Зина-Хая Бреннер, позже Цина Дизенгоф

Признаюсь, только прожив несколько лет в Израиле, часто бывая на улице и площади Дизенгоф в Тель-Авиве, я обратил внимание, что названы они в честь разных людей. Улица – в честь первого мэра города Меира Дизенгофа, а площадь – в честь его супруги Цины.

... Зина-Хая Бреннер, "Нюня", как ее называли близкие, младшая дочь житомирского раввина, познакомилась со своим будущим мужем в 1883 году. Ей было... 11 лет. Меир Дизенгоф, офицер царской армии, был в два раза старше Зины.

Коротко напомню начало биографии первого мэра первого еврейского города в современной истории. Меер (Меир) Дизенгоф родился 25 февраля 1861 года в местечке Екимовцы, Оргеевского уезда, Бессарабской губернии. В 1878-м семья переехала в Кишинев, где Меир окончил реальное (политехническое) училище. С марта 1882 по февраль 1884 отбывал воинскую повинность в Житомире. Специалист химического производства, он прошел ускоренные офицерские курсы. (Некрещенный еврей-офицер был в то время большой редкостью.) Но молодого человека привлекали не только воинская служба и проблемы химии. Меира Дизенгофа увлекли очень модные в то время идеи социализма.

Вот что рассказывает о первых встречах Зины и Меира краевед, знаток истории Тель-Авива Борис Брестовицкий: "... в Житомире он находит единомышленников. Еврейские юноши и девушки, образованные и интеллигентные, с удовольствием принимают в свое общество молодого офицера. И очень быстро он становится одной из центральных фигур этого кружка "социалистов". Благоприятствовало этому и еще одно, очень важное обстоятельство – будучи офицером, Меир Дизенгоф снимал квартиру в гарнизонном городке, куда был ограничен доступ городской полиции. И очень часто ребята собирались именно в его скромной, но уютной холостяцкой квартире. От предыдущего хозяина ему осталась кое-какая мебель, в том числе и пианино. И тогда, в целях конспирации, одна из девушек стала приводить на собрания "социалистов" свою младшую (на 15 лет – В. Х.) сестру, которая прекрасно играла и пела. А "учительнице" было всего одиннадцать лет и звали ее... Зина Бреннер".

Встречи эти продолжались до конца службы Меира в Житомире. Затем, в апреле 1885 года Дизенгоф поступил в одесское ремесленно-техническое училище "Труд", на чугунно-литейное отделение, примкнул к народовольцам. Его арестовали, заключили под стражу, а затем перевели в Житомир. Четырнадцатилетняя Зина навещала заключенного в тюрьме.

После освобождения Меир не решился зайти к ней домой. Со стороны их отношения выглядели странно – взрослый мужчина, офицер в отставке, студент и девочка-подросток, гимназистка. Он бродил по городу в надежде встретить Зину... И однажды ему повезло. Девушка гуляла с матерью. Она подошла к Меиру. Они обменялись несколькими словами.

Через много лет Меир Дизенгоф вспоминал об этой встрече: "... когда мы расстались, между нами ничего не было обусловлено, мы не договорились ни о чем, не было никаких идей на ближайшее время. Мне было понятно, что предстоит (мне) заняться поиском новой работы, определиться с новым направлением в жизни, а ей необходимо закончить обучение. А потом мы, конечно же, встретимся. Где, когда? Кто может знать наше будущее?"

Дизенгоф учится в Париже, в Сорбонском университете. Получив диплом инженера-химика, специализировался на стеклодувном заводе в Лионе. Зина Бреннер учится в гимназии, посещает курсы французского языка. И пишут, пишут друг другу письма.

В 1892 году барон Ротшильд предлагает Дизенгофу, ставшему заметной фигурой в сионистском движении, организовать и возглавить завод по производству бутылок недалеко от его виноделен в Зихрон-Якове.

Перед тем, как отправиться в Эрец-Исраэль, Меир Дизенгоф едет в Кишинев к родителям, и в Житомир – к Зине. На этот раз он приходит к ней в дом и серьезно беседует о будущем с ее родными.

Дизенгоф пишет: "... вместо милой девочки, которая развлекала своим пением и рассудительными высказываниями старших товарищей, передо мной стоит решительная молодая женщина, уверенная в себе, твердая в своих намерениях. Если кто-то посмел затронуть ее чувства или убеждения, она смело бросалась в бой, отстаивать свои права. У нее сформировались политические убеждения, она умела не по-женски спорить. Передо мной теперь была та женщина, которую я хотел бы видеть в качестве спутницы на своем дальнейшем жизненном пути".

... И снова разлука. Снова письма. Зина учится в педагогическом училище. (Из-за антисемитской выходки педагога она оставила гимназию.) Меир создает и управляет стекольным заводом.

В начале июля 1893 года разлуке приходит конец. Они встречаются в Александрии (Египет), и на исходе субботы, 10-го июля, женятся. Зина-Хая Бреннер стала Циной Дизенгоф. Почему Дизенгоф – понятно. Но как Зина превратилась в Цину?

Кроме брака по еврейской традиции молодые решили сочетаться и гражданским браком. Они обратились в германское консульство. Брачное свидетельство было, разумеется, выдано на немецком языке. А в немецком "Z" произносится, как русская буква "Ц". Чиновники-турки в Эрец-Исраэль, глядя в немецкие бумаги, написали в соответствующих документах "Цина". Так и осталось...

Молодые поселились рядом со стекольным заводом, в одном из старых домов заброшенной арабской деревни Тантур. Теперь это место называется "Хоф Дор" ("Пляж Дор").

Но очень скоро, через год, в этот дом постучалось несчастье... Во время беременности Цина заболела лихорадкой. Начались осложнения. Опасаясь за здоровье матери и ребенка, врачи отправляют ее в Париж. Девочка, которую назвали Шуламит, родилась очень слабенькой. Цина едет с ней в швейцарскую лечебницу. Через несколько месяцев ребенок умер. Похоронили крошку Шуламит в швейцарской деревне Кларенс. Больше детей у Цины и Меир Дизенгоф не было.

Через некоторое время завод в Тантуре закрылся. Дизенгофы вернулись в Россию. Поселились в Одессе. В 1905 году они снова вернулись в Эрец-Исраэль. На этот раз - навсегда.

...11 апреля 1909 на прибрежных дюнах собрались шестьдесят шесть еврейских семей и объявили о начале строительства первого в современной истории еврейского города. Там же, на дюнах, с помощью ракушек они провели лотерею на право владения земельными участками. Участок под номером 43 (он находился в нескольких сотнях метров от места проведения лотереи) приобрели Меир и Цина Дизенгоф. Через год они построили на этом месте дом. Меир Дизенгоф стал первым мэром Тель-Авива, а Цину стали называть первой леди этого белого города. Первой не из-за должности мужа. Первой – из-за любви к этому городу, из-за любви к его жителям. Она привнесла в Тель-Авив европейскую культуру.

Цина и Меир Дизенгоф

Писатель Давид Смелянский писал о Цине Дизенгоф: "Она была матерью для молодого города. Как ее муж был отцом этого города. Она умела сильно любить свой народ, свою землю, сыновей и строителей (в оригинале на иврите "баним ве-боним" – В.Х.) Тель-Авива. Больше всего она любила Тель-Авив. Каждый его двор, цветок и дерево были ей дороги".

В своем доме на бульваре Ротшильда,16, мэр проводил различные заседания и совещания. Дом Дизенгофа, из раскрытых окон которого всегда слышались звуки фортепиано и пение (Цина давала уроки музыки, вокала, французского), стал первым муниципалитетом Тель-Авива, центром культурной и общественной жизни города. В салоне Цины Дизенгоф собирались "сливки общества": политики, ученые, писатели, поэты, художники. Разговаривали, в основном, на русском и французском – иврит хозяйки не был безупречен. Она часто просила перевести ей сказанное или написанное на иврите на русский или французский. Цина много сделала для возрождения иврита, но сама в этом, увы, не преуспела.

Цина Дизенгоф умерла в 1930 году от тяжелой болезни почек. Похоронили ее на кладбище Трумпельдор в Тель-Авиве.

Через четыре года отмечали 25-летие со дня основания города. Главную улицу решили назвать в честь мэра. Дизенгоф долго отказывался, но, в конце концов, члены муниципалитета победили. Но Меира Дизенгофа в тот день, 3 мая 1934 года, ждал еще один сюрприз. Его подвели к одинокому столбу, стоящему на пустыре улицы, носившей с этого дня его имя. На столбе висела табличка: "Площадь Цины Дизенгоф".

Кикар Цина (площадь Зины Дизенгоф) в Тель-Авиве

... Когда мэр немного успокоился, он сказал собравшимся: ..."Всю свою жизнь я сторонился помпезности. Я и сейчас был против того, чтобы в мою честь назвали улицу. Я всегда говорил, что еще рано для подобных почестей в мой адрес. Только после длительных уговоров членов городского совета я согласился на это. Я необычайно тронут тем фактом, что решили увековечить память о моей покойной жене и соратнице. Мне хочется вновь повторить те слова, которые я обратил к своей супруге в час прощания с ней: "Я вспоминаю о дружестве юности твоей, о любви твоей, когда ты была невестой, когда последовала за мной в пустыню, в землю незасеянную".

(Книга Иеремии 2:2)..." Меир Дизенгоф умер 23 сентября 1936. Похоронен рядом с женой. Все имущество, в том числе и дом, он завещал муниципалитету Тель-Авива. В этом доме 14 мая 1948 года Давид Бен-Гурион зачитал Декларацию независимости Государства Израиль.

...Несколько лет заняло у меня, чтобы понять – улица и площадь Дизенгоф названы в честь разных людей. Еще больше времени заняло у меня, чтобы понять – я ошибался. Улица и площадь Дизенгоф в Тель-Авиве названы в честь одного человека, единого существа – Меира и Цины Дизенгоф.

Владимир Ханелис, Бат-Ям
http://www.newswe.com/