Елена Березанская | 08 ноября 2009 21:19
Вечером 6 октября двух топ-менеджеров Альфа-банка ждала нешуточная сверхурочная работа. Руководителю дирекции по работе с корпоративными клиентами Илье Позу и главному бухгалтеру Марине Поповой предстояло подписать документы по реструктуризации долга «Группы ГАЗ». Сотни толстых папок с цветными закладками были доставлены в банк еще днем на двух автомобилях. Процесс подписания бумаг занял больше шести часов и закончился в два часа ночи. Итог: Альфа-банк, добивавшийся до этого банкротства ГАЗа, согласился с условиями реструктуризации, одобренными другими кредиторами, — отсрочка выплаты основного долга на два года, погашение через пять лет и никаких штрафных санкций.
На первый взгляд может показаться, будто основной владелец «Альфа-Групп» Михаил Фридман уступил в очередном раунде схватки с Олегом Дерипаской, собственником целого ряда компаний, занимавших деньги в Альфа-банке. Но только на первый взгляд. Как стало известно Forbes, перед подписанием документов «Альфа» предварительно договорилась с правительством о том, что банк пойдет на реструктуризацию на условиях ГАЗа, а один из госбанков выкупит у Альфа-банка по номиналу долг «Русских машин», еще одной компании Дерипаски. Получилась неплохая для «Альфы» сделка: долг «Русских машин» составлял около 5 млрд рублей ($160 млн), в то время как «Группы ГАЗ» — 3,1 млрд рублей ($100 млн).
А незадолго до этого, в сентябре, долги перед Альфа-банком погасили «Русал» ($86 млн) и «Трансстрой» ($120 млн), также входящие в империю Дерипаски. Всего его структуры заняли в «Альфе» около $1 млрд, к середине октября банку с боями удалось вернуть почти половину этой суммы. И борьба продолжается. Сейчас, по словам руководителей Альфа-банка, в обеспечение иска «Альфы» к холдинговой компании En+ арестован целый ряд активов, в том числе энергетические, и принадлежащий Дерипаске пакет акций «Русала» (размер не уточняется). При этом с прочими кредиторами Дерипаска обещает расплатиться в лучшем случае через пять — семь лет, и они покорно соглашаются, даже не пытаясь судиться.
Альфа-банк — крупнейший частный банк и кредитор российской экономики: портфель его корпоративных кредитов на конец II квартала 2009 года составлял 317 млрд рублей (до кризиса было в два раза больше). Банк всегда отличался строгой кредитной политикой и низким уровнем просроченной задолженности. Однако кризис перевернул все с ног на голову. По данным ЦЭА «Интерфакс», по итогам II квартала 2009 года просроченная задолженность в Альфа-банке была на заоблачном уровне — 19%. Для сравнения: у ВТБ этот показатель составлял 7,5%, у Сбербанка — 3%.
В самой «Альфе» считают, что доля проблемных кредитов еще больше — 30%, уточняет зампред правления Альфа-банка, соруководитель корпоративно-инвестиционного блока Владимир Татарчук. «Наш принцип — не обманывать самих себя, — добавляет он. — Если мы не понимаем, откуда компания возьмет деньги, чтобы вернуть кредит, мы уже считаем такую задолженность проблемной». Ситуация, когда треть кредитного портфеля — проблемная задолженность, близка к катастрофе. Но в «Альфе» это, кажется, никого не пугает.
В самом начале кризиса Альфа-банк изменил формат работы с неблагополучными заемщиками. Небольшой отдел был преобразован в дирекцию по работе с проблемной задолженностью. Возглавил дирекцию Заали Цанава. О нем не так много известно. Внук бывшего наркома госбезопасности Белоруссии Лаврентия Цанавы, соратника другого Лаврентия, Берии, — «жесткий человек», как говорят коллеги. Для принятия оперативных решений в банке был создан неофициальный комитет, который собирается один-два раза в неделю.
Работа с компанией-заемщиком, финансовое состояние которой вызывает вопросы, начинается за два-три месяца до срока погашения долга, рассказывает Татарчук. На этом этапе, если банк понимает, что трудности у компании временные, может быть найден вариант реструктуризации долга. Срок реструктуризации обычно не превышает полутора лет. Речь может идти и об улучшении обеспечения по кредиту — заемщика просят предоставить дополнительное имущество в залог, а владельца бизнеса — подписать личное поручительство.
Если вариант реструктуризации не найден к моменту погашения кредита, банк, как правило, подает иски в суды и к самой компании, и к ее владельцу — поручителю по кредиту. «Это наша принципиальная позиция — на случай, если мы не найдем приемлемого внесудебного решения, у нас должна быть возможность удовлетворить свои требования в суде», — говорит Татарчук. «Альфа» судится всегда (сегодня примерно по каждому третьему кредитному договору) — это аксиома — и практически никогда не проигрывает. Для сравнения: Сбербанк судится примерно в трех случаях из ста — на 126 100 кредитных договоров приходится 3400 исков.
Судебные разбирательства отнимают у банков-кредиторов немало времени — только чтобы подтвердить наличие долга и его сумму, Альфа-банку требуется как минимум два месяца. И это при наличии мощной юридической службы, которая поднаторела в подготовке документов. (Одна лишь деталь, демонстрирующая роль юристов в «Альфе»: когда в 2002 году нужно было назначить нового председателя правления Альфа-банка, акционеры выбрали его главного юриста Рушана Хвесюка.) Если же дело дошло до банкротства должника, то оно занимает не менее полугода. Тот из кредиторов, кто быстрее всех получит исполнительный лист, сможет первым добраться до имущества должника.
Летом 2009 года Альфа-банку удалось полностью взыскать долг с обанкротившейся компании «Топливное обеспечение аэропортов» (ТОАП). У «Альфы» было личное поручительство владельца предприятия Евгения Островского. Банк первым успел получить судебное решение и начал арестовывать имущество бизнесмена. В результате в счет погашения кредита Островский отдал офисное здание в Москве площадью 2000 кв. м. Остальным кредиторам — Сбербанку, ВТБ, МДМ-банку и БТА Банку — остается ждать завершения процедуры банкротства ТОАП. Все четыре банка располагают личными поручительствами бизнесмена, но пока им ничего не досталось.
Почему другие не берут на вооружение тактику «Альфы»? Одно из объяснений: большинство банков стараются как можно дольше не показывать в отчетности рост просроченной задолженности, например пролонгируя кредиты. Ведь от финансовых показателей зависят и бонусы менеджмента. Зачем идти на риск, ввязываясь в судебные разбирательства с неочевидным исходом, если можно пересидеть сложные времена, а там, возможно, должник начнет платить? Однако проблемы плохих кредитов такой подход не решает.
«Когда возникает просрочка, бывает, клиент рассчитывает на то, что банк сломается. Начинается борьба нервов, кто раньше испугается. Мы, как правило, свою позицию не меняем», — рассказывает Татарчук. Тот же «Русал» не выдержал, когда Альфа-банк подал иск о банкротстве двух входящих в группу заводов. В пресс-службе «Русала» методы «Альфы» назвали «рейдерскими», но почти сразу же долг был погашен.
Среди должников «Альфы» есть орешки покрепче. Например, серьезным оппонентом стал основной владелец группы «Продо» Давид Давидович. Компании группы должны Альфа-банку более $100 млн. В сентябре суд по заявлению банка начал процедуру банкротства ООО «Продо», в октябре в судах будут рассмотрены еще три иска о банкротстве компаний группы — Клинского мясокомбината и «Омского бекона». По оценке банка, у Давидовича есть достаточно имущества, чтобы полностью погасить долг, но он не собирается сдаваться. Бизнесмен при этом и сам пытается получить контроль над процессом банкротства.
Активная работа Альфа-банка с проблемной задолженностью начинает приносить плоды. По оценке Татарчука, объем безнадежных кредитов, которые банк заносит в список с названием «морг» и готовит к списанию, не превышает $150–300 млн. Просрочка в Альфа-банке, по его прогнозам, должна сократиться в 2010 году до 4–5%.
Если не удается заставить должника платить, приходится обращать взыскание на оставленный по кредиту залог. Иногда банк получает имущество должника в виде отступного. В результате накапливаются непрофильные активы, которыми кто-то должен профессионально управлять. В Альфа-банке есть соответствующее подразделение. Однако активы в нем не копятся — акционеры «Альфы» приняли решение передавать непрофильную собственность, достающуюся от должников, в инвестиционную компанию «А1», также входящую в «Альфа-Групп».
«А1», бывшая «Альфа-Эко», была образована 20 лет назад. В начале 1990-х компания активно торговала нефтью, сахаром и другими сырьевыми товарами, занималась прямыми инвестициями и сделками по слияниям и поглощениям. «Альфа-Эко» стала инкубатором для многих крупных проектов группы, того же Альфа-банка и «Вымпелкома». Лучшие проекты акционеры во главе с Михаилом Фридманом оставляют себе, а остальные компании «Альфа-Эко» обычно продает с большой прибылью. За время работы компания поднаторела в судебных разбирательствах, которые проходили по всей стране и за рубежом. Юристы группы участвовали в громких процессах банкротства крупных предприятий, например Ачинского глиноземного и Западно-Сибирского металлургического комбинатов еще в середине 1990-х.
Группа всегда была всеядной — занималась проектами в самых разных отраслях (см. «Сахар, пиво, глинозем…»). Но в последние годы, поменяв название, компания поумерила аппетиты. Пару десятков собственных проектов, которые «А1» начала еще до кризиса, президент компании Андрей Земницкий оценивает сейчас в $1 млрд. Стоимость активов, переданных «А1» Альфа-банком, оценить пока сложно. По мнению Татарчука, сегодня за них можно было бы выручить от $100 млн до $1 млрд.
Самый крупный из последних проектов — Донецкий электрометаллургический завод (ДЭМЗ), заложенный по одному из кредитов, предоставленных Альфа-банком группе «Эстар». Всего группа должна банку около $450 млн. По оценке Земницкого, строительство такого же современного завода сегодня обошлось бы в $500 млн. Выходит, «Эстар» в расчете с кредитором? Вовсе нет. Оценку завода сейчас проводит одна из аудиторских компаний на Украине, рекомендованная PricewaterhouseCoopers. Предварительный результат (с учетом долга) на порядок меньше суммы кредита. Но в руках банка есть дополнительный козырь — личное поручительство совладельца группы Вадима Варшавского. В разговоре с Forbes Варшавский признал, что завод не покрывает всю сумму долга и что у них с «Альфой» продолжаются переговоры.
Примерно в той же ситуации оказался Александр Сенаторов, владелец группы компаний МИАН (новое название — Kopernik Group). «А1» продает два офисных центра МИАН, которые были в залоге у банка. Результаты тендера станут известны в конце октября. По предварительным данным, за оба здания покупатели готовы заплатить $110–115 млн, а МИАН должен банку около $200 млн. Разницу «Альфа» опять же будет требовать с бизнесмена. Личное поручительство Сенаторова имеется.
За свою работу «А1», как любая управляющая компания, получает вознаграждение, которое складывается из двух частей — фиксированная комиссия за управление (management fee) и плата за успех (success fee). Чем больше «А1» выручит от продажи имущества, тем больше заработает и тем выше будут бонусы у менеджеров.
Задачи «А1» не ограничиваются исключительно управлением активами. Сотрудники «А1» в качестве консультантов ходят на заседания банковского комитета по проблемной задолженности и часто голосуют против планов реструктуризации, которые предлагают банкиры. «Горизонт коммерческого банкира — один год. Банку тяжело затевать длинные проекты, не связанные с основной деятельностью, — рассказывает Земницкий. — А мы стараемся убедить их, что и на плохих кредитах можно хорошо заработать, если подождать. Приходится спорить, и не всегда наша точка зрения принимается». Окончательное решение остается за акционерами.
В этом еще одно отличие «Альфы» от государственных банков: частные акционеры «Альфа-Групп» готовы ухудшить баланс банка и ждать несколько лет, чтобы получить хорошую прибыль в будущем. Менеджеры госбанков предпочитают жить сегодняшним днем.
Альфа-банк не только работает с имеющейся проблемной задолженностью, но и дополнительно скупает долги. В первую очередь для усиления позиций в споре с должником. Например, у Альфа-банка был кредит Mirax Group на $90 млн. Кредит был обеспечен не полностью, но у банка имелось личное поручительство владельца компании Сергея Полонского. В августе «Альфа» купила за 25% от номинала просроченный долг Mirax перед банком Credit Suisse — $241 млн без поручительства Полонского, но с хорошим обеспечением. Благодаря этому «Альфа» получила рычаг давления, что позволило реструктурировать кредит на выгодных условиях — $81 млн Mirax заплатила сразу, а по остальным $250 млн срок расплаты отложен на полтора года. Половину кредита Mirax погасит деньгами, половину — недвижимостью.
Сейчас Альфа-банк, по словам Татарчука, не исключает для себя покупку долгов «Русала» и En+. «Трагедия кредиторов «Русала» и En+ в том, что они как огня боятся господина Дерипаску, — говорит он. — Западные банки, к сожалению, лишены возможности чувствовать себя комфортно в нашей стране. Они опасаются, что в случае банкротства останутся ни с чем».
В разгар кризиса «Альфа», пожалуй, лучше других выбивает долги. Но кризис кончится, компаниям понадобятся деньги на новые проекты. Пойдут ли они в банк, с которым невозможно договориться? Татарчук не видит в этом большой проблемы. «Сейчас вся наша политика продиктована необходимостью быть конкурентоспособными в 2010 году. Не иметь трупов в багаже, которые тянут вниз», — говорит он. Банки, которые первыми освободятся от груза проблемных кредитов, убежден Татарчук, смогут быстрее заимствовать на международных рынках и делать клиентам конкурентные предложения.
http://www.forbesrussia.ru/ekonomika/kompanii/26589-sbornaya-komanda
