Держи меня так высоко И никогда не давай мне упасть Держи меня Держи меня так высоко Чтобы прикоснуться к небу Еще один раз

прячу глаза...ты теряешься от моей серьезности...мы тонем в вязкой тишине...твоего моего молчания...
пишу тебе письма...их читают чужие глаза...два это уже больше чем миллион...не отправляю, пишу в твоих тетрадях - прорываются строки, не могу же я всё в себя спрятать совсем... и они теряются в сферах не бытия...
ты звонишь...мой телефон не доступен... мельком поцелуй мимо как то и очень быстро на прощание...
между нами вот уже 15 и 20 метров кило...
вытянутые рукава растяжек... располасованное квадратами небо...безвольно...тихо-спокойно тают огни ушедших поездов...затихли звуки в дали ими произведенных...
косматые травы надежно укрыты опавшей листвой...запах капель на стекле...размазанные следы на песке волною смыты отпечатки стоп...
вопросник открыт в поиске смысла...
записная перечень имен... книга потерянной памяти...обои укашают надписи телефонов чужих...
за воротом запах чужой а взгляд все тот же хмуро-родной...
светофор унылый постовой трехцветного времени отмеряет постоянство лимитами пропуска...
мозаика улыбок фальши...
лиловое небо спряталось в кустах... обняло изогнутые сосны в ожидании закатных лучей...дремлет...
мерцающие огни встречных...
сырые мостовые мостовые...осень...редкими лучами...ушедшими днями...опавшею листвой...
Моя любовь...
Взгляд скользнул по глазам, по тонким черточкам, взметнулся к челке, запутался в волосах, виновато вернулся к длинным, ресницам, к глазам, затуманенным инеем, пробежал по щекам и настороженно, недоверчиво опустившись к губам.. затих.
ничего лучшего в моей жизни уже не будет, потому что не сможешь убежать, спрятаться от самого себя, потому что не получится забыть, потому что не смогу иначе жить. без тебя...
И никуда от этого не уйти.
Никуда.
думаю твоими мыслями
вижу твоими глазами
чувствую как воздух
наполняет твои легкие
живу
Тобой...
растворяюсь...

Так сложно порой смотреть как вечереет и при свете фонарей пустеют улицы, там иногда мне видится твое лицо. Становится тепло и слабеют ладони, свет от луны на тебе. Беспрекословное да, оно повсеместно только при мысли о тебе. Мое прошлое оно так не значимо в сравнении с тем, что во мне сейчас. Иногда мне кажется, что скоро небо рухнет, от того что внутри меня сгорает, сжатого до размеров человеческого тела. И с каждым ударом сердца я где то ближе к тебе, с каждым словом и вдохом, что для нас двоих предначертан.
В этом городе так много улиц, я так боюсь заблудиться в них и еще больше боюсь что не увижу здесь твоих глаз. Вот это и есть высшая мера одиночества, когда в потоке случайных идущих людей ты пытаешься уловить знакомые черты или при движении по дороге случайно видеть любимое лицо, это как мираж или что-то подобное этому. И только когда я поднимая глаза в небо вдруг вижу путеводную звезду которая нас с тобой вела по ночному городу только тогда сердце замедляет бешенный ритм и наконец то утихает, перестает отдавать болью где-то под ключицей На сонный час, не сбивчивость дыхания.
Осень так нежна она так же обнимает меня за каждым углом, пряча от случайных взглядов прохожих. И несется мериада ночных огней, разгораются фонари и окна домов, я так бы хотел смотреть в твое окно и видеть твой силуэт, сквозь легкие шторы. Хочется замереть, дышать глубже, пытаться уловить хотя бы ноту запаха или толику звука из твоего окна…
Запах ванили в волосах, автобусы, дорога и так безумно скучаю по тебе, когда мы не рядом. Осенняя любовь она сдержана и последовательна как череда из твоих слов и поцелуев. Пытаюсь вдохнуть ветер на все легкие... А в небе то свет, то тень, как проблески, словно твое лицо, там где-то сходятся небеса и ангелы несутся на рассвете нового дня.

Взгляд с экрана ....


Я пишу светлые письма. В моей голове штормит градус и четкое понимание конца страха рождающего свет. С тобой я понял много и нужно. С тобой. В моей голове был кавардак размазанный кашой по стенкам сосудов, называемый мыслями.И я не понимал - кто я, зачем я, куда я и иду ли я, вообще. Я А ты находишь всегда, меня и мой выход входного пути засиял картинкам светлыми и показал сколько еще будет этих травмоподъемов. Только страшно нам страшно..слабые мы сильные, ибо нет у нас выбора не падать, ибо падать намечанно, чтобы вставать и идти, снова и снова. Ибо видим мы одними зрачками и твое отражение во мне рождает свет, а иные отражения, при всех прислушиваниях, не рождают ничего. Тут не до определений, так просто есть. Так просто-сложно и не случайно совсем. Мне не надо знать конкретику твоих больно, я ее уже знаю до. Мне до уже больно. Мне до уже плющит всеми стенками и я никуда не иду, никого не смотрю и не трачу свои уши. Мне просто и сложно весь мир становится углами и выход из своих совсем не значит выход.
Ты говоришь моим затянувшимся шрамам их причины, так говоришь, что я глотаю слезы и ищу себя, чтобы найтись в словах больше, чем понимаю, чем умирал. Какова цена такого понимания известная истинна. Нам с тобой. Тебе и мне. Мне страшно за такое твое больно, что так больно становится мне. Мне больно своей за твою. Они имеют одну суть и разницу в причинах, а по сути не имеют никаких разниц. И кто если не мы сами выжившие не хуже, чем после ядерной, четко знаем и видим, что это не конечное счастье, а только начало дороги к настоящему пути, по которому мы обязательно будем, слышишь?! Обязательно и единственно. Иначе..нет у нас иначе и путей назад нет. Понимаешь, как никто и никогда. Понимаем..ты и я.
А если, я упаду, то еще до ты подаешь мне руку. А если, падаешь ты, то до я уже тяну свои. У всего есть свои названия, но я не знаю, как назвать эти штормовые предчувствия безумными расстояниями, не поддающимся ни одним разумным и ведь никто не поверит, что такое имеет место быть. Так просто и сложно, без объяснений и нужных только вам причин. Сотням причин для вас и одной верой для нас, наполненной дыханием самого жизненно - необходимого счастья, просто быть и на своем пути.
А если, я упаду..я встану и пойду дальше, даже, если страшно и совсем никуда, если я.. у меня есть ты! и вера в наш путь, до которого мы обязательно дотопаем, снимем пару гипсов, что на память с любовью, и дотопаем босиком по небу и лысыми макушками в Прагу.
У меня, теперь, есть ты.. и до нашего пути я пару раз сломаю ноги, но встану и пойду, слышишь?! У меня нет другой веры, у меня есть ты! Мой космос штормит всеми до и после, всеми космическими - небесными и я не знаю как устроенна эта штука в нас, но настроенна она очень верно-четко-честно, головусшибательно она настроенна, совершенно поразительно и не имеет названий. И четко - нужно рисует весь путь до начала пути, и мы обязательно. Теперь есть мы. МЫ! Понимаешь? Знаю.
И если не я , если не ты.. ведь падая я не хочю другой руки, ибо твоя в моих отпечатках. У меня есть все направления и свобода на счастье, есть ощущения света внутри, когда у меня есть ты. Что после тебя я распадаюсь на сотни печатных и собираю все хочю мечтами в реальность. Что после я не умею хотеть не по новому смело. У меня есть смысл, только потому, что есть ты. Много это или мало, мне все равно, по сложному просто есть смысл дышать и быть. Много это или мало? Я с тобой..каждым дыханием, каждым страхом, каждой слезой, каждой улыбкой, каждой секундой..каждой клеточкой моей в твоей. Я не сдамся без боя..нет, мы не сдадимся! И никому не больно желать, значит знать все пределы счастья. А мы да..мы очень.
Спасибо тебе за то, что есть ты. Спасибо включает мою душу, сердце и всю мою жизнь. Спасибо, что Ты есть у меня. Спасибо, что я жив. Просто и сложно спасибо тебе.

Хочется растянуть белый флаг по периметру всего мира.
И по краям вселенной прибить гвоздями. Получился бы батут.
Звезды, что те же дети, подпрыгивали бы и звонко смеялись.
Хочется слиться вечным поцелуем и забрызгать всех кто не смотрит на небо. Потому что небо смотрит на всех. Непростительно забывать главное.
Существует один вариант Счастья. И когда небо падает под ноги ожиданием в тысячи лет. Тогда простительно всех про себя, что не смотрят. Смотрят ведь. Только вечно под ноги. Под ногами - небо. И они его топчят вечности. И даже, плюют. Напрямую и нет. Сами не зная этого.
Я улечу на другую планету - без названия, еще так глупо не купленную. И буду прыгать на батуте и звонко смеяться. Звонче всех. Моя левая, наконец, подружиться с правой. И меня так залюбят звезды. Я знаю, они ждут меня уже тысячи-тысячи лет. И скучают подмигивая.
Вот сейчас, сквозь разбитый фонарь. То тут. То там.
Они изрежут мои ладоши, все мое тело. Все вдоль и поперек. Но мне будет не больно. Пускай, даже, будет идти кровь. Я буду любоваться ее цветом. Таким ярко алым, густым, с капельками солнечных зайчиков в днк. Они узнают, что это воздух. Я им все-все расскажу. Просто потому что надо будет о чем то болтать и не думать. Ведь они и так все наизусть, но будут жадно внимать, добро улыбаясь и расспрашивая. Их очень интересует Море. Больше всего. И еще Любовь. Каков их вкус и запах. Будем болтать ногами и рассветами, постепенно забываясь коктейлем из наших звонких голосов. И только один человек, там далеко домой, - услышит. И мне хочется верить,что это будешь ты.
А когда будет дождь и я окончательно видоизменюсь звездой, то родятся снежные котики.
Нет, не морские, а снежные. Потому что морских я спрячу своей сверх любовью и подарю всем снежных, но только тебе. Тогда над твоим домом раскинется радуга и никуда не уйдет от тебя. Даже, если ты в самолеты. Те, что в полнеба и белые. Она будет всегда там, где ты.
Ее прозовут чудом света и будут водить экскурсии толпами. Только ты поезжай тогда непременно, где люди умирают от голода или туда, где замерзают на улицах и не хватает всего-всего. Там только воздух бесплатный и то в строго отведенных местах, а рядом с некоторыми дышать не хочется, но только они думают отчего-то не так. Ты поезжай туда, если решишь, что устанешь, что не так все, что вечно холодно, даже если нет. Это ведь не в видимость никому. А моя радуга за тобой. Ей ведь не дано других заданий. Только - ты. И они защелкают ее фотовспышками, пустят эфирами, через космос. Я прослежу за спутником разведкой, чтобы провода не путались недосмотром чьих-то рук. И люди перестанут умирать от голода и замерзать поворотами,остановками, и даже, под дверьми, за которыми кто-то считает калории и ест финский хлеб.
Взять бы где такой платок - белый-белый, чтоб укрыть все головы наизнанку вверх.
Поднять всех высоко-высоко. Навстречу небу в скомканных снежинках от совсем не дыханий. Совсем наоборот - наобороте - дыхания вниз и головой многовековой усталостью.
Залепить всем глаза снегом. Вставить по снежинкам в зрачки.
И тогда все, наконец, ошеломленно увидят, что структурное сплетение снега - это и есть верх эволюции. А вовсе не они. Они бы, конечно, перестали потрясаться в скором времени, когда бы замерзли. А это скоро совсем, если воздух состоит из иголок. Они бы начали бить себя в грудь своими правдами, как только бы кончили. Это же как же так?! Это же не может быть?!
Высшее звено болтается у кого-то на ключах от сейфа, где в стороне контракты и много
сказок про Любовь. Но только это тоже тайна. Я расскажу ее, наверно,только тебе.
Когда будет совсем-совсем темно и луна случиться много круглой, а ночь стеной из дождя и тумана. Я буду самой яркой звездой. Даже, наглой самой. Упрямо лезть к тебе в окно, задувая ветром, который мне вернейший Друг. И еще, звезды - преданные.
И левая. И правая. И я буду шепотом и тишиной. Петь тебе песню сквозь ветер. Оседая на повороты ресниц соленным запахом. И если прислушаешься, то услышишь шум волн и крики чаек. Так ты узнаешь меня. Когда я буду звездой.

Бесконечность...Если бы не было так горячо, я бы никогда не узнал, что все еще теплый. Сдавливаю виски твоей кожей, чтобы не разорваться на части. Сдавливаюсь тобой и перестаю бояться. Необходимость исключить лексикон не пугает, а исключить из него пару слов не та необходимость, что исключает их безналичность присутствием. Ты не сможешь понять, если бы объяснил. Многоточие и есть те же точки. Одна заканчивает другую до бесконечного конца. Объяснить себе исключительные больно страшно, так же тяжело, как и сделать их пониманием. В ситуации исключающей саму цель, есть важное - объяснить себе, т.е мне, т.е. тебе, т.е. себе, т.е... На меня напала тоска узкого подоконника и ей хорошо, а я прячусь белыми батареями и мне не очень. Сложность не в очертаниях, а в их изгибах. Если положить запах на ночь в траекторию пульсации ночного воздуха,то можно сделать одуряющим свой сон. Если положить в ящик в кровать пару крыльев пары Ангелов, то можно сделать сладким свой сон. Если до не выдержав даты померить одну пару, то можно лишить свой рассудок всякой вменяемости, а сон случится сойдет с ума и эротический намек будет намекать всеми ночами с удвоенной силой. Прячу рассветы. Прячу крылья, по паре в календаре. Прячу туфли, чёрные. Прячу море, баночками, галькой, ракушками. Прячу мысли, альбомными. Прячу запах, кожей, полетами. Прячу смелость, календарную, теплую. Прячу тебя, Ангела, Гения. Берегу. Никому. Кислородом. Мне. Скучаю. Очень. Громко. Сложно. Тихо. Прячу. Тишину сентября можно взять руками и запоковать в самую чудесную коробку. Самая обычная коробка станет волшебной. Ты спросишь меня - верю ли я чудесам? Я посмотрю в небо. Знаешь, я гениальный упаковщик самых обычных коробок. Мне говорили, а я верю - вижу и чудесам, тоже. Случайные не случайности пропитаны чудом и я не могу не верить, у меня нет на это право. Я делаю самые обычные коробки гениальными. И не спрашивай меня как, я просто беру и делаю. Делаю для вас..нет, делаю себе, чтобы сделать себе очень, а вовсе не для прозы моей гениальности. Ты возьмешь меня за руку. Я возьму тебя нежно. Я сознаюсь, что где то я параноик и что не знаю где я. Решено было штопать откровенние. Ты сознаешься, что где то ты тоже и тоже не знаешь. Еще так много знаешь предстоит узнать. Еще так много не может быть, но так есть. Еще так много удивляю свои поражения. Еще так много хочю пережить, как в первый раз, как с нуля. Обнулим все счетчики и заправим радары. Так много первых раз. Стереть всю память и промечтать мечты. С тобой так. Ради тебя стоит. Слишком много не может быть, слишком цепко ценно все дыхания. Прячу главное, важное, ценное, мое в тебе. Прячу. Сплю. Хорошо. По-разному. С тобой. Со мной. С небом. С морем. Без маечек - не спасает. Без границ - по безумному. Строчными - проводами. Мятыми - простынями. Рельсами - самолетами. Часовыми плюсами - на мои тебе минусами. Не сплю. Хорошо. О тебе. Рассветами. Поцелуями. Глубже-нежнее. Еще и еще. Мыслимыми. Нужными. Настроениями. Радарами. Честно. Курю. Думаю. Много. Притяжение - Путь - Вера - Ответ. Путь - Способ. Ты - Гений. Точка. Абзац. Говоришь - таю. Мне нравится. По разному. Сходить с ума и четко не сходить. Путь. Светлый. Мы. Верно. Четко, честно. Крылья, в небо, под кроватью жмут вены. Верю. Жду. Смело. Сжимаюсь. Нежность. Чувства. Больше. Значат. Прячу. Жизненно. Дышу. Больше чем и еще больше чем. Тебя. С тобой. Все время. По-разному. Каждую секунду. Каждую клеточку. Прячу. В тебе. В себя. Светло. Бесконечно. Да. Голос. Всеми звонками, через все позвонки. Жду. Таю. Дышу. Прячу. Дышу. Главное. Ты. Мы. Не понять. Никому. Не надо. Главное. Берегу. Очень. Да. Коробка полосатая. К тебе. Там много. Все очень. Исключительно. Жизнь. Дышу. Главное. Расскажи как. Знаю. Трачу. Силы. Слово. Верю. Буду. Прячу. Билеты. Апрель. Не люблю. Но буду. В Мае. Очень. Смелость. Не может. Уже. Счастье. Антенны. Крыши. Топать. Плавлюсь. Сказки. Мои любимые. Твои. На ночь. Утро. Во мне. Все. Глубже. Леденцы. Мятные. Холод. Губы. Без краски. Влажные. Прячут. Нужно. Небо. Море. Бумажными. Сны. Снятся. Взглядом прячу...

Круг...Я пишу кровью на небе. Ты талантлив... Так говорит, одно нежно-душевное создание.
Простое наше гениальное. Последнее всегда гениальное и о нем долго помнят. Гаммы, нотты изучены на совсместном уроке музыки и прописаны в небо. По прописи - третья группа, резус положительный. За фантазию - не банально. По подборке комзиций - лично.
Я больше не хотел бы влезать в твою голову и думать твои мысли. Я хочю , ибо знаю более, чем желаю.
Будут крылья. Будет в небо.
Понимаешь, когда человека нет и его присутствие выглядывает отовсюду острым отсутствием. Штука такая же режущая, как и болезнь.
Вот, Друг же болтает с Энштейном, а он изобрел чудо-пилюли от тоски. И мы же в это верим, что дело осталось за малым - переболтать с Менделеевым. Это не сложно и не легко. Есть четкий адресс и мы по нему следуем.
Сквозняк продул мои легкие и вышел замуж за душу. Ну, это тоже ничего, дело то за малым и будет всем не продуваемо и будет всем хАрАшо.
Тем кто думает, мои безграничные уважения. Тем кто умеет не думать, мои не скромные удивления. Дадите мастер-класс? Лечу в любых направлениях лечиться. Люблю лечится у разных врачей. Залечат так, что ищешь новых по выкалечиванию старых.
Всем, кто думает, что меня знает и тем, кто думает, что точно меня знает, увидев пару раз, спешу сообщить - идите Вы, пожалуйста, рядом дружно на небольшую легкую прогулку с эротическим уклоном. Идите-идите не оглядывайтесь, не спотыкнитесь о холодные остывшие и не надо возвращений и никому не нужных встреч. Повяжите только шарф теплый, ибо ваша прогулка затянется на вечное долго. Наденьте варюшки на пальчики, ибо без пальчиков вам не проделать всех ваших истинно-светлых намерений. Всего вам чрейзвычайно эротичного и доброго. Я пою веселые песни, а грустные поют себя сами.
Где то моя любовь к перфекцеонизму дала сбой. Количество теряет качество, а качество идет на убой.
Сегодня в чёрном, и очень идет, тебе любовь. У тебя есть выбор - верить мне или нет.
Чужие даты сообщают о новых моих. Сообщения телефону пишет его совесть, чтобы уравнять непринятые к принятым. Но это не любовь. Любовь имеет свои цифры, так же верно, как и меня.
Моя любовь перфекцеониста, я напротив, вы с мечтами на полу. Мечты курят не сигареты и выносят мозг. Мне вкусно, вам приятно, такая история задурит кому угодно все подкорки.
"Любовь под гипнозом исхода. Внезапно, становится вечной и мертвым идет к лицу."
Слова такой пустой звук, что даже не страшно за такой жестокий урок, ибо все выжили, даже если шрам на руке не первый и под часами. Часы на руке не первые и под шрамом. Замыслить банальный итог. Замыслить. Будет время залечу, непременно.
А слова любви, случается,обозначаютмир...Прими за факт все звучные.
Я два часа огорчался над потерянным запахом,
Не понятно, когда вдруг стены перекрашивают в такой же невразумительный цвет, что и до, только на пару недель свежий, хороня под слоем краски привычные наскальные творения.
Кто-то пишет новые песни, сейчас, вот в эти секунды. Кто-то в тени с волками и ждет меня завтра, на утро. Я обязательно буду и даже писать письма. Залечивать раны на север, на юге сгоришь и не близко. Меняю кровь на чернила, меняю лица на песни, меняю память на итоги , учу гаммы и учу не меняй меня.
Глагол давит спину и бьет очередностью немощных гласных - приходи ко мне! У меня для тебя пожар из колючих соблазнов. Приходи, накормлю тебя нежным углем и нам будет спать на нем страшно. Да, знаю, что мы навеки вдвоем . Мне хорошо. Я поджимаю коленки . Я нежен, как персика мякоть, я сразу уснул. Не успев заплакать.

Квадрат комнаты...Я - это я. Местами, обрывками, отзвуками, поворотами, направлениями, отсутствием, пузырями на лужах, жухлой листвой, Тобою, холодом трамваев, словами, тишиной, памятью, немением десен, провалами ,запахами, воздухом, не смелостью, дымом сигарет в моих легких, жжением глаз, паутиной, забытостью речи, снами,лужами, дорогами белыми, таблетками,соленной с камнями гладкими,не возвращениями и не ответами, потерянной событиями, я не помню.. но я - сложно и просто я.Сохрани меня, ладно?
Только, вот виднее потерянность внешнего, а не отсутствие внутреннего. Можно измерить сантиметрами, взвесить кг., потерять размерами. Простая арифметика. Сложность - в совершенной не считаемости, и без того хрупких 9г - они говорят, душа именно сколько весит ...
Как взвесить пустоту? Как измерить эти пропасти, имени встречи? Как долго ждать, и услышишь ли вообще, стук камня о дно? А дно есть? или там море?
Врятли. Море умерло в Августе, и наоборот. Ты знаешь ответы? вот и я - нет.
Любому порядочному уравнению полагаеться равенство. И не порядочному , тоже. А у меня углы обрывами, порядочные вполне.
Совсем, не математик я. Не дышу я этими цифрами. Не верю в бездакозательность аксиом. Имею право на веру- только граммами. Мне можно, ведь к счастью, совсем некудышный из меня математик. К счастью ли..?
Мне казалось, уравнение. Может быть вместе. А вышло, что я. Снова аксиома.
Граммы еще не все растерзанны, не по всем углам растащенны. Но их, уже едва ли, из пепла. Из пепла, вообще ничего, только в холодную, на удобрения.
Зарой поглубже и помолись за меня. Отведешь на место, когда рассветами спрячусь, помолимся вместе. Отведешь..?
По уравнениям - незачёт. Но больше, никаких перездачь.
В моем уравнении, всего два неизвестных. Мои правила совсем не подходят. Новых не хочу. Себя не жаль.
Уравнение выйдет при всей нЕправельности наших правил. Не верю прописанным аксиомам. Ведь, моя вера - граммами.

Я по привычке две сигареты. Я часто курил с тобой. Стряхни пепел с глаз. Возъми мои легкие. Отпусти воспоминаниями. Упущенное время. А ты скучаешь?
Фальшивые мысли. Не звучные фразы. Не убегай, когда снег начьнется, вдруг я буду впереди. Мне не хватает легких. Мне очень тебя... Я скучаю.
Босыми ногами, на самом честном, ведь с неба хлопъями, в белой, чужой рубашке. Ты найдешь меня? Я разбинтую вену и оставлю следы. Буду от меня до тебя. В твоем окне будет совсем не пусто, но темно. Во мне, богровыми реками, нежными течениями, много всего. Я лягу, в твоем дворе, на скамейку и растекусь к тебе, по этажам. Ты утром будешь спешить. Ты делаешь, это не торопясь. И может, переступишь боль, не заметишь яд, и..быть может услышишь запах..и вспомнишь меня. А ночи ,со снегом, длинные и холодные. Я растекусь и застыну, пятнами, без лица. Я два флакона себя и твоего любимого. Я буду в воздухе прочно. А ты сойдешь с ума и потеряешь направления. Найдешь меня с рассветами. Быть может помолимся вместе. Если ты найдешь меня.. Если все еще тот же квадрат - этой самой комнаты... Спаси меня....ладно?Квадрат...

Земля вокруг, несётся ветер магистралями по улицам...Я целую тебя в лоб. жмуриться и пахнет снами. не может без меня спать и есть, замирает от каждого прикосновения и манежный мотор не заглохнет, если заглохнет мой. Нам бы просто научиться спать и есть без меня, если вдруг меня не станет. научиться, хотя в это и трудно поверить, но мне уже нет. Уже нет. манежный мотор звучит с такой силой, какой не приходилось никогда втречать. И да, скорее не будет меня, чем он заглохнет. И да, я буду не здесь молитвами, дабы он звучал вечно во мне, для других второстепенных. Его никто не оценит, но будет поглаживать тщетно надеясь на силу твоей любви.
Слишком тонкая кожа, слишком холодные руки. Находи во мне себя. Слишком тонкая кожа, слишком горячее тело. Я нахожу в тебе себя. Разрез глаз и изгиб шеи - на двоих.
Рваные мысли заканчиваются глухим выстрелом в сердце.
Я очень люблю руки. Изгибы и косточки. Руки, которые очень люблю очень мало. Кто то фотографирует ноги прохожих, на старенький Зенит. У меня нет даже старенького, а появится, буду фотографировать руки. Много рук черно - белыми.
Меня ужасно волнует сама их суть. Можно взять за руку, можно взять в руку, можно отдать тепло и получить взамен. Из миллионов не снятых мной кадров будет всего несколько стоящих готовых перевернуть мир для меня. Из бесчисленно выкуренных сигарет разными руками, будет всего несколько достойных моего внимания. В колечках и не очень, накрашенных и нет - не важно, они такие, чтоб хотелось разрешить им больше, снять отпечатки и поцеловать в душу.
Когда не мои руки впиваются в мои джинсы - я послушно отдаюсь их ощущениям, позволяя им все. Я выбрал этот почерк и любовь. Ты снимаешь с меня одежду, проводишь пальцем по всем изгибам, целуешь косточки, медленно, жадно, впиваясь с остановками. Я не дышу или слишком. Ты пишешь на моей груди руками и языком свои повести, кусая не прописными знаками. Тянешь.. Само слово вмещает в себя слишком небесное и душевное, чтобы его обесценивать. Отныне всё вмещает меня, ибо обесцветил его собой, на все вечности вперед. Но не обесценил, поэтому табу.
Больше не хочу, Так больше не хочу никому. Оно для тебя и для меня. Храню в себе сотнями замков. Никто не стоит, да и не мне выдавать стоимости.

Моя лысая кошка слизывает меня глазами и прячет в себя покоем. Я завидую ей, такой спокойной и теплой, всем ее косточкам и чему то в огромных глазах, чему то что мне никогда не постичь.. О Любви, она знает, определенно больше меня.. О любви много знает она и земля...

 

Прикосновения становятся плотнее.Горячими пальцами по поверхности ладоней к внутренней стороне–вверх.Цепляюсь за твои вены.Я теряю рассудок... По серым блестящим лужам движется огромное бордовое сердце. Оно сжимается и разжимается, и звук его вибрации наполнил весь перекрёсток, дрожат стёкла в рамах. Ты можешь выглянуть и посмотреть, как огромное сердце вместе с потоком машин направилось на запад города, как оно исчезнет за поворотом, расплескав бусины влаги из луж. Но глаза твои цепко уставились в монитор. Струятся тонкие нити моих ароматов на твоём теле, сквозь стенки видно, как в сладком головокружении мелькает моё лицо в твоей памяти.
Я лежу на полу и мёрзну, всё думаю об этом сердце. А тень моя, моя глупая, радостная тень пляшет по стенам, беззаботная – её ничего не волнует, ей безразлично всё, кроме тебя и того что будет с нами обоими – она бросается одеждой, ей жарко. Я осторожно подбираю чёрные тряпки с полу и укрываюсь ими: мне холодно, и я чувствую, как внутри с стеклянным хрустом отрывается и летит в удушающую пропасть что-то.
Эти ночные походы выводят меня из равновесия, и я немного злюсь на себя, за глупости, за то что пока не решаюсь, потому что очень боюсь тебя...Но я лишь тень. Хрупкий собственный двойник. Я поднимаюсь с пола и иду на кухню, тень следует за мной. У окна мы останавливаемся и, обнявшись, курим одну сигарету на двоих. Я больше не могу различать, где я, а где не я… Всё превращается в безглазое, безголосое пятно. В центре оно тёплое, а, растекаясь, остывает. Постепенно – отмерителя времени больше нет – я полностью таю. Фотовзглядом тебя глубоко впечатаю в такую же, как мои нервы, чересчур чувствительную плёнку. А потом внутри всей моей головы на бельевых верёвках развешанных сушить тебя стану. Несводимые к общему знаменателю, давным-давно в одну мельхиоровую ложку слипшиеся. Мы. Потеряться бы рулонами плёнки проникновения… Выброситься с моста недописанным сценарием ожидания. Любовь – это мой дар тебе, до уровня интимности.Что же ты, запутавшись в трёх поворотах собственного сознания, не можешь развязать узел впечатлений? Будь смелее чем я...действуй...
Да! Я люблю тебя! Люблю! И думаю о тебе каждую ночь! Каждый день! Я люблю тебя! Каждая секунда моей жизни заполнена любовью, мыслями о тебе, воспоминаниями и мечтами!

Во мне плавная тишина. Такая крепкая-крепкая. Смирение заучиваю по пунктам.А Тебе рассказываю все то, что априори -лишнее.

Я научился умалчивать- о звенящем. Слова, слова. Их можно бессвязно разбросать по номерам телефонов, искусно расчеркать по стенам ветхих домов, вкрадчиво разложить по конвертам с пометкой \"срочно\", бездумно расплескать по (о)сознаниям.Их можно четко запомнить, как и размазанно - забыть. Все это не-составляет особого труда. Слова не-оставляют узорчатых шрамов на мягкой коже.Для кого-то я - запретная тема.У кого-то я - некоторая тайна.Кто-то меня кому-то - запрещает.Кто-то меня из кого-то - вытравляет.Одни меня порочат - перед другими.. Третьи - пытаются скрыть.Не-укрыть! Мне их жалко. Ведь - унизительны. Всегда благодарен сердцем тем ,кто отстаивает меня - перед всем. Признак - личности! Отплачиваю - преданностью.И Любовью.

В Любви же нет ничего дороже вечности касания - жадным вдохом по виску, сомкнутым обхватом ключицы, крепким сцеплением рук, плавным течением по траекториям губ, изумительным, безмолвным проникновением Душ - друг в друга.

Слова в Любви - горсть пепла: имеют свойство просачиваться сквозь пальцы, и опять ладони пусты. Слова - лишь оттенок Любви
Кто истинно Любит - тот обязательно будет рядом. Сквозь всю сладость фатальности, чрез все огромные океаны и северные ветра.
Вся явность Любви - в присутствиях: за столами, у стен, под пальцами.

Мое внутренние личное- наступило на меня сегодня.Причем, так нежно наступило - на самую Душу. Признаюсь: вдохнул глубже
волнистое, цветное и трогательное - счастье.
Когда-то, в одной из прошлых жизней - я Любил Тебя!Именно эта мысль меня пронзила, когда в городе был дождливый вечер и Люди за окном куда-то спешили - от кого-то - к кому-то. Мы еще не-успели заговорить, ты не успеваешь войти! - я уже все для себя решил. В тебе чувствуется широта степей - на тихом таком, сердечном уровне. Цвет ауры у тебя - белый, снежный - кристальный. В характере виднеется - размашистость высоких и крепких гор. В движениях - вся стать тысячилетней породы. В руках - обжигающее тепло. В глазах - сама нежность Души! Разноцветная такая.
Вздоргнуло ли Твое Сердце, при виде меня?! такое его движенье напоминает мне первую минуту души после смерти: неприютно и нежно.
И через меня-мыслью: Вздрогнуло. На равне - с твоим.И я чувствую Тебя – близко, уже совсем близко… И я хочу быть с тобой. И это так просто. Остальное – миражи…
Зачем мне дано познать тебя так ? Чтобы – я не мог теперь жить – без Тебя?

В тебе сливаются много - ликов (те которые я носил раньше ).Твоя ладонь - дорога нескольких Судеб. Ты в обречённости - на мощнейшую Любовь - моей безмерной Души - творение. Моего Сердца - кипение. Где-то я не-долюбливал, в ком-то -умирал, с кем-то - воскресал. В тебе же я - совершенно не-произвольно! - заключаю всю возможную сочность моей Любви. Щедро начиняю тебя пышной нежностью, не-растраченной, не-выданной. И благославляю на самое крепкое здоровье - чтобы вынести меня. Испытать весь напор Любви - мой дар, который мне же - в наказание.
Это редкий дар - чувствовать так глубоко и тонко как я, но это и редкостное наказание.Уверяю Тебя!
Есть дары – что в наказание.
Назову тебя моим самым отчаянным выплеском Души - ни разу не-преувеличив. Ты веришь мне. Слишком - веришь. И я не-предам.

Каждый твой взгляд на меня - обжигает, стыдит, заставляет прятать - свой. Ты - моя тяжесть души. Ты ничего особенного не-делаешь, именно поэтому и тяжело. Украдкой смотрю на тебя - и холод по коже совершенно не-подстать моей бледности. У тебя ко мне на сердце то, что может объеденить, сплотить, уберечь нас обоих. жалеешь меня по линиям лица. По изъянам Сердца- жалеешь. Я очень очень тебя - Люблю! - схватываешь за Душу. - Тебе будет трудно со мной.
А если ты все-таки, когда-нибудь - решишь полюбить меня, то ищи меня по адресу: Небесная область, город Любви, Рассветная аллея,ул. Ангелов, дом Нежности. Ты меня быстро найдешь - там, в моем городе пахнет Любовью.

Кольцо еще ношу на правой -обод мизинца, что сдерживает во мне порывистость - там сила всех ветров... Да?!
Все, что было потеряно, казалось бы безвозвратно, мне возвращают. С запахом прощения.
Спасибо.

В моём взгляде все сосредоточие бесконечности, вложенное в припухлые обводы под глазами, разбросанное по форме бровей и узкому рисунку верхнеей губы. при поднятом вороте пальто:
Люблю смотреть тебе в глаза но только по отрешенному профилю: Люблю по выраженным сухожилиям запястий:
изучаю линии руки - подстегнуто.
Люблю тебя в тихом голосе по громкой тишине: широта Сердца, тонкость, кристалльная нежность, Гений, родство, боснословная сила... А за окном проносится город.Рыжий, тусклый свет коридоров... Любовь.... ядом.впитывать её пары кожей... оближите губы. этой ночью я был там.
..не оставляйте меня. низачто!.зачем я Вам нужен? Какой от меня прок? Вы здесь,а я там...Все присутствия - лишь условности. я не могу жить без Вас. я Вас.Люблю.Ваш точеный образ на плоскости фото.
Если бы сам Дъявол, насквозь пропитанный пламенем, подсел ко мне и, со своей чарующей улыбкой предложил сейчас же отдаться ему в бесконечное рабство- взамен Вашему 5-минутному присутствию где-то на другом краю помещения - безусловно: я согласился бы.
О, возрадуйся недруг мой - великий грешник я.
Изо дня в день, из вдоха - на выдох - грешу.
Начиная с наплевательства на какие-либо ритуалы, заканчивая тщательной уборкой - в святое восресенье - грешник.
Поддаюсь очарованию Дьявола - вместо благословения Бога. Бракованный мучительными неврозами, способствующие мигреням Души - грешу. Чаще думая о смерти, а не о жизни - грешу. Отдаваясь повсеместной Любви - слишком грешу.

О, возрадуйся недруг мой - великий грешник я, но с огромной верой в прощение Бога.

Увидеть Вас, хотя бы вдалеке - и умереть. Кажется - большего я не желаю.
Я вчера отчетливо вспомнил, как губами следовал по твоему виску. И это была не картинка - передо мной возник запах твоих волос и на губах сформировалось прикосновение к твоей коже. У меня есть огромная тайна к тебе, которую я беспристанно сглатываю от всего.
Все это случилось ночью. А на утро я обнаружил, что кольцо спало с моей руки. Все дело в ободе на мизинце.Конечно. Отсюда-связь. Я куплю себе новое - плетеное и серебряное. И что-то оборвется.
Только моя величайшая тайна мешает мне отвоевать тебя у всех и вся - поверх условностей и предрассудков. Разве совесть может быть - предрассудком? Понимаешь, ты из всех - настоящей.Тем, кто просто был со мной - рукой в руке,потому,что Любишь.
"Здесь только небо и фатальность".По кругу. По внутренней стороне руки - по венам.
Просто слушай и ничего не говори. Я сам все знаю.
Это — итог двадцати четырёхлетней жизни: что такое любовь? Все? — нет; часть жизни. Я дня не могу прожить без любви, но я ни за что не скажу: любовь — все, иного нет смысла. Есть смысл. Есть масса смыслов. Солнце. Море. Вино. Путешествия. Одиночество. Игра. Философия.»
"Когда меня Любят, я нагибаю голову, не Любят - поднимаю"...Дым, дым и дым...

Я Люблю тебя всеми бессмертиями миров.

Свети моя звезда... в двух небесах, на ночном верхнем и на дне фонтана в воде. Есть дни когда чувствуешь кого то особо близко, слышишь, как двигается чья то душа- это как чувствовать особое родство... такая небесная превязаность , через ту самую путеводную звезду...

Что-то внутри меня скользнуло вниз - далекое, прошлое, забытое. И ощущаешь себя частью чего-то, так и не найдя своей основы. Порой меня называют фантомом, призраком чужих судеб. Но никто так и не осознает, что ты лишь ищешь свое счастье. Это так просто и ужасно банально, и порой, я сам улыбаюсь при мысли об этом…
... А если найдешь, то… Что будет тогда?.. Этого ты боишься – потерять, то чего еще нет. Конечно же, всё очень глупо, сам не понимаю многих вещей, ищу ответы не задавая вопросов.
Сейчас сижу над бездной, свесив ноги, ты играю со смертью. Улыбаюсь мыслям о том, что судьба в моих руках. Меня забавляет это – личная свобода, новый уровень адреналина в крови. Это так занятно и неоднозначно, находиться в шаге от смерти.
Но отхожу от края обрыва – закрываю открытое настежь окно. Невероятная сила заставляет меня вернуться в пустую квартирку. вздыхаю с облегчением, будто что-то спасло меня…
Наверное, плохо отдавать свою жизнь в руки одному человеку и жить для кого-то, но… ты
А вы когда-нибудь боялись умереть ... опасались однажды не проснуться?.. Было ли так, что останавливалось сердце, и ничто уже не могло спасти? Каково это… смерть от любви, провал в неизбежность?..
...А я умирал. Поэтому и знаю о чем говорю, ища отголоски себя в чужом сознании. Я, как радиоволна, проникая в ваши мысли, оставляю шифры непонятной чужому разуму информации, как импульс энергии, летящий по проводам в бесконечность.
Но ведь я жив!.. Хотя и умерл давно… Моя нежность, воплотившись в боль – бесследно стерла меня из картотеки жизни, а затем, что-то более сильное вернуло в мир людей. Отголоски памяти – тонкие нити прошлого, оказались прочнее, чем мне казалось… и я снова на старте, и снова мне придется пробегать эту эстафету… последним… А затем еще и падать, разбивая ноги в кровь… подниматься, наступая на мозоли, упираться в грязную землю холодными руками.
… И снова старт… пока старое чувство не настигнет меня, до тех пор, пока оно вновь не подойдет вплотную, не обнимет, не… Я не отворачиваюсь от него – зову его, протягивая руки, цепляюсь из-за всех сил, как путник, вновь обретающий дом. Я притрагиваюсь к нему и плачу, вновь и вновь прижимая к груди, сохраняя тепло каждого вдоха.
… Не оставляй… не забирай… не уходи…
А затем возвращается боль, давно обогнавшая меня. Она думала, что я мертв, но нет… Сильным порывом ветра она выбивает родное, вернувшее меня к жизни чувство – любовь, как прокаженный бродяга, отползает, отпуская согретые ей не так давно холодные руки…
… Но я не хочу больше смерти!.. Я не вынесу очередных мытарств боли!.. Но любовь не дает мне оплакивать это… Она поднимается с разбитых колен, на босые ноги, отряхивает, материнскими руками, пыль …
И я снова живу – любовь все прощает и возвращает меня, но уже не на точку исхода, а куда-то дальше – туда, где никто не сможет причинить мне боль. Оставляя меня среди руин чужих судеб, любовь обещает вернуться, возвратиться ко мне, когда я отыщу, что предназначено мне,то, что, обретя потерял, сделав еще чью-то жизнь пустой.
Может тогда боль перестанет искать меня, убивая любовь? Все прекратиться в тот момент, когда моё существо устанет блуждать по свету, ища осколок себя, рисуя чужие судьбы, а вернется к незавершенной картине, к той, что, цепляясь за любовь, все-таки оставила частичку его на осколке сердца.

Я Никто живущий Нигде и пришедший из Ниоткуда... Ты помнишь меня? Я твоё Божество блуждающие от любви до смерти. Подними глаза полные угасших страстей… посмотри на меня! Может ты узнаешь во мне себя? Ты ведь тоже моей породы. Не помнишь уже… так написано с твоего рождения в этом мире, твой приход в этот мир озарился той самой путеводной звездой - новым взрывом далеко во вселенной... Люди, лишенные совести их не увидели, а я да. Я ведь с рождения был рядом с тобой, даже до того, как тебе дали имя. Вспомни, как звали тебя до прихода сюда? Но ты снова не слышишь… Имя, родившееся само по себя в уме твоей Матери. Знаешь, что оно обозначало в твоей жизни? У тебя была иная Судьба, но ты изменяешь ее, тебе захотелось плыть с теми, кто знает больше Истины, но разве такое возможно? Твое имя значило «ведающий всем миром». Ты был подарком неба, освящающим жизни людей.
Но ты выбраешь ее, безжалостную и бесконечную Бездну этого мира. А я…я всегда был рядом с тобой, а теперь не могу, мне пора. Я прятал тебя от безжалостного Солнца, когда тебя выбросило Судьбой на берег Жизни, защищал от дождя - беспрерывных слез, во время ливней. Теперь я не нужен тебе, ты отрекся от того, во что мы верили…
Ну же… посмотри на меня, на Никго из Ниоткуда, скажи мне где наш Дом? Где же то место, в котором я обрел смирение и кротость, кто подарил тебе спокойствие?
Кто дал тебе вечную Жизнь и вселил любовь в невинное сердце младенца?

Пока сияет самая яркая Звезда и небо укрывает Землю, до тех пор пока я буду достоин милости… все это время я смогу пройти рядом с тобой, моё потерянное Божество…

Сегодня я наколдую себе тебя, и буду заниматься с тобой.... заниматься с тобой всем, что только придет мне в голову. мне? ну да, сегодня я буду повелевать, а ты - подчиняться, и вовсе не потому, что я буду изображать Господина, а ты... хотя... хотя с таким телом на невольничьем рынке тебе не было бы цены. но меня не волнуют серебряные и даже золотые монеты. меня волнует мое тело, моя кожа, мое дыхание и мои желания. сегодня я хочу, чтобы они осуществились...
я попрошу тебя одеть ароматное и красное а лучше просто обернуться огромным куском красной вуали... встать передо мной и опустить руки вдоль тела. полуобнаженный силуэт позволяет любоваться тобой, наблюдать, как отражается яркий свет единственной лампы от удивительно гладкой кожи плеч, лопаток, живота... жажда впитать это тело глазами, я завязал бы их себе, и впитывал бы его пальцами. но жажда слишком сильна, а через пальцы она утоляется куда медленнее, чем через глаза, через рот, через...нюх.
я хочу задействовать все средства обоняния и осязания, чтобы прочувствовать тебя, впитать тебя в себя, попробовать на вкус и ощутить, как твои запахи и пряное послевкусие будет путешествовать в моей крови, под моей кожей.

пробежаться губами, а потом пальцами по твоим рукам, предплечьям, плечам, тронуть завитки волос, на затылке.
едва касаясь изучать вкус и запах кожи,
я трогаю губами волоски на предплечьях, я прихватываю их, дурачась, зубами и тяну... ты, как я и просил, стоишь, не двигаясь. и ждешь... ждать тебе придется долго - я не желаю торопиться. я страстно желаю тебя, воспаленное страстью воображение рисует яркую картину - мы начинаем наше совместное движение. движение от которого кружится голова, от которого смешиваются в одно части света, помещения квартиры, прошлое, будущее и настоящее. воображение буйствует, но я не хочу торопиться....
я хочу узнать о тебе все. все, что только можно получить при помощи языка, нюха и кончиков пальцев.... я встаю из кресла, оставляя его раскачиваться вперед-назад, вперед-назад, и обхожу тебя, медленно, не касаясь его. я дышу носом, едва слышно. я прикрываю глаза... я впускаю тебя в себя сквозь поры кожи.
прятать тебя в себе или заполнять тебя собой. много аспектов очень простого действия.
я не люблю простоту.
мне хочется впустить тебя в себя через кожу.
мне хочется ощутить покалывание в области бедер, в области живота и ладоней, чуть ниже ключиц и чуть выше щиколоток... когда покалывание станет едва выносимым, я позволю себе первый шаг, я подойду к тебе сзади, просуну руки подмышки, скрещу их на груди и прижмусь к тебе всем телом, сильно-сильно. так сильно, чтобы между нами не осталось ни одного свободного миллиметра, ни грамма воздуха, ни капли света. я расцеплю руки и медленно проведу по груди ладонями, впитывая сердцебиение, улавливая, как поднимается и опускается грудь в такт дыханию, ниже... ниже...
но я не хочу торопиться. апофеоз, явившийся мне в воображении, неизбежен. я знаю это так же четко, как знаю имя того, кто стоит сейчас покорно передо мной. и именно это знание дает мне роскошь не торопиться, оторваться с легким звуком, который сложно описать, отступить на шаг. снова продолжить свой путь вокруг.

я могу так ходить долго. трогать пальцы. закрывать все же глаза и изучать лишь при помощи нюха лицо, угадывать запах дыхания, полуулыбку. я могу упасть на колени и потрогать твои икры - в них живет упругость и плотность хорошо тренированного молодого зверя, провести нежно по коже под коленками и незаметно улыбнуться, отметив, как ты вздрогнешь от этой невинной щекотки. я могу прижаться губами к животу и ловить биение сердца, передающееся через кожу и заставляющее мое сердце бежать быстрее, четче, синхронно...

я могу ходить и дышать. ходить и не дышать. смотреть. закрывать глаза. жестами заставлять вставать на одно колено. изгибаться. поднимать руки над головой, смыкать их в замок за спиной. напрягать мышцы или полностью расслабляться.
я могу.
но через какое-то время я пойму, что эти хождения уже не доставляют мне той радости, какую они приносили еще несколько минут назад. и тогда, отступив на шаг,, я велю открыть глаза и посмотреть на меня. отступив еще на шаг, я расстегну незаметную пуговку под горлом, и бордовый плащ, укрывавший меня от шеи до пят, упадет к моим ногам, увлекая за собой образ бесчувственного наблюдателя, повелителя и исследователя.
одежда может в корне изменить ситуацию. это известно мне. также хорошо это известно тебе.
и потому, увидев, как зверь метнулся в прищуренных глазах, я все же успею сказать полушепотом:
- пожалуйста, - и сделать шаг навстречу моей придуманной страсти.

Мы вместе недолго – всего пару минут, но каждая из этих минут настолько ценна для меня, что усилием воли и капелькой волшебства, растворенного в ней, я превращаю каждую из этих минут в годы.... чтобы потом сказать: мы вместе годы.
Для нас не существует пока ни прошлого, ни будущего. Мы не знаем, что будет завтра, что было вчера – мы не помним. Есть только ослепительный миг настоящего – серый в своей занятости город, с пробками, с выпускающими красные стоп-сигналы автомобилями, со светофорами и замкнутыми лицами пешеходов, и мы, словно окруженные ореолом невидимой глазу защиты, укрытые ароматом ночи. Мы, глядящие друг на друга, и вместе – на плоды той ночи.
Бери скорее, ешь, пока городской ветер не покрыл его копотью, - говорят мне твои глаза. Глаза иоей-мечты, в которых отражается небо. Каким бы ни было небо над городом, в твоих глазах оно всегда безоблачное, всегда высокое, всегда голубое...
Я аккуратно принимаю тяжелый плод из твоей руки и жестом предлагаю угоститься, но ты пока отказывается.
- Я вырастил его для тебя. Ешь!
эффект обновления, рождения заново, головокружительный аромат...хрупкие плечи и изумрудные глаза. и всякий раз, когда я болен или устал, извлекать, как по волшебству, яркий, живой, ароматный плод и протягивать мне его на раскрытой доверчиво ладони.

На твоих ладонях нет ни одной линии. Она чиста. Она невинна. Она не запятнана ничем, даже линиями судьбы, без прошлого, без будущего.... придуманного мной в настоящем. Разве у счастья есть границы?
Разве можно четко отделить чудо от реальности, сказку от повседневности?
Разве так сложно делать своими руками волшебство, которое приносит кому-то счастье?
Разве так тяжело поверить, а потом – воплотить свою веру в жизнь, вопреки всему и ради всего?

Сонм юных ангелов смущён до слёз.
Бесстрастны праведники. Только ты,
На тронном облаке, глядишь как друг.
© Марина Цветаева
Такого никогда до этого не было… всегда кто-то еще был рядом… кто-то приходил, заглядывал, заскакивал… забегал…. А теперь ты только со мной…вернее в моей голове, сознании.. телефоне...
Взгляд.
Твой взгляд выдает тебя. Когда ты думаешь, что я не вижу, ты смотришь. Нас слишком многое связывает…Наверное, это судьба…
Вселенная была шире, выше… просторнее. Нынче же ее стены словно бы сдвинулись, и продолжают сдвигаться для нас двоих и между нами. Нет спасения от их неумолимого теснения. Боюсь тебя, боялся поцеловать тогда в тот день когда мы снова встретились...
Архангела в лик не целуют...
на самом деле, в последнее время я не знаю, что писать. Дар оставил меня... надеюсь, что не навсегда, а так, вышел покурить... музыкальное сопровождение не помогает. перепробовано все не пишется... хотел написать тебе эротичную сказку... как, например, мог бы развернуться новый год, если бы... и если бы... или как мы могли бы встретить Новый год... ну, не этот, так следующий, где то в Египте... теоретически-гипотетический... не выходит... уже не выйдет.
не знаю, как и куда расставить нас на сцене, чтобы свет выгодно подчеркивал наши достоинства. чтобы тени скрадывали недостатки... недостатки-то все больше душевные. внешне мы ничуть не изменились... к примеру, танец... если люди чувствуют искру, между ними живущую, то эротика будет во всем... интим?... ну, от эротики до интима …если есть искра - можно такую эротику устроить здороваясь на улице. элементарное пожатие рук будет нести в себе столько чувственности, станет настолько интимным для сторон, что окажется где-то неподалеку от секса. а окружающим будет невдомек, что творится совсем рядом... так было всегда.
можно переспать с тысячей человек, позволяя им любые экспромты и новинки в области секса - но в этом не будет ни грамма интима и эротики, как в этом случае...
секс... например, когда я глажу кошку, я доставляю ей эротические переживания, ей это нравится, она тает и возбуждается даже (смотря где погладить)... у нас с ней в этот момент интим, потому что внешне это выглядит как "парень гладит кошку", а на самом деле, мы наслаждаемся процессом обладания друг другом... она греет мне колени и облизывает кусочек руки, а я чешу ей шейку... мы существуем в этом смысле только друг для друга. остальные - декорация. что это, если не интим?

можно пойти дальше. можно говорить, вызывать образы и не трогать воспоминания. можно настолько "завести" фантазию, не "выпячивая" реальные образы, что скоро ты сможешь с трудом усидеть на месте... что я скоро не смогу писать... желание... упругость... не только мышц и свежеоблизанных губ... просто упругость... действует как разморитель, успокоитель... хочется расслабиться, лечь и лежать... слушать знойные медленные латинские мелодии... закрывать глаза... представлять себе... например... переполненный клуб... влажность тел, кондиционер работает слабо, но работает - поэтому воздух не спертый... в баре всегда мой любимый "Martini" со льдом... соки... шампанское.... вино... танец... когда вокруг плотно стоят танцующие - особо не развернешься... обняться крепко - все равно жарко, какая разница... лучше в удовольствие... и вот, чувствовать внутренней поверхностью бедра ногу партнера. шаг вперед... шаг назад... шаг вперед... шаг назад... волнистое движение бедрами... откинуться назад... почувствовать руку между лопаток, а другую - пробегающую по дорожке от шеи. по груди... до низа живота. так мимолетно, что даже не успеваешь сообразить, что к чему... может, это и не рука вовсе, а капелька пота… и снова шаги по утоптанному полу... шаг вперед... шаг назад.. каждый шаг вперед пронзает желанием, ноги плотно прижаты друг к другу... руки сплетены. глаза не отпускают глаза... и если в зрачках одного из танцующих в паре зажигается желание, ты не в силах отвести взгляд, подумать о чем-то ином... ведь с чужими не танцуют в таких клубах... такими мелкими шагами... это места для своих... тесные... переполненные... куда приходят словить такой изощренный кайф - от секса при всех, не раздеваясь, не отводя взгляда, может быть даже не целуясь... от секса в танце... не сбиваясь с ритма... доводя себя до высшей точки... разбудив всю свою чувственность и страстность... дав волю своим желаниям... доводя себя до экстаза... как делаю я… шаг вперед... шаг назад... вдох... выдох... губы бы в губы.. Как жаль что ты не танцуешь, только смотришь со стороны.чувствовать каждое дыхание... чувствовать аромат кожи ... влажность в воздухе и влажность в себе... шаг вперед... шаг назад... я люблю медленные чувственные танцы.думай обо мне.
Я делаю шаг вперед…
Это странный танец…с одним лишь звуком, и в нём танцую, только я, пока без тебя и звучит только одна фраза, но на все голоса…
Архангела в лик не целуют...

корни нашего существа теряются на такой глубине, что мне не хватит жизни докопаться до них… понимая, что искать причину любви или нежности – глупо, я с упорством маньяка все же ищу ее… моя любимая нежность…

никогда раньше мне бы не пришло в голову, что я могу быть в двух экземплярах, жить отдельными жизнями… чувствовать различными чувствами… любить разным…. да что там говорить… какая уже теперь разница, приходило в голову, не приходило… это пришло видимо сразу и по максимуму – в жизнь… и вот я нахожусь во всем этом… и еще пытаюсь прикинуть на себя раздумья на эту же тему… не получается…. зато я научился отвлекаться. представлять, что я, на самом деле, один. и живу одной жизнью, как это принято. на разных этапах – разным… самое важное, самое трудоемкое – не смешивать. не переплетать. не встречать между собой, потому что в противном случае начинаются мучения…. меня крутит и бьет о стенки аквариума, в который я запихнул себя сам, который я сам наполнил водой, растворив маленькую щепотку яда… я думал, это поможет мне привыкнуть и не умереть, но, видимо, доза была просчитана неверно… меня укачивает, а голова кружится так, что все сливается в одну желто-зеленую полосу… и нет возможности остановиться…. это кружение продолжается до тех пор, пока я не успокаиваюсь…. и снова … как у человека, страдающего раздвоением личности, одна моя половина затихает, вторая ведет активную жизнь… изредка они меняются ролями… и не приведи БГ, если их обоюдная активация будет происходить чаще, чем это случается сейчас… я попросту сойду с ума… я разойдусь в две стороны, и больше, наверное, никогда не стану одним… я люблю тебя…мы такие разные… я люблю тебя так по-разному… я так хочу, чтобы мы были счастливы… я никак не пойму, кому же будет лучше и как… и я очень боюсь ошибиться… потому что я не хочу ранить тебя…

когда-нибудь… когда-нибудь нам всем надоест лавировать между нами самими, и мы пойдем на таран. неосознанно. одновременно, так как мы все же связаны между собой… мы – связаны… прочно и незримо. … мы решимся, не отдавая себе отчета… мы перестанем изгибаться телами, перестанем отводить испепелительные взгляды, полные желания, перекрещивать их осторожно над столом, почти погребенным под кружками с недопитым и полными пепельницами, задумавшись и не отдавая себе отчета в том, на кого и как мы смотрим… мы поймем, что не можем больше просто так жать руки при прощании и встрече… мы поймем, что наше слаженное уже давно несыграно, что вся музыка идет наперекосяк… а когда музыки не получается, музыкантов распускают… «Вы – слабое звено…» – прозвучит кто-то… фоном… язвительно, перекрикивая музыку… все перепутается, и я, спускаясь по лестнице, встречусь с тобой. сразу. никогда еще я не видел тебя одновременно так близко и так неожиданно. никогда не увижу больше…

вы пройдете мимо меня: ты, боль моя, с правой стороны, а ты, нежность моя, - с левой… поднимаясь по лестнице, вы обе заденете меня плечами. самую малость… но этого будет достаточно, чтобы я, спускаясь в темноту, и не дойдя еще до самого ее дна, распался на две половины… с неровными краями и белыми крупинками, осыпающимися с этих краев…
***
- Мамочка, мама!!!!! Ты только не ругайся… мы разбили того мальчика из алебастра, с заломленными руками… ну того самого, что стоял на заднем дворе… не смотри так, мамочка, Он раскололся почти ровно пополам… может быть, можно будет склеить?…
- Не нужно… ничего… так должно было быть… оставь, как есть…
«Прости меня, моя любовь….» – но это уже больше про себя… для себя…. эхом того, чего никогда не случится…

…и все-таки нас двое. как ни крути, но двое нас… как два полушария, как параллели и меридианы, как лево и право, как верх и низ… как двое меня… и вот, мы… существуем. у каждого своя жизнь, и в каждом есть кусочек меня… где-то он проявляется больше, где-то – меньше… и я чувствую иногда, что еще чуть-чуть, и меня разорвет в клочья… или нет, не в клочья. всего лишь на две половинки… равнозначные или нет – я не знаю… но каждая из них получит свое… не полностью… а только лишь то, что… а нужно ли вам это – фрагменты, кровавые ошметки, обрезки снов, лоскутки фраз и взглядов… не я, но отражение в пыльном стекле… с мозаикой угловатых и кривых трещин-морщин…

нас двое… мы знаем друг о друге. мы живём параллельно… мы никогда не пересекаемся, а, пересекаясь случайно, делаем вид, что верим в аксиому о непересечении параллельных прямых… меня же зажимает этими самыми пересечениями, закручивает, обматывает, и бьюсь я, словно в сетях… интернет сетях… рыболовных сетях… бьюсь… ты не можешь помочь, а всякая помощь только усугубляет мои мучения… всякое твоё движение, вроде протянутой руки помощи, все туже стягивает веревки, все больнее перехватывает горло, запястья, сердце, навешивает лишний замок на мои губы… я не могу говорить… я боюсь себя… я боюсь за нас…

мы слишком дороги мне. я слишком многое растворяю в нас обоих… слишком многотебя растворено во мне… «смешать, но не взбалтывать» - традиционно….. и, фактически, я получаюсь смешанным из нас – попеременно и никогда - одновременно… жесты, которые вызывают в памяти одного, интонации словно впускают в комнату другого… меня почти не стало… есть только мы двое… я люблю тебя… несложно догадаться, что люблю – по разному… я пугаюсь самого себя. запрещаю себе думать об этом… запрещаю себе анализировать… запретить любить я не могу… и продолжаю этот самый странный танец… вроде в паре, но, если присмотреться, то на одного… всякий раз, когда мы сменяем друг друга в танце, в тот самый момент, когда мои ладони на секунду – не больше!! – не ощущают тепла других ладоней, я испытываю боль…

это ли Любовь? может ли она быть такой… двуликой? или двуличной?… хочется остановиться и заорать самому себе шепотом «что же ты делаешь?????????»… любовь моя…

порой боль эта отзывается чудовищной болью по всему телу, зародышем шевелится в груди, растекается горячими волнами по рукам – до кончиков пальцев, мурашками – по затылку, сводит спину… и все замерзает… как и очередная цепочка ничего не значащих, но таких важных слов на губах… и я кривлю губы в улыбке, прошу подвинуть поближе пепельницу, мило разглагольствую о погоде и неожиданно случившихся людях… а слова эти несказанные, метастазами буравят смерзшиеся вены, расселяются по всем клеточкам… я люблю тебя… я люблю тебя с первого дня нашей встречи. с того самого момента, когда мне стало неожиданно больно смотреть на мир… слишком яркой зарёй идёшь ты… но с первого же дня нашей встречи я люблю тебя с осознанной обреченностью. с очерченным пониманием катастрофной неизбежности. с видением того, чему никогда не бывать… как бы мы этого не хотели…. как бы я… ты…. этого не хотели…. ни-че-му… ни-ког-да… не-бы-вать… я знал, знал это изначально, и изначально я видел свое сердце исполосованное, шрамированное высокоразрядными ударами твоих появлений, твоих реплик и твоих ненахождений со мной той ночью… я лицезрел свое измочаленное сердце в траурной рамке с гвоздиками по контуру каждую одинокую ночь, когда… когда силой мысли пытался выправить предписанное судьбой… когда усилиями воли пытался позвать тебя, просил изменить хоть что-то в этом траурном серпантине, который отчего-то назывался жизнью… невозможность… неизбежность… непроходимость… неустановленность… не… не… я знал, но я слишком любил тебя, чтобы отказаться от коротенькой жизни вместе, пусть и покрывшей душу, сердце неровной сеткой рубцов… я люблю тебя и сейчас…. я и моя боль – мы обе тебя любим… и избавиться от этого чувства почти нереально… как отсечь по живому… не хочу… болею… люблю… ты – моя любимая боль…

но нас все-таки двое.ты появляешься чаще так, что поначалу тебя не замечают, а зато потом – когда уходишь – ощущают острую, необъяснимую нехватку чего-то важного… ты входишь в мою жизнь так же. ты тихо садишься рядом и, не произнося ни слова, даешь мне понять, что останешься… ты не спрашиваешь разрешения. не нужно оно было. я понял, что… что с тобой я и останусь… что по прошествии времени я полюблю тебя сильно, что через дни я смогу признаться самому себе в том, что я люблю…. что в тот самый момент, когда ты только лишь подумаешь о том, чтобы уйти, выйти из нашей жизни, меня будет мучить чувство, которое я уже озвучил… острая, необъяснимая поначалу, нехватка важного, необходимого… у меня не было выбора. так было предписано. не нами… но для нас… и я полюбил тебя. ты делаешь мне больно тоже… но не так… ты ранишь меня нежностью, которой я не вижу причины… ты ранишь меня свой любовью, границ которой я не вижу...

Если бы моя жизнь не была наполнена Тобой и твой силуэт не исчезал легкой дымкой растворяясь в утренних лучах не было бы стольких очаровательных дней ...
Такие разные... иные, чем все..... как стая белых ворон, кружащая над темным лесом. прекрасные как сладкоголосые сирены с далеких островов. очаровательные словно водопад ангелов, сверкнувший на солнце миллиардом брызг, а затем угасший во тьме.
в том водопаде ты - таинственный бриллиант. ты то - чего не дОлжно быть. и ты то - что есть внутри меня... этим и притягательно, этим и опасно. для меня. для тебя. для всех вокруг.
и мне это нравится...

плутает в небесах солнечный ветер... совсем рядом - тихо улыбаясь проходишь ТЫ...))
я люблю тебя... Я знаю все что дальше произойдет... все твои звонки... взгляды... слова... и даже жесты... прикосновение твоих губ по линии скулы тогда в начале нашего движения…так вскользь…невзначай…едва касаясь,…но обжигая…дыханьем…ароматом…взглядом… мозг взрывается…он требует еще… еще прикосновений…еще дыхания…стона…шелковых касаний…сердцу тесно, в клетке груди…оно вырваться хочет…упасть в твои ладони…и замереть в преддверье поцелуя…скулы сводит, от тоски…тоски по твоему телу…тоски по твоей душе, сплетенной с моей в бесконечном танце…я смотрю...смотрю на тебя внутри меня буря…внутри меня тесно…мне нет места…но я нежный…мягкость груди…сладость мыслей…шелк живота…всё это сплетено в столь плавном и элластичном танце... контуры твоего лица в темноте всё время…тепло обжигает…нещадно сжигает… мозг угасает…теперь лишь чувства…я пускаю тебя в душу…я пытаюсь растворится в тебе…я пытаюсь разлиться…рекой по венам…ручьем... хочется в вечность…там разорваться…в теле тесно…и без тела голой душой войти в тебя сквозь водопад ангелов…

если ты наполнен человеком до глубины его снов то и много лет проведенных вне его будешь испытывать чувство тоски будто жизнь твоя подобна серому холсту утратившему все краски...
длительность времени отпущенного тебе не даст ничего изменить и тогда облик твой станет безрадосным, вот почему я так хочу стать тебе ближе чем ты ожидаешь...
Только когда переступаешь порог болезненной привязанности то больше не закрываешься от мира тянешься к солнцу и на закате твой разум не опечален ревностью...
Тогда ты сможешь разделить радость улыбки что родилась в глазах напротив
если одержим недоверием то перестаешь постигать реальность вещей что ужасно...

Закатное небо стекает каплями цвета на подоконник смешиваясь с остатками вчерашних газет падает на пол оставляя на нем пятна света... голова с забитыми шляпками цифр перестает рождать мысли наполненная тяжестью невосприимчивости окружающего пространства...
и только монотонный стук вытертых клавиш заставит бежать мигающий курсор вперед...
болезненное передергивание давно нарушенных сроков...
глаза напрочь ставшие красными и боль в поллица заставляет все чаще задумываться нужно ли все это так...
на середине страницы моя мысль потеряется... улетит... вспорхнет встревоженной птицей в незакрытую плоскость окна...обретет свободу...

Я ношусь в улицы, вдавливая в собственные ноздри крики улиц – ненужные запахи.Я давно не целовался на износ, так чтобы кровь из носу размазать, влизать, втоптать, вштопать на отмах… необычно, ты любишь все необычное, этим я тебя притягиваю... Идеальные ширинки, идеальные рубашки от Прада, всё так идеально ...

Отдельная глава как enter скинь и начни заново. Мне не 20 лет тебе не 20 лет нас нет в этом космосе фразеологических оборотов я укрываюсь тобой ты закрываешь меня заботой и долгими разговорами в бегущих строках... пока ты учишься жить с мыслью что любовь она бывает такая как ты с вопросами и без...
Мне так тепло тут что мой испачканный магнием и билирубином ватман внутри живота застилается трогательным велюром
Я слушаю через мягкие переливы моих улыбок и кашля ноты французских кварт и терций я трогаю ладонями сонные свои волосы я хочу проснуться завтра потому что я знаю я проснусь где-то рядом в этом городе, где есть ты...

Подойди же ближе, позволь хоть на миг перешагнуть сквозь пропасть, дай мне обнять тебя и разбиться у твоих ног на миллионы частичек, каждая из которых будет искриться радостью и переливаться счастьем от того, что мы наконец то рядом. Ты улыбнёшься и скажешь: «Пошли домой»
Мы даже можем не идти, а взлететь, если захотим, в это звездное небо. Кто сказал, что люди не летают, еще как летают, если крыльями машет любовь.
Я буду слушать твой смех, запутанный в ветре, дарить тебе звезды и зажигать огни. Мы будем очень счастливы вместе.

У меня есть мечта - где рука моя затекла немного, но не убираю - там ты на ней спишь. Сладко так, посапывая, не знаешь, что я не засну. Боюсь. Боюсь, что повернусь-пошевелюсь и ты проснешься, боюсь потревожить тебя в твоей сладости. Просто всматриваюсь, угадываю твои очертания в полумраке. Луна пробивается сквозь окна и серебрит дорожку от окна, по полу, по кровати и вверх до кончиков твоих светлых волос, на подушке. Вдыхаю ни с чем не сравнимый аромат твоего тела, твоих волос. Это смесь чуть горьковатого дыма с запахом луговых трав, утренней росы, сладостью цветов и весеннего ветра с едва уловимым ароматом тех страстей, что еще совсем недавно бушевали в наших головах. Я знаю, что засну, а утром все это окажется сном или игрой моего сознания или скорее подсознания, потому что сознание боится даже на минуту верить, что всё это может стать реальностью... (ты знаешь для меня это ново)...
Я живу тобой сегодня, и я наполнен тобой сегодня. Я прижимаю тебя к своей груди, и сердце трепещет, и сжимается где-то там... (ты знаешь) так сладко - сегодня. Скоро рассветет, ты откроешь глаза, и в них заискрится сонное улыбчивое счастье – я знаю. Я буду ждать тебя сколько нужно будет...

У каждого человека вырастают крылья… однажды. Если верить… если чувствовать…
и теперь, когда все хорошо и у наших ощущений твердые переплеты и прочные основания...
нам прописали расставание... электронные билеты и комфортный аэробус прямо в небо без оглядки...
и сохранив тебя в сердце, смотрюсь в небо, что б разгадать все то, что будет теперь...
шумные дни...
простой план на эвакуацию чувств…
сохрани в себе меня и …
мягкая посадка.

зайду в дом… комната пуста тобой… много всякого хлама – листки, книги, карандаши, ручки, краски… журналы… все… только с привкусом безразличия…
парашюты мыслей никак не раскрываются. собрание сочинений тебя для меня… и тихий блюз
уходит почва из под ног…
сбитые каблуки и трамвайные остановки… сегодня я встретился с ангелом, и он сказал мне, что ты будешь скучать… без меня.
БЕЗ МЕНЯ
это такой грустный и сдавленный звук сердца… одного на двоих в половинках снов… в нашем нерешительном пересечении двоих душ...
и снова те же улицы и одинокие прохожие по сторонам… меланхолия красит город в серый… нам есть о чем подумать… помечтать… расспросить случайных знакомых…
БЕЗ ТЕБЯ МЕНЯ ТУТ НЕТ...
лишь только отголоски чужого молчания… сезон скуки проникает в тело, заполняет поры и их никак не прочистить ни одним скрабом.

Огоньки горизонта. Мигают. Подмигивают. Обещают.
Бродить без цели и основания. Перебирать шагами воздух БЕЗ НАС.

Лунные ночи. Небо без звезд. Спрятались ли… уснули ли… кто знает…
И блюз – подушка опасная для жизни. Сердце гнет свои ритмы. Перила перепрыгнуть и дальше новые планы. По-новому, взявшись за руки с тобой к новому причалу… к совершенно новому для нас двоих... ведь мы этого не знали, хоть и догадывались...

А пока лишь воздух… и комната пуста тобой…