В колонках играет - Дубовый гай-транспечаль

Я yхожy в небытиё я yхожy в никyда
Моя печаль для меня почемy-то легка
И мне не хочется плакать,мне не хочется ждать
И больше я не смогy ничего потеpять.

Наверное, даже у тех, у кого старость выткала на лице морщины, жизнь насыщенней, чем у меня. Мне надоело страдать из-за нехватки ощущений и слушать оттого ту музыку, что мне несвойственна. Что это такое, когда в твоей жизни все туманно белое, ровное, будто решетчатые перегородки линий в пустых тетрадях? Мне уже просто осточертело отмахиваться от предложений друзей, потому что скука невообразимо меня меняет, умертвляет меня почти с каждым моментом. Черт возьми, это не трагедия, это не выдуманная история. Все повторится, все повторяется, разговоры сводятся к одному и тому же. Мне не о чем жалеть, даже на это элементарное действие меня не хватает. Со временем это спокойное существование без единой проблемы на пути превращает меня в мраморную статую - без лишних движений, мыслей, без ничего. Меня разрывает на части моя собственная жизнь, и нет никакой альтернативы, чтобы я что-то мог изменить, чтобы я мог переродиться. Все дни, все эти долгие часы в моей голове царит пустота, я уже которую неделю просто неподвижно лежу и слушаю хуевый депрессняк Дельфина, который льется из колонок и еще больше усугубляет мое состояние своими заунывными стишками. Я не могу выдумать себе проблем, я не могу. Потому что выдумать проблему, как и построить дом, невозможно, когда не заложен фундамент. Я не могу ничем себя загрузить, во мне просто разгуливает безразличие, такое протяжное и звонкое, что если произнести - покатится по комнатам и отлетит от стен.

Мне просто не удается заснуть, не удается подумать о чем-то, потому что пространство для мыслей заполнено пустотой. И я не знаю, как уже ее стереть, как пробудить свое худощавое тело к жизни и заставить себя видеть мир со всей полнотой его красок. Есть ощущение искусственности во всем. Я смеюсь и тут же думаю, что мой смех неправдив, что я сам себя обманываю, а когда ем, то с трудом проглатываю, хоть аппетит и пропал только на время болезни. Все это было всегда, оставалось только под непрозрачной пленкой самообмана, а с течением лет вылезло наружу. И я не могу спрятать этот вылезжий, оживший труп скуки, и никакие новые ощущения мне не помогут. Я все время делаю что-то новое, что-то, что кажется другим неописуемо интересным, что я только ни пробывал, чтобы быстрее от всего этого сбежать. Моя семья стабильна, в ней никогда не возникает проблем. Юля всегда получает все по первому требованию. Юля куда захочет, туда завтра и полетит, где ей вздумается, там и купит себе красивую вещь. У моих родителей все еще есть секс, они все еще любят друг друга и, объездив и исколесив жизнь, они открывают просторы для меня. Они ни разу не запрещали мне сделать то, что мне хочется, однако не сделали из меня мажорную суку, которая сорит деньгами. Но за всем этим они не учли, что лишив меня опеки и запретов, отдавая мне все, что в моем возрасте им не принадлежало, они превратили мою жизнь в бесконечный калейдоскоп, в котором скука фигурирует в кач-ве главного рисунка. Я понимаю, что больше я не смогу рассказать что-нибудь маме или друзьям, потому что они болтают о бессмысленном и поверхностном, постепенно возвращая меня в круг той же бессмысленности.

Я плаваю в безнадежности и отчаянии, и мне даже не объяснить никому, почему все так, что же именно для меня губительно. Я ною, ною, ною, потому что это все, что я могу сделать от отчаяния. Я ничего не могу изменить, просто скука - это решающее звено в жизни таких, как я. Ничего не произойдет, никто ничего не поменяет. Боже, от осознания этого меня просто передергивает, я все ищу способ, который бы заставил работать мой остановшийся механизм жизни.

Я не знаю, когда все это кончится, эти посты появляются все чаще, становятся все объемнее, а текст все более тягостным и сдавливающим сознание.

Я не хочу больше об этом писать.