Между нами костры догорающих дней,
От горючего дыма слезятся глаза,
И желанье быть вместе острей и сильней,
Но рассудок жестоко бесстрастен - нельзя.

Между нами руины сгоревших мостов,
Лабиринты сомнений, овраги разлук,
Потускневшая вязь неразгаданных снов,
И синицы, клюющие время из рук.

От меня до тебя – километры тоски,
Одинокой струны еле слышный мотив,
Пусть от дымного ветра не видно ни зги,
Но я знаю – ты есть, и надеюсь дойти.

...Солнечный луч просочился сквозь сеточку тюли...
По шелкам заскользил, разрывая ночное кольцо...
И теплом обласкав сон двоих, что друг к другу прильнули,
В миг рассыпался в тени ресниц золотистой пыльцой...

..............
"Мой родной, мой хороший... мой милый...
.................................мой самый любимый..."
Мысли... мысли быстрее движения заспанных рук...
Я не знала, что счастье бывает /до боли/
.................................. не-вы-но-си-мо!
Даже страшно, что сердце не выдержит этого...
........................................... вдруг...

..............
...Солнечный луч задержался на сладкой улыбке...
Тихо вздрогнул на грани сомкнувшихся губ... и исчез...
И шуршание шёлка завесой таинственной дымки
Скрыло танец любви в золотистом сияньи небес...
..............

"Мой... моя... да... люблю...навсегда...тише..."
.............................................шёпотом...смутно...
Нереальные чувства....и слёз не сдержать... ты прости...
Я не знала, что плакать возможно от слов
..................................... "с добрым утром..."
Лишь от счастья, что эти слова прошептал мне
...........................................именно Ты.

....................................................

...Солнечный луч заискрился в биении сердца...-
"С добрым утром, любимая...счастье моё...моя жизнь..."

Тёплый бетон. Ломаный пол.
Лестница вверх. Боли укол.
Не затушить, не убежать.
Иглы внутри. Только лишь ждать…

Встречи наркоз. Ворох недель.
Сколько ещё? Глушит капель.
Сны на листе. Кожа тонка.
Лестница вниз. Грохот звонка.

Эхо от стен. Дном потолок.
Смех – локоток. Всхлип – молоток.
Перемолчать. Перетерпеть.
Свернутый край трогать не сметь.

Дружбы глоток. Связи обрыв.
Час в никуда. Жду рецидив.
В стену спиной. Кнопка «пожар».
Не затушить. Грех или дар?

Руки к ушам. Лбом о стекло.
Что-то опять… поволокло…
Капли секунд. Вопли минут.
Где же… Ну где!?… Слышишь?… Я тут…

Грохот - повтор. Слов якорёк.
Жадно под мёд - горький зарок.
Шепотом - крик. Руки к ушам.
Лбом о стекло. Мир пополам.

Справа ступень. Слева карниз.
Лестница вверх. Лестница вниз.
Кнопка «отбой». Шаль тишины.
Мокрый рукав. Боже, прости…

Бонус. Виток. Сутки на дно.
Боль не слышна через тепло.
Ломаный мир. Выбитый край.
Не отпущу.
Капелька…
Рай…

Улетала, не зажмурившись,
отдаваясь небу зрячею,
в пелену из слёз укутавшись,
беспрерывную, горячую.
Теребила память пьяную,
в свежей боли безутешную,
не искала оправдания,
знала – это безуспешное.
Не искала объяснения,
почему – вот так – мозаика,
не молила о забвении,
вспоминала, вспоминала,
как…

…было сердце не разломано –
было бережно поделено,
тихим счастьем поцеловано,
перепрятано, развеяно
между днями-снами-планами,
между было/есть и быть должно,
между письмами и странами,
между спаяно и выжжено…

Как…
…приняв неизлечимое,
упивались междустрочными.
Как могли бы стать любимыми…
Стали истовей.
Молочными.

За окошком - снега по колено,
В тёплом доме - кошки, пледы, люди…

…до нутра озябнув в жарком плене,
соскользну в сонливую простуду,
распахну узорное окошко,
выпорхну пугливою синичкой,
и – к тебе, почти не понарошку,
и уже почти что по привычке.
отогреюсь в ласковых ладонях,
убаюканная пульсом венок,
станет мир горячим как жаровня,
станет слишком много в мире стенок.
обовью все острые границы,
заплету на каждой узелочек,
и ладошкам теплым буду сниться…

Не будите только… хоть часочек…

Тихий лес белым сном окутан.
Скользкий город песком присыпан.
Раньше тёк мой пульс по минутам,
А теперь вдруг стал ненасытен.

Я умела любить по капле,
Чтобы всё, и чтобы без риска.
Слишком круто взлететь? Вряд ли.
Слишком страшно упасть низко.

Было просто. Тепло. Безмолвно.
Тихий лес, белый сон – где-то.
Скользкий город с душой ровной.
И песок между всем этим.

И неплохо, и даже – счастье.
В буднях – здравость. Во снах – сказка.
Ну и что, что в узде страсти,
Вместо них у меня краски.

То, что было, умела тратить.
Хоть наивным – была экспертом.
Кто же знал – не красок не хватит,
А длины с шириной мольберта.

Что не хватит размеров мира,
Отведённого для свободы
Что, попробовав встать в полсилы,
О высокие стукнусь своды.

Что замру неподвижно, тупо.
Словно кто-то предал больно.
Здесь остаться и ныть? Глупо.
Может путь поискать окольный?

Может, кинет мне кто доску
И собью я мольберт новый.
Напишу новый лес – рослый,
Новый город создам – голый.

Лет на десять, поди, хватит.
Только сердце твердит: мало.
Ждать, как снова тоска окатит
Не охота ни капли, право.

* * *
Потопчусь на снегу зябко,
Обниму продрогшие плечи,
Кину взгляд на город украдкой,
И на тихий лесной вечер.

Отведу глаза от картины
И, немножечко неохотно,
Отдеру от рамы холстину,
И в рулончик сверну плотно.

На груди, там, где пульс дикий,
Незаконченный мир спрячу.
Перепрыгну страстей стыки
И, наверное, не заплачу.

Побегу вперёд, без оглядки.
Время боль любую излечит.
Мне с незримым играть в прятки?
Вздор. На всё я сама отвечу.

небо,
шпили-великаны,
ветер из проулков рваных,
ветер скоростных проспектов,
переходов метро-веток,
между прядями волос,
весь наотмашь и всерьёз,
обещающий сберечь -
лавочки для слёз,
станции для встреч,
мартовский Арбат,
чувства вперехват,
чувство, что жива...
два...

храмы,
сонэчко, распятья,
узких улочек объятья,
три прогулки по апрелю,
сто глоточков карамели,
Арка, тысяча огней,
вечер в куполах ветвей,
город с Горки на ладонь,
солнце всё рыжей,
тающая бронь,
тёплое кафе,
красное купе,
отраженье глаз...
раз...

камни,
сшитые цепями,
морось - пресными слезами,
море - шепотом о чуде, -
в стоне:
...это будет... будет...
...вновь сведённые мосты,
белый май, слепые львы,
солнце - в прятки, ливень вдруг...
в сторону зонты!
ну же! здравствуй, друг!
обними собой!!!

только бы не сбой...

только бы не боль...

ноль...

Ты, когда поедешь в этот город,
передай ему, пожалуйста, привет.
Только потихоньку, тет-а-тет…
И скажи:
«Она приедет… Скоро…»

Пусть он знает всё –
про «взять за руку»,
про «глаза закрыть»,
про «вдоль по мостовым».
Как пойдём, до верха наполняясь им,
следуя лишь запахам и звукам –
через небо, воду, камни, крыши –
вглубь обветренного чудного старья.
Как обрадуемся капелькам дождя,
и под ними затанцуем,
не прикрывшись.
Как кружась, смеясь, устав, затихнув –
остановимся…
И распахнём глаза,
и захлёбываясь ухнем в небеса,
от чего-то тянущего вспыхнув…

Расскажи про всё…
Мне очень нужно
верить в то, что он нас будет ждать.
Что не будет больше ускользать.
Расскажи…
Пожалуйста…
Мне нужно…
Он тебя не сможет не услышать,
вы похожи,
вы ведь – в унисон.
Верь, услышит –
и заплачет,
словно он,
это он
без нас не сможет выжить…

Откинув голову назад,
Закуришь тонкую.
Очертишь дымом наугад
Молчанье ёмкое.
Закружишь шепотом стихов
Из Вознесенского,
Вдруг нажелаешь мне всего
Заветно-женского.
Мою без пауз болтовню
Вопьёшь глоточками,
Услышишь всё, о чём кричу
Немыми строчками.
Вдохнёшь восторги о "другом"
Почти без ревности,
Лишь улыбнёшься уголком,
Софилоренисто.

* * *
Спасибо, мам, тебе за всё.
За то, что лучшая.
Что не настойчиво твоё
Неравнодушие.
Что на плечах всю жизнь несёшь
Болезных "деточек".
Что отпустила молодёжь
Из отчей клеточки.
За то, что над своим гнездом
Ты распростёртая.
За то, что молча греешь дом.
За то, что гордая.
Что учишь боль и красоту
Сносить без ропота.
За то, что пишешь на снегу:
"Спасибо, Господи!"

Весь город утоплен в лужах,
До верха забрызганы джинсы,
До мути забрызганы линзы,
Свой старенький Canon поглубже…

Из луж – отраженьем усмешка.
Сканирую взгляды – никто не…?
И в каждых встречных – погоня,
И, кажется, даже слежка.

Бегу сквозь колкую морось.
Так легче. Не видно судей.
Я лучше отдамся простуде,
А им – промолчу. Сел голос.

Границы вины условны.
Улик – ни одной. Бывает.
Лишь кто-то внутри подвывает…
Виновна… Виновна… Виновна…

Я тебе километрю!
всеми нашими тысячами.
Знаешь, как это?
Против ветра
хватаюсь за ниточку,
узелочек – зубами,
и ласково, трепетно,
мягко, шелково – петлями –
овиваю
телефон раскалённый
и не остывающий сутками,
монитор, карандашик,
и каждую кнопочку клавиатуры,
прямо каждую-каждую! –
время не жалко…
время плачет давно не минутками,
не часами, не днями –
а вечностью или мгновеньями,
«никогда» и «всегда» –
только так, не иначе.

Время плачет…
время ждёт, не мешает,
наблюдает
за нами,
как мы
беспечно
играем
в свой
бесконечный
пинг-понг:
ты мне – я тебе,
инстинктивно,
без планов и знаний,
без учёта рублей и признаний,
так странно-бессмысленно –
ну и что!

Всё равно,
из себя – всё до капли,
от тебя – всё до буквы, до пикселя!…
и до кончика ниточки… и –
узелочек зубами,
и ласково, трепетно,
мягко, шелково – петлями
овиваю
каждый вдох микрофона,
все «пока» и «привет», и –
конверты, билеты,
и – в коробочку старое,
даже самое глупое,
даже самое малое,
и – так хочется новое,
и – за ниточку снова я,
то – легко, осторожно,
то – так яростно, жадно дрожа
всеми фибрами –
страшно
не успеть, потерять безвозвратно…
боюсь.

Я тебе километрю…
многотысячной ниточкой.
Сколько сил есть – сжимаю,
укорачиваю и истончаю –
поближе,
покрепче,
потуже.
И как раньше хотелось изрезать их,
в пух и прах разметать самолётами,
поездами расплющить!
Так теперь – сохранить
эти ниточки целыми,
аккуратно засахарить их
карамельками белыми –
пусть хоть что-нибудь будет.
Пусть хоть что-нибудь!
Пусть хоть они…

Я к тебе прикасаюсь…
Знаешь, как?
Против ветра хватаюсь
за ниточку,
узелочек – зубами,
и медленно,
step by step, приближаюсь.
Километры – не между,
не против,
они нас не разделяют,
напротив,
соединяют
тремя миллионами ниточек-метров,
и даже почти четырьмя…
вот видишь – не так уж и много ведь
мне до тебя.

Мы этим живём…
Мы спим в колыбельке
из мягких петелек,
и видим во сне – себя.

А давай, ты как будто бы снова приедешь ко мне.
Будет вечер среды и безумно горячий июль.
И нечестно неспешный твой поезд –
ещё вдалеке,
но уже мне кричащий гудком
сквозь платформенный гул.
Ты взволнованно будешь смотреть
на плывущий перрон,
и проедешь немного подальше,
как будто дразня.
И я вновь побегу
за вагоном семнадцать –
вдогон.
И ты снова…
и снова…
и снова…
увидишь меня.
И опять улыбнётся
ромашкам моим
проводник,
подмигнёт мне –
«Вас ждут!» –
так, как будто бы выдаст секрет.
И я снова…
и снова…
и снова…
к тебе, напрямик!
Обниму, не стесняясь,
и выдохну:
«Пчёлка, привет…»
Будет жаркий июль,
и среда,
и ещё много дней.
А потом мы проснёмся…
…почти без претензий к судьбе.
Поезд будет тебя увозить
по полоскам путей,
а я буду мечтать,
как ты снова
приедешь
ко мне…

Будешь жить у меня в сумке.
Потому что мне без тебя скучно.
Я так решила.
Будешь мурлыкать там песню про Умку,
перебирать все мои карандашики-ручки,
пачкать пальцы в чернилах.
А потом пачкать пальцами книжки-тетрадки,
а ещё документы, билеты в театр, и фотик –
до чего сумеешь добраться.
Будешь выглядывать на меня украдкой,
шкодно, прячась за сложенный зонтик,
а я не буду ругаться…
Я разрешу тебе делать всё, что захочешь.
Хочешь – блокноты листай затрёпанные,
читай мои откровения.
Знаю, ты любишь конфеты (сладкие!) очень,
разные, но особенно шоколадные, особенно
«Вдохновение».
Бери! У меня их там – целый ворох,
правда, с ирисками вперемешку,
но ничего, разберёшься.
Я буду слушать обёрточный шорох
и улыбаться – какая же ты сладкоежка!
(сладкоручка и сладконожка)
А как надоест, полезай в самый дальний кармашек,
там платочек лежит и там очень тихо,
хочешь – поспи.
Клубочком свернись и смотри – сны про мурашек,
про пчёлок, про ягоды и про ежиху
(совсем не колючую), и
про маленьких трёх котят (пушистых!) живущих на облаке,
в маленьком домике с очень большими окошками,
с видом на рай,
которые любят сидеть на белом небесном войлоке
и ни-ког-да! не станут большими кошками,
сколько их не убеждай,
что взрослыми быть невероятно удобно,
что можно гулять, где захочешь, и что очень легко
(прямо запросто) можно
даже по раю пройтись (а там, говорят, бесподобно),
но котята мурчат и молчат. Им и здесь хорошо,
а рай – это сложно,
ведь кто его знает – а есть ли дорога назад,
вот в этот вот домик, на облачко, на подоконник,
и в тёплые сны
одной замечательной девочки… любящей серых котят,
и спящей так сладко, как самый счастливый ребёнок…
…девочки… с небом на «ты»…

Девочка… Как ты там? Хочешь пить?
Это после конфет… Ничего, что вода в рюмке?
(куда-то напёрсток делся…)

Ой, прости, я забыла спросить!
Так ты будешь жить у меня в сумке?
Мне бы хотелось…

Завьюженный домик у самой опушки…
Осыпался пепел с решётки камина…
Заваренный чай на две разные кружки:
Твой чёрный, и мой — с ароматом жасмина.
По тёплому полу босыми ногами,
Тихонько, котёнком к тебе на колени.
И, кажется, всё происходит не с нами,
Но молча на стенах сливаются тени…
Альбом… Фалеристика… Сотни вопросов
И точных ответов. А мне интересно…
Уж снег за окном подозрительно розов…
— Который там час? Я заслушалась, честно!..
Весёлое: — Жулик! — кристаллики смеха
В любимых глазах… И от стен отразится
Звенящее, мягкое, нежное эхо…
Мне снится? Конечно, мне всё это снится…
А завтра…опять кутерьма поздравлений,
Друзья…и твои, и мои — вперемежку.
А вечером — снова к тебе на колени
И шёпот — Ты будешь пить чай, сладкоежка?
Не будешь, поспорим?.. Ловлю твои губы
За миг до ответа. Какого? Неважно…
Будильник… минутку ещё, хоть одну бы…
А вдруг не приснишься мне больше? Так страшно…

Она не разбирается в психологии, но умеет читать по губам.
Она любит чистоту, но в её комнате невозможно ничего найти.
Она всегда говорит правду, которая звучит глупее лжи.
Она умеет любить, но ненавидит себя за это.
Она всегда смотрит в глаза, но никто её не понимает.
Она любит цветы, но не умеет за ними ухаживать.
Она носит обувь только на высоких каблуках, хотя знает, что вечером будет умирать от боли в ногах.
Она верит людям, часто жалея об этом.
Она не любит сидеть дома, но не хочет никуда идти.
Она любит разговаривать, предпочитая молчать.
Она любит смеяться и веселиться, но очень часто грустит.
Она убегает от прошлого, но всегда о нём думает и мечтает вернуть.
Она не верит в чудеса, но загадывает желание на праздники.
Она столько раз хлопала дверью, но всё равно возвращалась.
Она знает, что и ангелы ошибаются, но никогда себя не простит....

Она больше не читает любовных романов, она рвёт их на мелкие кусочки.
Она выключает плеер при появлении на дисплее слов о романтической любви.
Она бежит без остановки и собирает свой разум на железную нить времени
Она раскладывает пасьянсы и делит людей на хороших и плохих
Она разрушает свой замок из иллюзий и создаёт только реальность
Она смеётся, когда хочется закричать от боли.
Она упорно мучает себя, чтобы навсегда запомнить как бывает больно.
Она сравнивает ДО и ПОСЛЕ и так познаёт себя и окружающих.
Она всегда кому-то нужна, но постоянно одна.
Она выпивает горькие таблетки и верит в то что они помогут.
Она кричит "НЕ ВЕРНУСЬ", но всегда мечтает, чтобы её вернули
Она говорит "Я НИКОГО НЕ ДЕРЖУ", но мечтает чтобы её обняли и никогда не отпускали
Она говорит "НЕ ВЕРЮ", но надеется, что эти слова не станут роковыми в её жизни.
Она когда-то была нежным цветком, а теперь у неё сотни шипов.
Она мечтает вернуть свою детскую наивность назад, чтобы мир казался не таким жестоким.

Вот вы встречаетесь и вроде все нормально, но внезапно он где-то пропадает, не пишет и не звонит…Ты пытаешься забыть о нем, вырвать из своего сердца! Это не была любовь, но все же больно.

Проходит время, ты о нем порой вспоминаешь, но при этом никаких чувств не возникает, а сердечко так взволновано бьется, когда ты думаешь уже о другом человеке. И вот звонок…
Это опять он. Он звонит спустя столько времени как ни в чем не бывало.
Говорит что скучает и очень хочет увидеть! И как это понимать…
Теперь он совсем другой, тебе есть о чем с ним поговорить, но теперь он просто хороший собеседник и не больше! Он приглашает погулять, ты отказываешься…
Проходит время он опять звонит и опять зовет пройтись, ты опять-таки отказываешься! Проходит еще время и после того как вы классно поговорили, утром ты понимаешь что уже сама хочешь его увидить…

Вот и долгожданная встреча… и что? А ничего…
Он почти не изменился…
Тебе он не нужен…
Он как «бумеранг», ты еще не раз услышишь о нем, еще не раз он ворвется в твою жизнь…и ты, в принципе, даже будешь рада этому!
Теперь ты иногда, уже чаще, думаешь о нем… Да, ты можешь ему позвонить!
Да, вы прекрасно поговорите! Да, вы теперь просто друзья! Или так только кажется?!

Что же он хочет? Не знаете?! Вот и я не знаю…

Омар Хайям однажды сказал: «Чтоб жизнь прожить, знать надо мудрости немало. Два правила запомни для начала: ты лучше голодай, чем что попало есть, и лучше будь одна, чем с кем попало». Хорошо сказано. Не придерешься… В теории все звучит красиво и правильно.

Когда я слышу подобные изречения, мне становится жутко любопытно хоть одним глазком посмотреть на людей, способных произнести столь непреложные истины. Я всегда мечтала увидеть такого человека, который делает то, о чем он говорит, который способен применить на практике то, что он излагает в теории. Пока за свои двадцать два года таких людей я еще не встречала.
Нет, конечно, я знаю нескольких довольно сильных духом людей, которые основывают свою жизнь на каких-то принципах, которые решительно идут к намеченной цели. Но жизнь не подчиняется одним лишь принципам. Она не строится на теориях и аксиомах. Жизнь – это постоянная практика, вечное доказывание теорем. Каждый человек в течение своей жизни пытается применить на практике и доказать множество теорем и принципов. Но все мы люди, и всем нам свойственно ошибаться. Существуют теоремы, которые не подлежат доказательствам. Одни – в силу того, что они основаны на догад-ках и предположениях, и найти их применение на практике просто невозможно. Другие же просто не нуждаются в доказательствах, поскольку это не является главной целью данного решения жизненной задачи.
Некоторые люди настолько увлекаются доказательством теорем, что попросту забывают, с чего начали и для чего заварили всю эту кашу. Если брать за пример вышеприведенные слова великого поэта, получается, что человек всегда должен следить за тем, чтобы не оказаться в плену чар какого-нибудь недостойного индивидуума и не потерять голову.
Что ж, признаю, разум всегда должен быть на первом месте, с этим не поспоришь. Но вот что я хотела бы опровергнуть: если человек всю свою жизнь отвергает всех и все, что не соответствует его представлениям о том, что ему нужно, каким образом он сможет понять, что ему в действительности необходимо?
Неужели вам незнакома ситуация, когда вы безумно чего-то хотите, мечтаете об это и днем и ночью, а затем, добившись желаемого, вдруг осознаете, что это совсем не то. Что ваши требования были слишком завышены и что вы стремились к идеалу, которого в природе просто не существует? И только тогда вы понимаете, что потратили огромное количество времени в погоне за несуществующей мечтой… Только тогда вы можете признать, что в процессе поиска упустили именно то, что нужно, только потому, что оно не до конца соответствовало вашим представлениям об идеале.
Что ж, могу с откровенностью признаться, что глубоко сочувствую таким людям, как вы. Еще и потому, что сама принадлежу к вашему числу охотников за мечтой. Но я думаю, что человек на то и называется разумным существом, чтобы хотя бы иногда использовать голову по назначению. Нет, не для того, чтобы заглушать голос сердца и хладнокровно и без колебаний принимать решения, которые лучше всего отразятся на будущем. Человеческий разум должен быть крепко и навсегда связан с душой. С сердцем. Вам когда-нибудь приходилось решать что-либо, основываясь на доводах разума? Полагаю, что да. Тогда ответьте мне, пожалуйста, на один вопрос. После того, как вы исполнили то, что советовал вам ваш разум, ваше сердце никогда не болело? Оно никогда не оплакивало утраченный шанс обрести счастье? Если ваш ответ отрицателен, тогда, думаю, вас не заинтересует то, что я хочу сказать далее. А именно то, что поступая таким образом, вы сами обрекаете ваше сердце и ваш разум на холодную войну, в конце которой остается только один победитель. Горько осознавать, но зачастую разум пересиливает, и в этом случае человек не просто руководствуется разумом, он не слышит своего сердца, он больше не чувствует. Конечно, сердце никуда не исчезает и продолжает тихонько покалывать, когда ваш любимый человек задерживается допоздна на работе, или болит, когда вы теряете близких. Но оно перестает помогать вам. Оно больше не поддерживает вас в горести и не радуется вместе с вами вашим удачам. Оно просто оповещает вас о новых эмоциях, полученных вами. Вот и все.
Кто-то может сказать, что такой образ жизни довольно удобен и прагматичен в нашей суровой действительности. Отчасти это так. Но мне жаль таких людей, ведь они потеряли одну из самых прекрасных способностей, подаренных нам природой: способность жить. Именно жить, а не существовать. Дышать, а не делать вдох-выдох. Чувствовать, а не испытывать легкие переживания. Что касается меня, я никогда в жизни не променяла бы эту способность ни на что на свете. Наверно, это может показаться кому-то ребя-чеством и бравадой, но моя жизнь – сегодня. И если я делаю что-то, следуя велению сердца, и впоследствии ощущаю себя счастливой, не причиняя тем самым никому зла, не это ли настоящая жизнь? Наверно, я из разряда тех, кто пьет шампанское, не боясь рискнуть, а не довольствуется бутылочкой минералки. Что ж, каждый выбирает то, что ему ближе по духу. Но я очень прошу вас, задумайтесь, так ли плохо хотя бы иногда заглушать голос разума и давать волю сердцу? Для того ли мы живем, чтобы постоянно что-то высчитывать, прикидывать в уме и расписывать на бумаге? Подумайте о том, че-го вы хотите сегодня, сейчас. Я ни в коем случае не отрицаю роль разума в нашей жиз-ни, но для меня лучше счастливое и полное чувств сердце, чем холодная и расчетливая голова. Ведь живем-то мы все равно для себя, а не для тех, кто нас осудит, если мы по-ступим так, как нам угодно. Живите для себя. И для своих близких. Ведь улыбка любимого человека бесценна.

Говорят, время лечит… Что все раны постепенно затягиваются, заживают и перестают болеть… Наверное, это правда.

Любая, даже самая сильная боль со временем затихает и лишь изредка дает о себе знать. Боль проходит. А шрамы остаются… Если порезать палец, пойдет кровь. Ее можно остановить, прижав платок к порезу. Затем ранка затянется, а на ее месте останется маленький шрам, который впоследствии вряд ли вас когда-нибудь побеспокоит. А что делать, если рана не на пальце, а в сердце? Где взять этот заветный платочек, который исцелит сердце и со временем поможет превратить этот порез в шрам? Как человеку остановить этот поток боли? На этот вопрос знает ответ одно лишь сердце. Только оно знает, почему постепенно даже самая глубокая рана заживает и перестает отдаваться болью на малейшее воспоминание о ней. Раны потихоньку заживают и даже иногда забываются. Шрамы от них остаются навсегда. Чем старше становится человек, тем больше рубцов накапливается на его сердце, тем самым образуя некую карту, по которой можно читать всю его жизнь.
К сожалению, шрамы остаются только на месте глубоких ран. Их нет, когда человек счастлив или весел, они появляются только рука об руку с болью и разочарованием. Каждый удар судьбы, каждое печальное событие в жизни человека – на его сердце. Говорят, есть люди, умеющие предсказывать будущее по линиям жизни на руке. Это дано не каждому. Но если бы нам было дано заглянуть в сердце другого человека, думаю, никакие выдающиеся способности не понадобились бы, чтобы рассказать о его прошлом. Оно все написано в книге жизни, покоящейся в сердце каждого из нас.

Раны заживают и исчезают. Боль утихает и лишь изредка дает о себе знать. Шрамы навсегда остаются… Как будто кто-то нарочно вырезает их на нашем сердце, чтобы мы о них никогда не забывали. Чтобы мы всегда помнили о горьких уроках, которым нас учит жизнь. Не для того, чтобы лишний раз помучить нас или доставить боль. А для того, чтобы мы никогда не забывали о боли. Ведь зачастую плохое постепенно стирается из нашей памяти, освобождая место для новых ошибок, которые иногда как две капли воды похожи на предыдущие. Шрамы всегда напоминают нам о наших ошибках, не допуская повторения той боли, которой нам довелось испытать. Но, к сожалению, часто люди не прислушиваются к тем тихим и глухим сигналам, которое подает им сердце в попытке предотвратить очередное разочарование. Возможно, это происходит оттого, что мы просто-напросто привыкаем к боли, которую вновь и вновь испытывает наше сердце, и уже не способны воспринимать те легкие отголоски воспоминаний, которые сердце нам так заботливо посылает.

Возможно, мы просто не умеем слушать собственное сердце… Может быть, оно всегда знает правильное решение и наилучший выход из ситуации, но мы постоянно жалеем его, которое вынесло так много разочарований, и просто не позволяем сердцу подсказать нам то, что будет лучше для него самого… В этом, наверно, и заключается наша проблема: мы не прислушиваемся к своему сердцу и тем самым вновь и вновь обрекаем его на страдания, в которых и проходит вся его жизнь…

Ранняя осень, когда лето, уходя с неохотой, на прощание продолжает дарить теплые яркие деньки, но небо уже опускается и начинает бледнеть, становясь всё холоднее, приобретая стальные оттенки. Деревья понемножку меняют свой цвет, медленно роняя листья на тротуар, и все вокруг становится красно-желтым. Еще кое-где на клумбах цветут яркие цветы, контрастируя на золотистом фоне. Летает паутинка, цепляясь за ресницы, суетливо чирикают воробьи, но слышно птиц все реже. Бабье лето – уже не лето, но еще не осень, а какая-то особая пора, когда почему-то становится грустно. Грустно смотреть на косяки улетающих птиц, на опавшие листья под кленами, которые золотистым ковром устилают дорожки в парках и тихонько шуршат под ногами, как будто нашептывая что-то…

Такую осень она любила – теплую, солнечную, загадочную. Прощанье с шумным веселым летом. А прощанье – это всегда грустно. Поэтому в эту пору она часто грустила. И почему-то грустно было от всего вокруг: выбегая утром на работу и завидев у подъезда подросших за лето котят, которые, сбившись в комочек грелись теплом друг дружки, она тут же звонила ему, чтоб поделиться увиденным. По дороге на остановку взгляд останавливался на всем – на небе с расплывчатыми облачками, на скошенной траве на прохожих, выгуливавших собак и зябко кутавшихся в куртки и шарфы. И от всего почему-то становилось грустно. Потому что осень.
Темнеть стало рано и от этого появлялось странное ощущение… как будто не хватает чего– то… Не хватает времени доделать работу, справиться с делами. Время как будто стало идти медленнее.
После работы она бежала домой, к нему. Хотелось побыстрее оказаться в уюте и тепле, почувствовать заботу и ласку после напряженного рабочего дня. Ожидая свой автобус снова наблюдала за всем вокруг: за ссорившимися водителями на дороге, за девушкой с большим дипломатом, которая долго общалась по телефону, решая вопросы бизнеса, за молодой мамой с непоседливым сыном, за бездомным щенком, который никак не мог перебежать дорогу… И от всего почему-то становилось грустно.
С остановки она быстрым шагом бежала домой. Не могла дождаться, когда приедет лифт, чтоб побыстрее оказаться у своей двери, которую сразу после звонка откроет он и, только она зайдет в квартиру, сразу чмокнет в нос или лобик. Дома хорошо. И совсем не грустно. Дома нет времен года, и погоду мы творим тут сами. В ее доме всегда было тепло и светило солнышко, лишь изредка появлялись облака и только пару раз за все время сгущались тучи. Но они разгоняли их своей любовью, умением прощать друг друга и взаимопониманием. Им всегда было хорошо вместе и все остальное не имело значения. Пусть даже за окном, следом за золотой осенью пойдут дожди, а за дождями последует первый снег и наступит такая бесконечная зима.

В колонках играет - Трофим - Голуби

"Неужели ты все еще веришь в идеальных принцев и белых коней. Принцы как мамонты, давным-давно вымерли, а уж по такой погоде и последний из оставшихся могикан превратился в сосульку…. Кони же вообще животные теплолюбивые”,- припоминая школьный курс зоологии, верещала лучшая подружка.

“Я тебя просто не узнаю, какая-то наивная дурочка. Ты, наверно, в сказки не доиграла в детстве или просто от скуки маешься. Ну, подумаешь еще один... Твоя коллекция без него не сильно опустеет!!!”- негодующе восклицала она.

“ Он играет тобой и твоими чувствами! Он так далеко! А видитесь вы всего-то пару раз в год. У него там наверняка кто-то есть. Ни один нормальный парень не станет терпеть столько лет и ждать! Физиология…!” - со знанием дела увещевали приятели, - “А у тебя столько всего вокруг. Оглянись только и укажи пальчиком…”- склоняли они к очередной интрижке.

“Я так тебя люблю, я луну достану для тебя с неба, подарю звезду, сделаю тебя самой счастливой, позволь только быть с тобой…”,- уверял отвергнутый поклонник, получив в нос очередной охапкой роз…

Даже кошка и та, казалось, хитро ухмылялась в свои длиннющие и кудрявые, как у гусара, усы…

А она только улыбалась в ответ: «Глупые вы!!! Жалеете меня, смотрите снисходительно, как на умалишенную… Вы не знаете, какая я счастливая.…Да! Я живу, живу по-настоящему , дышу полной грудью …. Я самая счастливая девушка на свете...Я знаю, что такое любовь… мне не нужны слова….пустые слова и никому не нужные обещания… Я чувствую ее в своем сердце… Я чувствую нашу неразрывную связь, чувствую …Даже боль долгой разлуки и расставаний после коротких встреч - сладкая боль, наполняющая все мое существо глубоким внутренним огнем… Даже в самые холодные вечера этот огонек в душе не дает мне замерзнуть…Это путеводная звездочка, ведущая меня в самые темные дни и ночи, горящая, мерцающая, пылающая, разгорающаяся с каждым днем все сильнее…Это мой самый верный талисман, оберегающий от зла и скверны…
Я никогда не пожалуюсь на судьбу, никогда не брошу ни одного необдуманного слова вслед, ни на минуту не пожалею, что люблю…Я каждой клеточкой тела знаю, что и ОН все время думает обо мне, ждет меня…. Каждую ночь прошу маленького ангела передать ему жар моих объятий, мой ласковый поцелуй…Я поверила в Бога, в Судьбу…И прошу только об одном - храни и оберегай Его, пусть Ему будет хорошо!!!
Я благодарна судьбе за все - за непредсказуемость нашей первой встречи, за настойчивость ухаживаний и невиданную дотоле романтику, за преподанную мне науку любви, за подаренные крылья, за умение ждать и прощать, искренность, уверенность, за нежность его поцелуев, за наши маленькие безумства, за то, что он открыл мне саму себя ! За смахиваемые украдкой мужские слезы на перроне, за восхищенные шептания нам вслед, за новизну каждой секунды вместе, за открытую красоту жизни….”

-Эй, ты что заснула там!»….Громкий оклик подружки заставил ее вздрогнуть. Ну, так и знала, окончательно спятила,- вздохнула она,- проснись, тебе, кажется, почта пришла, компьютер визжит, вот-вот разорвется.
-Диан, отстань! сама посмотри, если хочешь…Наверно опять мусор какой…

- Ну вот, опять... Чуть что, так Диана отстань, Диана сделай то… Эх, тяжела подружья доля!, - притворно надув губки, прощебетала подружка, не скрывая интереса к почтовому ящику…
«Господи…»- только и прошептала она, побледнев и уставившись в открывающееся письмо…
-Что там?
-Да просто мусор… - неуверенно ответила подружка…
- И этот мусор так тебя взволновал, что на тебе лица нет? Дай-ка я посмотрю,- сказала Она, решительно отодвинув упирающуюся Дианку.

Казалось, время остановилось…Она перестала что-либо видеть за пеленой наворачивающихся слез…

«Привет! Ты меня не знаешь, зато я столько о тебе наслышана…Мне тебя жалко стало, вот и пишу…Он так много и забавно рассказывал, о том, как наивны бывают барышни, ожидающие заморских принцев… Я - Лена, настоящая девушка А. Настоящая и единственная…»- начиналось письмо…

Дальше она уже не смогла дочитать… Просто закрыла глаза и забыла обо всем, погрузившись в леденящую пустоту… Мир умер… Сердце перестало биться…Жар, бред, слезы, бессвязный шепот…Слезы подруги и проклятия, посылаемые в адрес всех известных ей парней, отчаянье родителей. Озабоченные лица врачей.

Его глаза…Зеленые… Бездонные, как морская пучина… Смеющиеся, искрящиеся силой и добротой.… Но сейчас они потухли, покраснели от слез, в них было столько боли и отчаянья!
«Наверно, опять сон»,- подумала она, впервые за 2 недели, открыв глаза в больничной палате.
-Маленькая, я здесь, с тобой…Я очень сильно люблю тебя!
-Уходи! И никогда больше не возвращайся! Уходи, иначе я умру…Ненавижу…- Почти закричала она.

Время лечит…Слезы высыхают...Через месяц она вернулась домой…У порога ждал все тот же надоедливый поклонник с очередным букетом цветов…
-Прости меня…
-Да. Взгляд отсутствующий, сердце окаменело…Ее уже ничто не интересует.
-Я думал, так будет лучше….Я был уверен.
-Да, да…
-Я даже представить не мог, чем это обернется…
-Ты о чем? - уныло поинтересовалась она…
- Диана тебе не сказала??? Это я написал то письмо…Я думал, так всем будет лучше. Я просто не мог видеть, как ты страдаешь…Я хотел подарить тебе любовь!

Земля снова уходила из-под ног…Слова доносились сквозь километры.…Казалось, Она окаменела....Ничего не ответила. Развернулась и ушла, а по щеке медленно катилась последняя невыплаканная слеза…

В голове роятся беспорядочные мысли и образы. ОН ушел, ушел навсегда. Она сама его прогнала, не поверила, отвернулась….Она отреклась от любви, Она добровольно ушла, Она усомнилась!!! Это Она, она не выдержала проверки!!! Она совершила величайшее преступление против любви!!!
Звонок в дверь. Ей все равно. Пусть звонят. Трезвонят уже битых полчаса. Еще и мяуканье какое-то под дверью…

«Может, опять соседская кошка выбежала, а девочка-хозяйка плачет о ней»,-подумала она, нехотя открывая дверь .

Зеленые глаза…Глаза, полные любви и нежности. Букет белых лилий. И маленький белый котенок .
-Маленькая, я никому тебя не отдам! Ты самое дорогое, что есть у меня! Я очень сильно люблю тебя! Прости, что позволил тебе усомниться. Когда узнал, я бросил все и приехал, и не уеду без тебя! Выходи за меня. …Пожалуйста! На шее у котенка, на ленточке, она увидела маленькое колечко…