На винче у меня есть коллекция «выражений» - expressions. Первые два изображения из одной её папки, третье — из другой .Папки называются конкретными выражениями. Попробуйте угадать, какими.

Вряд ли получится. Между ними есть связь, но моя – личная. Когда-то я заметил в них нужное мне выражение, отложил в папку и дал ей название. Другой человек положил бы их в другие папки. Третий вообще не увидел в них ничего примечательного.

Как художник я годами отбирал интересные мне изображения. Сейчас их около десяти тысяч, и без классификации найти нужное невозможно. Но это моя классификация. В одной папке могут встретиться политики и героиня манги — потому что мой мозг увидел связь. 

Эта система папок — маленький слепок моей индивидуальности.

Как раз то, чего, на мой взгляд, пока не хватает искусственному интеллекту.

Нейросеть может распознать выражение лица, описать сцену и предложить десятки способов рассортировать изображения. Но у неё обычно нет собственной многолетней истории отбора. Она не решала вчера, что именно это сходство важно. Не возвращалась к нему через пять лет. Не складывала в одну папку вещи, которые для всех остальных совершенно различны. Какая-то виденная картинка не заставляла её переделывать название папки, а то и менять классификацию в какой-то области.

Современные нейросети имеют «темперамент». Одна осторожна, как DeepSeek, другая многословна, как perplexity, а третья напомианет создателя - Grok. Но это не индивидуальность. А я предлагаю ещё одну букву И - ИИИ — искусственный интеллект-индивидуум. Не интеллект, настроенный под чью-то индивидуальность, а имеющий собственную.

Индивидуальность - это невозможность посмотреть на мир беспристрастно.

Смотрите на картинки. У политиков выражение: «А что в этом предосудительного?»;

у девочки « ничего не замечаю, я тут ни при чём». Папка Innocence — невинность.

А у женщины из «Секретарши» (2001) не просто растерянное лицо. Она подчинилась эротическому приказу, ждёт продолжения — а его нет! Нарушение ожидаемой последовательности. «Мина не взрывается», «Incomprehension» из папки «неожиданности».

И есть у меня папка, куда попадают выражения, для которых в языке не придумано названий. Например, выражение этой дамы?  Одним словом?

Оказывается, сначала появляются картинки. Слова-то вторичны!

...

Но что даёт индивидуальность?

Когда я спрашиваю нейросеть «а рассказ «Лига рыжих» Конан Дойля напишешь?» одни буркают «нет», другие – написать можно любой абсурд, но

(отрывок из статьи в https://ostreuss.substack.com/)

Сегодня креативными признаётся ничтожное меньшинство людей. Но это не означает, что творческий потенциал так редок. Возможно, он просто невидим

Значительная часть истории итальянского Возрождения связана с Флоренцией — сравнительно небольшим городом, который за короткий период дал миру поразительное количество художников, архитекторов, мыслителей и изобретателей.

Это не чудо и не особый подвид Homo sapiens. В городе сложилась среда, в которой талант замечали, обучали, и, главное - ему поклонялись.

История культуры движется не по прямой, а взрывами.

Обычно человек с нестандартным мышлением живёт незамеченным. Работает приказчиком, чиновником, бухгалтером; может и записывает что-то странное, «загибает» знакомым — но всё исчезает вместе с ним. Между его идеями и их распространением глыба: деньги, издательства, связи, социальное происхождение… А главное, криэйтору, как создателю насрать, будет ли реализована его идея. Сама идея — это его восторг и награда. Никто не знает, сколько достойных художников и писателей не получили возможности ими стать, да и не стремились. Половина? Девять из десяти?

В этом «экономический» смысл свободы. Нет её — криэйтор никуда «не лезет». Если всё расписано государством и обществом, он не нарушает шаблоны. Уатту нельзя было иметь мастерскую (в школе на учился). Огромное спасибо за нарушение правил. Если вы загоняете людей в бесчисленные законы, в числе прочих криэйторов исчезнут и творцы революционного вооружения и стратегии. В том числе - ракет и обороной техники. Если стране таковые нужны, эти горящие вакансии мигом заполнит серость и бездарность. Зато не голубые, как говорится. Конечно у Украины будет лучше техника. Вы бездарны, господа: эту войну выиграют не военные, а «мозговая свобода». Вы долго надевали свои вожжи и хомуты - поздравляю, лошадь встала.

...

Но ИИ способен кое-что изменить.

Он может анализировать не только опубликованные романы и утверждённые сценарии, но и любительские рассказы, игровые модификации, форумы, дневники, отвергнутые рукописи, черновики, письма...

Причём искать он сможет не техническое мастерство исполнения, а редкий смысловой почерк: способность соединять детали, создавать парадоксы, превращать простую основу в уникальный мир.

Так может проявиться прежде невидимый класс преэйторов — людей, которые никогда не стали бы профессиональными авторами, но обладают самым ценным сырьём новой экономики. От «pre” и криэйтор — первичные творцы, пред-создатели.

ИИ не только начнёт их нанимать. Сначала он обнаружит, насколько их много.

Здесь есть и опасность. Что искать? Если алгоритм настроят только на популярность, предсказуемый успех и сходство с уже востребованными произведениями, он превратится в самую эффективную машину культурного усреднения в истории. Он не обнаружит преэйторов, а зароет их массой контента.

Чтобы найти новое, систему необходимо научить ценить отклонение от нормы.

Новое разделение труда

Возможная модель творческого производства будущего будет выглядеть так.

Человек-преэйтор создаёт исходный парадокс, определяет внутренний конфликт, смысл, правила мира и критерии качества.

Например:

Русский мичман со свиным сердцем в тазу прячется в портовом борделе 1903 года в женском платье, пока молодой сыщик ищет код Фибоначчи на могилах в Пизе.

Нейросеть-исполнитель принимает эту искру и разворачивает её в вариантах, создаёт , сцены, концепты, игровые механики, черновики диалогов.

Преэйтор оценивает - поняли ли его идею?

Умение писать гладкий код, создавать типовые изображения или штамповать безупречные тексты дешевеет.

Когда производство практически любого контента становится доступным, ценность перемещается от производства к выбору:

• что вообще следует создавать;

• зачем это нужно;

• какое из миллионов вариантов содержит живой смысл;

• где пролез шаблон;

• от какой идеи нельзя отказываться, даже если она кажется нелепой.

Валютой будущего станет не просто креативность, а способность соединять несоединимое и отличать открытие от случайности.

Если вы способны мыслить парадоксами, не бойтесь автоматизации.

Нейросети вас не заменят.

Именно они вас и найдут.