Добровольская Евгения Владимировна родилась 26 декабря 1964 года в Москве.
Окончила Государственный институт театрального искусства (1987, мастерская Л. Касаткиной и В. Левертова).
В 1987-1988 – актриса МХАТ им. М. Горького,
в 1988-1989 – актриса Театра-студии под руководством О. Табакова,
в 1989-1991 – театра "Современник",
с 1991 – актриса МХАТ им. А. П. Чехова.
Народная артистка России (2006).
Телезрителям актриса хорошо известна по фильмам «Королева Марго», «На тебя уповаю», «Механическая сюита», «Участок». За роль 80-летней ключницы Улиты в спектакле МХТ им. Чехова «Лес» режиссера Кирилла Серебренникова она получила премию Фонда им. Станиславского. Сейчас Добровольская играет отчаявшуюся, спивающуюся Анненьку в спектакле Художественного театра «Господа Головлевы».
В 1983 году вышла замуж за актёра Вячеслава Баранова (он играл с Добровольской в фильме «Клетка для канареек»). От брака с ним есть сын Степан, родившийся в 1987 году, когда она была на 4 курсе ГИТИСа. Носит фамилию матери.
Вторым мужем был Михаил Ефремов, в браке с ним в 1992 г. родился второй сын Николай (Ефремов).
В 2002 году родила третьего сына, Яна. Отца его актриса не называет, поскольку он женат.
6 февраля 2009 года в 44 года Евгения родила дочь Ксению. По словам актрисы, со своим нынешним мужем Дмитрием (по профессии он кинооператор) она познакомилась четыре года назад.
Недавно закончила съемки в фильме «Умница-красавица» - современное переложение «Анны Карениной» (в основе та же самая жизненная ситуация, но главная героиня не бросается под поезд, а решает проблему иначе).
Женя Добровольская — единственная актриса, которая при более чем успешной сценической карьере имеет четверых детей - троих сыновей и дочь. И у всех — разные отцы.
К Евгении Добровольской слово звезда абсолютно неприменимо: она не любит слово успех, придавая ему совсем не то значение, которое обычно в него вкладывают; не любит говорить о наградах, считая лучшей наградой похвалу друзей.
Интервью Евгении Добровольской 2004 года
Евгения любит слово «профессионализм», потому что обожает свою работу и относится к ней с большой ответственностью. Возможно, именно благодаря этому, а также своим таланту и трудолюбию Добровольская на сегодняшний день является не только одной из ведущих актрис МХАТа им. Чехова, но и одной из лучших в кинематографе. Кстати, за сериал «Подозрение», который по рейтингу занимает одно из ведущих мест, на III фестивале телевизионных фильмов «Сполохи» она получила приз за лучшую женскую роль. Но лучше, если оценку этой роли, так же как и другим своим работам в кино и театре, Евгения даст сама.
- Где вам больше нравится играть: в современных спектаклях или все же в классике?
- Я с удовольствием играю и то, и другое. Но современный сюжет - это как-то мелковато: кажется, будто ты ходишь по колено в воде, и плыть тебе некуда. А Чехова можно играть и десять, и пятнадцать лет подряд каждый год, находя что-то новое и, главное, созвучное твоему сегодняшнему возрасту и настроению. Нина Заречная - молодая провинциальная девушка, которая несчастна с родителями. Она влюбляется сначала в мальчика, потом в «звезду» и хочет отдать ему всю свою жизнь. Ты представляешь себя в этой ситуации, думаешь, воображаешь, как бы ты поступила на ее месте. Я ведь росла вместе с Ниной Заречной: сначала мне было легко играть первый акт и трудно - второй, а теперь первый играть стало гораздо тяжелее, наверное, потому что определенный этап моей юности уже прошел, появилось больше цинизма, а повзрослевшая героиня стала мне гораздо ближе. И вот это в Чехове неисчерпаемо, бесконечно и прекрасно.
- Что, на ваш взгляд, труднее вызвать у зрителя: смех или слезы?
- Люди приходят в театр для того, чтобы от всего отдохнуть. Они готовы смеяться и забыть все, что их тревожит в окружающей жизни. Я сама не люблю плакать ни в кино, ни в театре, потому что слезы - это прежде всего боль, и больно всему: глазам, душе. Хорошо, если это слезы очищения: когда происходит катарсис, это прекрасно. Но такое и в жизни-то редко случается, что уж говорить про театр. Таких постановок, к сожалению, очень мало - после которых человек, выйдя из зала, сказал бы: «Ах, Боже мой, вот как надо жить-то: светло, чисто, хорошо». Поэтому когда смеются - это и для зрителя, и для актера большое счастье.
- Кто из театральных режиссеров оказал на вас наибольшее влияние?
- Конечно, Виктюк. Правда, работала я с ним всего один раз, и было это очень давно. Мы ставили спектакль по пьесе Михаила Рощина «Муж и жена снимут комнату», где я играла одну из главных ролей. На репетициях Роман Григорьевич мне постоянно кричал: «Девочка в первый раз увидела режиссера!» А у меня, и правда, был ошеломленный вид. Виктюк потряс меня: его штормовая энергия, размах. Он дает актеру такие внутренние повороты, открывает такие бездны в роли, что потом в ней можно развиваться бесконечно. У него я усвоила и еще один урок: вдохновение - вдохновением, но актер должен по-ремесленному владеть своим делом. Помню, как в этом отношении меня потрясла Алиса Фрейндлих. У нас в «Клетке для канареек» была сложная сцена: я сижу и думаю о печальном, а она смеется, шутит с кем-то. И вдруг: «Мотор! Камера!» - и у Алисы Бруновны совсем другие глаза, лицо… Она плачет! Вот это и есть актриса! Для нее слов «Я сегодня не форме, у меня нет вдохновения» просто не существует.
- А Олег Ефремов оказал на вас влияние как театральный режиссер?
- Как театральный лидер, личность, как актер, как человек - да, но не как театральный режиссер. Вы поймите, у нас театральных режиссеров по пальцам можно пересчитать. Все остальные режиссеры выросли из актеров, поэтому здесь речь идет уже не о чистой, если можно так сказать, режиссуре, а о режиссуре актерской. И опять-таки режиссеров много, но это вовсе не значит, что они настоящие, что они могут поставить спектакль так, что, выйдя из зала, зритель будет охать и ахать. Опять-таки с Виктюком я работала очень давно, но ни с Гинкасом, ни с Някрошюсом мне поработать не удалось. А МХАТ - это театр, где «воспитана» актерская режиссура. И Ефремов - абсолютно актерский режиссер, когда он делал спектакль, он видел его с точки зрения актера, потому, наверное, я и понимала его без слов.
- Хотя сериал «Королева Марго» - это уже история, но все же банальный вопрос: остались какие-нибудь наиболее яркие воспоминания о съемках?
- Мое самое яркое воспоминание об этом сериале - это то, что он снимался очень долго, аж три года. Хотя было много прекрасного: это тяжеловатые костюмы, надевая которые, сразу ощущала стиль эпохи, силу, гордость за себя. Также запомнились очень красивые съемки, проходившие в Праге: природа там поистине живописная. А вот мое падение с лошади приятным воспоминанием не назовешь. Причем я выпала из седла, но удержала в руке сокола, потому что всех актеров перед съемками предупредили о ценности пернатых, ведь каждый сокол стоил не менее пяти тысяч долларов. Кстати, в сценах охоты «принимал участие» и настоящий секач с огромными клыками. Незадолго до начала съемок он с легкостью перегрыз черенок от лопаты, представляете? А сама охота?! То количество животных, которое для нее потребовалось, меня поразило. Уверена, что от настоящей королевской охоты наша киношная мало чем отличалась.
- После сериала вас три года не было видно на большом экране. Почему?
- Потому что я не хотела ничего больше. Считала, что должна отдохнуть, переболеть, и потом мне было уже мало что интересно. Во время работы над сериалом были прочитаны тонны литературы о времени той эпохи: о Маргарите Валуа, жизни двора, Екатерине Медичи, Нострадамусе, о гугенотах - словом, получено было чудовищное количество информации и пережито столько... Но результат-то все равно вышел минимальный, потому что замах был «на рубль», а удар - «на копейку». Конечно, я была разочарована, да и в личной жизни в то время было много всяких проблем... В довершение всего начались съемки в фильме Гарика Сукачева «Кризис среднего возраста». Очень актуальная тема для меня в тот момент. В этой картине, правда, я совсем не хотела сниматься и согласилась лишь потому, что муж буквально пинками меня выталкивал на съемочную площадку...
- Женя, скажите, ваш творческий дуэт с Михаилом Ефремовым не мешал дуэту семейному?
- На сцене нам ничего не мешало. Это было на самом деле прекрасно, потому что мы сыграли так много ролей вместе. Он тяжелый партнер, но чудный артист. В жизни, конечно, мы ругались. Мы могли идти до театра разными дорогами, могли ругаться во время репетиции и самого спектакля, но при этом нам ничего не мешало возвращаться домой из театра вместе. Пороховая бочка. Двое сумасшедших, которые все хотят успеть, да еще двое детей. Мы так жили, и мы оба принимали правила игры. А она и была такой: все время вместе - съемки, гастроли, театр, дом, репетиции, тусовки, личная жизнь. Это были наши правила. Поэтому рабочие отношения не мешали семейным, мы были поставлены в такие условия. И мы их исполняли восемь лет «от» и «до». Потом, естественно, устали, и совершенно нормально и спокойно разошлись…
Знаете ли Вы, что
— Известный американский критик назвал ее «актрисой ста лиц и ста тел». Евгения ДОБРОВОЛЬСКАЯ действительно играет то красотку, то дурнушку. То девочку, то старуху…
— Каждый раз, родив ребенка от любимого, она с ним расстается. Знакомым Добровольская поведала, что нынешний ее избранник не актер по профессии (звезда дала слово больше не заводить романы с актерами, среди которых, по ее мнению, мало настоящих мужчин). По слухам, он - бизнесмен, на 10 лет ее моложе. Пока не ясно, может ли актриса рассчитывать на его поддержку.
Добровольская возводит дом на болоте...
Жена Николая Караченцова мешает многодетной актрисе завершить долгострой
Популярная актриса и мать-героиня Евгения ДОБРОВОЛЬСКАЯ в перерывах между съемками в кино, игрой в театре и воспитанием теперь уже четверых детей пытается руководить строительной бригадой, возводящей для нее загородный дом. Строительство давно бы завершилось, если бы не финансовые проблемы и постоянные претензии Людмилы ПОРГИНОЙ. Жена Николая КАРАЧЕНЦОВА, ссылаясь на беспокоящий супруга шум, несколько раз останавливала соседскую стройку.Года три назад в подмосковном поселке Загорянском рядом с домом Караченцова начали рыть котлован, что вызвало жуткое недовольство жены Николая Петровича Людмилы Поргиной. Понять ее можно, ведь сразу за довольно большим (22 сотки) участком Караченцовых простирался березовый лесок. Старожилы поселка утверждают, что прежде там было еще и болото. Теперь же на соседних восьми сотках вырос небольшой особнячок.
По признанию самой Евгении Добровольской, строит свой дом она только летом, потому что именно в это время появляются деньги. Из-за их нехватки строительство и растянулось на такой долгий срок. Сегодня дом построен. В здании два этажа, мансарда и подвал, который, по словам жителей Загорянки, из-за небрежно сделанной гидроизоляции всегда заполнен водой.
До этого года дом не обогревался, и делать внутреннюю отделку зимой там было нельзя. Когда же провели отопление, деньги у Жени вновь закончились.
Сосед Жени Вячеслав тщетно пытается раскрыть ей глаза
По словам актрисы, пока ей удалось довести до ума лишь небольшой блок, в котором можно жить. Хотя на первом этаже тоже можно начинать внутреннюю отделку.Плутни прораба
Евгения считает, что строительство - совсем не женское занятие, и потому за ходом работ следит уже который по счету прораб. Один из соседей звезды открыл нам «страшную тайну». По его словам, прораб мухлюет со страшной силой, надеясь на то, что актриса, не знакомая с тонкостями строительного дела, ничего не заметит. Сосед признается, что не раз пытался намекнуть Жене о нарушениях, но она лишь отмахивалась. Мужчина поведал, что нынешнего мужа Добровольской он ни разу не видел. Чаще всего она приезжает одна, реже - со старшими детьми.
По словам очевидцев, строительству сильно мешает жена Николая Караченцова. Прошлым летом она постоянно ругалась с рабочими, возводящими соседский коттедж: то ее не устраивала музыка, которую они включали, то раздражал грохот, неизбежный в ходе строительных работ.
Первый наследник Степан собирается жить на втором этаже особняка
Трудяги, чтобы не связываться со скандальной особой (говорят, ее крики были слышны по всей округе), время от времени работу прекращали.
Не исключено, что, пока строительство идет такими темпами, семья замечательной актрисы может стать еще многочисленнее.
Пятого не будет?
На вопрос, сколько в ее доме намечается комнат, Женя ответила так:
- Дело не в количестве комнат. Дом разделен на зоны, представляющие собой отдельные квартиры с душевыми, туалетами, входами, балконами, гардеробными. Он задуман так, чтобы члены моей многочисленной семьи не мешали друг другу, а встречались только в гостиной первого этажа. На первом этаже будут жить те, кто не любит подниматься по лестницам. Это няня и мой средний сын Николаша. На втором этаже планируются квартиры для старшего сына Степана, наша с мужем и просторная детская для младшего сына Яна и дочки Настеньки.
- Разнополые ребятишки будут жить в одной комнате?- Дети боятся оставаться одни. Ян, например, до сих пор засыпает со светом, а вдвоем им будет веселее. Еще планируется лестница, по которой дети смогут подниматься в мансарду - там, под крышей, расположится их игровая.
Судя по ответу Евгении, больше детских в ее жилище не предусмотрено. Хотя после рождения дочери в интервью одному из журналов актриса призналась, что не против рождения и пятого, и шестого ребенка... Может, поэтому какое-то время назад театрально-киношная тусовка засудачила о пятой беременности Добровольской.
Упитанному Николаше лень подниматься по лестницам
- Женя, а если родится пятый ребенок, где он разместится?
- Да что вы?! Пятых - никаких! У меня и так полон дом: дети, родители, дай бог, чтобы они подольше были живы. А еще собаки, коты... Пока для всех места достаточно.
Пап много, а мама однаПЕРВЫЙ МУЖ
Мало кто знает, что сегодня у актрисы могло быть не четверо, а пятеро детей. Но несколько лет назад случилась трагедия. На достаточно большом сроке беременности Евгения потеряла ребенка от на тот момент гражданского мужа Дмитрия. Забеременев во второй раз, Женя официально стала его женой практически перед самым рождением дочки.
Как известно, старшего сына Степана звезда родила от первого мужа - актера Вячеслава Баранова, с которым познакомилась на съемках фильма «Клетка для канареек». Отцом Николаши стал актер Михаил Ефремов.ВТОРОЙ МУЖ
- Мое отношение к мужчине никак не отражалось на детях, - говорит Добровольская. - Мне не так уж важно, есть отец, нет, помогает он мне или не помогает. Это мне Бог дал ребенка, и это я за него несу ответственность.
Рассказывая одному из глянцевых журналов историю своей жизни, Женя обмолвилась, что в Библии вычитала следующее: «Блудницы спасутся деторождением». Видимо, в тот период она корила себя за связь с женатым актером Ярославом Бойко, от которого родился Ян.