Захотелось написать о том, что было 1го апреля. Предысторию опишу позже. Сейчас - о самом том дне...
Универ, библиотека, все было неплохо. Разговор по телефону... Злой и разъяренный отец... Он вырвал кабель с мясом, разбила мобильный, я не выдержала, стала уходить... Я помню, как он схватил меня за плечо, как ударил меня об стенку, выложенную декоративным камнем, помню, как дальше я полетела в сторону дверного косяка... Рука все еще не отпускала мою плечо... Он затащил меня в мою комнату, ладонь скользнула к шее. он начал душить меня... очнулась - мой отец сидел на диване. Извинился - я не простила... и не знаю, смогу ли простить...

Ни фотографии, ни имени я не открою. Но чтобы иметь полное представление обо мне, я расскажу какая я. Я бываю симпатичной, милой. Но редко. У меня темные русые волосы, обычно меня окрещают шатенкой. Карие глаза, полные правильной формы губы, круглой формы лицо, черты напоминают типично Зетовские (Кэтрин Зету-Джонс знаете?). Пока вроде неплохо, верно? Но, увы и ах! мне с детства не везло с фигурой. Ныне, в свои 18 лет, мой рост составляет 172см, вес же колеблется между 77-84 кг. Винни - Пух) Правда, чувство стиля иногда компенсирует мое виннипушество, но...
Когда первый раз меня видят, реакция: добродушная толстушка, типичная русская деревенская простушка. Главная ошибка всех. Ожидают одно - получают другое. Меня трудно провести, оставить, как говорится "в лохах". Я бываю хитрой, жёсткой, порой дохожу до стадии стервы. Но в спокойном состоянии я действительно белая и пушистая.) Но пять лет жизни в столице заставили убрать пушистость так далеко, что теперь не могу вытащить. Но, об этом позже.

Об этом тяжелее всего говорить. Поэтому я и решила начать свой рассказ с истории о брате. Мне было 10, ему 14. Это было задолго до переезда в Первопрестольную. Лето, глубинка, дача, солнце... В тот день было холодно... Слишком. Ветер пронизывал насквозь. Я до сих пор помню, как полоскались на ветру зеленые косы берез... Мне не очень-то везет с родственниками. Материны и отцовы братья пьют, мои - с маниакальными наклонностями. Это было давно, но память слишком хорошо запомнила все его слова и уговоры...
Мне было 10, ему - 14. И он хотел утолить свою похоть... Как я жалею о том дне, о том, что он приехал. Мне было больно, но я молчала. Мне было страшно...
Я не хочу описывать подробности. Да и к чему? Я больше его не видела. На следующий день он уехал и больше не появлялся. Стыдился? Вряд ли... Скорее боялся.
Мне было 10, ему - 14. Я играла в куклы, он - в бильярд. Я умела влюблятся, он умел хотеть...

Трудно говорить обо всем и сразу, но я постараюсь. Вся моя жизнь похожа на одну сплошную полосу одиночества. Я всегда была одна. Друзья менялись со скоростью пуль, парни мною не интересовались, с родителями мы стали чужими лет 8 назад... Так было всегда. Слово отчаяние плохо подходит тому состоянию, которое я испытываю, оглядывая тяжелые грустные дни. Быть может, люди чувствовали мою неикренность... Хотя вряд ли, ведь именно я уходила первой. Всегда. Почти...
Я опущу годы детства, рассказывая лишь некоторые подробности, которые повлияли на мою дальнейшую жизнь. Я не стану описывать свой родной город и, тем более, говорить его название. С прошлым я пытаюсь покончить, но оно все так же неотступно следует за мной. Память - это мое частое проклятие, это мое частное проклятие. Как юная новобрачная медленно снимает с себя одежду наедине с любимым, так я буду обнажать свой характер, свою жизнь. Я открою правду.

Я устала скрывать и врать. Я устала жить в окружение лжи. Я буду говорить правду о себе и о других. Я расскажу все. Комментируйте, читайте, черпайте опыт, делитесь знаниями со мной. Вы узнаете все о девушке, все о ее жизни. Вы прочтете все обо мне, вы узнаете все... кроме моего имени...