Она была предупреждена, но все равно с закрытыми глазами шла к краю обрыва. Просто чтобы посмотреть на море и на прибой, уносивший с пляжа песок и окурки. Ветер развевал волосы и приподнимал подол платья.

Власти объявили штормовое предупреждение, что в принципе никогда не было чем-то неожиданным для их городка, но привносило в размеренную жизнь рабочего класса нотку авантюризма и свободы. Конторищи, конторы и самые малюсенькие конторки сегодня закрылись чуть раньше, и люди поспешили домой (ну, или еще куда-нибудь). Именно сегодня многие решились осуществить давно задуманное: кто подстричь челку, кто признаться, наконец, родителям в нетрадиционной ориентации. Остальные же засели дома с банкой пива перед телевизором и ожидали новость о конце света.

Элис не страшил ни конец света, ни непогода. В своей жизни она боялась только двух вещей – одиночества и вечности, в образе которые она часто представляла то жизнь, то смерть. Смерть при этом всегда появлялась в дождливые вечера, садилась напротив, закуривала и говорила: «давай стареть вместе, а?».

Вообще, такие мрачные мысли посещали её довольно редко и не имели обыкновения задерживаться в голове надолго. И на обрыв она приходила нечасто. Просто сегодня с утра ее сковывало непонятное предчувствие. Предчувствие пустоты.

Подойдя к краю обрыва, сняв куртку и постелив ее на камни, Элис села.
Предчувствие?... К чему обманываться, если точно знаешь, что, вернувшись, домой, не обнаружишь там ни парня, ни его малочисленный скарб.

Об этом я подумаю завтра
А может быть через неделю,
Но не сейчас:
По плану сейчас свидание с ледяной постелью.

Странная реакция психики: почему-то в трудные моменты Эллис начинала думать стихами и не могла остановиться – настолько этот процесс был захватывающим. Самолюбование и самоедство – основные мотивы её творчества нередко заставляли призадуматься о наличии души, а точнее об умении переживать настоящие, а не придуманные эмоции.

Еще в далеком юношестве Элис выбрала своим жизненным кредо высказывание «все что ни делается, все к лучшему» и безапелляционно в него верила. Каждый раз, когда было плохо, она успокаивалась мыслью, что обязательно все будет хорошо. От этого иногда казалось, что она просто пустила свою жизнь на самотек.

Небо почернело. Начал накрапывать дождь. Возвращаться в пустую квартиру не хотелось. Со стороны выглядело довольно символично – одинокая девушка и старое дерево в дождь на краю обрыва смотрят на тоскующее море. И девушка и дерево вызвали бы у случайного прохожего жалость.

Однако Элис никогда не жаловалась на жизнь. Не на что было. Она давно усвоила, что человек способен на все (но самое трудное – в нужный момент додуматься до этой мысли). Она научилась добиваться поставленных целей. Научилась радоваться не только за себя и не только крупным удачам. В ее жизни было практически все… кроме личного счастья.


продолжение следует...