Уже в шестидесятые-семидесятые годы, с появлением магнитофонов, широко распространились записи «Сиреневого тумана» в исполнении Аркадия Северного (1937–1980). Еще один пик популярности этой песни приходится на конец 80-х – начало 90-х годов, когда «Сиреневый туман» включил в программу «Трудное детство», а затем и напел на грампластинку певец Владимир Маркин. Однако на авторство в ней, насколько мне известно, Маркин не претендовал, а наоборот – старался разыскать ее истинных авторов.
Искать долго не пришлось. Вскоре после выпуска фирмой «Мелодия» пластинки Владимира Маркина с обвинением певца в присвоении авторства «Сиреневого тумана» обратился Михаил Липатов, утверждавший, что песню, с теми же словами и музыкой, только под другим названием («Дорожное танго» или «Прощание»), сочинил в середине 40-х его отец, Юрий Михайлович Липатов, и даже это свое авторство зарегистрировал.
Мне показывали в Российском авторском обществе (РАО) ксерокопию рукописи текста «Дорожного танго», найденного в личном деле Ю. М. Липатова, на которой его рукой сделана пометка: «Текст № …? В моей обработке». И это примечание, и сам текст свидетельствуют о том, что это не оригинальный, а заимствованный текст с некоторыми изменениями: эпитет «сиреневый» заменен на «предутренний», «полночная» звезда – на «дорожную», «девушка» – на «милого друга» и т. д. Да и сам Юрий Михайлович не претендовал на авторство текста, а только на музыку.
А в октябре 1992 года претензии на авторство слов «Сиреневого тумана» предъявила вдова известного поэта-песенника Михаила Львовича Матусовского (1915–1991), утверждавшая, что они сочинены ее мужем.
Вот что написала Евгения Акимовна в письме, копию которого любезно предоставили мне в РАО: «В конце 60-х годов моя младшая дочь Ирина, учившаяся в то время в Московском медицинском институте, пришла домой после институтского вечера и рассказала нам с Михаилом Львовичем, что сегодня у них студенты пели очень славную песню, которую она раньше не слышала! Когда Ира спросила у ребят, что это за песня, ей ответили: «Да это народная студенческая песня…» Тогда Михаил Львович рассмеялся и сказал: «Так это же моя песня. Я ее написал вместе с моим другом, поэтом и композитором, прелестным человеком, ныне покойным. Он был замечательный музыкант. Звали его Ян Сашин.
Слова были мои, а музыка Яна Сашина. Написали мы эту песню для институтского вечера, на котором ее и распевали наши литинститутские студенты. Это было году в 1937-м или 1938-м. Я про нее совершенно забыл, так как считал, что это только наша студенческая песня. Называлась она «Сиреневый туман», а то и просто – «Кондуктор не спешит». Михаил Львович был очень доволен тем, что «песня до сих пор жива»… К письму в РАО приложено также свидетельство сокурсницы поэта, писательницы Галины Васильевны Дробот, которая утверждала, что слышала «Сиреневый туман» в исполнении Матусовского и Сашина на различных институтских вечерах.
Никаких документальных подтверждений авторства Матусовского и Яна Сашина в этой песне, кроме воспоминаний его друзей про это событие полувековой давности, Российскому авторскому обществу вдовой поэта предъявлено не было, и сомнения остались. А не так давно я еще больше утвердился в них, готовя к печати рукопись книги известного поэта-песенника Льва Ошанина (1912–1996), сокурсника Матусовского по Литинституту.
Вспоминая о Матусовском, Ошанин писал: «Помню, как еще в Литинституте в 1936–37 годах он напевал: Прощайся с девушкой, уходит поезд, Прощайся с девушкой, второй звонок…» У Льва Ивановича была очень цепкая память и на свои, и на песни его собратьев по песенному жанру. Я убеждался в этом не однажды, и потому жалею сейчас лишь о том, что прочитал эти строки уже после его смерти. Иначе попросил бы его привести слова всей песни, о которой он вспоминает. Но и приведенных Ошаниным строк, полагаю, вполне достаточно, чтобыпонять: это была все-таки другая песня, близкая «Сиреневому туману» по сюжету и содержанию, но отличающаяся и размером, и ритмической пульсацией.
Возможно, кому-то из читателей нашей рубрики помнятся другие строки приведенной Львом Ивановичем песни, а возможно, и напев ее. Буду рад, если они откликнутся на этот мой экскурс в окутанную туманом загадочную историю «Сиреневого тумана». А закончу рассказ текстом «Сиреневого тумана», который исполняется Владимиром Маркиным, поскольку он наиболее близок к тому варианту, который мне самому довелось слышать и петь в далекие сороковые.
СИРЕНЕВЫЙ ТУМАН
Слова и музыка неустановленных авторов
Сиреневый туман над нами проплывает,
Над тамбуром горит полночная звезда.
Кондуктор не спешит, кондуктор понимает,
Что с девушкою я прощаюсь навсегда.
Ты смотришь мне в глаза и руку пожимаешь,
Уеду я на год, а может быть, на два,
А может, навсегда ты друга потеряешь,
Еще один звонок – и уезжаю я.
Последнее «прости» с любимых губ слетает,
В глазах твоих больших тревога и печаль.
Еще один звонок – и смолкнет шум вокзала,
И поезд улетит в сиреневую даль.
Сиреневый туман над нами проплывает,
Над тамбуром горит полночная звезда.
Кондуктор не спешит, кондуктор понимает,
Что с девушкою я прощаюсь навсегда.