себя, она увидела сидящего рядом Беркута. Он торопливо начал объяснять ей, что уничтожить куколку-вуду может только ее создатель. Если бы он не последовал за ней, как только обнаружил пропажу куколки и вовремя не пришел на помощь, проведя ритуал отказа, то Марси могла бы умереть. Это очень сильная и запутанная магия, чтобы в нее мог влезть непосвященный. Марси согласилась не помнить зла и не рассказывать остальным жителям Острова о преступлении Беркута в благодарность за спасение ее жизни. Но она предупредила, что если еще раз у нее будут странные провалы в памяти, то она найдет Беркута и лично убьет его. Это произошло три года назад.

Все молчали, приходя в себя от шока, вызванного исповедью Марси. Грегори долго молчал, потом не проронив и слова встал и вышел из комнаты Драко и Гарри. Марси снова расплакалась. Драко обнял девушку-пантеру. Ее горе было настолько заразительным, что он почувствовал себя очень плохо. Выходка Поттера стала казаться еще более обидной. Горло перехватило, стало трудно дышать. В глазах вскипели горькие слезы, но Драко смог их сдержать. Деметрий стоял над ними, впервые в жизни не зная, что сказать. Тут скрипнула дверь и вошел смущенный Грегори. Он остановился на пороге, виновато посмотрел на всех. Потом снова вышел и вернулся, толкая впереди себя тележку с лакомствами, чайником и чашками. Он подошел к Марси и сказал:

- Я принес тебе мороженое. Только не плачь больше из-за этого. Я ушел не потому, что винил тебя в произошедшем. Просто однажды я видел как вы… как он и ты… в общем я видел вас у ручья. Я подумал, что тебе это нравится, раз ты с ним встречаешься. А через месяц этот урод убил моего отца. Я возненавидел его и тебя вместе с ним. Когда тут появились они, - кивок на Драко, - я решил поверить своим чувствам, хотя никогда не доверял тебе до конца. Сейчас, когда я понял свою ошибку, я прошу у тебя прощения за каждую недобрую мысль в твой адрес. Марсиацци Режино, мне очень жаль, что я оказался таким олухом и я искренне раскаиваюсь в своем поведении. Я буду счастлив, если ты окажешь мне честь и разрешишь считать тебя своей невестой.

Драко и Деметрий замерли, пораженные неожиданной речью Грегори. Марси сидела приоткрыв от удивления рот и округлив глаза. Потом она осторожно высвободилась из объятий Драко и подошла к Грегори. Они стояли напротив и смотрели друг другу в глаза. Что-то дрогнуло во взгляде Марси и она прикоснулась лбом ко лбу Грегори, глубоко вздохнув. Отстранившись, Марси, лукаво блестя глазами, спросила:

- А какое ты мороженое мне принес, жених? – на последнем слове она игриво подмигнула Грегори. Тот сначала оторопел, а потом хрипло засмеялся и взмыл в воздух.

Драко смотрел на них и радостно улыбался, но на душе скребли кошки. Нет, он искренне был рад за друзей, но тем грустнее казалась на их фоне еще одна новость для них. Драко перевел взгляд на свое обручальное кольцо. Ему почему-то показалось, что Гарри сейчас так же грустно рассматривает свое. Камень в кольце подмигнул ему бриллиантовым глазом и Драко поверил, что все еще будет хорошо.

Драко сжимал содрогающееся от рыданий тело Гарри и пытался еще раз осознать то, что он только что увидел. Казалось он был уже подготовлен к тому, что должен был увидеть. Ему уже давно было ясно, что Гарри пережил насилие, но произошедшее никак не укладывалось в голове. Он баюкал любимого, машинально гладил его по голове. Драко вспоминал увиденное, раз за разом прокручивая сцену изнасилования. Что-то цепляло его, что-то важное, но от шока и боли за Гарри, он никак не мог ухватить суть. Последние слова д’Артаньяка! Он сказал что-то о Малфое. Понимание и узнавание молнией пронзили его. Шарль-Анри Малфой – троюродный племянник его отца, второй сын двоюродного брата Люциуса. Безмерно избалованный и испорченный мальчишка. Ему не нужно было думать о делах французской ветви семейства Малфой и он позволял себе ВСЕ! Шарль-Анри, зверски убитый в подворотне. Шарль-Анри, который никогда не бывал в Клиши – самом криминальном районе Парижа. Как же любит жизнь корчить рожи! Уже давно Драко подозревал о том, что Франсуа – ларец с двойным дном. И вот он увидел, как тот сам признался в убийстве его родственника. Сразу вспомнилась реакция француза, мимолетная и незаметная для Поттера, но тут же отмеченная недоверчивым Драко, стоило Гарри только упомянуть фамилию Малфой. Но кто же мог знать? Личный счет Малфоя к д'Артаньяку неожиданно увеличился. Интересно, а возможно ли найти этого подонка и отомстить ему не только за Гарри, но и за Шарля-Анри? Внезапно закружилась голова, все померкло и Драко увидел…

Темный перекресток. Старинные, каменные дома. Фонарь, поскрипывающий на холодном, пронзительном ветру. Обрывок маггловской газеты облепил столб и под желтоватым неверным светом фонаря Драко смог разглядеть статью, посвященную рождественской вечеринке в Версале. Статья, которая должна выйти только через шесть недель… Драко видел будущее. Вдруг раздались чьи-то торопливые шаги. Человек явно бежал от кого-то. Драко повернулся и увидел Франсуа д'Артаньяка собственной персоной. Француз тяжело дышал и вытирал пот со лба. Вот он сделал еще несколько шагов, оказавшись в круге света, отбрасываемого фонарем, и стало очевидно, что это уже далеко не тот лощеный и опасный красавец. Под глазами были огромные синие круги, кожа приобрела пергаментный оттенок, щеки ввалились и на них красовалась многодневная щетина. Одежда болталась на нем, как на вешалке. Он выглядел так, словно только что поборол длительную и опасную болезнь. Тут раздался шорох и мужчина испуганно вздрогнул, словно загнанная в ловушку крыса. Он медленно достал палочку, зажег огонек и начал нервно озираться кругом. Шорох повторился, заставив его подпрыгнуть и затравленно зашарить Люмосом по темным, мрачным стенам старых домов. Фонарь издевательски поскрипывал, заставляя Франсуа дергаться еще больше. Что-то зашевелилось около его ноги и мужчина, не выдержав, вскрикнул. Он направил светящуюся палочку вниз и замер от ужаса. Драко видел его побелевшие глаза, отвисшую челюсть и не понимал, как он мог находить Франсуа красивым! Страх так ломал и корежил его, что становилось противно. Драко посмотрел на того, кто вызвал такой первобытный ужас у француза. Перед ним, задрав голову, стоял эльф с золотой сережкой в ухе и в тоге с гербом Поттеров. Это его так боится Франсуа? Да, что может сделать эльф взрослому волшебнику? Это же смешно! Но выражение лица Франсуа не оставляло другого варианта – его приводил в ужас именно эльф Гарри.

Француз попытался произнести хоть какое-нибудь заклинание, но из его горла не вырвалось и звука. Пораженный, он выронил палочку и схватился за горло. Он царапал себя, словно пытался сбросить чью-то безжалостную руку. Он хрипел и сипел, его глаза начали выкатываться из орбит. Тут эльф поднял руки и Франсуа взлетел на несколько метров над мостовой, он бестолково дергал ногами, даже не пытаясь достать противника, ударить. Эльф развел руки и вдруг, резко и звонко, с силой хлопнул в ладоши. Драко в ужасе зажмурился. Когда он осмелился открыть глаза, то эльфа уже не было, а на каменной мостовой лежало кровавое месиво, бывшее когда-то статным и красивым французом.

***

Драко почувствовал, что его кто-то трясет за плечо. Он с трудом открыл глаза и непонимающе уставился на молодого человека, который с такой тревогой заглядывал ему в глаза. Драко успел отметить, что этот юноша очень красив, только почему-то очень бледен. Сделав слабую попытку улыбнуться, Драко закрыл глаза.

***

Лес. Темно. Запах старой, мощной магии. Неровное потрескивание слева. Взгляд впивается в кусты. За ними мелькают какие-то тени. Деревья словно обступают его теснее. Становится трудно дышать. Внезапно он понимает, что надо бежать. Бежать. Но куда? Неважно, он доверится сердцу! И он срывается с места. Он чувствует, как на том месте, где он только стоял, щелкнули чьи-то стальные зубы, словно сработавший капкан. Стволы деревьев мелькают мимо. Цепкие ветви кустов хватают его за одежду. Он нетерпеливо срывает мантию и она, взлетев, накрыла чью-то оскаленную морду. Он не удивлен. Он словно уже был здесь, только тогда его захлестывал страх. Теперь все проще – он будто бежит проторенной тропинкой и понимает, что преследователям, кем бы они ни были, не догнать его. Он просто это знает и поэтому не боится. Лес становится гуще, но он уверен, что близко к своей цели. И вот он выбегает на круглую поляну. Тени, преследовавшие его разочарованно завыли. Он стоит на краю поляны и видит огромного черного человека, стоящего к нему спиной. Тот явно не знает о его присутствии. Но что там? На что этот страшный мавр смотрит? До его слуха доносится глухое бормотание, начинающее звучать все громче. Негр постепенно входит в транс. Он кого-то призывает, по черному телу пробегают судороги. Да, что же там такое? Он обходит негра слева и видит большой, грубый алтарь, цвета черного вакуума. Этот алтарь не отражал свет, он поглощал его. Рядом с ним, на расстоянии пары шагов, все выцветало и меркло, как черно-серая колдография. Живое умирало на этом алтаре. Но один крохотный всполох цвета, все же был на нем. Маленький кусочек живой радуги боролся из последних сил, не желая сереть и погибать. Но силы были неравны и радуга была бы все равно обречена. Вдруг негр задрожал, по его телу пробежали сильные судороги. Но стало казаться, что эти судороги превращаются в волнообразные плавные движения. Он выгибался так, словно в его теле не было костей. Вдруг он вскинул руку вверх. В его ладони заблестел черный клинок жертвенного ножа. Речитатив заклинаний резко оборвался протяжным криком и негр ударил крохотную радугу ножом. Сверкнула теплая разноцветная молния и радуга умерла.

***

Драко очнулся от своего крика. Он кричал так сильно, словно увидел самый свой страшный кошмар. Чьи-то знакомые руки подхватили его и сжали в объятиях. Драко продолжал кричать, но уже понимал, что то, что он увидел, осталось позади. Гарри рядом и это главное. Вдвоем им некого бояться. Драко замолчал. Он почувствовал, как Гарри вытирает пот с его лба. Прохладные прикосновения влажной ткани привели его в чувство окончательно. Стало совсем хорошо, вот только бы еще унять бешеный стук сердца и прерывистое загнанное дыхание. Постепенно прошло и это. Драко, чувствуя себя слабым и беспомощным, поднял голову и открыл глаза. Сверху вниз на него тепло и нежно смотрели зеленые глаза. Он так переживал за него. Как теперь сказать Гарри, что Беркут не погиб? Что он готовит подлый удар в спину?