Катерина

Нет, ну скажите, пожалуйста, что такого могло произойти с самого утра, отчего мой босс, как с цепи сорвался? Какая муха его укусила? Чего он разорался? Я сначала испугалась, подумала, что он узнал о беременности, гадёныш эльфийский растрепал… Но оказалось, что я, видите ли, опоздала! Ну, подумаешь, задержалась на 5 минут! У меня семья, между прочим, дети почти что уже… Другие спокойно опаздывают, и никто на них не орёт как полоумный. «Мама дорогая, какая же у меня нервная работа!» - думала я, запивая таблетку валерьянки водой и поглаживая себя по животу. Вот как выносить здесь здоровых детей? А эльфёнок - молодец, молчит. Пусть ещё поживёт пока, с ним веселей. Я усмехнулась, вспоминая, какой ажиотаж он вызвал вчера только своим появлением. А обед на кухне? Это же песня для моего израненного жизнью сердца! А потом этот сладкий мальчик сбежал от нас. И куда? В логово страшного Димы-программиста! Да он его… Что он с ним сделает, мне было очень, ну, просто до безумия, интересно! Вопрос о том, кто Дима в постели: актив или пассив, неотвязно преследовал меня с тех пор, как стало известно о его ориентации. Судя по росту, он должен быть активом, да и те любовники, которых он приводил на работу, вроде бы соответствовали этой точке зрения. Но как-то раз я заметила, как Дима, задумавшись о чём-то и поигрывая ручкой, изредка поглядывает на Романа. Если бы так ручку терзала женщина, я бы её прекрасно поняла, но Дима!!! Судя по фрейдистской символике, эта канцелярская принадлежность явно означает фаллос, а то, что при этом программист поглядывал на Рому, говорило о том, что в подсознании нашего гея маячил вовсе не его собственный член. Ну, то, что Дима влюблён в директорского сына, я просекла на раз! Эти странные, томные взгляды, брошенные мельком, эту опаляющую ревность, когда Роман окучивал кого-то из девочек, не заметил бы только слепой. Я пока никому ничего не сказала, самой такая информация может пригодиться. Хотя, как же иногда язык чешется выкрикнуть в лицо этому гаду: «А я всё знаю!»
Мимо моего стола вихрем пролетела Наталья. О! Что-то уже случилось, докладывать побежала. Я подождала несколько секунд и на цыпочках подкралась к двери. Приоткрыв самую малость, припала ухом к щели. Да, я знаю, что подслушивать – это плохо, а оставаться в неведении, что, лучше? Из двух зол я всегда выбираю меньшее. Из обрывков разговора я поняла, что Андрей Николаевич, не садясь за рабочий стол, пошёл пить кофе к программисту, и там же находится и Рома. Ну, всё! Сейчас начальник окончательно рассвирепеет! Почему он так интересуется новеньким, я пока не поняла, но он как-то неадекватно на него реагирует. Вот, вчера, например, вызвал меня в конце рабочего дня и давай справки наводить, что мне известно об этом мальчике. А мне скрывать нечего. Я ему выложила про его красавицу-девушку, с которой он живёт вместе, о том, как он понравился нашим сотрудницам, как пошёл в гости к программисту… С каждым словом Игорь Леонидович мрачнел всё больше и больше, а потом отпустил меня со словами, что если мне станет что-то известно, то сразу… «Конечно, конечно, Игорь Леонидович!» 
Я едва успела отскочить от двери к зеркалу, делая вид, что поправляю причёску. Наталья внимательно на меня посмотрела, хмыкнула и пошла заведовать своим оперзалом. Вот ведь, курва! Спит и видит себя любовницей директора. Ага, как же! У него итак две уже есть, названивают сюда постоянно, томными голосочками щебечут: «Игоря Леонидовича, Катенька, будьте добры!» Куда там этой лохудре до них! 
- Катерина! – я от этого вопля чуть головой зеркало не разбила. Когда же он научится вспоминать о селекторе? Я приоткрыла дверь и с опаской сунулась в кабинет. Мало ли что?
- Да, Игорь Леонидович! – ой, он сейчас кого-то растерзает. Боже, пусть это буду не я!
- Вызовите мне новенького. Да побыстрее! – я уже почти закрыла дверь, как тут: - Катя! Он в кабинете программиста, - я чуть не ляпнула, что знаю. 
Закрыв двери, я поспешила в кабинет Димочки. Некоторые вещи лучше делать лично, а не через внутреннюю связь. В коридоре я столкнулась с мрачным Ромой. О! Чаепитие закончилось. И чего это он такой? Надо будет разобраться, но позже.
Подойдя к кабинету, я прислушалась. Вроде тихо. Аккуратно нажав на ручку, приоткрыла дверь и… Ни фига себе! Этот голубой монстр Дима навалился на эльфёнка, поглощая его ртом. А тот и не сопротивляется! Целуются! Взасос! Вылизывают друг друга чуть ли не до носоглотки! Вот это да! Сердце колотилось, будто и не пила валерьянки. Я ликовала! Во-первых, я теперь знаю, что Дима явно актив, во-вторых, я теперь располагаю убойным секретом. Надо не спешить, всё тщательно взвесить, как правильно распорядиться информацией. Тихонько прикрыв дверь, выждала несколько секунд, успокаиваясь. Затем громко постучала:
- Андрей Николаевич! Вы здесь? – и рывком распахнула двери. Эти голубчики сделали вид, что вели светскую беседу. Андрей вскочил, одёргивая костюм и поправляя галстук. Ну-ну! А красные, припухшие губы куда денешь? Я взглянула на Дмитрия: нет, этого гада абсолютно ничем не проймёшь! Сидит и сыто улыбается, кошак! Мало ему голубых, так он ещё нормальных мужиков совращает!
- Вас, Андрей Николаевич, директор вызывает. Срочно! А вы бы, Дмитрий Анатольевич, сходили б в первый оперзал, там у Сафоновой компьютер со вчерашнего дня зависает, - и добавила в уме: «Вместо того чтоб развратом заниматься на рабочем месте!» 
Хотя, если честно, я бы на этот разврат с удовольствием посмотрела. А почему бы и нет? Любят ведь мужчины за лесбийскими играми наблюдать, говорят, заводит их сильно. Вот и меня заводит…
Пропустив мимо себя сладкого мальчика, я задумалась, что теперь со своей бомбой буду делать. Можно шантажировать Андрея, чтоб и дальше молчал, а можно и Диму. Пусть мне расскажет, с кем он и как. Я мысленно захихикала. Выложит, как миленький, все свои тайны. А, собственно говоря, что мне мешает шантажировать их обоих? В сладком предчувствии огромного удовольствия, я дошла до своего стола и внимательно теперь наблюдала, как эльфёнок прихорашивается, прежде чем зайти к директору. Дааа, тебе, дорогой, это всё равно не поможет! Перед смертью не надышишься! Андрей робко постучал в двери и вошёл с каким-то радостным «Здравствуйте, Игорь Леонидович!» Ну, я и так знаю, что сейчас там будет, можно и не подслушивать. 
Жгучая тайна просто раздирала меня изнутри на части. Ох! Я уже не могу! Мне надо ну хоть с кем-то поделиться! Рука сама, клянусь, потянулась к внутреннему телефону и набрала номер моей подруги, заведующей первым оперзалом.
- Нинка? Привет! Сейчас поверни голову направо, только аккуратно, потихоньку! Что ты видишь? Программиста? Он за компом Сафоновой? Присмотрись внимательно! Вни-ма-тель-но! Что-нибудь замечаешь? Ну, ёлки! На губы, губы посмотри! Они у него цвета жутких розочек! Знаешь, что он делал? Целовался! Взасос! Угадай, с кем! - я прикрыла трубку рукой и страшным шёпотом: - С Андреем!!! Только никому, обещай мне! Поняла? Ни-ко-му!!!



 

 Fire_Birdy_Fenix, милости прошу в мой дневник. Может, на "ты"?

Андрей

Услышав предложение Димы, я слегка прифигел. Нет, не от содержания самого предложения, хотя, поверьте, я очень хотел как можно скорее попасть на своё рабочее место и доказать всем и вся, что я лучший работник лучшего банка в городе. Прифигел от той слащавой интонации, которой была сказана эта фраза, будто меня в патоку окунули, а сверху ещё и сахарной пудрой присыпали. Взглянув на стоящую рядом со мной парочку, я сразу же просёк всю ситуацию: Рома собственническим жестом положил руку на плечо Димы и шокировано переводил взгляд с него на меня и обратно, а сам Дима выглядел донельзя довольным, отчего я сделал вывод, что эти двое были любовниками, но по какой-то причине сейчас в ссоре, и Дима пытается вызвать ревность Романа заигрываньем со мной. Хм, интересссссненько! Ну что ж, поиграем! Я склонил голову набок так, чтоб мои волосы россыпью упали на плечо, принял достаточно провокационную позу и положил свою руку на другое плечо Димы.
- Конечно, Дима! С удовольствием! – глаза программиста стали размером чуть ли не с две олимпийские медали и почему-то потемнели, а затем он зажмурился от удовольствия, как кот, обожравшийся ворованной сметаны. Может, ему нравится, что два красивых мужчины буквально готовы разорвать его пополам? - Только уж извини, растворимый кофе не жалую. Я тут принёс с собой заварник, зелёный чай и кое-что припас специально для тебя, - я специально сделал акцент на последнем слове и отметил, как Димкин ухажер удивлённо перевел взгляд с него на меня. На породистом, красивом (это просто невозможно не заметить) лице, как в открытой книге было написано: «Ни хрена себе!!!». Довольный произведённым эффектом, я добавил: - Сейчас подойду, только вот в кабинет свой загляну. Смотрите, ведите себя хорошо! – и шутливо погрозил им пальцем.
Под конец моего спича пребывающий в ступоре Роман вдруг очнулся и резко сдёрнул руку с Диминого плеча. Направляясь к выходу из холла, я скользнул по нему взглядом: да, красавчик, очевидно, совсем не этого ожидал… Уже у самых дверей я не выдержал и оглянулся: Роман всё так же не сводил с меня хмурого взгляда, а Дима во все глаза пожирал Рому. А у входных дверей до сих пор стоял охранник Сергей и исподлобья наблюдал за этой трагикомедией.
Когда я вошёл в кабинет Димы, то застал такую картину: Рома сидел на одном из стульев, широко расставив ноги и хмуро глядя в пол, а Дима что-то щебетал, колдуя над чайником. Да, явно Роман чем-то насолил Диме и тот теперь мстит ему и при этом делает вид, что всё в порядке. Ладно, помогу новому другу. Я выложил чай, заварник, чашку, ложку и одну из плиток шоколада, подаренного мне вчера.
- Это тебе, - я подтолкнул плитку к Диме, мельком при этом поглядывая на реакцию Ромы. Тот при моём появлении весь подобрался, сцепил руки в замок, а теперь с негодованием уставился на несчастный шоколад. Ха! Ревнует, да ещё как!
- О, спасибо, Андрей. Кстати, ты можешь всё это, - он жестом указал на все принесенные мной вещи, - оставлять здесь. Всё равно у меня будем чаёвничать, - и лукаво подмигнул. Я расплылся в ответной улыбке.
- Конечно, оставлю! Не носить же туда-сюда! Если хочешь, я и на тебя чай заварю.
- О, спасибо! С удовольствием выпью чаю с шоколадом. Ром, а ты что будешь?
- Меня на кофе приглашали, - с недовольством и даже с некоторым вызовом в голосе ответил Роман. Дима засуетился, насыпая кофе в чашку и заливая его кипятком.
- Сахар? Шоколад?
- Ты же знаешь, я не люблю сладкого, - процедил сквозь зубы Роман, глядя на меня. Я только мысленно хмыкнул. Дима протянул Роме чашку с кофе и, я клянусь, что Роман, принимая чашку, специально прикоснулся к пальцам Димы. Тот вздрогнул, будто его пронзило зарядом тока. Ого! Да тут такая страсть! От этого чувственного, интимного жеста я немного смутился. Что это было? Просит прощения? Умоляет вернуться? Я представил их вдвоём обнажёнными на шёлковых простынях. Хоть я и не поклонник однополой любви, стоит признать, что они очень неплохо бы смотрелись со стороны. Почему-то я не сомневался, что пассивом будет именно Дима, несмотря на то, что он несколько выше, да и старше Ромы. Ёпрст! И о чём только я думаю, заваривая чай? Странно то, что я не только навоображал себе чёрт знает что, но и вовсе не почувствовал при этом никакого отторжения, неприятия. Пожалуй, над этим стоит поразмышлять на досуге.
 Когда чай был заварен и разлит по чашкам, мы, наконец, расселись и примерно с полминуты «наслаждались» напитками, по крайней мере, я наслаждался. Первым не выдержал Рома.
- Скажите, Андрей… А вы тоже гей? – ну, что-то в этом роде я и ожидал. Надо потянуть немного время и подумать, что отвечать.
Я принял расслабленную позу, закинув ногу за ногу, и, сделав глоток чая, подержал его во рту.
- Скажите, Рома… А сколько вам лет?
- Хм… причём тут… Ну, допустим, 21.
- А мне 22. Давайте вначале перейдём на «ты», а потом уже будем обсуждать мою личную жизнь.
- Ну, давай на «ты». И всё-таки, ты ответишь?
- Отвечу, почему бы и нет? До вчерашнего дня я был стопроцентным натуралом, живу вместе с девушкой, и не далее как вчера вечером мы с ней славно покувыркались гхм… не только в кровати. Но, встретив первый раз в своей жизни гея, - я кивком головы указал на внимательно слушающего Диму, - я понял, что секс между мужчинами вызывает во мне определённое любопытство, и подумываю, не стать ли мне бисексуалом, - я уставился на Рому, наблюдая за его реакцией. А реакция была просто замечательная: его лицо покрылось красными пятнами, стиснутые зубы скрипели, взгляд вот-вот оставит от меня обугленные головёшки. Ого! Да он сдерживает себя из последних сил! Кто-нибудь, спасите меня от разъярённого Отелло! И этот кто-нибудь незамедлительно ответил на мою отчаянную мольбу стуком в дверь. Ффууухх! Ещё поживу чуток!
- Кого там принесло? – недовольно вопросил Дима. – Кто?
- Дим, это я, Наташа. Мне тут срочно надо…
- Что надо? – Дима приоткрыл дверь, но Наталья тут же пролезла в щёлочку. Как ей это удалось? Годы тренировок? Внимательно охватив цепким взглядом меня, Диму, Романа, стиснутую в его руках чашку, она подскочила к столу, что-то нашарила на нём и, победно вскинув руку с каким-то диском в руке, воскликнула:
- Вот! Вчера забыла. Спасибо, Димочка, - и сладко улыбнувшись всем троим, выскочила за двери.
- Разведка не дремлет, - весело ухмыльнувшись, сказал Дима. – Вчера девочки пеной покрылись, обсуждая Андрея, ну, и меня иже с ним. А сегодня с самого утра уже такой эксклюзив! Наверняка языки себе стешут.
Обстановка, конечно, разрядилась. Рома немного успокоился, теперь он сосредоточенно о чём-то размышлял.
- Андрей, бери шоколад, а то я весь съем, - Дима под мрачным взглядом Романа протянул мне тарелку с шоколадом. И в тот момент, когда я плавным, медленным движением потянулся за сладким, дверь распахнулась, и на пороге застыл охранник Сергей, созерцая эту картину маслом, 19 век, как любит говаривать Вика.
- Приказ сверху. Срочно проверить все кабинеты на предмет обнаружения прослушивающих устройств, - на автомате, как запрограммированный, проговорил Сергей, не отрывая от нас глаз. Он что, предварительно эту фразу наизусть выучил?
Шкафообразный охранник перестал пялиться и принялся тщательно ощупывать голые стены.
- Какие устройства, Серёжа? Очумел ты, что ли? – Дима чуть тарелку из рук не уронил.
- Не знаю какие. Приказ сверху. Проверить срочно. Прослушивающие устройства, то есть жучки, - бубнел Серёжа, переползая пальцами на поверхность шкафа, стола, принтера, поглядывая при этом почему-то на меня.
- Сергей!!! Это каких же шпионских романов ты начитался? Что ты мелешь? – Дима от возмущения вскочил со своего места и навис над охранником, который как раз перешёл к осмотру стула, на котором размещался мой зад. Я мигом вскочил, едва избежав соприкосновения с жадными пальцами.
- Ну, на мне жучков-то нет! – со смехом возмутился я.
- Как знать, может и есть. Надо бы проверить… - с какой-то надеждой в голосе, глядя мне в глаза, пролепетал Сергей. Я уронил челюсть. Он что, меня лапать собрался??? В шоке взглянув на Диму, я увидел, что тот уже смеётся, прилагая все усилия, чтоб смех не перерос в гомерический хохот.
- Не надо! Поверь мне на слово, Серёжа, на нём жучков нет! – успокаивающе кладя руку на плечо охраннику и посмеиваясь, сказал Дима. – А вот на мне, может, и есть. Не хочешь проверить? – подмигнул он нам и распахнул полы пиджака. Сергей набычился и шумно засопел. – Серёженька, позволь мне дать тебе один умный совет, - Дима приобнял охранника за плечи и медленно повёл в сторону дверей. – Когда ты в следующий раз захочешь без стука ворваться в мой кабинет, чтобы посмотреть, чем мы здесь занимаемся, надо придумать причину подостоверней. Ну, к примеру, пожарная сигнализация сработала, или сверху трубу прорвало, или авиакатастрофа: самолёт упал перед нашим банком, ну, наконец, инопланетяне похитили главбуха, но не жучки! Запомнил? – уже выставленный за порог охранник обернулся и бросил на меня страдальческий взгляд, но Дима безжалостно захлопнул дверь перед самым его носом и привалился к ней спиной.
- Мне кажется, или наш Серёжа на кого-то запал? – со смехом спросил он.
- Ага, точно! Я даже знаю, на кого, - продолжил тему Рома, издевательски глядя на меня. – Вот и проверишь заодно свою бисексуальность, - последнее слово было произнесено со вселенским презрением. И, вставая, сказал программисту: – Ладно, Дим. На обед я к вам загляну, если не надо будет никуда ехать.
- Конечно, Рома, заходи! Будем тебя ждать! – ласковым тоном пропел Дима, провожая директорского сынка, и подсел ко мне.
Не знаю, кто кого будет ждать, но не я – точно! Повернувшись к программисту, я спросил:
- Запал? Что это значит? Хочешь сказать, что он тоже гей?
- Понятия не имею. До сих пор он ни на кого не реагировал: ни на девочек, ни на меня. Хотя, охранники обычно на Леночку в очередь становятся, а этот – ноль. За те два месяца, что он тут работает, это его первая реакция на человека.
Я тяжело вздохнул. Этого только мне и не хватало!
- Не расстраивайся, он парень хороший, добрый. Ты ему вежливо откажешь, он, я надеюсь, поймёт, - и, немного помолчав. – Андрей, ты мне сегодня очень помог.
- Мы квиты. Ты помог мне вчера с сотрудницами, я тебе сегодня, - я улыбнулся.
- То, что сделал ты – намного важнее, - тихо проговорил Дима, кладя руку на спинку моего стула и наклоняясь ко мне. – А то, что ты решил стать бисексуалом, это правда? – вкрадчиво спросил он, гладя кончиками пальцев меня по щеке. Я перехватил его руку и сказал:
- Пока не решил.
- А когда решишь – скажешь? – спросил Дима, и совершенно неожиданно я понял, что вот уже пару секунд целуюсь с парнем, с которым знаком всего два дня.

 

Squirrel1289, добро пожаловать в мой дневник! Это тебе: (можно на "ты?") 

 
Дима.
Я люблю первым приходить на работу. Благо, ключи от банка и сигналки у меня свои. Потягивая горячий кофе, я наблюдаю, как пустое гулкое помещение наполняется жизнью. 
А это кто у нас пытается выломать дверь? Ставлю кофе на стойку и иду к двери. Эх, рано встаёт охрана…  
Интересно, их в охранном агентстве по умственным способностям или по шкафообразности набирают? Ну, это я так, отвлёкся… 
 А вообще, Сергей, наш охранник, - парень хороший, добрый, вежливый, но долгодогоняющий. С другой стороны, в их деле тише едешь - дальше будешь… Перефразируя на их сленг, лучше досмотришь - целее будешь… Ну вот, теперь, когда важная задача открытия и закрытия дверей переложена на кого-то ещё, можно расслабиться и наслаждаться.
Кто у нас сегодня первая ласточка? Конечно, Наталья из второго оперзала. Вежливый кивок головой - это всё, на что стоит рассчитывать нам, простым смертным программистам. За ней появляется Тамара Семеновна – наш главбух… Интересно, Наталья специально так подгадывает, что приходит всегда хотя бы на пару минут раньше этой старой девы и по совместительству главной местной грымзы? Впрочем, Наталья никогда ничего не делает просто так: это знают все. Я скользнул взглядом по доске почёта, где уже не первый год красовалось лицо означенной дамы. Рядом с ним и моё… Фото было на редкость неудачное… Подходящее для стенда «Их разыскивает милиция», но никак не «Лучший работник года». Интересно, кто тот умник, что решил устроить фотосессию лучшим работникам третьего мая? Ну, в общем, лишний раз на доску почёта я старался не смотреть, дабы окончательно не убить в себе остатки самоуважения.
О, стали появляться бухгалтера. Щебечут как птички: «Дима, привет. Димочка, а как насчёт…» Лесом, девочки. Кофе кончилось, зарплата тоже. А до получки ещё два дня. Но я, конечно, молчу, киваю и улыбаюсь… Жаль, конечно, что теперь после того, как женская часть человечества осведомлена о том, что они меня как женщины (читай, жены) не интересуют, поток шоколадок, конфет и домашней выпечки от представительниц слабого пола иссяк. Зато теперь мне не приходится придумывать тысяча и один повод, чтобы избежать свидания с ними.
А если кто-то спросит, когда я понял, что мне нравятся мужчины, то я отвечу этому любопытному так, что желания повторно подкатывать ко мне с такими вопросами у него отпадёт навсегда. 
На самом деле, я не знаю, когда это произошло. Мне просто никогда не нравились девушки. Первый эротический сон мне приснился в тринадцать и, думаю, не нужно объяснять, что там я был не с девушкой. Потом как у всех. Мастурбация в туалете, институт, где я встретил свою первую большую любовь. После романа, продлившегося два года, мы расстались почти друзьями. Он уехал покорять столицу, а я, доучившись по специальности, поступил на работу в банк. В свои двадцать пять по меркам нашей провинции я достиг многого. Меня ценили на работе. А личная жизнь оставалась моей маленькой тайной. Краткие романы удовлетворяли потребности тела, а на большее просто не хватало времени. Никакой романтики. Сплошная проза жизни… По крайней мере, так было до тех пор, пока в мою жизнь не ворвался Ромка. Роман Крамской…  
Рома, будучи стопроцентным натуралом, просто изначально не мог быть героем моего романа, но тут оказался тот самый случай из разряда «сердцу не прикажешь» и «любовь с первого взгляда». 
До сих пор помню нашу первую встречу…
Я как раз докладывал Игорю Леонидовичу, как идёт подготовка к тестированию нового программного обеспечения, на которое планировали перевести наш банк в ближайший месяц. Внезапно дверь кабинета с треском распахнулась, и на пороге появился Он. Я окинул самоубийцу, посмевшего вот так врываться в кабинет шефа, оценивающим взглядом. Ему было лет двадцать, не больше. Густые тёмные волосы, над которыми явно поработал хороший стилист, достигали плеч. Крепкая, но при этом стройная фигура. Ни грамма жира, рельефная мускулатура, но без перебора… Не скажу, что Рома очень высок: метр восемьдесят два по сравнению с моими метр девяносто три… И всё же, мне сразу показалось, что в кабинете стало тесно. Парень мазнул по мне равнодушным взглядом и полностью переключил своё внимание на директора. В пару шагов он пересёк кабинет и навис надо мной, подобно Эйфелевой башне над Парижем. Скажу честно, не очень я привык, чтобы кто-то возвышался надо мной, но не вставать же было… Поэтому я продолжал с интересом наблюдать за разыгравшейся перед моими глазами сценой практически из партера.
- Я не буду ездить на этой колымаге! – немалых размеров кулак с треском опустился на столешницу. Я с интересом перевёл взгляд на Игоря Леонидовича, который спокойно взирал со своего места на бушевавшего молодого человека. - Ты не говорил мне, что на ней, если не врёт счётчик, пару раз вокруг земли объехали! Там же сыпется всё, а я не механик! Мы так не договаривались и … папа, я…
- Игорь Леонидович… - в голосе директора был такой холод, что даже я поёжился. Парень с удивлением посмотрел на него.
- Что?
- Игорь Леонидович. На работе ты будешь обращаться ко мне только на «вы». Машину мы сменим в течение года, но сначала ты поездишь на этой. И не забывай, что это не твоя личная игрушка, а собственность банка. Если разобьёшь или поцарапаешь по своей вине, буду вычитывать из зарплаты. А теперь иди к секретарю и возьми у неё командировочный лист на сегодня. Едем по допофисам. Приготовь машину. Всё! Свободен… 
Мне показалась, или перед моими глазами только что разыгралась битва взглядов, сравнимая по накалу с прорывом наших танков на Курской дуге? Правда, прорыв явно не удался, так как парень весь сник.
- Д-да, Игорь Леонидович, - пробормотал он, и в этот момент наши с ним глаза встретились. Много раз я слышал эту фразу: «наши глаза встретились, и я пропал». «Идиотское выражение! Пропал, ну-ну…», - думал я тогда. Так вот, наши глаза встретились - и всё…
 С этого дня я думал о нём ежедневно. Я видел его в эротических грёзах, мастурбировал на его служебное фото, украденное из личного дела, искал в своих многочисленных любовниках его черты, кричал его имя во время оргазма… Господи, сколько же глупостей я натворил из-за него!  
А тогда я просто смотрел ему в глаза, и сердце застряло в горле, мешая сделать такой необходимый лёгким вдох. Он зло зыркнул в мою сторону и размашистым шагом покинул кабинет, напоследок громко хлопнув дверью.
- Дмитрий? Дима! Дима, что-то случилось? Вы знакомы с моим сыном? – я с трудом возвращался к реальности, пытаясь взять себя в руки и хотя бы что-то ответить директору. Игорь Леонидович был человеком неглупым, и мало ли что он мог подумать. На моё счастье, тогда ещё никто в банке не знал о моей сексуальной ориентации…  
- Э, да… То есть, нет. Я не знаю его. Мы говорили о новом программном обеспечении… - нужно было срочно поменять тему. - ИПСО пока ещё не прошло тестирование на совмещение с нашим старым модулем. В течение недели к нам должны приехать специалисты с Головного, где уже закончены успешные испытания. Поэтому нужно запланировать техучёбу для специалистов всех отделов… 
Ничего так не ставит мозги на место, как разговор о работе… Мы обсуждали все аспекты предстоящего нам испытания ещё около получаса. Наконец, когда я уже собрался уходить, Игорь Леонидович окликнул меня. 
- Дима, постой. Я хочу поговорить с тобой ещё об одном деликатном деле…
Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Почему-то я был уверен, что разговор пойдёт о директорском сынке, и Игорь Леонидович не разочаровал меня:
- Прости за ту безобразную сцену, что устроил здесь Роман. Понимаешь, хотя я и женат, последние десять лет мы с супругой проживаем отдельно. Практически вся забота о воспитании сына легла на мои плечи, а отец из меня никудышний, - я сделал понимающе-сочувствующее лицо, а в голове вертелось: «Мне кажется, или наш директор оправдывается передо мной?» - Так уж вышло, что всё это время я посвящал свою жизнь этому банку, а сын рос как сор-трава. И в результате некоторых… кхм… осложнений, я решил попробовать снова и совместить эти две важные части моей жизни. То есть, сына и банк… Дима, я прошу тебя как человека взрослого и здравомыслящего присмотреть за Романом… Ну, ты понимаешь… Если бы вы стали друзьями, я уверен, что он смог бы выбросить дурь из головы и взяться за ум. Ну как, ты поможешь? 
«Вот те на! И с какой стати я должен шпионить за его сынком? И что я должен ответить на такое?»
- Игорь Леонидович, я постараюсь помочь ассимилироваться Роману Игоревичу в нашем банке… Большего обещать пока не могу, - разве я не гений компромисса? Вроде и ничего такого не пообещал, и директор остался доволен. 
Впрочем, Ромка оказался совсем не такой оторвой, как я его представлял со слов Игоря Леонидовича. Наоборот, он довольно быстро обаял всех работников, начиная от молоденьких практиканток, заканчивая строгой матроной – нашим главным бухгалтером Тамарой Семёновной, державшей в железном кулаке не только всю бухгалтерию, но и кредитный. Рома пропадал в банке сутками и оказался человеком почти безотказным. Кроме служебных поездок, он оставался после работы, чтобы развезти нас по домам, если мы задерживались, а это случалось всё чаще, так как установка нового программного обеспечения шло туго. Правда, иногда нашего нового водителя, мягко говоря, «заносило», но, учитывая возраст этого чада – всего двадцать лет от роду – шалости, вроде появления на работе в понедельник с бутылкой пива в обнимку или внезапное исчезновение в середине рабочего дня, ему прощались. «Дело молодое», - улыбаясь, говорила Тамара Семёновна. Его даже покрывали всем офисом и допофисами, сочиняя целые сказания для директора о срочных делах, по которым уехал наш безотказный Ромочка. А потом это синеглазое чудо появлялось снова, с букетом цветов для дам в одной руке и шоколадным (или творожным, если общественность сидела на очередной диете) тортом для всех желающих в другой. И всё было прощено. 
Уже через месяц я понял, что влюбился, как мальчишка. Я бесился, когда он внезапно исчезал, я ревновал, когда он кокетничал с нашими дамами, дорисовывая в своём воображении то, чего, может, и не было. И я стал его «другом». Внимательным, готовым выслушать старшим товарищем. И так бы оно всё и было, если бы не через два месяца после того, как Рома пришёл в банк, новая программа, наконец, не заработала. И в три часа утра, сведя наконец день, мы на радостях засиделись за бутылкой пива, потом водки, потом… В общем, не пил один Рома, и именно он повёз нас по домам…
- Нееет, я не хочу на заднее… Пусть туда охранник садится и Маринка ему наааа коленки… Натали на коленки к Павлу, Лена на… - я попытался сфокусировать взгляд на группе из шести человек, которых надо бы, помимо меня и Ромы втиснуть в машину.  
- А Лена просто на коленки, - заржал Павел, программист из Головного, дополнив своё гениальное изречение не менее гениальным жестом. Ни для кого не было секретом, что Паша давно уже пускал слюнки на грудь и прочие достоинства нашей Леночки. К сожалению, всегда отличавшаяся особой любвеобильностью красавица на этот раз проявила твёрдость и с «этим жирным кабаном» спать отказывалась даже во благо дела. Вот и сейчас под смех компании Павел получил внушительную оплеуху. 
- А тебя куда, такого длинного, мы поместим? Предлагаю прикрутить сверху буксировочным тросом! – вынесла предложение мстительная Марина, которой тоже явно не хотелось взбираться на колени зардевшемуся от смущения охраннику. 
- А я?- надулась Лена. - Не буду я рядом с этими извращенцами садиться. Рома, можно я с тобой сяду? - она картинно захлопала своими наращенными ресницами. 
- Не хочешь с ними - прикрутим тебя поверх Димы, - отрезала Марина, которая в этот раз осталась за главную.
- Я не согласен! - надо же, иногда Рома умеет говорить почти так же, как его многоуважаемый папаша. Сказал - как отрезал. А почему все так странно на нас смотрят? Марина издевательски приподняв бровку, уточнила:
-Не согласен с чем? Чтобы Леночка на Диме поехала? 
Лицо Леночки просветлело от вынесенного предположения, а ротик округлился в виде буквы «О». Кажется, Рома тоже понял, что сказал что-то явно не то, но, к его чести, продолжил он тем же строгим тоном единственного трезвого человека в нашей компании:
- По четыре человека делитесь. Повезу в два захода… - громкое «ууууу» огласило окрестности. Домой уже хотелось всем, а ждать не хотелось никому. Но если Рома сказал, что нет, значит… 
Так и вышло, что в итоге я, Лена и Марина обосновались на крыльце с очередной бутылкой пивка в ожидании Ромы. 
Через полчаса я, уже пребывая в, мягко говоря, некондиционном состоянии, смог, наконец, разместить своё нестандартно-длинное тело на переднем сидении машины. 
Не знаю, почему у меня тогда крышу сорвало. Наверное, всему виной выпивка, а, как известно, все проблемы от неё одной, но когда Рома перегнулся через меня, чтобы вытянуть ремень безопасности, которым хотел пристегнуть меня, во мне что-то щелкнуло…
Я положил ладонь на затылок ничего не понимающего Ромки и, надавив, заставил его уткнуться лицом в неоднозначное свидетельство моего возбуждения.
Ах, знали бы вы, как он краснеет! Сначала зарделись уши, потом нежно-розовый румянец коснулся щек. Когда он сбросил мою руку и застегнул крепление (и всё это молча), наши глаза встретились. Эти его синие глаза… Воплощённая святая невинность! Типа не понял?
- Дима, ты что? 
- Ни что, а кто, Ромашка. Я - гей…- ещё один непонимающий взгляд. Да ему что, на пальцах объяснять… Нет, не то, чтобы я против и на пальцах… но тут сразу зашебуршились две притихшие на заднем сиденье сплетницы… - Мне парни нравятся, Рома! Больше того, я с парнями трахаюсь! И знаешь, как ты к тому, что мы отвезём девчонок и поедем ко мне…
- Офигеть! – кажется, это была Леночка. Впрочем, идентифицировать голос мне уже не дали.
Думаю, вы не удивитесь, если я скажу, что дальше ничего не помню? Хук справа у Романа оказался просто отменный. Правда, домой он меня отвез и даже дверь открыл ключом, выуженным из кармана моих брюк (жаль, что я этого не помню, но иногда позволяю себе воображать, как это было), скинул на диван и… остался со мной до утра. Проснулся я оттого, что мне под нос сунули чашку кофе, сдобрив этот великодушный жест хорошим тычком под рёбра. Не до конца проснувшись, я услышал:
- Я ушёл… - и хлопок двери… А потом меня настигли воспоминания о событиях прошлой ночи вместе с жутчайшим похмельем…
Слух о моих гейских пристрастиях распространился по банку со скоростью вируса куриного гриппа среди китайцев. Я ничего не отрицал. А какой в этом теперь был смысл? В дальнейшем я даже пару раз приводил на работу своих парней, скорее даже не для того, чтобы продемонстрировать девочкам, а чтобы… Да, из-за Ромы.
С каждым днём, неделей, месяцем моя потребность в нём становилась всё сильнее. Мне уже было недостаточно с трудом восстановленной после того случая дружбы. Я пытался… не прямо, а намёками, жестами, ревностью… чем угодно вызвать его интерес, но… всё впустую.
Последней каплей стал последний конец месяца, когда мы устанавливали новое автоматизированное приложение по созданию и резервированию портфелей однородных ссуд. Опять засиделись, опять выпили… И не скажу, что я много пил, но стоило Леночке устроить свои шикарный зад на коленях у МОЕГО Ромы…  
Ну во первых, я её спихнул… Во вторых, под ошалевшими взглядами всей компании занял освободившееся место, сдобрив это идиотским: «Свято место пусто не бывает», а потом… ну, в общем, не дав Роме опомниться, я впился в его губы жадным поцелуем изголодавшегося вампира. Может потому, что он такого не ожидал, меня оттолкнули далеко не сразу. Губы Ромы были горячими и влажными… Со вкусом зелёного яблока, которое ему пыталась скормить Леночка… 
Очнулся я на полу… Жутко болела ушибленная пятая точка… В кабинете было очень тихо… Собравшиеся явно ожидали увидеть продолжение шоу, и я отлично понимал, что, кажется, переступил черту дозволенного, когда полез целоваться на глазах у замдиректора, Натальи, Марины и Лены… 
- Димка, хватит уже приставать ко мне со своими шутками. Не смешно! – голос Ромы звучал насмешливо и по-доброму, но синие глаза буквально метали молнии, прожигая меня насквозь. – Ирина Матвеевна, как думаете, ещё долго? – обратился он к замдиректору, до сих пор пребывающей в ступоре. 
- Э… нет… процесс автоматический, ошибки мы уже исправили…
- Тогда, может, я пока отвезу девочек, а потом вернусь за вами и Димой…
«Значит, шанса оправдаться мне не дадут!» - зло подумал я, пытаясь собрать свои косточки и разбитые мечты с паркета.
А на следующий день он уехал в командировку в Головной на три дня…. Я весь извёлся, думая о том, как с ним поговорить, как… Да, я хотел несбыточного, но человеку свойственно мечтать. Чего я ждал от нашей первой встречи? Может срыва, криков, обвинений… Но не этого равнодушия… Друзья? Нет, я не могу и не хочу быть ему просто другом. Это я твёрдо решил для себя в эти три дня.
А тут, очень кстати, в нашем банке появился этот миленький мальчик-экономист. Даже если он не гей, и у него в самом деле есть девушка, что мешает мне попробовать сбить его с пути истинного? Паренёк неглупый, и с ним в самом деле было интересно. А ещё… если Рома меня и к нему не приревнует, то…
Мои размышления были прерваны появлением очень колоритной группы. Первым, печатая шаг, влетел Игорь Леонидович. Надо же, с утра и уже такие… неудовлетворённые… Следом появился герой моих снов и… мне показалось, или он выглядел таким же не… довольным, как и его отец? А вот и наш «сладкий мальчик», как его прозвали между собой работницы нашего заведения. И правда, как такой ангелочек мог залететь в наше гнездо горгулий? Я улыбнулся и кивнул Андрею, для пущего эффекта отсалютовав ему чашкой с почти допитым кофе. 
И вздрогнул, почувствовав на плече сильную мужскую руку.
- Дима, а меня ты кофе не угостишь? – кто бы мог подумать… вернулся. 
- Да, Рома, для тебя и Андрея у меня всегда найдётся чашечка кофе (даже если для этого мне придётся прополоскать банку из мусорки). Теперь голос поприветливее… Нежнее, Дима, ещё нежнее…
- Андрей, не присоединишься к нам с Ромой?


 

 День 2.

Андрей

********

- Катенька?
- Да, Игорь Леонидович!
- Вызовите ко мне… самую светлую голову нашего банка!
- Кого же?

********

- Андрей Николаевич?
- Да.
- Вас вызывает Игорь Леонидович. Срочно!
- Д-да…
И вот я иду на подгибающихся ногах к кабинету Крамского. Главное – не показать, как я его боюсь, не ударить в грязь лицом, как в прошлое посещение кабинета. Стучу и, не дожидаясь приглашения, сразу захожу. Директор сидит за столом и просматривает какие-то бумаги, но при моём появлении немедленно встаёт из-за него и с готовностью спешит мне навстречу:
- Ааа, Андрей Николаевич! Проходите, проходите, я вас ждал, - он берёт мою руку в обе свои и как-то нежно для его габаритов её пожимает. И всё так же, удерживая мою руку в своих ладонях, продолжает: - Я хотел выразить вам моё восхищение. Я наблюдал за вашей работой весь вчерашний день и, поверьте, очень горжусь тем, что такой талантливый, умный, а главное, красивый человек стал моим сотрудником. Нам всем очень повезло, когда вы переступили порог этого банка!
От этих слов я просто опешил и, находясь в ступоре, молчал, во все глаза рассматривая Игоря… Игоря Леонидовича. Он улыбался! О боже, как же он улыбался! Его улыбка полностью преобразила лицо, он стал ещё красивее, если это только возможно, взгляд лучился лаской, нежностью и неподдельной радостью. А какие у него, оказывается, голубые глаза! Просто бездонные колодцы небес разверзлись предо мною… Я не мог отвести взгляда от лица этого чудесного, доброго, ласкового человека! И этот прекрасный человек, этот великолепный профессионал своего дела, этот супермужчина меня хвалит! Он выделил меня из толпы и, конечно, по заслугам, ведь я действительно прекрасно вчера поработал! Мне захотелось зажмуриться и мурлыкать от удовольствия под этой лаской. А Игорь Леонидович положил мне руки на плечи и, слегка сжимая их, продолжал:
- Андрей… Позвольте, я буду так вас называть. Вы – просто чудо! Поверьте мне, как более сведущему в этом деле человеку! Я уверен, что отныне всё у вас будет ХОРОШО!
От нахлынувшей на меня огромной волны счастья я задохнулся. Судорожно пытаясь ни в коем случае не расплакаться, я глубоко вдохнул и… проснулся. Это сон… Это был всего лишь сон… Оооооо… Я был разочарован. Но потом, прокрутив в голове все слова, которые сказал мне Игорь Леонидович, я опять счастливо улыбнулся. Конечно, я заслуживал  такую похвалу от начальства! Уверен, что если мне приснился такой чудесный сон, то сегодня меня ожидает что-то очень хорошее, приятное, радостное. Я зажмурился от удовольствия и с наслаждением потянулся. Повернув голову, увидел на часах время 5.28. Так рано, а спать совершенно не хочется! Я рывком вскочил с кровати и подошёл к окну. Отдёрнув штору, увидел голубое небо, напомнившее мне глаза Игоря, без единого облачка на нём и яркое июльское солнце, уже вовсю золотящее верхние этажи многоэтажек, обещая не просто жаркий, а наверняка знойный день. Предчувствие чего-то прекрасного наполнило моё тело бурлящим восторгом, по спине, рукам, ногам бродили армии мурашек, мне хотелось подпрыгнуть и улететь в голубое небо так же, как белый шарик, надутый гелием, на свадебном торжестве взмывает ввысь, знаменуя начало новой, счастливой жизни. С азартом я выполнил ежедневный получасовой комплекс йоги, разработанный лично мною для поднятия тонуса и растяжки практически всех мышц тела. Приняв прохладный душ, заглянул в холодильник. Прекрасно! Есть и свежая клубника (спасибо маме!), и молоко. Ссыпав все ингредиенты в блендер, я сделал себе любимый молочно-ягодный коктейль на завтрак. Не забыл сделать на работу бутерброды с ветчиной и сыром, упаковал небольшой заварочный чайник, чашку и ложку, прихватил зелёный чай. Облачившись в свой светло-серый выпускной костюм, белую рубашку и завязав на шее петлю из куска ткани, названного человечеством по недоразумению громким словом «галстук», я в 7 часов и 6 минут утра вышел из дома на работу. До банка идти всего 20 минут не торопясь, поэтому я шёл медленно, стараясь задерживаться, где только можно. 
И вот, в 7.40, я, не в силах больше сдерживать своё рвение, дёрнул ручку двери банка. Дверь открылась, но мне не удалось сделать ни шагу, т.к. в дверном проёме стоял… шкаф. То есть не настоящий шкаф, а человек, своими габаритами и излишней мужественностью напоминающий его. Видимо, мужчина, а вернее, парень примерно моих лет, в форме охранника, направлялся к выходу, но, увидев открывающиеся двери, перегородил собой проход. Это ему удалось полностью. 
- Банк закрыт! – прогудел он низким (каким же ещё!) голосом. 
- Милейший, я знаю, что банк закрыт, но мне необходимо пройти, - вчера я этого охранника точно не видел. Наверно, они меняются через день.
- Банк закрыт. Подождите восьми часов и проходите.
Я вздохнул.
- Послушайте, я не клиент, как вы могли подумать, если у вас есть чем совершить этот процесс. Я - сотрудник банка, новый экономист. Пропустите!
Парень напряг мышцы лица. Видимо, они помогают ему усваивать и переваривать информацию. Тут он весь подобрался, одну руку положил на пояс (сзади, наверно, кобура с табельным оружием), а вторую – на косяк двери. Наверняка он додумался до чего-то криминального.
- Я вас чего-то не видел. Как ваша фамилия?
- Решетников моя фамилия. О чём-то она вам говорит?
- Вот в том и дело, что не говорит, - парень становился всё уверенней и реагировал быстрее. Может, у него всплеск адреналина на скорость влиял? Он, наверно, думает, что я сейчас с боем прорываться буду. Щас, только из пакета с бутербродами Калашников достану! – Вот, все так говорят: новый сотрудник, а потом стреляют и банки грабят!
Я вздохнул ещё громче и раздражённее. Ладно, попробуем по-другому. Я улыбнулся так по-доброму, на все 32 зуба, и спросил, изображая заинтересованность крайней степени:
- Да что вы говорите? Неужели в вашей практике такое случалось?
Ответа мне пришлось дожидаться несколько минут. Парень уставился на мой улыбающийся рот и застыл мраморным изваянием. В принципе, если бы я был грабителем, то тут самое время было бы оглушить охранника и спокойно войти в банк. Но мне пришлось убивать эти несколько минут другим способом: я решил его хорошенько запомнить, чтоб потом доложить начальству о том, как лучшего сотрудника не допускают к работе. Высокий, плечищи широкие, ручищи огромные, глаза карие, волосы русые, нос прямой, истинный ариец, неженат… Я ухмыльнулся, сдерживая идиотский смех. 
Вдруг сзади послышалось сухое:
- Сергей, это наш новый кредитник, Андрей Николаевич. Пропусти, - и мимо меня широким размашистым шагом прошёл Игорь Леонидович, ни разу даже не взглянув на меня. Чёрт! Зато от идущего следом красивого черноволосого парня я удостоился чересчур пытливого взгляда:
- Роман, - сказал он, протянув руку.
- Андрей, - я улыбнулся, пожимая руку, - будем знакомы.
- Да уж, будем… - как-то невнятно ответил он и, не дожидаясь меня, вошёл внутрь. Я тоже хотел, было, наконец, пройти, но в дверях вновь стал тот же охранник.
- Ты уж извини…те меня, - неловко начал он оправдываться, - нам надо следить, то есть осторожно надо чтоб было, ну, ты понимаешь…
- Ладно, чего уж там, - я решил пожалеть беднягу. Он ведь не виноват, что таким уродился! – Я Андрей, - и протянул руку.
Он глянул на неё так, будто я протянул ему все сокровища мира. Осторожно, неловко пожал.
- Сергей…
Я вытащил свою ладонь из этой ручищи и, слегка его отодвинув, вошёл, наконец, в банк. Сергей остался стоять там же, сжав в кулак свою руку и глядя мне вслед.


 

 Vagrant66  и   elberet92! Добро пожаловать в мой дневник!

Это вам: