Сегодня вспоминали с мамой времена начала 90-х годов. А точнее, период с 1990 по 1993 год.
Рассказали друг другу как мы видели, воспринимали все события тех лет. Мне мама свои взрослые воспоминания, а я ей всё с позиции ребёнка.
И добрались мы до периода 1992 года. Когда распался Советский Союз, когда все бывшие советские республики срочно взалкали себе различных независимостей и самостийностей, и начали строить себе "новую жизнь".
А новая жизнь государства подразумевала наличие государственных структур, аппарата управления, армии, милиции и много чего ещё. И вот решили новоиспечённые страны скрести по людским сусекам в надежде наскрести себе чего-нибудь.
А оно ж, как известно, удобнее всего скрести там, где ничего не знают про скребущих. На тот период времени наиболее удобными и привлекательными были военнослужащие ЗГВ (западной группы войск, Германия). Ибо живут далеко, изолированно, прям как в резервации, знаний о реальном положении дел и вещей на территориях бывшего Советского Союза у них мало или вообще нет.
И вот приехали волонтёры, агитаторы в создающуюся украинскую армию. И всё бы хорошо, но было одно чудесное условие: дабы заслужить честь быть зачисленным в ряды армии этого государства, нужно было перечислить несколько своих зарплат в валютном эквиваленте, в фонд этой самой армии. Короче - купить себе место. И весь этот акт купле-продажи был завёрнут в глубоко и ярко патриотическую оболочку. А вдобавок обещали 100% гарантию получения жилья, клянясь при этом Богом, новообретённым статусом независимого государства и всеми зубами в собственном рту. Причём ни где именно будет жильё, ни какое оно будет, ни где часть воинская находится, ни должность - ничего толком рассказать не могли. Наверное важно было другое - скинуться на армию.
Советские офицеры взбудоражились. Для них это было ново, необычно, но очень странно, потому что идея создания армии на пожертвования вызывала странные ассоциации с добровольческим обозом батьки Махно.
Некоторые вдохновились настолько, что стали записываться в кандидаты "осчастливленных". И, окрылённые, умчались делиться этой новостью с жёнами...
С жёнами, ага... Но, закалённые проживанием в военных городках, и каждодневными битвами за выживание семей, жёны оказались носителями чудовищного иммунитета к лжепатриотическим идеям. По силе идейного воздействия рядовая жена советского офицера в лёгкую могла заткнуть за пояс весь политотдел воинской части. А посему, все вредоносные идеи мигом были деактивированы и на утро к волонтёрам потянулись вереницы кандидатов, но уже на выписку.
Озадаченные волонтёры стали предлагать повышения в звании. Майоры российской армии автоматически становились бы подполковниками, подполковники - полковниками. Но тут прояснение в мозгу офицеров наступило без дополнительных "политинформаций". Ведь каждый знал чего стоила каждая звёздочка на его погонах. И факирные превращения доверия не вызывали.
Пришлось волонтёрам сворачивать агитпункт и искать дураков где-то в других местах.