А.Я. ВЫШИНСКИЙ

Ну и работенку Вы, В. Суховерский и А. Ваксберг, мне подбросили.

Все началось с "Царицы доказательств". Под таким заголовком "Дуэль" (N16 за 2000 г.) опубликовала письмо В.Л. Суховерского из города Н. Новгорода и Ваш ответ на это письмо.

Воздав должное Вашей действительно очень хорошей книге "Катынский детектив", Суховерский упрекнул Вас в том, что в книге "встречаются факты, которые не соответствуют действительности и противоречат ей". Назвал же Суховерский лишь один факт. Но зато какой! Вы, заявляет автор письма, утверждаете, что якобы А.Я. Вышинский считал признание обвиняемого "царицей доказательств".

"Это нелепое обвинение, как мне помнится, - пишет далее Суховерский, - было впервые брошено Ваксбергом на страницах "Литературной газеты" в адрес А.Я. Вышинского еще на заре пресловутой перестройки. Как правильно отмечает автор письма, "с тех пор эта ложь гуляет и используется всегда, когда хочется и надо облить грязью наше социалистическое прошлое и представить его сторонников идиотами и самодурствующими кретинами".

А из вашего текста видно, что признание обвиняемого "царицей доказательств" считали работники НКВД во времена наркома Ежова. Он действительно считал признание обвиняемого "царицей доказательств" и внедрял эту теорию (получение признания обвиняемого любой ценой) в практику работы органов внутренних дел. За что и был расстрелян.

Так что следовало сказать: "Во времена наркома внутренних дел СССР Ежова работники НКВД признание подсудимого считали "царицей доказательств". Андрей Януарьевич Вышинский в своих работах теорию "царицы доказательств" не выдвигал. Более того, осуждал ее, а будучи прокурором СССР (1935-1939 гг.), боролся с "царицей". Именно при нем был разоблачен Ежов и многие претворявшие в жизнь эту теорию работники органов НКВД различных рангов. Может потому работники этих органов не решались применять известные методы для получения у обвиняемых "признательных" показаний по "громким" политическим делам, что знали: Вышинский сам допрашивал сознавшихся в совершении преступлений обвиняемых. Известно, например, что он допрашивал признавших свою вину обвиняемых по делу об антисоветской троцкистской военной организации в Красной Армии - Тухачевского и других, всего 7 человек (журнал "Известия ЦК КПСС", 1989 г., N 4, стр. 55).

(Для полноты исторической правды следует сказать, что должность, которую тогда занимал Вышинский, именовалась не Генеральный прокурор СССР, как Вы указываете в "Катынском детективе" и в "Дуэли" (N2 за 2000 г.), а Прокурор СССР. Наименование Генеральный Прокурор СССР было присвоено законом Верховного Совета СССР от 19 марта 1946 г.).

Еще раз прочитал стенограмму процесса и убедился: на предварительном следствии бухаринско-троцкистского блока допрошено пять свидетелей, в судебном заседании - шесть. Кроме того суду было представлено полученное на предварительном следствии доказательство - заключение судебно-медицинской экспертизы.

Ваксберги

В 1988 г. (27 января) была опубликована в "Литературной газете" статья Аркадия Ваксберга "Царица доказательств". Правда, в ее тексте не оказалось искомого - прямого утверждения Вышинского: "Признание обвиняемого - царица доказательств".

Этим я не хочу защитить Ваксберга. Он, как я уже говорил, вылил в той статье на Вышинского больше грязи, чем все юристы и не юристы, вместе взятые.

Ваксберг не произнес этих слов - он их вложил в уста читателю. Он подводит читателя к выводу "Вышинский считал...." путем назойливого искажения фактов, поступков, высказываний Вышинского, недвусмысленными намеками, передержками.

В отмеченной Сталинской премией первой степени и признанной классическим трудом книге "Теория судебных доказательств в советском праве" Вышинский разработал принципы оценки показаний обвиняемых по делам различных категорий. По делам о преступлениях, в которых участвуют несколько обвиняемых, подчеркивал Вышинский, "вопрос об отношении к объяснениям обвиняемых, в частности к таким их объяснениям, которыми они изобличают своих сообщников, соучастников общего преступления, должен решаться с учетом всего своеобразия таких дел... В таких процессах также обязательна возможно более тщательная проверка всех обстоятельств дела, - проверка, контролирующая самые объяснения обвиняемых. Но объяснения обвиняемых в такого рода делах неизбежно приобретают характер и значение основных доказательств, важнейших, решающих доказательств. Это объясняется самими особенностями этих обстоятельств, особенностями их юридической природы".(Названная книга, изд.3-е,1950 г. стр. 263-264).

Четко изложенные принципы оценки объяснений обвиняемых по групповым делам. Никакого намека на "царицу" в приведенном высказывании Вышинского нет. Ваксберг же путем усеченного цитирования не просто намекает на "царицу", а представляет ее читателю в обнаженном виде. Вот что оставил Ваксберг из приведенного высказывания Вышинского: "объяснения обвиняемых... неизбежно приобретают характер и значение основных доказательств, важнейших решающих доказательств". 3а многоточием Ваксберга скрываются украденные им у Вышинского главные слова -"в такого рода делах" - слова, определяющие и разъясняющие проблему оценки объяснений обвиняемых в групповых делах. Читателя уже не нужно убеждать в "царице" Вышинского. Ему и так все уже ясно... Ай да Ваксберг. Ай да... (далее по Пушкину).

Юрий Игнатьевич! Присоединяюсь к высказанной Вами в "Обращении к советским юристам" уверенности, что "придет время и место Генпрокурора займет кто-то вроде А.Я. Вышинского" ("Дуэль", N14, 2000 г.).

Но этот "кто-то" уже сегодня должен знать все о Вышинском. И не только как о Прокуроре СССР, но и как о государственном деятеле, настоящем коммунисте, страстно боровшемся за интересы Советского государства. Вот почему я, бывший следователь и прокурор, считаю себя обязанным разоблачить состряпанное юристом Аркадием Вексбергом "дело Вышинского". Еще и потому, что оставил Андрей Януарьевич след, хороший след, в моей биографии. Дело было так.

В отчете о состоявшемся 20 сентября 1988 г. в Свердловском районном народном суде Москвы первом судебном процессе по делу по обвинению Сталина - "преступника" и меня, его защитника, корреспондент "Огонька" Александр Минкин писал: "Как завороженные, глядели все на Шеховцова. Возникла тень Вышинского". И в подтверждение того, что я являюсь этой "тенью" (и отчет назывался "Тень"), привел такое доказательство: "Он спокоен, внимателен, въедлив. Он не упускал ни малейшей оговорки, ни малейшего промаха. Он не кричал, не кипятился, даже не повышал голоса..., похоже, ему нравилось шокировать, вызывать растерянность... Чувствовалось, что он хотел вызвать у нас страх" ("Огонек", N41, 1988 г.)... Не обиделся я на А. Минкина за эту критику, за такую тень. И даже более того...

Нечто подобное о "запугивании" Вышинским подсудимых в речи на судебном процессе по делу Бухарина и других рассказал Ваксберг в "Царице доказательств". В Вышинском он увидел еще и "качества несравненные: злоба, жестокость и готовность на все. Абсолютно на все". Он -"чудовище, громила и монстр".

Прокурор и Моська

В 1936 г. Верховный Суд СССР рассмотрел дело о "Троцкистско-зиновьевском террористическом центре". Вышинскому в этом процессе - "кошмарной мистерии", по определению Ваксберга - "была отведена роль главного режиссера". Кем отведена? Конечно же, Сталиным - никто, кроме Сталина, не мог предложить Прокурору СССР поддерживать государственное обвинение по какому-либо делу. "Организатору этой мистерии (конечно же, Сталину - И.Ш.) нужен был не механический исполнитель, а исполнитель ловкий и страстный, не безликая "функция", а популярное имя". Таким исполнителем, сообщает Ваксберг, и был Вышинский.

На судебном процессе по делу "антисоветского "правотроцкистского блока", сообщает Ваксберг, Вышинский назвал Бухарина "проклятой помесью лисицы и свиньи". (Я проверил по стенограмме процесса - было такое). Эту "формулу", продолжает Ваксберг, Вышинскому подсказал Сталин. Доказательство? Так утверждает Михаил Шатров в документальной драме "Дальше...дальше...дальше!" Это утверждение Шатрова Ваксберг оценивает так: "Очень возможно". Невозможно это, гражданин Ваксберг, Вам же, юристу, известно, что "очень возможно" как оценочное суждение, как оценка доказательства в уголовном деле недопустимо (Вы ведь о доказательствах в уголовном деле рассуждаете).

Еще Вам, юристу, должно быть известно, что прежде чем делать вывод, Вы обязаны проверить источник, на основании которого этот вывод намереваетесь делать. В нашем случае источником является стенограмма судебного процесса.

Читаем речь Вышинского, ее заключительную часть, в которой Вышинский подводит итоги анализа уличающих Бухарина доказательств и его показаний: "Таков Бухарин - эта лицемерная, лживая, хитрая натура. Этот благочестиво-хищный и почтенно злой человек, эта, как говорил Максим Горький про одного из героев из галереи "бывших людей", - "проклятая помесь лисицы и свиньи".

Так что не Сталин, а Максим Горький подсказал Вышинскому эту "формулу". Читать надо стенограмму процесса, юрист Ваксберг, а если уж хотели проверить правильность ссылки Вышинского на Горького, потрудиться надо было и найти произведение Горького, в котором он рассказывает о "бывших людях", и сверить его текст со словами Вышинского. (Я нашел и сверил - не обманул суд и Бухарина государственный обвинитель Вышинский).

Надо было быть Вышинским, чтобы так провести процесс, так проанализировать доказательства, чтобы сам Бухарин в своем последнем слове вплотную подошел к признанию "проклятой помеси лисицы и свиньи". Даже признавая свою вину и раскаиваясь в содеянном, Бухарин не может удержаться от лжи, подтверждая тем самым обоснованность вывода о наличии той самой "помеси". Показательна в этом отношении реплика подсудимого Шарангевича во время произнесения Бухариным последнего слова: "Бросьте врать хоть один раз в жизни. Врете Вы и сейчас на суде".

Бывший начальник следственного отдела Прокуратуры СССР Шейнин, рассказывает Ваксберг, ему лично поведал о том, что "до самой смерти "хозяина" Вышинский ждал своего ареста". За то, что "слишком уж много он знал, слишком ко многому был лично причастен", Что можно сказать по поводу этого вымысла? Шейнина в то время, когда Ваксберг поведал о том откровении Шейнина, уже, как говорится, не было в наличии.

Развивая тему страха Вышинского перед "хозяином", Ваксберг пишет: "Легко представить себе, какой страх испытал Вышинский, когда на почетнейшем посту министра иностранных дел он вдруг лишился депутатского места в Верховном Совете. Что скрывалось за этой "шуткой" пятидесятого года?". Автором "шутки" назывался Сталин - он "любил попугать.., рабы после этого с еще большим усердием лизали руки хозяина".

Не буду комментировать циничный выпад судящего по себе других Ваксберга против "раба" Вышинского. О депутатском месте Вышинского, которого он "лишился" в 1950 г. Что значит "лишился"? Только одно: был депутатом Верховного Совета СССР, а Сталин, решив "попугать" Вышинского, каким-то образом (известно, что Сталин "все мог") удалил его из Верховного Совета. "Нет, - возражает прозревший Ваксберг, - когда говорил "лишился", я имел в виду, что Сталин, чтобы попугать Вышинского, дал указание не выдвигать Вышинского кандидатом в депутаты Верховного Совета в 1950 г.".

Проверим эти показания Ваксберга. Действительно, в 1950 г. состоялись выборы в Верховный Совета СССР. Если Сталин действительно дал такое указание, то Вышинского никто не мог выдвинуть кандидатом в депутаты. Следовательно, он и не мог быть включен в списки для голосования, а потому и не был избран.

Читаем в БСЭ (издание 3-е, том 5, 1971 г., стр. 574) о Вышинском: "Депутат Верховного Совета СССР 1-4 созывов". Наводим справку в других томах БСЭ: выборы в Верховный Совет 1-го созыва состоялись в 1937 г., второго - в 1946 г., третьего -1950 г., четвертого - в 1954 г. Итак, Вышинский и в 1950 г., когда Сталин, как утверждает Ваксберг, "пошутил", был избран депутатом Верховного Совета СССР. Понятно, без согласия Сталина министр иностранных дел СССР не мог быть выдвинут кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР. Значит, опять Ваксберг попался на лжи.

Любопытная деталь. В предисловии к "Царице доказательств" Ваксберг сообщает о причине задержки публикации этой статьи. Причина заключалась в том, что "над ее текстом шла обычная редакционная работа, заключающаяся в уточнении и проверке приведенных в ней фактов. Теперь это сделано, и статья предлагается вниманию читателей".

Зачем понадобилось такое разъяснение, уважаемый читатель? Правильно! Таким дешевым приемом автор убеждал читателей: "Все, что я написал о Вышинском и Сталине, - сущая правда. Это подтвердили и соответствующие товарищи, проверявшие достоверность поданных в статье фактов. Так что не беспокойтесь - еда не отравлена, кушайте на здоровье".

Однако как ни ненавидел Ваксберг Вышинского, даже он не мог скрыть всю правду об этом человеке. Вот что рассказал сам Ваксберг о выступлении Вышинского на Всесоюзном совещании юристов, где он, Ваксберг, присутствовал: "А запомнилось вот что: гладкая речь без единой шпаргалки, грамматически точная, хоть сразу в набор, почти забытые даже тогда, а теперь и подавно, добротные ораторские приемы - крепкая школа логики и риторики, страсть, умело вложенная в каждую фразу; память и эрудиция - пространные цитаты наизусть из древних и новейших трактатов, свободное владение именами, датами, фактами...".

Об обвинительных речах Вышинского. Они - "источник юридической мудрости и образчик судебного красноречия. В них - тонкость правового анализа и несомненное умение разбираться в лабиринте противоречивых и разрозненных фактов". Речь Вышинского по делу по обвинению Семенчука и Старцева в убийстве двух врачей на острове Врангеля "может служить образцом тончайшего анализа косвенных доказательств, замкнувшего множество мелких и мельчайших улик в нерасторжимую цепь". И еще: "Криминалист высокой пробы".

Для чего я привожу эти характеристики Ваксберга? Это, как я уже говорил, необходимо потому, что уже сегодня нынешние прокуроры и прокуроры в перспективе должны все знать о выдающемся Советском прокуроре и государственном деятеле Андрее Януарьевиче Вышинском, чтобы (с чем черт не шутит) быть готовым занять его место.

Дипломат

Осталось только рассказать о Вышинском как государственном деятеле и дипломате. Приведу несколько публикаций из газеты "Известия" в связи со скоропостижной смертью Андрея Януарьевича 22 ноября 1954 г. в Нью-Йорке в результате острого нарушения коронарного кровообращения после ранее перенесенного инфаркта миокарда.

"Известия" 20 ноября 1954 г.: "17 ноября Вышинский, постоянный представитель СССР в Организации Объединенных Наций, выступал в Политическом комитете Генеральной Ассамблеи ООН по вопросу о международном сотрудничестве в использовании атомной энергии в мирных целях. Вышинский разоблачил попытки "страны или группы стран" (США и их союзников) поставить себя соглашением о сотрудничестве в области использования атомной энергии в мирных целях в привилегированное положение, при котором "эта страна или группы стран" навязывали бы свою волю другим государствам".

"Известия", 24 ноября 1954 г.: "Андрей Януарьевич отдавал все свои силы, большие знания и талант делу укрепления Советского государства, неутомимо отстаивал интересы Советского Союза на международной арене, с большевистской страстностью борясь за дело коммунизма, за укрепление международного мира и всеобщую безопасность. Он был награжден шестью орденами Ленина, орденом Трудового Красного Знамени, От нас ушел один из виднейших деятелей Советского государства, талантливый советский дипломат и крупный ученый. Он был верным сыном Коммунистической партии, самоотверженным в работе, исключительно скромным и требовательным к себе".

22 ноября состоялось траурное заседание Генеральной Ассамблеи ООН по случаю кончины Андрея Януарьевича Вышинского. С выражением соболезнования советской делегации, правительству и народам Советского Союза выступили представители 33 стран.

Телеграммы личного соболезнования от делегаций многих стран, государственных деятелей, различных организаций и граждан США и других стран.

"Известия", 25 ноября 1954 г.: "Днем 23 ноября непрерывным потоком перед гробом Андрея Януарьевича Вышинского шли простые американские граждане - рабочие, служащие, студенты, интеллигенты. В почетном карауле были представители прогрессивной негритянской общественности во главе с лауреатом Международной сталинской премии "За укрепление мира между народами" Полем Робсоном (Помните ли Вы, "немец" Аркадий Ваксберг, Поля Робсона, великого друга советского народа, неоднократно бывавшего в нашей стране? Помните ли Вы слезы счастья и радости советских людей, для которых Поль Робсон своим уникальным голосом на русском языке исполнял "Широка страна моя родная..."?)

Представитель Индии в ООН Менон: "Мы глубоко опечалены неожиданной смертью Андрея Януарьевича Вышинского, выдающегося представителя великой страны. Объединенные Нации потеряли сильнейшего участника прений, человека высокого ума, выдающегося государственного деятеля. Весьма прискорбно, что смерть произошла именно в данный момент, когда на горизонте появились здоровые изменения. Он сыграл бы большую роль в осуществлении этих изменений, как это было ясно из его недавних выступлений".

...Я все сказал, граждане судьи.

И.Т. ШЕХОВЦОВ,
старший советник юстиции, г. Харьков


Тайная война против Советской России

http://stalinism.narod.ru/vieux/sayers/sayers19.htm

Теория судебных доказательств в Советском праве (Вышинский А.Я.)

http://scilib.narod.ru/Other/Vyshinsky/index.html

Некоторые методы вредительско-диверсионной работы троцкистско-фашистских разведчиков

http://vault.exmachina.ru/spy/2/