привез Лёня на Родину после долгой разлуки. И запретил мне упоминать об этом. ( вот почему я так давно ничего не пишу на лиру) Нет. Про флаг можно. Флаг мы подарили дядюшке Т. Потому что он наш Че. Ещё один. У нас погляди-ка – сплошь революционная ячейка. Кого ни возьми – борец за свободу. Начиная от, скажем, Бори, которого мне так сильно сегодня напомнил Горлум в фильме, который мы смотрели по телевизору за поеданием жареной картошечки. Я так давно не смотрела никакого вымысла и картинок на экране, наверное поэтому – так сильно расчувствовалась от фильма, распереживалась, как будто это мне надо тащить это кольцо в Мордор. ( смешно, да ведь? так-то ведь это кино и есть про это) а у меня ещё товарищ был когда-то – вылитый Арагорн. Как вспомню. До того это было романтично – смотреть на него и представлять с мечом. В общем, с большим удовольствием фильм посмотрела. Так. Теперь обратно по ниточке возвращаемся – кино – Горлум – Боря – Борцы за свободу. El pueblo unido jamаs serа vencido. Дядюшка Т. Человек, выглядящий зловеще и устрашающе – олигарх – индеец. Ну, неважно. Флаг ВВС – авиация. Про это можно.
А вот Яков Самуилович, областной прокурор, вызвал у Лёни сомнение. То есть, никакое не сомнение, а конкретное это было табу. Нельзя, Наташа. Конспирологический Лёня просчитал - каким образом из уже изложенной мной тут сейчас информации можно выйти на него. И он, несомненно, прав. Мало того, мне очень хочется рассказать – каким образом оленьи рога пропутешествовали из дома прокурора в некое индейское место, где борцы за свободу, услышав историю этих рогов, воскликнули – Да это же он меня арестовывал! Но боюсь, что я и так уже слишком близко подошла к краю той пропасти, которая затянет и погубит меня. Опасность – моё второе имя. Ещё он запретил мне показывать кому-либо его фотографии с серфа, хоть бы даже и с черными полосочками. А ведь это такой невообразимый взлёт и поэзия, что как раз этим он мог бы гордиться. Потому что это отгадка на загадку Эйнштейна, прочитанную и не разгаданную мной. Хотела не быть занудой, да ладно, что уж теперь. Итак, условия: есть три серфа и три желающих кататься. Первый серф – это маленькая доска (хах, тот самый вингляйдер) с детским парусом, поднимается одной рукой; второй – это Сашин корабль – здоровая доска и не менее здоровый парус( мистраль как раз таки), который очень тяжело поднять и который сносит меня с доски при легком порыве ветра; и третий супернавороченный новейший серф с новой суперлегкой микродоской и огромным тяжеленным 8-метровым парусом . Я могу кататься на первом серфе, но Макс приехал без него, на втором могу чуть-чуть, пока не подует как следует, третий – в принципе не могу поднять. Саша на первый и не посмотрит, на втором сломалась доска, у третьего он может поднять парус, на нашем ветре эта доска под Сашей тонет. Закирову кататься все равно на чем – он может хоть на чем, но он всегда пьян. ( При этом все всё равно на чем-то катаются) И тут наступает время для мистического героя.
Много лет назад он покинул Родину. Он говорил нам, что он умер. Чтобы мы не ждали и забыли его. Он стал другим. Я писала ему про рассветы – а он мне про швейцарские часы. Я вспоминала, как когда-то мы вдвоем несмело впервые подыгрывали на губных гармошках, пробовали извлекать звуки из инструментов, а теперь он хвастается мне фотографией своего гирра и кастомными гитарами, на которых не играет. Я разговаривала с миром письмами к нему и рассказывала о нем легенды новичкам. Я помнила его, и он, да, единственный, научился и продержался на какой-то неведомой херне, называемой акваскипером, около 70 метров. Вот. Когда я узнала, что он приезжает, я бросила всё и полетела в город, чтобы время, взвизгнув, ускорилось и я первая встретила бы его и мы вместе повторили бы magical mystery tour и вместе вернули себе Родину.
И вот он приехал, встал на доску, на которой все тонут, кроме меня, а мне не поднять 8-метровый парус, не утонул на ней, потому что он легкий, поднял парус, потому что он сильный, и не сильный даже, а жилистый и дури в нем девать некуда. Архитектор-байдарочник. Сошёл с ладьи и сказал: меня здесь всё заебало. И уехал.
Послесловие. В последнее время ( да что греха таить – и всегда) контакт с людьми у меня в основном случается посредством конфликта. Ссоры то есть. Не знаю почему так. Поэтому, фотографии я, конечно, никому не покажу. Ну а про рога вот чё-то вспомнилось.
Послесловие 2. А Вадик в этом году оставил там свои конопляные тапочки. Я их видела когда осенью ездили сосны сажать.



1.


2.